страница15/18
Дата12.05.2017
Размер3.52 Mb.

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках


1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18

МИКРОТОПОНИМИЯ АКХА-БАССА


Акха-басса (Акха-басса) «Дикий склон» - разв. в 2-х км к з. от озера Галайн-чIож-Iамие, которое издревле считалось чудодейственным и священньгм. Первая часть названия, вер., имеет в своей основе «акха» дикий, дичь. Склон, где много дичи. В черте аула Акха-басса имелись след. отселки и башенные комплексы.

Турпалан Чонин гIала (Турпалан Чонин гала) «Турпала (сына) Чони жилая башня» - в черте аула Акха-басса.

Турпалан Садин гIала (Турпалан Садин гала) «Турпала (сьгаа) Сади (ж.) башня» в черте.

Турпалан БIехойн гIала (Турпалан Бехойн гала) «Турпала (сына) Бехоя башня».
В связи с тем, что в топонимике часто встречается термин Турпал как собственное имя, и, кроме того, имеет полулегендарную и полумифическую окраску, как имя родоначальника чеченцев - Турпал Нохчи - необходимо дать его этимологическое объяснение. Слово «турпал» в наши дни выполняет функции как нарицательного «герой», «герой труда», «герой войны», так и собственного имени Турпал. В своем первоначальном виде оно имело иной звуковой состав, а именно «туРпаР». В пользу того, что в конце данного слова долгое время находился звук «-р» говорят примеры из тюркских языков. Почти во всех гюркских языках слово это бытует как «туЛпаР. Таким образом, мы имеем налицо два варианта одного и того же слова - туРпаЛ - вайнахское и туЛпаР - тюркское, которые позволяют нам вернуться к вышеуказанному - туРпаР, как к начальной форме в период ее лексического образования, от которого мы и оттолкнемся. Слово турпал возникло из двух основ - тур + пар, как иаименование наступательного и защитного вооружения средневекового воина. Тур -меч, пар - щит. Тур + пар - меч + щит. Позднее это общее наименование наступательного и защитного вооружения механически перенесли на воина-рыцаря, вооруженногоо этим оружием. Его стали называть Турпар, а в начале мы увидели, как народы и языки каждый по-своему изменяли звуковой и смысловой состав этого слова - турпал и тулпар, и изменения эти коснулись только лишь одного звука «-р-». Первая часть рассматриваемого термина тур - меч, по нашему мнению, легла в основу многих словообразований: туркой - турки (этноним), БогIатур - родоначальник ингушского народа, великан (силач) меченосец, Буй - Тур (Слово о полку Игореве) - буйный тур - меч и др. Заметим, что никакого отношения вторая часть Буй - Тур к дикому животному «тур» не имеет. Тур в данном случае - меч.

Вторая часть пар - щит. Она перекликается, по-видимому, с пхьар - оружейник. В ее основу легло, по нашему мнению, пхьа, образующее целое гнездо родственных слов: пхьарс, пхьа, пхьиегIа, пхьагIат, пхьош, пхьар, пхьалгIа и многие другие. От-сюда ясно, что рассматриваемое пар - щит также имеет генетическое родство с вайнахским пхьар - оружейник, кузнец и т. д., хотя наряду с этим в языке бытует и другое название оружейника -зарговз, в основу которого легло также щит - оружейник, т. е. мастер, который кует щиты. Зарг + говза. Пар - щит приняло участие также в образовании многих родственных понятий: персы, персаш - пIелзарг - пезаг - пазат, тIар, тIарг, тIерк, тIерг, персы (этноним), в значении щитоносцы; персТень - русск. - колечко с щитком; персовый платок, платок, прикрывающий грудь; персТный друг - задушевный друг; перси - груди женские; персТы - пальцы, защита; перспектива - преграда (цель, задача, будущее) впереди; Персеполь - Щит-город, от греч. Персеполис; перси -выдвинутые вперед амбразуры, площадки в крепости; персЧатки -перчатки - защита руки. Первые перСчатки делались из дубленой кожи для защиты правой руки, на которой восседал охотничий сокол, орел. Соколиная охота была широко развита в Персии, на Кавказе и на Руси; кожаные напёрстки для защиты пальцев правой руки - болыного, указательного, среднего - которыми натягивали тугую тетиву лука для метания стрел пIелзарг, напёрсток - защита пальцев швеи; персона - человек, воин и щитоносец. На территории Грузии имеются объекты, по нашему мнению, носящие названия, в основу которых легло слово перс -щит, защита - Парсана, - древний аул на границе с Чечней (ЦIово-Тушетия Груз. Респ.), Пассанаури - в Дарьяльском ущелье, в основу которого мог лечь парс, но вследствии деформации -р- мог превратиться со временем в -с- по законам уподобления -ср. Парсанаури и Пассанаури.



Таким образом, турпар, по нашему мнению, сложилось из двух компонентов, а именно: из тур - меч и пар - щит. Оба эти компонента пришли из праязыка-основы, проникли во многие языки, сохранились в некоторых языках в различных значениях и звучаниях, в том числе и в чеченском и ингушском языках.
Устархан-гIала (Устархан-гала) «Устархана башня» - окр. Акха-басса.

Пхьа кIел (Пха кел) «Поселения под» - окр. Акха-басса.

Хьиех-Iиеларашка (Хиех иеларашка) «Пещерным могилам к» - западнее аула Акха-басса, пещерные могилы, сохранились груды скелетов. «Iиел», «Iиеларш» - так назывались могилы (кладбище) древними ваинахами до заимствования из аланского «каш». Малхие (малхалие) - солнечный мир. Iиелие - загробный мир, буквально - тени мир, темный мир. Отсюда и «Iиеларашка».

Эйсалашка (Эйсалашка) - разв. одноименного аула в 500 м к в. от Акха-басса. Этимология названия затемнена.

Кхоьрга (Кхёрга) - разв. бывшего аула в обществе Галай-ЧIож в 2,5 км к северу от Акха-басса. Название возникло от «кхуор» -груша, «кхоьрга» - конечный формант «-га», указывает на направление движения и соответетвует русскому предлогу «на».

КIербича (Кербича) - разв. в 2 км к востоку на пр. б. Гехи. Этимология топонима затемнена.

КIербиетIа (Кербиета) - разв. в 2 км к ю.-в. от Акха-басса. Этимология топонима затемнена. Левый берег Гехи.

Iамие (Амие) «Озеру к» - разв. в 2 км к ю. от Акха-басса.

Мочча (Мочча) - разв. в 3 км к ю. от Акха-басса, рядом с Iамие. Этимология названия затемнена. Лев. бер. Гехи.

Очакх (Очакх) «Очаг» - разв. в 6 км к ю. от Акха-басса. На правом притоке р. Гехи.

ЧIуша (Чуша) - разв. к ю.-з. от Акха-басса. Далеко вправо от правого берега р. Гехи.

МогIарие-басса (Могарие-басса) «Верхний склон», - первая часть «могIарие» сложилась от «мIа» - верхний, высший, верховный. Склон на западной стороне Акха-басса.

Iуъргаш хьалхашка (Ургаш халхашка) - «Дырками перед» -уроч. на з.

КIогие (Когие) «Яме к» - впадина на з. окр. Пастбище, сенокос, родники, лес.

Кхокхана кхийрие (Кокана кийрие) - живописный склон с огромным утесом у подножья, «Кхокханан» - голубиный, «кхийрие» - утесу к. «Голубиному утесу к» - на з.

Берзие (Берзие) - поляна на зап. Акха-басса. Этимология не выяснена. Пастбище.

Шерача кхийрие (Шерача кхийрие) «Гладкому камню к» -уроч. с большим утесом в середине, на з. Акха-басса.

Лаха хуола (Лаха хуола) «Нижнему копну к» - вершина копнообрзной формы на з. окр.

Лакха хуола (Лакха хуола) «Верхнему копну к» - вершина на з. окр.

Тиертие (Тиертие) - разв. на ю. стороне Акха-басса. Этимология топонима затемнена - звуковой состав напоминает «Тертего» Грузии.

Хисметтие (Хисметтие) - склон на ю. стороне Акха-басса.

КIолд корта (Колд корта) «Сыра вершина» - на ю. стороне Акха-басса, так названа вследствие внешнего сходства вершины с головкой сыра.

Боккхача бетIа (Боккхача бета) «Большому лугу на» - живописное место на в. стороне Акха-басса.

ХьаьргатIа (Хяргата) - лощина и склон на в. стороне Акха-басса с речушкой, вероятно, топоним происходит от «хьер», «хьайра» - горская мельница и двух послелогов: «-га», указывающего на направление движения в сторону объекта, и «-тIа, соответствующего русскому предлогу «на».

Iам кIал (Ам кал) «Озером под» - подразумевается место, что расположено за озером, на в. стороне Акха-басса.

Iаьнгие чIажие (Аьнгие чажие) - ущелье на в. стороне Акха-басса. «Ангие ущелью к».

Гих-чие (Гих-чие) «Гиха (реки) котловина» - на востоке.

ТIуохин хьаст (Туохин хаст) «Туохи источник» - в 1 км на з.

Къулин хьаст (Кулин хаст) «Кули источник» - на з. окр., первая часть топонима обозначает постройку в виде часовни над источником.

ПхьакIал хьаст (Пхакал хаст) «Поселение (под) источник» - имеется в виду родник, что расположен ниже древнейшей части аула Акха-басса «ПхьакIал» на в. стороне, в черте аула.

Iам бедача (Ам бедача) «Озеро растворяется где» - живописный пологий склон на западной стороне озера. Предания до нас доносят, что через этот склон проходил священный бык, который, растаяв, превратился в озеро. По верованию жителей Галай-ЧIож, озеро это считается священным и чудодейственным. Варианты: Галай-чIож-Iам, Галай-Iам.

Кеш ков чу (Кеш ков чу) «Кладбище ворота в» - старинное склепообразное кладбище в местечке «ПхьакIал».

Бургие гIаланаш (Бургие галанаш) «Бургие (ж) башни» - в 1 км к с. от Акха-басса. На стене одной из древних боевых башен вставлен так называемый «Плачущий камень». Камень имеет изображение человеческого лица. Башня эта называется «Биелхкхера бIов» - «Плачущего камня башня».

Галайн Iам (Галайн ам) «Галайское озеро». На территории Галайн-ЧIож.

.

Академия наук СССР Институт этнографии имени Н. Н. Миклухо-Маклая



Н. Г. ВОЛКОВА

Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа

Издательство «Наука»

Главная редакция восточной литературы

Москва 1973


Карабулакские и аккинские этнонимы

Особые группы по языку и этническому самосознанию в вайнахской этнической общности составляют орстхойцы, в литературе известные под именем карабулаков34, и аккинцы. Последние разделяются на горных и плоскостных, историческое развитие которых в течение нескольких веков шло различными путями35. Территория обитания обоих народов в первой половине XIX в. включала верховья р. Гехи и Фортанги. Карабулаки занимали также некоторые районы по среднему течению р. Ассы, а часть аккинцев, известная в литературе прошлого столетия под именем ауховцев, обитала в Восточной Чечне по рекам Ямансу, Ярыксу, Акташ и Аксай.

За исключением ауховцев, сведения об аккинцах и карабулаках в письменных источниках прошлого крайне скупы и не уходят глубже XVIII—XIX вв. Так, лишь к началу прошлого столетия относится первое упоминание самоназвания карабулаков — Arschte [243, 10]. Более широко в кавказоведческой литературе XVIII—XIX вв. известно второе, тюркское имя этого народа — карабулаки. Оно появляется в русских документах не позднее 60-х годов XVIII в. в связи с переселением части карабулаков на плоскость [43, 260], а в 70—90-х годах того же столетия — в трудах западноевропейских авторов [258, 559].

В настоящее время, с точки зрения самих орстхойцев, их народ включает четыре тейпы: Щечой, Мержой, Орстхой и Аьккхой. В русских документах XVII столетия наряду с другими «горскими землицами» встречается название общества Мерези [91, т. I, 95, 97], которое Е. Н. Кушевой убедительно сопоставляется с именем Мереджой — обществом, встречающимся в литературе XIX в. и, по ее мнению, чеченским 1120, 64]. Упоминаемое Н. Витзеном общество Mereschey также легко увязывается с названием тейпы Мержой [258, 559], но, судя по этнографическим материалам, не чеченской, а карабулакской. Таким образом, свидетельства источников XVII в. следует считать наиболее ранним упоминанием имени одной группы орстхойцев.

Имя аккинцы широко известно в источниках XVI—XVII вв. Названиями окочане, ококи, Акоцкая земля изобилуют русские документы той эпохи. Однако все известные в источниках того времени факты связаны лишь с восточной группой аккинцев, к XVI в. располагавшейся в двух днях пути (пешком) от Суншина городища. Подробный анализ русских документов XVI— XVII вв., упоминающих ококов, дан в книге Е. Н. Кушевой [120, 69, 70]. Наиболее раннее свидетельство об ококах содержится в статейном списке посольства в Грузию 1587—1588 гг., текст которого называет их наряду с другими вайнахскими группами [36, 33]36. В начале XVII столетия в русских источниках становится известным имя еще одной группы аккинцев, поселившихся под Терским городом и образовавших Окоцкую слободу. Однако, судя по сообщениям источников, термин ококи применительно к жителям Окоцкой слободы уже в XVII в. обозначал не только аккинцев, но и отдельные группы чеченцев, в частности мичиковцев. Это подтверждает текст челобитной терских окочан, датируемый 1616 г. «Вышли, государь, мы, холопи твои,— сообщается в документе,— из Акоз и из Мичкиз в твою вотчину—в Терский город» [36, 554]. Со временем в состав ококов вошли, видимо, не только вайнахи. Об этом говорят подворные списки окочан Терского города, составленные по данным описи населения Терков, проведенной в сентябре 1640 г. [91, т. I, 194—196]. Содержащиеся в списках имена Лепшихи Адыгина, Сосланки Асебеева, Офонаски, Нагайки Кичеева наводят на предположение о неоднородном этническом составе терских ококов в XVII столетии. Это обозначилось еще резче в XVIII в., когда имя ококов в Терской крепости относилось не столько к вайнахам, сколько к другому горскому населению. Этот факт хорошо прослеживается в целом ряде русских документов той эпохи. «В полуверсте от крепости (Терки.— Н. В.),— описывает источник середины XVIII в.,— слобода Охочинская, населенная черкесами и другими горцами, оставшимися в магометанстве. Их при крепости Терки в Икоцкой слободе 1721 года оставалось немного, но со времени похода Петра Великого в Дербент явились к услугам его из Большой Кабарды рода Жанбулатова фамилии Бекмурзиной владелец Эльмурза Бекович, князь Черкасский, родной меньшой брат князя Александра Бековича Черкасского, а из Малой Кабарды Таусултанова рода Асламбек Келметов, то в сей слободе находилось: уже в 1727 году до 300 фамилий» [43, 77].

В западноевропейской литературе XVII—XVIII вв. сведения об аккинцах предельно скупы. Имя ококов (Okocke) упоминает Н. Витзен [258, 558]. Однако, судя по тексту, автор имеет в виду лишь жителей Терков. Только к 70-м годам XVIII столетия относится сообщение Гюльденштедта о дистрикте Аки (Aki) — горных аккинцах, населявших верховья р. Гехи [240, 481].



Этнографические свидетельства

Этнографические материалы, дополняющие письменные свидетельства, помогают выявить единство вайнахской этнической общности, взаимосвязь входящих в нее этносов и территориально-племенных групп, очертить территорию их расселения и т. п.

В настоящее время вайнахская этническая общность включает народы нохчий, гIалгIай, орстхой и аьккхий, этническое родство которых между собой, с точки зрения самих вайнахов, определяется весьма различно. В их представлении, все названные народы произошли от одного корня, однако имеют свои особые самоназвания и отличительные черты в языке. Несмотря на этнические различия, в наши дни нередко при общении представителей отдельных групп чеченцев, ингушей и карабулаков можно услышать выражение: «Ты — нашего народа (вайнах)», в котором в известной мере отражается древнее этническое единство этих народов.

Большую часть территории Чечено-Ингушетии занимает Чечня, которая, в представлении самих чеченцев, делится на следующие области: Нохчимохк, горную часть Ламмохк, плоскость, или внутреннюю Чечню (Чьо), и Притеречье (Терк-йисте). Соответственно этим областям разделяется и чеченское население. Иногда последнее делится лишь на две группы — горцев (ламрой) и равнинных жителей (охьаранах). Нередко именно жителей равнины в отличие от ламрой называют нохчи.

С точки зрения чеченца, к нохчо относятся жители верховьев рек Аксай (чечен. Ясси), Чеберлоя, бассейнов рек Чанты и Шаро-Аргуна, Мартан, Гехи, которая является западной границей распространения термина нохчо. К нохчин относятся также плоскостные, или внутренние, чеченцы (чьохьаранах). В эту группу иногда включались жители Ичкерии и Надтеречные чеченцы. Все население названных территорий в сознании самих чеченцев объединяется единым самоназванием (нохчо, нохчи), единым чеченским языком (нохчимотт) и единством происхождения — из Нашаха.

Кроме деления на плоскостных и горных среди чеченцев существуют отдельные тейпы. К числу их относятся: Нохчимохк (Ичкерия), Чеберлой (ЧIаберлой), Шатой (Шуото), Шарой, Малхиста (Маьлхи) и Майсты. Обзор начну с восточного общества Чечни — Ичкерии. Как удается установить по полевым этнографическим материалам, сами чеченцы, которым термин Ичкерия неизвестен, называют эту область Нохчимохк. По мнению чеченцев, территория Нохчимохк включает верховья рек Аксай, Яман-су, Ярык-су, Хулхулау, а также верховья притоков этих рек. Граница между Чеберлоем и Ичкерией проходит около сел. Харачой, которое считается ичкерийским. С точки зрения ичкеринца, Ичкерию составляют горные тейпы: Белгатой, Билтой, Гордалой, Аллерой, Беной, Цонтарой, Эрсаной, Гуной, Курчалой, Зандак и др.

Помимо Ичкерии в горную Чечню, с точки зрения чеченца, включается Чеберлой. Это общество хорошо известно жителям не только соседней Ичкерии, но и более западных областей (Шаро-Аргун, Чанты-Аргун и др.). Границы Чеберлоя, по определению коренных жителей, проходят по Кезенойской котловине, правобережью Шаро-Аргуна и сел. Улускерт, расположенному около сел. Дуба-юрт при слиянии рек Чанты и Шаро-Аргуна. Иногда в Чеберлой включаются также территории по Шаро-Аргуну (в частности, селения Шарой, Химой, Дай, Шикадой, Хуландой). Сами чеберлоевцы относят к Чеберлою общества Кезеной, Басо, Хиндой, Харкарой, Тундахой, Ригахой (Пхьаройэвл), Хой, Нихарой, Макажой и др. Соседнее Чеберлою чеченское население по Шаро-Аргуну условно объединяется в общество Шарой. Жители последнего, считающие себя шаройцами, иногда называются также чеберлойцами. Шаройцы занимают селения Когатой, Кесалой, Хуландой, Хачарой, Хакмадой, Шарой, Цеси и др.

Кроме Ичкерии, Чеберлоя и Шароя в состав Ламмохк'а входят тейпы, населяющие ущелье Чанты-Аргуна, названия которых прослеживаются по письменным источникам. Тейпа Шатой занимает небольшую часть ущелья, несколько выше слияния рек Чанты и Шаро-Аргуна. Между селениями Шатой и Ушкалой находятся ряд тейп, объединяемых по названию местности ЧIиннахой. Здесь же в горах располагается тейпа Дзумсой. Выше по Чанты-Аргуну расселена тейпа ЧIанти, занимающая территорию от Ушкалоя до Хильдыхароя.

Выше по Чанты-Аргуну, за тейпой ЧIанти, на р. Майстыхи (правый приток Чанты-Аргуна), расположено общество Майсты, население которого, по утверждению чеченцев, жителей Итум-кале, грузины называют, кисти. В состав общества Майсты входили селения Нуга, Пхьога, Щекхаьлла и др. На левом притоке Чанты-Аргуна, р. Миши-хи, располагалась Малхиста. С точки зрения чеченцев — жителей Ичкерии, Чеберлоя, по рекам Аргун, Мартан и Гехи, население Майсты и Мелхи— это нохчи. Некоторые чеченцы (например, представители тейпы ЧIанти) называют майстинцев самыми коренными нохчи. Однако приходилось слышать и другие мнения. С точки зрения чиннахойца, Майсты, расположенное на границе с Грузией, населяли не нохчи, а народ, по языку и культуре более близкий к грузинам и в прошлом исповедовавший христианство. Жители сел. Урус-Мартан население Малхисты считают нохчо, тогда как майстинцев, живших, по их мнению, между грузинами и чеченцами, называют горными христианами (ламкерста). Утверждение, что жители Майсты и Малхисты в недавнем прошлом в отличие от чеченцев были христиане, приходилось слышать также от жителей сел. Дай по Шаро-Аргуну, в сел. Рошничу и других местах Чечни. В сел. Рошничу мне говорили, что мелхи в прошлом не были нохчи. Они —потомки народа шедалой (хевсуры), однако в настоящее время считают себя чеченцами. Орстхойцы считают малхистинцев особой вайнахской тейпой, не причисляемой ими ни к ночхий, ни к галгай, ни к орстхой.

Западная часть Чечено-Ингушетии, населенная ингушами, разделяется на горную и плоскостную. Горная Ингушетия включает Джерахское ущелье и ГIалгIайчьо. На плоскости сами ингуши выделяют группу назрановских селений, к которым, с их точки зрения, относятся: Назрань (Наьсаре), Наьсыр-корт, Гамурзиево (Дошлакъий юрт), Альтиево (Аьлте-юрт), Плиево (Пхьилекъонгий-юрт)37, Экажево (Экажкъонгий-юрт)38, Яндырка (Яндаре), Сурхохи (СурхотIе), Бурсуки (БурокIалхе)39.

В представлении соседних чеченцев, ингуши — единый народ, который чеченцы называют самоназванием ингушей — гIалгIа(й)—и считают, что гIалгIай некогда отделились от нохчо. По мнению чеченцев, это особая тейпа, этническое родство с которой определяется выражением «Наш народ — „ваннах"». Аккинцам и карабулакам ингуши также известны под именем гIалгIай. Имя еще одной группы ингушей — фаьппий, видимо, известно лишь в среде самих ингушей. Во всяком случае, среди чеченцев по рекам Гехи, Мартан, Рошничу, Аргуну, а тем более еще восточнее этот термин не встречается. Фаьппий известны карабулакам (например, жителям сел. Верхний Алкун), которых они называют также гIannapoй (ср. гIan—в вайнахских языках «застава», «крепостная ограда»).

Соотношение и связь двух групп ингушского народа — гIалгIай и фаьппий — весьма отчетливо прослеживается по этнографическим материалам. Отмечу, что название фаьппий крайне редко встречается в письменных источниках и кавказоведческих трудах. Следует сказать, что и в наши дни еще сохраняется разделение ингушей на гIалгIай и фаьппий. Так, во время экспедиции 1969 г. при перечислении жителями сел. Насыр-корт своих тейп раздельно назывались галгаевские тейпы (Оздой, Тумгой, Кортой, Арчакой и др.) и фаппинские (Кулон, Горакой, Хулхой и т. п.). Однако, когда приходилось уточнять разницу между названными группами, обычно указывалось, что и фаьппий и гIалгIай—ингуши народ, говорящий, на одном языке. Но только гIалгIай жили высоко в горах, а фаьппий — несколько ниже их в Джерахском ущелье40.

Путем расспроса местных жителей в ряде ингушских селений удалось выявить территорию расселения групп гIалгIай и фаьппий и установить границы распространения этих терминов. Галгаи занимают территорию верховьев Ассы, ее верхних притоков, а также некоторые горные территории по Джерахскому ущелью (р. Армхи). Сел. Хули, считаясь фаппинским, служило верхней границей с галгаевцами. По мнению самих фаппинцев, их территория, включая ущелье Джерахой, от Мецхалойшахар продолжается до Хамхой. В Мецхалой т. е. Мецхальское общество, входят селения Харпи, Бейни, Гоуст, Фалхи, Мецхал, Эрзи, ОльгетIе, Лежги, Обин, Салги, Лейлах, Шуани. Жителей последнего местное население называет хевсурами, некогда переселившимися из-за гор.

За сел. Хули начиналась страна галгаев. Местность, объединяющая селения Эгикал, Хамхи и Таргим, известна среди ингушей под названием кхо кхаьле, т. е. «три селения», или ГIалгIайчьо. Ингуши, живущие ниже ГIалгIайчьо, жителей этой области называют кхокхаьллой, что, по объяснению самих ингушей, означает «настоящие ингуши». Таким образом, для обозначения галгаевцев среди ингушей известны три названия: гIалгIай, хамхой и кхокхаьллой. Страна галгаев включает два общества — Хамхи (селения Эгикал, Таргим, Пуй, Хамхи и др.) и Цори. Кроме того, галгаевские фамилии живут в некоторых населенных пунктах Джерахского ущелья — в селениях Джерах, Пхьамет (Нижний Джерах), Верхнее и Нижнее Озьми, Фуртоуг.

В связи с разделением ингушей на две группы встречались представления, что фаьппий и гIалгIай, как нохчий, орстхой и аьккхий, представляют собой отдельные тейпы, говорящие на одном, понятном друг другу языке. Однако до сих пор весьма отчетливо, особенно среди жителей горных селений, прослеживаются различия между гIалгIай и фаьппий: галгаевец никогда не скажет, что он фаьппи, тогда как фаьппи может назвать себя гIалгIа. В известной мере в этом разделении сказывались различия не только территориальные, но и, видимо, социального порядка, хотя этноязыковых отличий в настоящее время между этими группами не наблюдается. Различия социального характера нередко выражались в том, что ингуши называли гIалгIай более «высокородной» тейпой (фамилией). В известной мере это подтверждается и ингушским преданием, записанным мною в сел. Долаково в 1970 г. от А. Даурбекова (1880 года рождения): «Собрались как-то все ингуши на мехккхел41 в местности трех крестов (кхо джартIе), чтобы решить, кто же из них более высокое сословие, а кто более низкое. И постановили, что за убийство одного галгаевца следует убивать двух фаппинцев». С подобной точкой зрения на галгаевцев как более высокую тейпу приходилось встречаться среди фаьппий жителей сел. Ольгеты, которые называли горных ингушей («народ Хамхой») первыми среди ингушей. Жители сел. Джерах считают галгаевцев более сильным по сравнению с фаппинцами племенем, но при этом признают этническую общность обеих групп, так как они «люди одного языка».

Как уже отмечалось, с группой фаьппий этногенетически связаны бацбийцы. По представлениям чеченцев, бIацой в прошлом, как нохчий, гIалгIай, орстхой и аьккхий, были вайнахской тейпой, но постепенно они отошли от вайнахов. В настоящее время многие чеченцы не считают бIацой родственной тейпой, поскольку, по их мнению, бацбийцы перестали быть мусульманами. Более других вайнахов свое родство с бацбийцами признают жители Джерахского ущелья, называющие бIацой также фаьппий. Кроме этого имени среди джераховцев для обозначения бацбийцев известен еще термин цIой-бIацой. ЧIагIма-тушины называются туш-бIацой42.

Несколько иначе характеризуют бацбийцев галгаевцы. По их мнению, фаьппий, живущие за хребтом в Грузии, родственны хевсурам. Галгаевцы, жители плоскостных селений Ингушетии, признают бацбийцев грузинами-христианами. Карабулаки, входящие в тейпу ЦIечой, также сближают бацбийцев с грузинами. Различия между бIацой и остальными вайнахами значительно более ощутимы, чем между чеченцами и ингушами. Меньшая часть чеченцев сближает бацбийцев с нохчий. Так, среди чантийцев встречается мнение, что народ бIацой состоит из двух тейп — грузинской и вайнахской. «Первые говорят на чужом языке, вторые — на нашем (ваймотт), и это наш народ (вайнах)».

В среде вайнахов помимо нохчий и гIалгIай по этнографическим материалам выделяются орстхойцы и аккинцы. Термин орстхой в настоящее время довольно широко известен по всей Чечено-Ингушетии. Второе имя народа — карабулаки,— зафиксированное в источниках, почти незнакомо ни самим карабулакам, ни ингушам и чеченцам. Цечоевцы, составляющие одну из орстхоевских тейп, в 1970 г. рассказывали мне: «Мы называем себя орстхой, а другие народы, за исключением нохчий и гIалгIай, среди которых мы также известны как орстхой, зовут нас карабулаками. Ингушами нас никто не считает, хотя под этим именем мы записаны в паспортах». Среди части чеченцев (ичкеринцев) карабулаки известны под именем балой. Сами орстхойцы сближают себя с нохчий, с которыми, по их мнению, они представляли один народ, позднее разделившийся.

Этнографические материалы показывают, что термин орстхой (арштхой) среди чеченцев и ингушей имеет два значения: первое (среди ингушей и части чеченцев)— обозначение реального народа, второе (среди восточных чеченцев) — название легендарных нарт-орстхойцев (преимущественно среди населения Ичкерии и Чеберлоя). Знание орстхойцев как реального народа более характерно для населения к западу от Аргуна. В Восточной Чечне нередко приходилось встречаться с мнением, что орстхойцы — это народ, отличный от нохчий и населявший эти территории до прихода чеченцев из Нашаха. С таким представлением приходилось встречаться в селениях Хой, Харачой и др. По рассказам хойцев, в их селении прежде жили орстхойцы (нарт-орстхойцы), потомками которых считают себя жители Хоя. По преданию, орстхойцы жили также возле сел. Харачой (Ичкерия). В представлении харачойцев, это были огромные богатыри, немусульмане и разговаривали они не по-вайнахски. Пришедший к ним из Нашаха Бойкуш женился на дочери орстхойца. От одного из его сыновей и произошли харачоевцы. Абдул-Вахаб Исламов (1870 года рождения), рассказавший это предание, отметил, что других орстхойцев он не знает.

Территория Аргуна, видимо, может считаться той областью, где встречаются различные мнения об орстхойцах. По одним представлениям, это реальный народ, по другим —легендарные богатыри. Так, в сел. Джангулда (по Шаро-Аргуну) приходилось слышать, что орстхойцы — это особая чеченская тейпа. В этом же селении 140-летним Умаром Багаловым было рассказано предание о легендарных орстхойцах, в прошлом живших недалеко от сел. Химой. Однако в рассказе Бага-лова эти легендарные орстхойцы были настолько реальным народом, что он связывал с ними ряд сравнительно недавних событий. Так, Умар Багалов рассказал, что при его деде шаройцы изгнали из Химоя живших там орстхойцев, акшуройцев и цIадахарцев (дагестанцев) и будто потомков этих орстхойцев немало живет в Чечне.

Представления об орстхойцах как о легендарном народе меняются с продвижением на запад. Например, чеченцы, живущие по Чанты-Аргуну, относят орстхойцев к нохчий, а жители по р. Мартан сближают их с ингушами. Среди ингушей понятия об орстхойцах как реальном народе вполне ясны. Так, жители Назрани считают, что орстхой — это население Сагопша43. К орстхойцам ингуши относят фамилии Мужихоевых, Мержоевых, Боковых, Цечоевых и др.

Среди ингушей известна также точка зрения, по которой орстхойцы — это самостоятельный народ, но язык которых близок к чеченскому. По представлению жителей сел. Ольгеты, орстхой — это реальный народ, родственный аккинцам и малхистинцам, но не галгаевцам. Сохранившееся до наших дней среди западных вайнахов понятие об орстхойцах как своего рода «военной касте» в известной мере отражает реальную историю орстхойского народа. Их башни, построенные в верховьях р. Фортанги, считались наиболее совершенными постройками. Эти народные представления находят свое подтверждение и в Исторических источниках. В описании Кавказской губернии А. М. Буцковского (1812 г.) сказано, что в обязанности карабулакских выходцев, поселившихся «на вершинах рек Акташа и Ямансу», входило поставлять кумыкам отряды воинов [88, 243].

В качестве самостоятельного, хотя и родственного, народа вайнахи из своей среды выделяют аккинцев (аьккхий). По мнению многих чеченцев (жителей по рекам Чанты-Аргун и Мартан), аккинцы —это нохчий, хотя и имеют некоторые отличительные черты. Областью обитания горных аккинцев признается Аьккхи, Бавла, Ялхорой. С чеченцами сближают горных аккинцев также ингуши, считающие аккинскими областями не только Ялхорой, но также Майсту и Малхисту. Территориальная близость аккинцев и орстхойцев создала известную путаницу в определении племенной принадлежности населения части горных районов по Гехи и Фортанге. Так, некоторые галгаевцы называют аккинцами цечоевцев. Сами цечоевцы в иных случаях относят тейпы Цечиахк, Мержой и Ялхорой к аккинцам. В то же время, по мнению карабулаков, некоторые аккинцы называют себя орстхой. Чаще, однако, встречалось мнение, согласно которому орстхоевцы, как нохчий и гIалгIай, отдельные тейпы. Иногда чеченцы, не относя аккинцев к нохчи, считают их постоянными и давними жителями этих гор.

Население Восточной Чечни знает лишь восточных (равнинных) аккинцев, как пограничных с ними жителей. Плоскостные аккинцы в настоящее время населяют шесть селений Дагестанской АССР и называют себя аьккхи(й) или арара аьккхи(й), т. е. плоскостные аккинцы, тем самым отличая себя от ламаьккхи(й)—горных аккинцев. С точки зрения ичкеринца, аккинцы — это чеченцы, но пришедшие не из Нашаха, и язык их отличается от чеченского. Чеберлоевцы знают две группы аккинцев — горных и плоскостных — и считают их нохчий. Таким образом, по народным представлениям, аккинцы более всего сближаются с карабулаками и чеченцами, но имеют особое самоназвание.

Соседнее вайнахам население различает в их среде лишь чеченцев и ингушей и в большинстве случаев не знает аккинцев, карабулаков и бацбийцев. Исключение составляют лишь территориально близкие к последним группы кумыков, аварцев, даргинцев и грузин, которым известны плоскостные аккинцы и бацбийцы. Однако и сами чеченцы и ингуши более знакомы соседним кабардинцам, осетинам, аваро-андийцам и неизвестны адыгейцам, абазинам, народам Южного Дагестана. Значительная часть этнонимов, используемых народами Дагестана и Северного Кавказа для обозначения восточных вайнахов, представляет собой варианты имени чеченцы: осетинское цацан, кабардинское шəшəн, аварское и чамалальское чечанал, ботлихское чачанал, годоберинское чачан, каратинское чачанади, багулальское чачанадилу хеква («чеченский человек»), тиндийское чачанаду хеква, дидойское чачанази. Другую группу составляют этнонимы, видимо более древние по своему характеру. Таковы кумыкское название чеченцев мычыгъыш, аварское буртиал, андийское бутрул, даргинское мичихичлан. Название ингушей среди дагестанских народов неизвестно. Однако Н. Я. Марром среди аварцев был записан термин галгайал, а среди андийцев — галгайол и насриал [148, 33], вероятнее всего попавшие в аварский язык от соседних чеченцев. Значительно лучше ингуши известны своим западным соседям — осетинам, которые называют их мœхъœлон44, и кабардинцам, именующим ингушей мыщхъыш. Помимо термина мыщхъыш в кабардинском языке, особенно среди населения Большой Кабарды, получил распространение этноним ингуш.

* * *

Изложенные в главе материалы показывают, что существующие в настоящее время вайнахские этно-племенные названия не имеют аналогий в этнической номенклатуре, известной нам по письменным свидетельствам античного и раннесредневекового времени. Исключение составляет этноним дурдзук, отраженный в источниках IX—XI вв., который, судя по сообщениям авторов того времени, видимо, следует увязывать с вайнахской этнической общностью и который известен еще в источниках начала XIX в. Лишь источники XIII—XIV вв. впервые фиксируют этнонимы, вполне четко согласующиеся с чечено-ингушскими этнонимами последующих эпох.

Однако довольно позднее появление в источниках вайнахских этно-племенных названий еще не означает, что этногенетический процесс протекал в более позднее время. Формирование вайнахской этнической общности уходит в глубь веков и, видимо, если учитывать косвенные свидетельства топонимии, языка, мифологии, происходило на более широкой территории, включая некоторые области южных склонов центральной части Кавказского хребта. Многообразные политические и этнические процессы, происходившие в этих районах на протяжении веков, привели к изменению этнической территории вайнахов. Это обстоятельство необходимо учитывать в поисках древних чечено-ингушских этнонимов и не исходить из более поздних этнических границ этих народов.

В наши дни в современной этнической номенклатуре вайнахов сохранились все этно-племенные названия, известные нам по письменным свидетельствам XIII— XVIII вв. Это касается также многочисленных тейповых названий чеченцев, карабулаков, аккинцев. Не исключено, что такого рода названия, четко прослеживаемые и в настоящее время, отражают древнее племенное деление вайнахских народов, хотя сейчас характер этих образований территориально-локальный.



ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Приведенные в данной работе материалы еще раз подтверждают тезис о многообразии этнического состава населения Северного Кавказа — явлении, выделяющем этот регион среди многих других, причины которого следует искать как в особенностях этногенетических процессов на его территории; так и в особенностях развития самой этнонимии. Последнее предполагает, в частности, существование в качестве имен одного этноса нескольких этнонимов, включающих самоназвание народа, названия его племенных и локальных групп, а также этнонимы, возникающие в среде соседнего населения.

Письменные источники и этнографические материалы, используемые в исследовании, дают возможность сопоставлять и согласовывать древние и современные этнонимы, детально изучать процессы их развития. Выясняется, например, что формирование современной этнической номенклатуры Северного Кавказа — длительный процесс, протекавший в различные исторические эпохи: в античное время уходят корни некоторых адыгских, абазинских и осетинских этнонимов; в раннее средневековье становятся известными новые имена, этнически связываемые с вайнахами, осетинами, адыгами; к позднему средневековью относится появление в источниках множества вайнахских, адыгских, карачаево-балкарских и ногайских этно-племенных названий. В XVIII— XX вв. происходят значительные изменения в северокавказской этнонимии. Так, термин осетины, появившись не ранее конца XVII — начала XVIII столетия, стал общим названием иронцев и дигорцев; имя балкарцы лишь в советское время стало национальным именем всего тюркоязычного населения Кабардино-Балкарии.

Интернет
Гoрная Аькха состоит из следующих сел:
Итар-Кхел, Орзми-Кхел, Тишле, Хеги, Вовги, Туести, Кежвин-чоь, Кеймехк, Ерди-чюь, Хехели, Гозони, Зенгале, Биций, Керети.

Печально, но факт, многие равнинные, бнутренние и даже горные аккинцы с трудом вспоминают горную Аькху, где жили еще 7-9 000 лет назад предки аккинцев, а так же места где в Джейрахском ущелье, где обитали часть аккинцев.



Древние верования отразились, например, в предании о том, как возникло озеро Галанчож:

Однажды две женщины (мать и дочь) из тукхума акхи отправились стирать пеленки в чистейшей воде озера по соседству с их аулом.
дух воды, возмущенный тем, что они загрязняют воду, превратил обеих женщин в камни. но и само озеро не захотело оставаться в оскверненном месте и превратилось в великолепного могучего быка, который спустился вниз в аул галанчож. тамошние жители увидели быка, запрягли его и начали на нем пахать. когда была вспахана первая борозда, показался ручеек, когда была распахана вторая борозда, показалась вода, а когда была готова третья, то вода затопила все поле, и бык исчез в ней. с тех пор озеро галанчож считается священным: никому не позволено черпать отсюда воду или стирать в ней.

Озеро Галанчож и его окрестности были когда-то культовым центром чеченцев. Особо здесь чтился, помимо других общечеченских культов, культ божества плодородия Тушоли. У селения Вийлах сохранилось каменное изваяние этого божества.

Помимо легенд, о выходе орстхоевцев из Нашха, древней родины всех нахов-нахчой, свидетельствуют и рассказы орстхойских старцев, слышавших от своих дедов или читавших в прошлом из утерянных во время выселения в 1944 году семейных хроник-таьптаров, что орст-хойцы и чеченцы - один народ и имеют единую прародину в Нашхе.
К примеру, житель селения Кень-Юрт (Галне) Мустапаев Хумид, знающий своё родословие до 14 колен, свидетельствует: "Наш род принадлежит к тайпу эрстхоевцев. Первоначально эрстхойцы жили в горах Галанчож. Оттуда во время переселения на плоскость часть их спустилась на жительство на места нынешних станиц: Карабулак, Ассиновской, Троицкой, селений Сагопши, Долаково и др. Мой прадед Акбулатов Мустапа переселился на жительство в селение Кень-Юрт Надтеречного района из Сагопши". (С.Ч.Эль-мурзаев. Новые данные о чечено-ингушских нарт-эрстхоевских сказаниях. Труды. Том IX, Грозный - 1964 г., с. 131)
Как мы неоднократно указывали, древний Нашха, помимо верховий Гехи, включал также район озера Галанчож, ущелье реки Овухи, притока Гехи, верховья Фортанги, куда входят горная Аьккха и Орстхой-мохк. Об этом говорит и чеченский учёный-языковед И.А.Арсаханов: "Аккинцы издревле жили в нагорном районе Лам-Акки, у истока реки Гехи, где находится урочище Нашах". (И.А.Арсаханов. Аккинский диалект в системе чечено-ингушского языка. Грозный - 1959 г., с.5)
Таким образом, современные орстхоевцы с чеченцами в прошлом относятся к одной ландшафтно-географической и в связи с этим и мировоззренческой общности, называвшейся, по всей видимости, общим названием орстхой, в противоположность ингушам и другим горным тукхумам - ламарой. Тем не менее, они генетически являются одним родственным народом и это выражено в другом предании, в котором говорится, что предок нахов Турпал Нахчо имел 5-х сыновей: Beno, Orstho, Shoto, Akh, Terlo. Предание, упоминая в лице ГIалгIа, Орстхо и Шото западную, центральную и восточную части нахчинского или, как принято писать в научной литературе, нахского народа и указывая на их общего отца Турпал Нахчо, передаёт представление народа о генетическом родстве его составных частей.
А. Мальсагов точно определил значение этнонима "орстхо" - житель равнины, в противоположность "ламаро" - горец. При этимоло-гической разборке этнонима "эрштхо/орстхо" я также пришёл к выводам, сходным с мальсаговскими. Этноним "орстхо/эрстхо" мною был разбит на сросшиеся слоги "аре + йист + тIе + хо" со значением - живущий на краю равнины, ещё до того, как я узнал, что А.Мальсагов уже провёл этимологический анализ этого этнонима. Но моя и мальсаговская этимология данного этнонима, хоть и выдерживает все законы нахской фонетики, оказалась не совсем верна. Работать, соблюдая все известные законы, оказывается, мало, и многие достижения науки в долгу перед научным чутьём учёного.
Я.С.Вагапов даёт этимологию этого этнонима как "жители предгорий аьрц-наш), то есть арс + тIе + хой - живущие на арс/арц. А, как нам известно, равнина - аре, по крайней мере, со времён походов монгольских орд на Кавказ была долгое время недоступна нахам, и потому насельники предгорий и долин были для горцев жителями низовий - вахьара нах.
Кто внимательно читает эту книгу, наверное, помнит, что в главе "Экскурс в прошлое" мы отмечали, что нахи-предгорники (хьаларой) и равнинники (вахьархой) вместе составляют общество плоскостных нахов (арара нах), в противоположность горным (ламарой), и, по сути, являются жителями лесистых предгорий (аьрцнаш). По этой причине они определённо могли в прошлом называться арцхой-арстхой-эрстхой-орстхой.
Для того чтобы дать правильную оценку данному этнониму, прежде всего, надо разобраться в географических понятиях и в том, что именно следует относить к плоскости и к горам в Чечне. Кто-то относит Чеченскую равнину к плоскости, кто-то к предгорьям. Спор вокруг этой дилеммы не решён. Но даже те из авторитетных географов, кто видит в ней плоскость, называет её наклонной равниной: "К югу от Сунженского хребта находится наклонная равнина, распадающаяся на две котловины - Владикавказскую и Грозненскую". (Е.И.Крупнов. Древняя история Северного Кавказа. Москва - 1960 г., с.21)

Чеченские села в Чеченском Сунженском районе

Пользуясь случаем, для интересующихся приведем даты изгнания местных жителей и воздвижения на их месте станиц Сунженского района: в 1845 г. - Троицкая и Сунженская-Слепцовская, (а до этого там были Эбарг-Юрт и Кури-Юрт); в 1847 г. - Ассинская и Магомет-Юртовская-Вознесенская (а до этого там были Ах-боарзе и Махьмада-хи-т1е); в 1860 г. - Карабулакская, Тарская, вторая Сунженская, Нестеровская (а до этого там были Илдарха-г1ала, Онгашт, Ахки-Юрт, Г1ажари-Юрт). Так когда же были образованы эти орстхойские села, на месте которых были в середине 19 века возведены станицы?

Вкратце тут история такова: Проживавшие на предгорных отрогах (оарцаш) выходцы из Аккинского общества, орстхойцы "обратились" в 1768 г. к царской администрации с просьбой разрешить им поселиться на равнине. В 1772 г. такое разрешение было дано и орстхойцы вместе с другими нохчийн обществами заложили уже перечисленные села. Видимо оттуда, от 1772 г. и надо вести отсчет их возникновения. Сделаем отступление вглубь истории.

Добавлено (2006-08-04, 2:21 Am)





Ищущий правды

09.02.2007 22:50



Аькхи-чуь - горная область Чечни, вкоторую входит Кей-Мохк, на востоке - с Нашхом, на западе - с Ялхарой(часть ялхарой аккинцы), на севере — с районами чеченского общества Орстхой (Орстхой и Аккинцы входили в тукхам Карабулаки). когда-то область была густо заселена. руины башенных селений зенгали, бици, керети, воуги, ами, итир-кале до сих пор напоминают о суровом прошлом этих гор.

основным занятием жителей акки являлось военное дело, скотоводство и земледелие. кроме того, они славились как прекрасные охотники и воины. Кроме того у аккинцев были и множество военнопленных и рабов, своих рабов аккинцы и орстхой называли суьле, на русском мой раб.

аккинцы приняли активное участие в кавказской войне в отрядах имама Шейха Мансута, а потом и Шамиля. многие укрепленные селения осаждались царскими войсками, многие башенные строения были разрушены во время штурма и обстрела из артиллерийских орудий.

м.а. иванов, посетивший акки в начале прошлого столетия, писал об этом: «на возвышенных площадках разбросаны каменные сакли нескольких отселков старшинства. они группируются в большинстве случаев вокруг старинных башен, которыми вообще богата эта местность, служившая в отдаленном прошлом ареной бесконечных распрей и междоусобиц, а в ближайшую эпоху — борьбы шамиля с русскими войсками. об этих последних событиях среди населения сохранились еще свежие воспоминания: рассказывают о том, как брались русскими крепкие башни, как гремели пушечные выстрелы и артиллерийские снаряды разбивали твердыни горцев».

еще в позднем средневековье аккинцы занимали территории к западу не только от истоков гехи, но и фортанги и ассы. аккинцы тейпа ваппи жили и в джейрахском, и в дарьяльском ущелье, в селениях ларс, гвилети. в русских источниках того времени упоминается владетель ларсова кабака (селения — автор) салтан-мурза, который был братом ших-мурзы окоцкого. согласно полевым материалам, чеченский тейп багачарой, выселился из района, который находится у истоков сунжи, у горного хребта багучар. в те времена этот тейп относился к тукхуму акки, но багачаройцы даже после переселения на правый берег шаро-аргуна продолжали считать себя частью аккинского тукхума. часть багачаройцев еще в Xvi веке основала село багачарой у выхода из аргунского ущелья, неподалеку от селения гойты. в 1825 году оно было сожжено русскими войсками в результате трехдневного сражения. это сражение было описано князем волконским в одном из писем к своему другу.

в Xv—xvi веках часть аккинцев мигрировала на восток, в ичкерию, а также в районы расселения нахского племени «овхой» (сегодня — это западные районы дагестана), которые, по всей видимости, являются потомками древнего племени аорсов, упоминаемого страбоном. позже в эти же районы переселились орстхоевцы (цечой) из ущелья цеча-ахк, а также пешхой. в результате появился чеченский субэтнос, который, идентифицируя себя как часть чеченского этноса, выделяет себя в нем как «акки» в отличие от «лам-акки» - горных аккинцев, которые сегодня живут почти во всех районах чечни.

после окончания кавказской войны в Xix веке многие жители акки переселились в турцию. тейп ваппи, как и некоторые орстхоевские фамилии, покинул чечню почти полностью.

несмотря на множество древних селений, до нашего времени в более или менее сохранном виде дошло очень мало памятников архитектуры. в селении зенгали, расположенном к югу от озера галанчож, на левом берегу реки гехи, сохранилось около двадцати жилых башен различной сохранности, построенных из хорошо обработанного камня. отдельные жилые и полубоевые башни сохранились в селениях бици, керети, мизиркала. во время последних двух войн они были подвергнуты бомбардировке российскими самолетами.

дожившие до наших дней архитектурные строения свидетельствуют о высоком мастерстве их строителей. акки, как и терлой, и майста, славилась своими мастерами. сохранилась легенда об одном из них — знаменитом строителе башен дисхи. по дороге в селение воуги стоит одинокая башня. местные жители называют ее дисхи-боу. говорят, что ее построил мастер дисхи. в одном из селений акки дисхи засватал девушку. однажды весной, когда легче всего было купить или выменять овечью шерсть, он попросил невесту сшить ему шубу. она пообещала, но почему-то долго не могла закончить работу. дисхи рассердился за невнимательное отношение к своей просьбе и сказал невесте, что он быстрее построит башню, чем она сошьет шубу.

он принялся за работу. возвел стены, и когда нужно было завершить кровлю, деревянные подмостки, на которых лежали тяжелые камни, не выдержали и рухнули. и погиб мастер дисхи. услышала об этом невеста, прибежала к башне и, увидев мертвого жениха, взобралась на башню и бросилась вниз. так и осталась башня недостроенной. а люди в память о знаменитом мастере назвали ее дисхи-боу - башней дисхи.

к одному из красивейших памятников жилой архитектуры чеченцев можно отнести жилую башню мизир-кала, которую отличают изящество пропорций, утонченный декор, высокая техника строительства, что обычно более характерно для боевых башен.

над левым берегом речки акки-хи, на высоком каменном обрыве, расположена встроенная в скальную нишу башня итир-кале. ее можно назвать маленькой крепостью. доступ к ней невозможен, так как деревянные мостки, переброшенные со скалы на скалу, давно рухнули. стены почти полностью развалились, остались только фрагменты. согласно полевым материалам, владельцем крепости был местный феодал гаж, который отличался жестоким и свирепым нравом. он брал пошлину в виде овечьей шерсти и пороха с проезжающих по этой дороге людей. по преданию, гаж был убит восставшими соплеменниками.

сегодня ущелья акки безлюдны. в вечном безмолвии застыли силуэты древних башен. и никто не может сказать, вернется ли когда-нибудь сюда жизнь вновь.



Аккинцы (см. также Чеченцы) — (арара-аьккхий); самоназв. аьккхой произошло от назв. одного из древнейших горных обществ Чечни, располагавшегося в верховьях р. Гехи и считавшегося родиной аккинцев-ауховцев Дагестана. Возможно сопоставление с «аккисы» Плиния Старшего (I в.) и «акиты» Клавдия Птолемея (II в.). Т.н. «аккинский диалект» производен от галанчожского диалекта чеченского языка.

Равнинные А. обитали в местности Аух (ныне в северных районах современного Дагестана), в пространстве от р. Ямансу до р. Акташ, в предгорно-равнинной полосе (местность «Окох», «Ококи», «Акуки» русских источников XVI — XVII вв.). В сер. XIX в. равнинные А.-ауховцы насчитывали до 4 тыс. чел. мужского пола, сосредоточенных в восьми аулах.

Общество А.-ауховцев «Аухар» оказало в 1395 г. упорное сопротивление войскам завоевателя Тимура. К этому времени ауховцы уже были мусульманами. Аух («Окох») имел свою княжескую династию, завязавшую во 2-й пол. XVI в. оживленные связи с Моск. Государством. В 80-х гг. XVI в. Ших-Мурза Окоцкий стал одним из самых влият. союзников Руси на Кавказе. Он отправлял послов в Москву и получал жалованные грамоты и богатые дары. Его влияние распространялось не только на Аух, но и на равнинные земли Чечни и части Сев. Дагестана (Шихов улус, Шихов-юрт).

В 1596 г. он был убит в войне с феодальными соперниками и ему унаследовал Ботай-мурза, признавший себя вассалом кумыкского правителя Салтан-Магмута Эндерейского.

В русскую крепость — Терский город (Терки) бежало после смерти Ших-Мурзы 160 семейств окочан, выезды из «Окох» в Терки аккинских мурз (Кохостровы, Бийтемировы), узденей и рядовых крестьян продолжались и в нач. XVII в. Здесь возникла крупная Окоцкая слобода, жители которой были отданы под управление кабард. служилого князя Сунчалея Черкасского. Окочане служили своеобразным дипломатическим воинством Русского царства на Кавказе, выполняя самые разнообразные поручения и занимаясь, наряду со службой, земледелием и торговлей. Слобода существовала на р. Терек вплоть до XIX в., пополняясь выходцами из Чечни и других горских земель.

В период нац.-освободит. борьбы горцев в 20 — 50-х гг. XIX в. ауховцы приняли активное участие в войне с царизмом. Аух, еще в к. XVIII в. расставшийся со своими титулованными кумыкскими феодалами, входил в число наибств Чеченской обл. имамата Шамиля (Ауховское наибство). Его жители считали себя чеченцами.

После окончания Кавказской войны, в результате адм. реформы царизма общество Аух было включено в состав Хасав-Юртского округа Терской обл., а после утверждения советской власти данный округ включен в Горскую АССР, а затем передан в Дагестанскую автономную республику (1921).

Чеченцы Ауха имели до войны 1941—1945 гг. свой нац. р-н (Ауховский) с населением 35 тыс. чел., но в 1944 г. подверглись депортации в Казахстан и Ср. Азию. В настоящее время чеченцы-А. насчитывают свыше 60 тыс. чел. и проживают в г. Хасав-юрт и в нескольких сел. р-нах Дагестана (Хасавюртовский, Казбековский, Новолакский, Бабаюртовский).

В последнее время усиливаются требования по восстановлению нац. Ауховского р-на. Требования ауховских чеченцев по возвращению родных аулов получают понимание руководства Республики Дагестан.

Литература:


  1. Арсаханов И. Аккинский диалект в системе чечено-ингушского языка. Грозный, 1959;

  2. Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные назв. Сев. Кавказа. М., 1972;

  3. Хизриев Х.А. Кавказцы против Тимура. Грозный, 1992;

  4. Адисултанов А.А. Акки и аккинцы XVI — XVIII вв. Грозный, 1992;

  5. Кушева Е.Н. Русско-чеченские отношения. 2-я пол. XVI — XVII в. Сб. док. / Сост. Е.Н. Кушева. М., 1997.

Авторы: Ахмадов Я.З., Хизриев Х.А. (Грозный)
Общие основы чечено-ингушского эпоса

У.Б. Далгат

У чеченцев и ингушей сохранились народные предания о происхождении и расселении отдельных обществ и даже отдельных фамилий и родов. Предания эти, помимо всего прочего, представляют определенный интерес с точки зрения «исторического обоснования» героического эпоса чеченцев и ингушей.

В них часто фигурируют легендарные родоначальники, которые изображаются могучими богатырями эпического склада. Тот или иной легендарный родоначальник выбирал себе определенную территорию, занимал се и вместе со своей дружиной отстаивал ее мечом от себе подобных. Древнейшими местами поселения чеченцев считаются Маасты и плоскогорье Нашах, и верховьях Чанти-Аргуна, Мартана, Гехи, Фортанги, Ассы.

Предания чеченцев упоминают трех братьев: Га, Ахо (или Ако) и Шото, которые будто были родоначальниками всего чеченского племени18. От трех братьей Ако, Шото и Га образовались три общества: Галгай, Ако и Шото; первое — в верховьях Ассы, второе— и верховьях Гехи, третье — в верховьях Чанти-Аргуна и Шаро-Аргуна, притоков Сунжи. От этих трех обществ путем естественного роста и присоединения новых пришельцев образовались все остальные общества чеченцев, расселившихся па восток, север и запад. Все названия — Шото, Ако, Га19 (Галгай) — были именами предводителей, родоначальников-пришельцев; свое имя они переносят и на занятую территорию.

По другому чеченскому преданию, «некий акинец, по имени Арштхоо, выселившись из своего общества [горного Акинского общества] и спустившись с своим родом в Бамутское ущелье, основался у источников, называемых Черными Ключами [по-кумыкски— Карабулак]. От населения, основанного здесь Арштхоо, образовалось особое общество, называвшее себя... Лрштхой»20.
Все исследователи и знатоки жизни чеченцев и ингушей — У. Лаудаев, Ч. Ахриев, Б. Далгат, Н. Якорлев и др.— говорят, что различные общество часто представляли неродственные и враждебные друг другу группы. Существовали раздоры не только между фамилиями, но и между родами. Акинцы (от которых, по преданиям, произошли арштхойцы — карабулакн)21 считались самым воинственным, непокорным народом. Вражда обществ и фамилии, как мы увидим далее, запечатлялась и в эпосе чеченцев и ингушей, где набеги и межродовые раздоры занимают определенное место. Родовой быт чеченцев и ингушей сказался на их мировоззрении, нравственных нормах поведения, религиозных представлениях, народной мифологии.
В горной Чечне, в Акинском обществе, у сел. Галанчодж, находятся небольшое озеро, способствовавшее возникновению представления о духе озера, которого чеченцы высоко чтили. Поэтический миф о возникновении озера Галанчодж был записан В. Миллером. В нем говорится, что близ аула Ялхорой, в месте, называемом Амка, было прежде озеро. Однажды мать с дочерью отправились на берег этого озера и по неразумию стали мыть грязные пеленки в его хрустальной воде. Дух озера обратил обеих женщин за осквернение в камни, которые и теперь еще виднеются у Амка. Но и озеро не хотело оставаться в оскверненном ложе. Оно обратилось в чудного рослого
быка22, который перешел скалистый кряж, оставив след в виде громадной выемки, и спустился вниз почти с отвесной высоты. Затем бык подошел к тому месту, где теперь лежит озеро и где прежде были расположены пахотные участии. Одни жители хотели впрячь быка дли работы, другие говорили, что это божий бык, и противились этому, но в копне концов его впрягли. Когда он вел первую борозду, в ней выступила грязь; при втором — стало еще мокрее; при третьей — из земли выступила вода; при четвертой бороздке вода хлынула стремительно, затопила поле и всех людей. Бык исчез в волнах озера. С тех
пор появившееся внезапно озеро долго внушало людям суеверный страх; многие считают его бездонным и не пьют его воду. Миф этот не только объясняет происхождение озера, но со держит и определенные нравственные понятия, которых люди должны придерживаться,—иначе они понесут тяжелую кару.

Иванов М.А.

В горах между рр. Фортангой и Аргуном.

Записки Кавказского отдела Русского географического общества.

Тифлис, 1904, т.17 № 1-4, с. 31-68

Въ горахъ между рр. Фортангой и Аргуномъ.

Являясь господствующей высотой въ прилегающей горной части, гора Муйты-керъ играла въ историческомъ прошломъ края значительную роль. Въ Мереджоѣ мнѣ пришлось слышать повѣствованіе, которое я привожу со словъ разсказчика, мѣстнаго старожила. Съ незапамятныхъ временъ до появленія Шамиля и даже при немъ каждый родъ горцевъ жилъ отдѣльно, имѣлъ свои пашни, свои владѣнія, и по нимъ никто не могъ проходить безъ позволенія главы фамиліи свободно, безопасно. Недостатка въ храбрых молодцахъ тоже не было, а занятіе ихъ извѣстное: налетятъ какъ вѣтеръ, пограбятъ, захватятъ кого повиднѣе въ плѣнъ ?ются такъ-же быстро, какъ и появились, а потомъ за плѣнныхъ требуютъ съ родственниковъ выкупъ. Для рѣшенія всякихъ снорных дѣлъ и установленія условій собирались въ то время наши почетные старики—представители племенъ ингушей, карабулаковъ, чеченцевъ, мелхастинцевъ и даже отдаленные тушинцы и хевсуры пограничной горѣ (Муйты-керъ). Со стороны Аккинскаго общества на склонѣ этой горы есть большой плоскій камень, который служилъ какъ-бы трибуной для предсѣдателя такихъ совѣщаній представителей, а имя его было Муйты. Предметомъ занятій совѣщанія бывало установленіе цѣны на выкупъ плѣнныхъ, платы за охрану во время переходовъ по районамъ чужихъ племенъ, цѣнъ на скотъ и т. п.; о времени собранія члены оповѣщались заблаговременно. Муйты, какъ самому умному, опытному въ дѣлахъ вліятельному человѣку, предоставлялось право согласиться или отвергнуть постановленіе совѣта.

Согласіе онъ выражалъ взятіемъ себя за носъ и уши, а отрицаніе вставаніемъ на ноги на камнѣ. Въ послѣднемъ случаѣ представители обязывались пересмотрѣтъ вопросъ снова и рѣшить его иначе или непосредственно, или-же по указанію своего предсѣдателя—Муйты. Утвержденныя постановленія совѣтовъ были обязательны для членовъ всѣхъ племенъ и исполнялись безпрекословно.

Общество Мереджи составляютъ селенія Верхній и Нижнiй Гяритъ, Халхарой и центръ его—Мереджой и Цеча-ахки, дающiй въ общей сложности 67 дворовъ. По близости лѣса и удобства доставки матеріаловъ мереджоевцы находятся въ несравненно лучшихъ условіяхъ, нежели ихъ сосѣди—ялхаройцы и аккинцы, почему здѣсь преобладаютъ деревянныя постройки. Въ отношенiи сельскохозяйственныхъ угодій описываемый районъ обставленъ так же очень недурно: въ распоряженіи 59 дворовъ (исключая с. Цеча-ахки) старшинства состоятъ нагорные луга и поляны по обѣ стороны р. Мереджи до водораздѣла (на востокѣ), представляющая перемычку между гг. Борзанты и Гилла-кортъ, и отъ послѣдней по возвышенностямъ, обрамляющимъ верховья рр. Нитхой и Чо? (лѣвый притокъ первой), до хребта Кори-ламъ съ частью южнаго его склона.

Я не стану описывать мѣстность отъЯлхароя и далѣе по Аккинскому ущелью: здѣсь мы шли знакомымъ путемъ, которымъ я слѣдовалъ въ свою поъздку по котловинѣ р. Гехи*). Скажу только, что отъ башни Дисхи-воу**) мы свернули влъво, перебрались черезъ рѣчку Акки-хи и стали подниматься на возвышен­ности, обрамляющiя ея правый берегъ. Здѣсь, на одномъ изъ пологихъ бугровъ, у тропинки, обращаетъ на себя вниманiе камен­ная плита-иамятпикъ съ высѣченнымъ на ней крестомъ; въ твердомъ песчаникѣ совершенно ясно сохранилось его изображенiе: двѣ пересѣкающiеяся подъ прямымъ угломъ линiи, а на концахъ ихъ четыре правнльныхъ круга. Плита имѣетъ 1 арш. 10 вершк. высоты надъ землею, 12 вершк. ширины и 3 вершка толщины. Кромѣ креста никакихъ фигуръ не имеется. На мои разспросы какъ у проводника, такъ и у встрѣченныхъ далѣе на сѣнокосѣ аккинцевъ я не получилъ никакого опредѣленнаго отвѣта: всѣ го­ворили, что ничего не знаютъ о происхожденiи этого памятника.

Поднявшись на два небольшихъ увала отъ рѣчки, тропа вы­ходить на небольшое покатое плоскогорье. Густая сочная трава длинными рядами ложилась подъ дружными взмахами косцовъ, которые, когда мы показались изъ-за пригорка, оставили работу и съ любопытствомъ осматривали нашъ караванъ, хотя, кажется, никто изъ его участниковъ не представлялъ изъ себя чего-либо занимательнаго. Нашъ проводннкъ, молодой парень, сомнѣваясь въ исправности дороги но южнымъ свѣтамъ Юкъ-еръ-лама, счелъ не лишнимъ собрать у нихъ нѣкоторыя свѣдѣнiя, и мы на минуту прiоставовились. Отвѣты косарей-аккинцевъ подтверждали опасенiя, слышанныя нами отъ ялхаройцевъ, но добиться опредѣленныхъ отвѣтовъ и указанiй было нельзя.



Иванов М.А.

Верховья р.Гехи

Записки Кавказского отдела Русского Географического общества. Тифлис, 1902, т. 15, с. 270-302



Верховья р. Гехи.

Въ началѣ іюля мнѣ пришлось побывать въ той часги горной Чечни, гдѣ раскинулись Ялхаройское, Аккинское, Галанчочское и Хайбахское старшинства, входящія въ составъ 6-го участка Грозненскаго округа Терской области.


Миновав селенiе Итыръ-кале, вы вступаете, какъ сказано выше, въ широкую долину. Передъ глазами путника цѣлый лабиринтъ пологихъ бугровъ, задрапированныхъ яркой зеленью нагорныхъ луговъ. По ложбинамъ и балкамъ серебряными лентами сверкаютъ прозрачные ручейки-безчисленные притоки рѣчки Акки-хи. Дно долины и наиболѣе пологiе скаты почти сплошь засѣяны пшеницей, ячменемъ н овсомъ. На возвышенныхъ площадкахъ разбросаны низенькiя каменныя сакли нѣсколькихъ отселковъ старшинства; онѣ группируются въ большинствѣ случаевъ вокругъ старинныхъ башенъ, которыми вообще богата эта мѣстность, служившая въ отдаленномъ прошломъ ареной безконечныхъ распрей и междо-усобицъ разрозненныхъ горскихъ племенъ, набѣговъ отдѣльныхъ шаекъ удальцовъ, а въ ближайшую эпоху-борьбы Шамили съ русскими войсками. Объ этихъ последнихъ событiяхъ среди насе-ленiя сохранились еще свѣжiя воспоминанiя: разсказываютъ о томъ, какъ брались русскими крѣпкiя башни, какъ гремѣли пушечные выстрелы и артиллерiйскiе снаряды разбивали твердыни горцевъ. По многочисленнымъ развалинамъ можно заключить, что населенiе долины въ прежнiя времена, быть можетъ, далеко превосходило численностью составъ современнаго намъ Аккинскаго старшинства, въ которомъ числится всего 86 дворовъ.
По дорогѣ, въ селенiе Воуги (оно-же Акки), куда намъ пришлось завернуть для смѣны лошадей, стоитъ какъ-то совершенно особнякомъ высокая башня. Судя по рядамъ бойницъ, она имѣетъ четыре этажа (безъ крыши). Стѣны ея имѣютъ внизу до 6 арш. ширины, а кверху немного съуживаются, такъ что башня имѣеть форму усѣченной пирамиды. О постройкѣ этой башни разсказываютъ слѣдующее. Очень давно въ горахъ жилъ молодой человѣкъ по имени Дисхи, который славился искусствомъ строить высокiя башни. Въ одномъ изъ ауловъ Аккинскаго ущелья Дисхи засваталъ девицу. Какъ-то весною, когда легче всего бываетъ добыть въ горахъ овчинки съ молодыхъ овецъ, попросилъ Дисхи свою невѣсту собрать матерiалъ и сшить ему шубу. Невѣста обѣщала исполнить просьбу жениха, но дѣло шло у нея очень вяло: уже лѣто близилось къ концу, начинались холодные утренники, а шубы все не было. Поинтересовался женихъ узнать, исполнено ли его порученiе, и, къ великому огорченiю, убѣдился въ полномъ нерадѣнiи своей милой: оказалось, что еще и овчины не были окончательно выдѣланы. Желая выразить возможно сильнѣе негодованiе за такое невнимательное огношенiе къ своей просьбѣ, Дисхи обѣщалъ невѣстѣ, что онъ самъ приготовитъ матерiалъ и достроитъ высокую башню и что это случится скорѣе, нежели будетъ готова шуба. Отъ слова дошло и до дѣла: началъ Дисхи готовить матерiалъ, а затѣмъ скоро приступилъ и къ возведенiю стѣнъ. Дабы не ударить лицомъ въ грязь передъ дѣвицей и доказать правдивость своихъ словъ, Дисхи, естественно, очень торопился, и работа быстро шла впередъ. Вотъ уже стѣны закончены, на высокихъ подмосткахъ навалены каменныя плиты; осталось изъ нихъ свести крышу, какъ вдругъ бревна подмостковъ обломились подъ непомѣрной тяжестью камня и... Дисхи слетѣлъ съ пятисаженной слишкомъ высоты вмѣстѣ съ матерiаломъ, которымъ и былъ убитъ. Прибѣжала на тревогу невѣста и, увидѣвъ обезобра-женный трупъ своего жениха, бросилась рядомъ съ нимъ на кинжалъ и тоже пала мертвой. Погибъ знаменитый мастеръ, и роковая башня понынѣ называется Дисхи-воу.

Къ одной изъ стѣнъ этой романической башни въ настоящее время прилѣплено узкое продолговатое зданiе общественной мечети, кажуееся пигмеемъ въ сравненiи съ этимъ колоссомъ.

Аулъ Воуги состоитъ изъ 30 дворовъ. Сакли и всѣ хозяйственныя постройки сложены изъ дикаго плитняка. Нѣкоторыя сакли и здѣсь, какъ въ Ялхароѣ, имѣютъ побѣлку, матерiаломъ для которой служитъ добываемый въ окружающихъ горахъ порошокъ-очевидно, разрушившiйся подъ дѣйствiемъ атмосферныхъ влiянiй алебастръ, куски котораго мнѣ часто встрѣчались въ этой странѣ. Но служилъ-ли тотъ-же алебастръ и составною частью того крѣпкаго цемента, который уже много вѣковъ сдерживаетъ стѣны древнихъ башенъ и могильниковъ наперекоръ времени и непогодамъ?

Селенiя Аккинскаго старшинства имѣютъ значительную площадь сельско-хозяйственныхъ угодiй, заключающихся главнымъ образомъ въ покосныхъ и пастбищныхъ земляхъ; пахотными участками эта местность сравнительно также довольно богата.


Ялхаройекое, Аккинское, Галанчочское и Хайбахское стар­шинства имѣютъ въ своемъ пользованiи земли, расположенныя въ очерченныхъ выше границахъ, котловины, и кромѣ того значительную площадь нагорья, заключеннаго приблизительно между истоками рр. Нитхоя и Большого Шалажа на западѣ и Большой Рошни на востокѣ, съ раскинувшимися на этомъ пространствѣ лу­гами, вплоть до границы вертикальнаго распространенiя лѣсной растительности по сѣвернымъ свѣсамъ хребтовъ Волой-ламъ и Нашхой-ламъ23), которая едва-ли лереступаетъ здѣсь 6000-6200 футовъ.

Всѣ эти угодья (сенокосы, пастбища и пахотные участки вблизи селенiй) составятъ пространство до 10000 десятинъ примѣрно или-же около 22 десятинъ на каждый дворъ населенiя въ среднемъ.



Т Е Р С К I Й СБОРНИКЪ
ПРИЛОЖЕНIЕ КЪ ТЕРСКОМУ КАЛЕНДАРЮ НА 1894 ГОДЪ. ВЫПУСКЪ ТРЕТIЙ

Изданіе Терскаго областного статистическаго комитета

подъ редакціей секретаря комитета

Г. А. Вертепова.


КНИГА ВТОРАЯ

ВЛАДИКАВКАЗЪ.

Типографія Терскаго Областного Правленія.

1893.


Въ Акинскомъ обществѣ горной Чечни до сихъ поръ извѣстно лишь одно мѣсто поклоненія жителей этого общества. Это— святилище возлѣ селенія Галанчоджъ, посвященное богу Мизръ. По преданію, оно построено лѣтъ 400—500 тому назадъ. Ипполитовъ говоритъ, что это зданіе служило церковью и даже монастыремъ для чеченцевъ, ингушей, тушинъ п т. д.. Но проф. Миллеръ, посѣтившій его въ 1886 г., высказываетъ сомнѣніе насчетъ пригодности его для этой цѣли и считаетъ обыкновеннымъ языческимъ святилищемъ, куда ингуши ходили прежде молиться и совершать жертвоприношенія стоявшему тамъ идолу. На слѣды культуры, бывшей на этомъ мѣстѣ, указываетъ искусственно разведенная роща у озера. Эта роща и теперь еще считается неприкосновенной и никто не смѣетъ рубить ее.
Тушоли—это святой или божество, признаваемое всѣми чеченцами безъ исключенія; это одинъ изъ главныхъ «ццу», имя котораго упоминается и въ клятвахъ и во всѣхъ молитвахъ, хотя бы чеченцы молились у другаго святили-ща. По его имени называется даже мѣсяцъ Тушоли-бутъ (апрѣль). Въ послѣднее воскресенье этого мѣсяца, называемое Тушоли-кириде, ежегодно совершается въ описанномъ святилищѣ особое религіозное празднество. Тушоли особенно почитается женщинами. Онѣ называютъ его «Дэла-ехъ-Тушолъ», что въ буквальномъ переводѣ значитъ: «Божье лицо Тушолъ». Горные ингуши восточной половины (хамхинцы, цоринцы и акинцы) имѣли одно общее мѣсто для поклоненія Тушоли возлѣ селенія Картъ, Хамхинскаго общества; а жители западныхъ обществъ (Мецхальскаго и Джераховскаго), а также и плоскостные ингуши сходились къ святилищу между селеніями Обинъ и Ляшги Мецхальскаго общества.
Отеутствіе морей и большихъ рѣкъ въ землѣ чеченцевъ не могло способствовать возникновенію у нихъ культа богини моря. Но въ горной Чечнѣ, въ Аккинскомъ обществѣ, у сел. Галан-чоджъ, находится небольшое озеро; и вотъ при этомъ благопріятномъ условіи у чеченцевъ немедленно возникаетъ представленіе о духѣ озера, котораго они высоко чтутъ.

ЧЕЧНЯ И ЧЕЧЕНЦЫ.

СОЧИНЕНIЕ


А.П.БЕРЖЕ.
ТИФЛИСЪ. 1859.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках