• Т а м а р а
  • М я г к о в
  • § 18 Отец Сергий



  • страница10/15
    Дата29.01.2019
    Размер3.51 Mb.

    Д е л а и с л у ч а и р о с л а в л ь 0 6


    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
    § 17 Участок № 33
    Когда я уволился с торговой базы, то написал заявление об утрате трудовой книжки, и мне выдали дубликат, в котором не значилось, что я когда-то учился в институте. Там была лишь одна-единствен- ная запись, что я работал два года грузчиком, и на последних страницах вписаны две благодарности от администрации.

    Началось хождение по отделам кадров. Сначала я пытался устроиться не обращаясь в районное бюро по трудоустройству, поскольку полагал, что там есть только самые плохие места: на базу я попал через это бюро. Но меня нигде не брали. В одном универ-саме, где висело объявление, что требуются грузчи- ки, заведующая, просмотрев мою трудовую книжку-ду- бликат и задав несколько вопросов, неожиданно за- кончила:

    - С такой трудовой книжкой нам люди не нужны.

    И тогда я пошёл в бюро. Там инспекторша сразу же спросила:

    - Вас устроит 150 рублей в месяц на телевизи- онном заводе?

    - А где у нас тут телевизионный завод? - уди- вился я.

    Я знал свой район, и такая махина как телеви- зионный завод от меня укрыться не могла. Но оказа- лось, что сравнительно недалеко от моего дома на- ходится один-единственный цех этого завода, в ко- тором утилизируют старые телевизоры.

    Приезжаю туда. Сторож пропускает меня на тер-риторию и показывает как пройти в кабинет началь- ника цеха. При этом я у него спрашиваю:

    - У вас здесь вредное производство?

    - Нет.

    - А как же мне говорили, что у вас платят 150 рублей?

    - Не знаю. Никакого вредного производства у нас нет.

    Такое у меня тогда было представление о зар- плате.

    В кабинете начальника цеха сидел благообразный мужчина немного старше меня (впоследствии я узнал, что он родился 21 ноября 1944 года), который как будто немного застеснялся. Он посмотрел мою трудо- вую книжку, тихо сказал “да-а” и сделал плечами такое движение, будто пиджак на нём слегка съехал набок. Наступила пауза. Тишина. Во многих отделах кадров, где я бывал, мне давали понять (может быть непроизвольно), что я подонок. Здесь этого не бы- ло. Мне показалось, что он хочет отказать, но обя- занность эта ему неприятна. И я решил помочь.

    - Наверное нет возможности, - нарушил я молча- ние.

    - Возможность-то есть, - сказал он и после не- большой паузы предложил должность грузчика-экспе- дитора с окладом 80 рублей. Я тут же написал заяв- ление под его диктовку, причём он удивился, что у нас с ним адрес почти одинаковый, даже дом один и тот же, только у него корпус 2, а у меня корпус 1. Он наложил резолюцию и стал объяснять как проехать в отдел кадров около метро Багратионовская. Он на- звал часы работы, сколько времени ехать на автобу-се до метро и сколько затем ехать на метро, и за- кончил тем, что сегодня я уже не успею. Но я в уме прикинул, что могу успеть, и про себя решил сразу же ехать. В заключение он сказал:

    - Не будешь пить - будешь получать больше.

    - Ну тогда значит буду получать больше: я сов- сем не пью, - ответил я и по выражению его лица понял, что сказал глупость. Больше он ничем своего недоверия к моим словам не проявил.

    В отдел кадров в тот день я успел и 26 ноября 1976 года приступил к работе. Первый день отрабо- тал в цехе успешно. На другой день ещё с одним грузчиком поехал на приёмный пункт старых телеви- зоров грузить машину, которая затем должна была отвезти эти телевизоры к нам в цех на утилизацию. В неё входит 230-250 телевизоров и радиоприёмников (рекорд 260). Мы с напарником её загрузили, но грузить и одновременно сосчитать было невозможно (после погрузки уже не сосчитаешь: весь полуприцеп забит под крышу). Теперь надо было расписаться в накладной. Меня предупредили в цеху, что я отвечаю только за пломбу, но на всякий случай я и в нак-ладной написал: “Получено под пломбой отправите- ля”. Я знал материальную ответственность на базе, где просматривались все бутылки в ящиках, взвеши- вались запечатанные коробки, и со склада невозмож- но было унести даже пачку овсяных хлопьев. Тут же нехватку 20 телевизоров в кузове на глаз невозмож- но заметить, а это почти моя годовая зарплата (из расчёта 35-40 р. за телевизор). Попробуй потом до- кажи, что ты отвечаешь только за пломбу. Я ещё то- гда не знал, что у них материальная ответствен-ность была менее жёсткая, и отправителю незачем обманывать сопровождающего.

    На следующий день после этого я пошёл к на- чальству. Начальника цеха, который принимал меня на работу, не было, и я попросил его заместителя уволить меня, поскольку нести материальную ответ- ственность не могу. Он предложил мне перейти на должность подсобного рабочего без всякой матери- альной ответственности, и мы тут же оформили это документально. Когда через несколько дней появился начальник цеха, я уже был подсобным рабочим.

    За первый месяц я получил чистыми на руки 123 рубля (мелочь они пересчитывали на следующий ме-сяц, чтобы не возиться с ней при выдаче зарплаты).

    В первый месяц налоги не удерживают, и их затем вычитают из зарплаты следующего месяца. Со 123-х рублей налоги у меня составляли где-то около 20 р. То есть, смекнул я, моя месячная зарплата будет 100 рублей чистыми. Я выгодно устроился.

    Но на второй месяц я получил 125 р. чистыми. Я решил, что они наверное ошиблись и теперь вычтут налоги сразу за два месяца. Но ничего подобного не произошло. Зарплата моя не только не уменьшилась, а каждый месяц удивляла возрастанием, доходя до 130 и даже почти до 140 р. в месяц.

    Коллега Володя Рубцов в первый же день спро- сил:

    - Ты что, совсем не пьёшь?

    - Нет.

    - Были у нас такие, а через три дня пьяные ва- лялись под погрузчиком.

    Впоследствии, когда он поинтересовался, пил ли я раньше, я ему рассказал, что пьянствовал в воз- расте с 6 до 9 лет, но потом завязал. Это его раз- веселило и он пересказывал другим коллегам как анекдот, хотя это была чистая правда.

    Володя рассказал мне историю нашего цеха или участка № 33. Его создали в 1974 году, и Юрий Ми- хайлович Воронцов был тогда заместителем начальни- ка цеха. Через год старый начальник ушёл и место досталось Воронцову. Работали тогда через день, а теперь 5 дней в неделю. Ко времени моего прихода произошли существенные изменения, хотя кое-что ещё было не таким как стало впоследствии.

    Первое время наш цех обслуживал всего лишь 4 пункта по приёму старых телевизоров - на Полоцкой улице, на Пролетарском проспекте, Госпитальный вал 6 и Ульяновская 70. Потом был закрыт такой же как наш участок на радио-телевизионном заводе, и нам передали ещё и их 12 пунктов. Мы даже 4 пункта тогда не успевали разгрузить и приходилось выхо- дить в субботу. Этот день традиционно был корот-кий, до 14 часов мы всё заканчивали и получали от- гул, что конечно было неплохо. Зависело же всё это от того, что нам не всегда давали машину. Приедешь на пункт, а машины нет. Звонишь в цех - говорят, жди. Ждёшь, её всё нету. Звонишь снова в 14-15 ча- сов - говорят, машины не будет, давай домой. Поэ- тому, если машину нам всё же выделяли, то мы ста-рались использовать её на полторы ездки в день. А за переработку я получал отгулы и в результате часто имел по 3 выходных дня в неделю.

    Должность старшего мастера у нас тогда занимал старичок-пенсионер Владимир Лукич. Однажды он рас- сказал любопытный случай из своей жизни. Произошло это, когда он не то проездом, не то по какому-то случаю навестил приятеля, кажется, в Новосибирске. В кармане у него уже лежал билет на обратный само- лёт, и он собирался ехать на аэродром, но приятель уговорил посидеть ещё немного, а потом дескать он его быстренько подбросит на своей “Волжанке”. Вы- пили коньячку, заговорились и время упустили. Вскочили в машину, подъезжают к аэродрому, а само- лёт уже взлетает. И прямо на глазах Владимира Лу- кича самолёт этот взлетел над лесом и вдруг пошёл колом вниз, упал и взорвался. Так вроде бы досад-ная оплошность сохранила ему жизнь.

    В начале 1977 года Лукич ушёл, и его место за- нял Николай Иванович Пивоваров. Или в тот же день, или на следующий к нам приехала съёмочная группа делать рекламу для населения, чтобы все сдавали старую аппаратуру. В помещении, где стоял так ни- когда при мне не работавший конвейер, и через ко- торое впоследствии мы ходили в нашу раздевалку (когда её перенесли), дальнюю стену сплошь обложи- ли аппаратурой. Эта стена под самым потолком зас- теклена, и кинематографисты требовали, чтобы и ту, застеклённую где-то на высоте восьми метров часть, мы тоже закрыли аппаратами, потому что падающий оттуда свет мешает съёмкам. Принесли лестницу, и Володя Савин - молодой парень из Домодедово (толь- ко что после армии) - полез и закрыл, а мы подава-ли. Внизу недалеко от этой стены поставили ещё из аппаратуры небольшие стенки двух-трёхметровой вы- соты, и на их фоне установили письменный стол, за который сажали наших приёмщиц - то Шуру, то Лиду (так до сих пор и не знаю, почему её прозвали Та- рантеллой). Николай Иванович играл роль сдатчика. Он вроде бы приносит приёмник, сдаёт, получает та- лон, они затем показывают огромную стену аппарату- ры и что-то ещё. Возились мы долго, работу проде-лали огромную. Хорошо что никто не упал с лестни- цы, и когда рухнула одна стопка, никого не прида-вило и не покалечило. Но что-то я потом не слышал, чтобы этот материал пошёл по телику или в каком- нибудь рекламном киноролике.

    Николай Иванович сразу же произвёл на подчи- нённых неблагоприятное впечатление. Подсобная ра- бочая (как и мы) Анюта сказала:

    - Какой-то на всех бросается.

    Чувствовалось, что и у остальных сложилось то же впечатление. Обстановка в цеху стала нервной, усилилась пьянка и текучесть кадров. При Лукиче, если кого-то посылали на пункт, то сразу начина- лось препирание: я не обязан, почему? Пусть едет кто обязан. Дело доходило до того, что ездил со мной иногда даже Финоген Фёдорович Полупанов, хотя он, как бригадир, просто обязан был находиться в цеху. Мне почему-то запомнилось, как однажды мы с ним второй ездкой разгружали пункт на Коровинском шоссе аж до семи вечера. А при Пивоварове ребята стали вопить: почему всегда ездит Борода (то есть я)? И поехать на пункт стало привилегией. Я сделал вид, будто мне это безразлично, и остался в цеху.

    Тут взяли с материальной ответственностью Юру Мельника-Горбатюка, и всё стало на свои места. Каждое утро он приходил существенно поддавшим и весёлым. Всегда тяжело смотреть как человек пропа- дает, и наверное всем тогда казалось, что вот-вот начальство начнёт принимать меры. Но затем приехал его отец в каком-то старинном “Кадиллаке”, что мне запомнилось как попытка удержать сына на работе. Осталось впечатление, что отец имел звание капита- на, и военная форма шла ему исключительно. Потом я слышал, будто Юре вшили “торпеду”, и с этого вре- мени поддавшим его не видел. Перемена произошла впечатляющая.

    Когда у нас стало много пунктов, то иногда нам давали сразу по две машины в день. И вот как-то обе эти машины одновременно оказались около пункта в Нагатино, что рядом с метро Коломенская. Одна, в которой сидели Юра с напарником, стояла у обочины, а на другой проезжал я с напарником. Я даже ахнул, когда увидел как Юра пьёт водку прямо из горлышка. Но шофёр Василий Павлович объяснил, что бутылка не распечатана. Без него я вряд ли догадался бы, что это простой фокус.

    Дима Падусенко, Вальдемар, Вячеслав Филиппович Бородин, Юра Лаворенко (Лохматый), слесарь Толик Смирнов и другие ребята были сравнительно устойчи-выми и после небольших доз легко держались на но-гах. А вот Юра Жвакин - небольшого росточка хруп-кий парнишка - быстро терял равновесие, и у него часто возникали неприятности на этой почве. Приняв дозу, он после этого обязательно стремился обнять подсобную работницу Надю, которая была намного старше его, выше ростом и мощнее. При этом он все-гда выражал свои чувства одним и тем же неприлич-ным стишком. Вскоре он исчез.

    Однажды во время работы ко мне подошла сторо- жиха Борисовна и поинтересовалась, приходил ли Лохматый. Старушке было лет 70, и её интерес к 22- летнему Лохматому меня развеселил. Я стал всем рассказывать, что Борисовна явно неравнодушна к Лохматому и такую невесту нельзя упускать. И вдруг в тот же день узнаю от ребят, что накануне вечером они сидели с пузырьком в сторожке у Борисовны, и когда прилично поддали, Лохматый снял с неё трусы. То есть напрасно я шутил.

    Когда приезжали на пункт с Лохматым, обычно происходил один и тот же разговор. Поскольку приём аппаратуры на время отгрузки машины прекращается, клиент просил всё же сделать для него исключение и обещал за это рубль.

    - Не пью, - отвечал Лохматый.

    Клиент поправлялся на 2 или 3 рубля.

    - Давай, - сразу же следовал ответ.

    Памятный случай произошёл у меня однажды на пункте Первомайская 16. Только начали грузить, как вдруг подлетает машина скорой помощи, оттуда выле- зает молодой шофёр, подходит ко мне и, не сказав ещё ни слова, засовывает в нагрудный карман трояк.

    - Что такое? - спрашиваю.

    - Надо телевизор сдать.

    Сразу видно, что человек исключительно благо- воспитанный, и прошу заносить. Заносит 106-й “Ру- бин”. Приёмщицы спрашивают, работает ли. Работает. Включаем. Как раз в это время вечернее солце све- тило в окно прямо на экран, но всё равно было хо- рошо видно, то есть трубка исключительная.

    - Зачем же сдаёте? - спрашиваю (с ним была ещё какая-то девица, возможно, жена).

    - Будем цветной брать.

    Аппарат тот остался на пункте и, возможно, до сих пор надёжно служит в какой-нибудь из москов-ских квартир.

    Володя Рубцов говорил, что мы работаем на по- мойке. Но тут было чем поживиться. Бульдозерист обычно припрятывал пару телевизоров, а потом отда- вал их шофёру, который приезжал на маленькой маши- не и привозил небольшое количество аппаратов, со- бранных на квартирах граждан. Иногда кое-что “на- ционализировали” и мы. Однажды, когда бульдозер давил аппаратуру (при этом деревянные корпуса от- валивались, а металлические шасси мы потом пресо- вали в брикеты), электрик Миша Пилипченко прихва- тил пару “ящичков” с ручками и быстренько поволок их за кучу мусора, а Николай Иванович заметил - и за ним. Издали было видно как они вроде бы мирно побеседовали, и Николай Иванович степенно удалил- ся. Миша после этого рассказал:

    - Он подбегает и говорит: “Ты куда?” - а я от- вечаю: “А жрать-то надо”. Он: “А почему два?” Я: “Один будешь жрать - подавишься”.

    На том они вроде и порешили.

    Наверное все наши сотрудники запомнили то соб- рание, когда прорабатывали Славу Иванова за пьянку и Мягкова за прогулы. Разговор вела наш профорг Тамара Славинская.



    Т а м а р а: Пусть Иванов скажет, почему он пьёт.

    С л а в а: У меня были срывы, я не отрицаю, за что и наказан на 100% (его лишили премиальных на 100%). Вот, например, третьего ноября выпил я. А почему выпил? - у меня зуб прихватило, а анальгина не было. (Достаёт из кармана пачку анальгина и всем показывает) Вот, анальгин с собой ношу - у меня зуб может прихватить в любую минуту. А почему я его не вырываю? - так меня заморозка не берёт. Мне надо месяц не пить, чтобы заморозка взяла (все смеются).

    Т а м а р а: Ну хорошо, а на следующий день ты по- чему на работу пьяным пришёл?

    С л а в а: Это я объясню. В ту ночь я принял много анальгина. Утром встал, а меня водит вот так (по-казывает как полоскают бельё).

    Т а м а р а: Хорош анальгин! От тебя водкой рази-ло!

    С л а в а: Пива я выпил, не отрицаю. Вот бригадир (указывает на Финогена Фёдоровича) видал - у меня в кармане бутылка пива была. Я потом говорю: дайте я буду работать. А они выгнали меня за ворота и сказали, что я пьяный.

    Когда все отсмеялись, Тамара взялась за Мягко-ва и потребовала, чтобы он объяснил, почему не приходил на работу в пятницу и в понедельник.



    М я г к о в: Я не могу сказать.

    Т а м а р а: Как это ты не можешь сказать?!

    М я г к о в: Не могу.

    Т а м а р а (чувствовалось, что он раздразнил её таким запирательским ответом): Ну почему же ты не можешь сказать!!

    М я г к о в: Может, у меня с кем-нибудь были ин- тимные отношения.

    Народ, уже разогретый Ивановым, грохнул друж-ным хохотом, и на этом собрание закончилось. Вмес- те со всеми смеялся и Юрий Михайлович, потому что сдержаться было трудно.

    В декабре 1983 года я случайно встретил Славу Иванова. Он был с двумя девицами, одна из которых вроде бы его жена. Работал на шарикоподшипниковом заводе и зарабатывал больше 200 рублей в месяц.

    Был у нас такой приёмщик Коля (Николай Ивано- вич) Величко, который затем перешёл в подсобные рабочие, хотя по гипертонии имел третью группу ин- валидности. Тогда и случилось однажды, что машину на пункте загрузили поздно, и грузившие её ребята укатили домой, а машина пошла в цех. Мы в цеху тоже собирались уходить, когда в раздевалку зашёл Финоген Фёдорович и сказал, что нужны два добровольца дождаться и разгрузить машину, а за это даётся завтра полдня свободных. Все молча одеваются, и никто в добровольцы не идёт. Тут я и говорю:

    - А если я один разгружу, даёшь целый день?

    - Не знаю, - несколько растерявшись отвечает Финоген Фёдорович, - сейчас пойду спрошу, - и поднимается на второй этаж.

    Я потом прождал машину минут сорок и минут за десять её выкинул. Коля Величко и Шура, которые вели счёт, несколько раз мне кричали, чтобы оста- новился - не успевали.

    Был у нас водитель погрузчика Витя Безруков, который привёл ещё своего приятеля Петра Андрееви- ча Глагоцкого - водителя для другого погрузчика. Сначала всё шло нормально, но однажды по пьянке Витя чуть не запорол Петра Андреевича, и того увезли в больницу. Юрий Михайлович на собрании го- ворил, что Вите надо написать характеристику, и многое будет зависеть от того, как мы её напишем. Тут вдруг встал Коля Величко (он член партии) и заявил, что писать надо как оно есть, а не так, чтобы повлиять на ход дела. Если работал Безруков отлично - значит так и писать, а если пил - то пи- сать и это. Получился конфуз, но Юрий Михайлович промолчал и никакого неудовольствия не выразил.

    Дело удалось замять, и для Вити всё кончилось бла-гополучно. Впоследствии, когда я как-то упомянул о Вите Безрукове, Коля сказал, что это был асс (ма-шину водил виртуозно).

    Коллеги на мою трезвость не обращали внимания за исключением Вальдемара, который однажды сказал так, чтобы я слышал:

    - Если не пить, то зачем же жить?

    А для начальства такое свойство было желатель-ным. Наверное поэтому 13 декабря 1978 года меня поставили бригадиром вместо спившегося Финогена Фёдоровича, а потом исполнявшего эти обязанности Коли Величко, который тоже такого счастья не потя-нул. При этом навалили на меня столько обязаннос-тей, что я сам себя не помнил - ни минуты покоя. Даже бензин добывал, поскольку к концу года уже не оставалось талонов на бензин. Воронцов посоветовал выпрашивать у шофёров, привозивших телевизоры. Я выходил за ворота, подходил к первой из стоявших в очереди машин, и при этом всегда получался один и тот же удивительный для меня разговор.

    - Бензин есть? - спрашивал я.

    - Нет, ни капли, - отвечал шофёр.

    - Ну полведра наберёшь?

    - А, полведра наберу, - как-то с явным облег-чением и даже радостью отвечал он.

    - Тогда давай, заезжай, - говорил я и открывал вместо сторожа ворота, как будто благодаря этому полведра бензина я и разрешаю ему заехать или об-служиваю досрочно. Петрик (Пётр Андреевич) тут же подскакивал с шлангом и отсасывал из бака ведро бензина. Каждый день всё это повторялось по нес- колько раз дословно, и я потом рассказывал об этом знакомым почти как анекдот.

    В марте 1979 года я почувствовал переутомление и ушёл с работы. Надо было прийти в себя, чтобы не закончить жизнь досрочно.

    В ноябре 1983 года, когда ходил в военкомат, встретил там Диму Падусенко. Мне говорили, что он заболел туберкулёзом, но оказался бронхит - вторая группа инвалидности. Когда-то он мне рассказывал, что у него в трудовой книжке три статьи, так что перейти на какую-нибудь другую работу практически невозможно.

    Пивоварова уволили в 1988 году по недоверию, и его место занял какой-то Михаил Барвинский. То есть общее отрицательное отношение к нему вроде бы дало такой результат, хотя сработавший тут меха-низм мне неизвестен.

    В трамвае я как-то видел Вальдемара, но успел только поздороваться, так как надо было уже сходить.

    Наш 33-й участок около 1991 года, когда нача лась горбачёвщина, ликвидировали.


    Содержание: §18.Сергий, §19. «Путь».


    § 18 Отец Сергий
    Удивительные явления якобы происходили в прош- лом. Египтяне воображали, будто человек или его душа может жить ещё и после смерти, и поэтому для неё нужно строить пирамиды. И они стали складывать из камней такие огромные горы, которые затем счи-тались первым из семи чудес света. Христиане от-лавливали и сжигали на кострах еретиков, “ведьм” и “колдунов”. Человека хватали и пытали самыми страшными пытками до тех пор, пока он не призна-вался во всём, в чём его обвиняли. При этом инкви- зиторы следили, чтобы их жертвы не могли избавить- ся от мучений с помощью самоубийства. А во Франции между католиками и гугенотами произошло семь рели- гиозных войн. И мусульмане тоже объявляли свои войны религиозными.

    Обо всём этом нам рассказывали на уроках исто- рии в школе, и меня удивляло, что люди со своими религиозными представлениями действуют как ум-ственно неполноценные, прямо сумасшедшие, и при этом проявляют хитрость, изворотливость и ковар- ство, для которых требуется нормальный и даже изо- щрённый ум. Одновременно учителя и вся пропаган- дистская машина нам внушали, что религия - это де- ло прошлого. Она держалась раньше на темноте и не- вежестве народа, а теперь благодаря научным дости- жениям и всеобщему обязательному образованию, уже почти окончательно преодолена. И меня радовало, что с теми дикими нелепостями, которые происходили в древности и в средние века, наконец-то поконче- но. Наконец-то жизнь людей стала разумной и осмыс- ленной. И я смотрел на нашу бирюлёвскую церковь как на редкий пережиток давних времён. А когда ко- локола сзывали верующих на богослужение, и по ули- цам шли одни лишь древние старушки, то мне каза- лось, что это самые последние верующие. Однажды в разговоре взрослых я услышал, будто священники по- лучают жалование от государства, то есть оно опла-чивает религию. Это показалось мне неправдоподоб- ным.

    Так, не обращая особого внимания на религию, я дожил почти до 23 лет. И тут один однокашник по- знакомил меня со своим верующим земляком Егоруш- кой. Вскоре после этого Егорушка поступил на ве- чернее отделение философского факультета МГУ, вступил в партию, которая тогда боролась с религи- ей, и однажды с возмущением жаловался мне, что его брат снимал со стены иконы.

    В университете ему пришлось изучать так назы- ваемый научный атеизм, и я спросил, как же он со своими убеждениями изучает такие вещи.

    - А мне нравится, - ответил он. - Говорят ува-жительно не “попы”, а “священники”. У нас в стране их 10 тысяч. Ты представляешь какая сила!

    Вот, оказывается, что усматривает склонный к религии человек в пропаганде атеизма. А впослед- ствии я прочитал в какой-то книжке или в журнале, будто в центральных районах Росии до 30-40% насе- ления - верующие, что резко расходилось с пред- ставлением о близкой победе безбожия.

    С тех пор прошло ещё несколько лет, и в январе 1984 года Петрович на своём дне рождения расска- зал, что недавно познакомился со священником. Это- го священника знал один коллега Нины Алексеевны, и таким образом Петрович через супругу попал в цер- ковные круги. Предложил и мне съездить в субботу и побеседовать с отцом Сергием.

    И вот 21 января я проснулся очень рано, соб-рался, и когда в 6.35 открыл дверь и одной ногой ступил на лестничную площадку, двери лифта раздви- нулись, и вышел Петрович. Мы договаривались, что он зайдёт в 6.35, и всё получилось до смешного точно.

    По железной дороге доехали без приключений и примерно в 8.45 сошли в Кашире. Затем пришлось стоять в очереди, чтобы подняться на переходной мост - столько было народа. А когда поднялись, то увидели, что можно было пройти по другой лестнице, где не было ни одного человека.

    Ехать дальше надо было на автобусе в сторону Руново. Петрович ездил туда всего неделю или две тому назад, но автобусную остановку уже успели пе-ренести. По расписанию, автобус на Руново должен отходить в 9.00, но его почему-то не было. Следую-щий - в 9.35, так что не дождавшись первого, мы уже ждали второго. Замёрзли весьма чувствительно. Когда автобус наконец пришёл, то выяснилось, что расписание изменилось, и он должен отправляться не в 9.35, а в 9.50.

    Мы взяли билеты до Руново, но сошли раньше, ориентируясь на белую церковь слева. Когда подхо- дили к храму, то увидели отца Сергия, выскочившего из дома с веником и совком, подбежавшего к церков- ной ограде и высыпавшего мусор. Он ещё зашёл в ка- менный дом, стоящий в углу церковной ограды, а за- тем повёл нас в пристройку к храму. Мы вошли в ка- кое-то подобие тамбура, где в дальнем углу топи- лась железная в виде параллелепипеда печь, на сте- не слева висел цилиндрический рукомойник, а у вхо- да стояла газовая четырёхконфорочная плита. Налево была открыта дверь в маленькую комнату, где за столом то ли сидела, то ли чертила девица в брю- ках. Отец Сергий спросил моё имя, а затем предста- вился:

    - Отец Сергий.

    Мы пожали друг другу руки. Потом я сначала на- зывал его Сергеем Анатольевичем, а когда наше зас- толье было в разгаре, перешёл на отца Сергия. Пет- рович, оказывается, прихватил с собой бутылку ар- мянского коньяка 0,5 литра, бутылку водки 0,75 л. и бутылку вина “Свадебное” 0,7 литра, то есть на 20 с лишним рублей. Но пока мы ехали, я об этом не догадывался.

    Прежде чем сесть за стол, отец Сергий и эта девица помолились на иконы, а мы с Петровичем встали и постояли молча. Первый тост я предложил за хозяйку, но оказалось, что эта девица не хозяй- ка. Лишь потом я усвоил, что супруга отца Сергия находится сейчас в роддоме, а мальчик Глеб, кото- рый присутствовал здесь же - сын этой девицы (вер-нее замужней женщины) Надежды.

    Отец Сергий рассказал, что одно время работал грузчиком и даже поранил на работе руку. Засучив рукав, он показал Петровичу шрам на правой руке. Потом он стал энергично и довольно остроумно обра- щать меня к вере. Он сказал, что философия - это остров, на котором всё есть, но чем дальше захо- дишь в дебри, тем труднее потом выбираться без по- сторонней помощи. На учёные вопросы, которые я за- трагивал, он отвечал, что не имеет такого образо- вания, а потом в дальнейшем разговоре выяснялось, что он неплохо с этим знаком. Рассуждения свои он упрощал до предела. Я упоминал о Челпанове, Тер-туллиане, Флоренском, Соловьёве, Трубецком. Он упомянул вскользь с оттенком пренебрежения о Дуд- ко, подразумевая наверное священника Дудко, кото- рый во времена Брежнева что-то сделал не так и по- том каялся по телевизору. Говорил о Фёдорове, под- разумевая наверное Н.Ф.Фёдорова, который пропове-довал воскрешение отцов. Когда я сослался на при- писываемое Теруллиану изречение “верю, потому что абсурдно”, он добавил “потому что абсурдно не ве- рить”.

    В 12 часов я уж было собрался уходить, но по- том остался. Заходили какие-то пожилые женщины. Потом пришёл красавец-мужчина Юра, муж Надежды. Отец Сергий спросил его:

    - Сколько вам лет?

    - Тридцать один.

    - А, ну тогда садись.

    Потом мы снова пили, я порывался уходить, ос- тавался, Юра ушёл. Отец Сергий, указывая пальцем на мой стаканчик, восклицал:

    - Налей ему!

    Своё скептическое отношение к некоторым дово- дам он выражал фразой:

    - Пей, да закусывай колбасой.

    Он принёс второй том “Настольной книги священ-нослужителя”, и зачитал какой-то отрывок, который я силился понять, но так ничего и не понял. Он шу-тя называл меня иезуитом и хитрым, а я соглашался, что очень хитёр. Он сказал, что скоро будет празд-новаться 1000-летие крещения Руси. Из концовки на-шей беседы запомнилось только, как я два раза це-ловал отца Сергия и несколько раз жал ему руку. На прощание я почему-то чмокнул в щёчку Надежду, отец Сергий немного нас проводил, и мы пошли на авто-бусную остановку. На даже в таком полубессознате-льном состоянии я заметил, что отец Сергий тоже был существенно выпивши, а у него в 17.30 начина-лась служба в храме.

    Я поглядел по часам, что мы приехали туда и выходили из автобуса в 10.30, а обратно шли к ав- тобусной остановке около 15.30, то есть пробыли у отца Сергия примерно 5 часов. Подошёл автобус в обратное направление, и на нём мы сначала доехали до Руново, а потом развернулись и поехали в сторо- ну Каширы. Я чувствовал себя плохо, боялся, что меня вырвет, думал, что не доеду до дома. Хотелось выйти и лечь на снег. Петрович потом говорил, что когда мы приехали в Каширу и я вышел из автобуса, то был зелёным. Мы постояли в холодке, потом поси- дели в зале ожидания. Наш поезд отправился в 17.25. Мне уже было легче и чувствовалось, что до дома доеду. Женщины-контролёры проверили билеты, а потом я почти два часа объяснял Петровичу, что без коллективизации сельского хозяйства и индустриали- зации страны обойтись никак нельзя. Сам чувство-вал, что повторяюсь, но всё равно говорил и вдалб-ливал одно и то же. Наконец Петрович сошёл в Бирю- лёво пассажирское, и у него в сумке остались номе- ра “Журнала Московской патриархии”, которые дал мне почитать отец Сергий.

    26 января отец Сергий позвонил мне домой и сказал:

    - Диалог продолжается?

    - Продолжается! - ответил я.

    Вскоре затем он передал мне через Петровича третий том “Настольной книги священнослужителя” (М.,1979), в котором напечатан Месяцеслов за март- август. В 1980 году я просмотрел в Исторической библиотеке 7 томов из 12-томных “Житий святых” и обнаружил, что не все эти жития выглядят одинаково благопристойными. И в Месяцеслове тоже выделялись из других житие Марии Египетской, которая в моло- дости предавалась разврату, а впоследствии бегала голой по пустыне, и преподобного Виталия, который совершал свои подвиги в блудилище. Небольшое жиз- неописание преподобного Виталия я выписал целиком (с.227-228):

    “Преподобный Виталий, инок монастыря преподобного Се-рида, пришёл в Александрию при святителе Иоанне Милости- вом (память 12 ноября), Патриархе Александрийском (609-620).

    Святой, достигнув старости (ему было 60 лет), дерзнул взять на себя необычайный подвиг: он записал к себе в по- мянник всех блудниц Александрии и начал усердно молиться о них. Преподобный трудился с утра до вечера и зарабаты-вал каждый день 12 медных монет. Вечером святой покупал себе один боб, который съедал не ранее заката солнца. Ос- тальные деньги он отдавал одной из блудниц, к которой приходил на ночь и говорил: “Умоляю тебя, за эти деньги соблюди себя в чистоте эту ночь, не греши ни с кем”. За-тем преподобный запирался с блудницей в её комнате, и по- ка блудница спала, старец всю ночь молился, читая псалмы, а утром тихо уходил от неё. И так он делал каждый день, посещая по очереди всех блудниц, причём брал с них клят-ву, что они сохранят в тайне цель его посещений. Жители Александрии, не зная правды, возмущались поведением ино-ка, всячески оскорбляли его, а он покорно терпел все нас- мешки и только просил не осуждать других.

    Святые молитвы преподобного Виталия спасли многих падших женщин. Одни из них ушли в монастыри, другие вышли замуж, третьи начали честно трудиться. Но рассказать о причине своего исправления и тем снять обвинения с препо- добного Виталия они боялись - их связывала клятва, взятая святым. Когда одна из женщин нарушила её и стала оправды- вать монаха, она впала в беснование. Александрийцы после этого не сомневались в греховности преподобного.

    Некоторые клирики, соблазнившиеся поведением монаха, донесли на него святому Патриарху Иоанну Милостивому. Но он не поверил доносчикам и сказал: “Перестаньте осуждать, особенно иноков. Разве не знаете, что произошло на Первом Никейском соборе? Некоторые из епископов и клириков при- несли друг на друга письменные доносы блаженной памяти царю Константину Великому. Он повелел принести зажжённую свечу и, даже не прочитав писаний, сжёг их и сказал: «Ес-ли бы я собственными глазами увидел согрешающего еписко-па, или священника, или монаха, то покрыл бы такого своей одеждой, чтобы никто не видел его греха».” Так мудрый святитель пристыдил клеветников.

    Преподобный Виталий продолжал свой трудный подвиг: являясь перед людьми грешником и блудником, он приводил заблудших к покаянию.

    Однажды, выходя из блудилища, преподобный встретил шедшего туда юношу-блудника, который с бранью ударил его по щеке и закричал, что монах позорит Имя Христа. Препо- добный ответил ему: “Поверь мне, что за меня, смиренного, и ты получишь такой удар по щеке, что вся Александрия сбежится на твой крик”.

    Спустя некоторое время преподобный Виталий поселился в небольшой келлии и в ней ночью скончался. В тот же час перед юношей, ударившим старца, появился страшный бес, ударил его по щеке и закричал: “Вот тебе удар от монаха Виталия”. Юноша начал бесноваться. Он в исступлении ка-тался по земле, рвал на себе одежду и кричал так громко, что собрал множество народа.

    Когда через несколько часов юноша пришёл в себя, то побежал к келлии преподобного взывая: “Помилуй меня, раб Божий, что я согрешил против тебя”. У дверей келлии он окончательно пришёл в себя и рассказал собравшимся о сво- ей встрече с преподобным Виталием. Затем юноша постучал в дверь келлии, но не получил ответа. Когда дверь взломали, то увидели, что преподобный преставился к Богу, стоя на коленях перед иконой. В руках у него был свиток со слова-ми: “Мужи александрийские, не осуждайте прежде времени, пока не придёт Господь, Праведный Судия”.

    В это время пришла бесноватая женщина, наказанная преподобным за нарушение тайны его подвига. Прикоснувшись к телу святого, она исцелилась и рассказала народу обо всём, случившемся с нею.

    Когда о смерти преподобного Виталия узнали спасённые им женщины, они собрались и рассказали о добродетелях и милости святого.

    Святитель Иоанн Милостивый радовался, что не поверил клеветникам и не осудил праведника. Затем при стечении покаявшихся женщин, обращённых преподобным Виталием, свя- той Патриарх торжественно пронёс его останки через весь город и предал их честному погребению. С тех пор многие александрийцы положили себе завет не осуждать никого”.

    В этой книге я ещё заметил такие мелкие осо- бенности. На с.447 рассказывается о событиях конца ХII - начала ХIII века и при этом упоминается, что благочестивая дева Феврония была крестьянкой де-ревни Ласковой Рязанской губернии. На самом же де- ле первые губернии в России появились лишь в 1702 году, а деление на губернии всего государства су-ществовало с 1708 по 1929 год.

    На с.561 в житии святой равноапостольной кня- гини Ольги есть такие слова: “Но вопрос о крещении Руси был временно снят с повестки дня...” - удиви- тельное для религиозной книги выражение, которое возникло где-то в 20-х годах ХХ века в партийных кругах. То есть получилась модернизация языка, а на с.652 наоборот, осталась уже исчезнувшая архаи- ка. Там сказано: “В половине ХVII века по всей России свирепствовала моровая язва...” Так выража- лись в ХIХ столетии. Теперь говорят не “в половине века”, а “в середине века”. По всей книге довольно часто упоминается гонитель христианства Диоклетиан и везде он пишется Диоклитиан, хотя и в старой, и в современной русской литературе принято написа-ние, соответствующее латинскому.

    16 июля 1984 года Петрович привёз мне фотоко-пию книги П.Флоренского “Столп и утверждение исти- ны”. Эта книга издавалась лишь один раз в 1914 го- ду (недавно переиздана) и стоила больше месячной зарплаты. А в литературе она упоминалась как круп- ное явление в философии. Мне было любопытно подер- жать её в руках, но цена сильно кусалась. А отец Сергий запомнил, что она меня интересует, и прис- лал.

    Эта работа Павла Флоренского оказалась удиви- тельной и действительно в некотором смысле выдаю-щейся. Она написана вроде бы простым языком без обилия иноязычных терминов, которыми злоупотребля- ют другие философы, но текст непонятен. Я даже не понял, о чём там идёт речь, о чём Флоренский пи-шет. Просто набор слов и всё. Долго я пытался уло- вить там какую-нибудь мысль и в конечном итоге по- нял только то, что Флоренский писал не для народа. Простому человеку, а тем более низам народа этот набор слов ни к чему. Книга Флоренского напомнила мне слова английского литератора и переводчика Льва Толстого Э.Моода (см. сборник “Толстой в вос- поминаниях современников” М.,1978 т.2, с.156):

    “Превыше всего Толстой ставит откровенность

    и ясность. Ошибки и заблуждения человека, ко- торый ясен и прост, могут быть гораздо более поучительными, чем полуправда людей, предпочи-

    тающих неопределённость. Выражать свои мысли

    так, чтобы тебя не понимали, - грех”.

    Отрицательный опыт тоже имеет ценность, а без отца Сергия я не скоро составил бы собственное мнение о Флоренском. Так что тут я его должен по- благодарить.

    8 ноября 1984 года отец Сергий сам заехал ко мне. С ним был худощавый благообразный товарищ Александр Николаевич и присутствовал Петрович. Вскоре на непродолжительное время зашёл приятель Петровича Лазарь Артёмович с супругой Валентиной. Беседовали с 18 до 24 часов. Сначала отец Сергий довольно пространно объяснял нам 4 стадии жизни и говорил, что надо только пройти эту жизнь хорошо, и всё будет в порядке. Он нападал на аборты и пре- любодеяния, ссылаясь на заповедь, что не должно быть убийств. Много спорили, он как всегда был ос- троумен, а его спутник, как мне показалось, наблю- дал за нами со стороны. Они просмотрели мою библи- отеку и полюбопытствовали относительно моих руко- писей.

    Через день, 10 ноября, отец Сергий позвонил и настоятельно приглашал к себе, обещая познакомить с одним философом из Моссовета (так он выразился, а я не обратил внимания, что Моссовет - это не ин- ститут философии). Отец Сергий прописан в Москве и в то время жил в районе метро Октябрьское поле. Я приехал в шестом часу вечера, но философ, оказыва- ется, прибыть не смог. Квартира у отца Сергия тог- да была трёхкомнатная. Одну комнату занимал какой- то дальний родственник, который бывал редко. Мы зашли и туда. Там стоял цветной телевизор Радуга- 716 и прочая неплохая обстановка. В комнате отца Сергия в углу - иконы, у стены - стол, кровать, полки с книгами. Литература почти вся религиозного содержания, есть Библия 1979 года издания, то есть со включением неканонических текстов (они набраны другим шрифтом).

    Затем сели за стол. Матушка Раиса оказалась худощавой молчаливой женщиной, но в разговоре не- много участвовала. Отец Сергий сказал, что она бы- ла неверующей, он заставлял её молиться, а теперь она сама его учит. Он показал свои документы: ат- тестат об окончании семинарии, ведомость успевае- мости за первый курс духовной академии (которую пришлось оставить, потому что надо было кормить семью), договор с общиной верующих об окладе в 300 рублей в месяц и квитанцию об уплате налога в 314 рублей за квартал. Всем хозяйством храма, оказыва- ется, заправляет церковный староста, а отец Сергий только получает жалование за службу.

    - Я там никто, - сказал он.

    Во время учёбы в семинарии он получал стипен-дию 18 р. 50 к. в месяц при готовых харчах, то есть кроме питания. А в духовной академии закончил только первый курс. Они с матушкой Раисой много рассказывали о своём религиозном опыте - видениях и чудесах: один монах показывал им камешек, из ко- торого возникают изображения известных чудотворных икон; на гробнице (точнее на раке) мощей одного святого сама собой открылась дверца; в Куйбышеве одна девица остолбенела и стояла больше 100 дней (я не спросил, как она это время ходила по нужде). Отец Сергий показал журнал, где напечатан фотосни- мок с лика Христа на Туринской Плащанице. Говорил, что у него есть мощи. Когда рассказывал о болезни своей мамы, то прослезился.

    Относительно чудес я ничего не сказал, но про себя мысленно отметил, что все эти чудеса какие-то ненужные. Люди страдают, болеют самыми страшными болезнями и мучительно умирают, не доживая своего века; кругом нищета, алкоголизм, наркомания, изну- рительный труд-каторга, пьяные драки, самоубий-ства, сумасшествие, смертные казни, тюрьмы, сифи-лис (теперь ещё СПИД), гонка вооружений, войны. А в это время всемогущее и всеблагое Существо будто бы занимается камушками, открыванием дверцы и ос-толбенением девицы. Причём все попытки как-то за-мазать эту нелепость были разоблачены ещё до хрис-тианской эры, и у Цицерона (О природе богов III, 76) читаем:

    “Вот ты говоришь, что вина на людях, в их

    порочности. Так дал бы ты, боже, людям такой

    рассудок, который исключает пороки и преступ-

    ность. Разве боги могли ошибиться? Мы оставля-

    ем своим детям наследство в надежде, что они

    им хорошо воспользуются. Мы можем в этом оши-

    биться. Но как смог ошибиться бог?”

    Отец Сергий присылал мне через Петровича сам-издатовскую статью о литературе; затем “Открытое письмо Александру Меню”; историю церкви, изданную в первой половине ХIХ века, а 22 мая 1985 года я получил брошюру С.Лаврова “Яко с нами Бог!” 1979 года (место издания не указано), отпечатанную на машинке и затем переснятую на “эре” в уменьшенном вдвое виде. О содержании этой брошюры 27 мая я на- правил ему послание опять же через Петровича.

    Возражения против эволюционного учения о про-исхождении человека, приведённые на с.34, показа-лись мне слабыми. Напрасно Лавров отрицал, что бы- ли найдены черепа малого объёма. Человеческий мозг, как и любой другой орган, поражают различные заболевания, и в результате объём черепа у разных больных может сильно изменяться - от 19 до 7000 см³. Существуют взрослые больные люди с объёмом черепа в 250-950 см³, которых в медицине называют микроцефалами, и в медицинской литературе имеются их снимки (см.: Гиляровский В.А. Психиатрия. М.; Л., 1938, с.730 и 737). А я однажды где-то в 1970 году встретил такого “питекантропа” в подземном переходе около МХАТа. Его конечно сопровождал здо- ровый человек, потому что все микроцефалы умствен- но неполноценны.

    На с.41 (в издании М.,1996 это с.89) у Лаврова сказано:

    “И мы видим, что многие молодые люди, имея до- статок во всём: в пище, в одежде, в зрелищах - все удовольствия им доступны - теряют интерес к жизни и кончают жизнь самоубийством: вешают- ся, травятся, бросаются под поезд. Вот к чему

    приводит атеистическое воспитание!”

    Однако в книге А.В.Лихачёва “Самоубийство в западной Европе и европейской России (СПб.,1882) приведены письма и записки самоубийц, которые на- дёжно указывают, что кончают с собой и верующие. Там одна женщина писала, что Бог за неё отомстит; довольно крупный чиновник ссылается на суд Божий, который обвинит его врага; 27-летний адвокат про-сит мать помолиться за него, а 22-летний рабочий оставил стихотворение, в котором были такие строч- ки:

    О боже великий

    Услыши моленье

    И жизни минувшей

    Прости заблужденье.

    Я сделал соответствующие выписки для отца Сер-гия и обратил его внимание на нелепое утверждение Лаврова, будто самоубийства бывают от хорошей жиз- ни. Самоубийство именно указывает, что жизнь у че- ловека была невыносимой, хотя посторонним людям она может казаться сколь угодно благополучной. За- коны природы и основополагающие теоретические ут- верждения для того и существуют, чтобы кажущееся люди не принимали за действительное.

    Сильное впечатление произвело на меня такое заявление (с.65, по печатному изданию 1996 года - с.136):

    “Церковь не молится только за самоубийц; самоубийство - это страшный, смертный грех, хула против Духа Святого, трусость и малоду-

    шие”.


    Наверное многие знают, что в Бухенвальде и других лагерях смерти бывали случаи, когда эсэсо- вец давал заключённому верёвку и приказывал пове- ситься. И тот действительно кончал с собой, чтобы избежать неминуемых мучений, после которых его всё равно казнили бы. И вот теперь по Лаврову выходит,

    что за этого эсэсовца и за людей, создавших лагеря смерти, молиться можно, а люди, покончившие с со-бой в этих лагерях, прощения не заслуживают, и да- же молиться о них недопустимо. То есть автор окон- чательно зарапортовался.

    29.06.85 г. мы снова поехали в Каширу к отцу Сергию. Встретились с Петровичем у метро Варшав- ская, но с нами должен был ещё ехать Ваня, муж Ма- рины Петровны (бывшей супруги Эрика - приятеля Пе- тровича), а он, оказывается, проспал. Пришлось ждать, и мы выехали не на электричке 7.02, как прошлый раз, а примерно через час. Зато в Кашире почти сразу пересели на автобус. На одном подъёме мотор что-то плохо тянул, так что остановились, и шофёр менял какой-то небольшой агрегатик в двига- теле. После этого дело у него пошло лучше, но всё равно не очень хорошо. И всё же в общем доехали сравнительно быстро и около 11 часов утра были уже там.

    В прошлый раз храм был серым, в одном месте треснутым, а теперь его покрасили, снаружи распи-сали ликами святых, и он стал почти неузнаваемым. Справа от храма огород. Мы с Петровичем обошли храм кругом. Отец Сергий хлопотал о прокладке туда водопровода и об улучшении отопления.

    Сели обедать. Отец Сергий алкогольные напитки больше не принимает, и поэтому мне тоже было удоб- но не пить. Петрович с Ваней открыли бутылку вод- ки, которую перед этим купили там же в магазине в Бесово. Отец Сергий рассказывал, как он однажды вынес на улицу золу и стал выбирать из неё несго- ревший уголь, а какие-то прохожие подумали, что он простой служитель в храме (“служка” - как выразил- ся отец Сергий) и стали спрашивать, когда работает храм, хорош ли он внутри, хороша ли служба. Отец Сергий отвечал, что и храм-то плохенький, и певчих -то хороших нет, лишь несколько старушек, так что служба нехороша. А когда его спросили, хорош ли священник и хорошо ли служит, то отец Сергий отве- тил, что и священник-то нехорош, и служит он пло- хо. Мы засмеялись, а Надежда, которая была и в прошлый раз, воскликнула:

    - Ну зачем отбивать конкурентов!

    То есть она конечно имела в виду, что не надо отваживать прихожан, и это пойдёт на пользу только конкурентам, но от внезапного волнения выдала сок- ращённый вариант мысли.

    Отец Сергий говорил, что существует три спосо- ба изучения Библии: 1)чтение от начала до конца, 2)выписки по темам, например, о добродетели, о благе, и третий способ я забыл. Он говорил также, что люди смотрят и изучают всё вокруг себя, в том числе и других людей, но в самих себя не загляды- вают и не догадываются заглянуть. Относительно мо- его заступничества за самоубийц он ничего не ска- зал, но мне показалось, что пример с эсэсовцем и заключённым произвёл на него впечатление. Впослед- ствии, когда составлял эти воспоминания и ещё раз вдумался в записи тех времён, для меня разъяснился и смысл осуждения самоубийц, и упорная проповедь церковью этой низости, и молчание отца Сергия. Объявив, что верующих после смерти ожидает райское блаженство, церковь по существу призвала к самоу- бийству. А чтобы не получилось такой проповеди, она объявила его самым страшным преступлением. То есть надо было нейтрализовать нелепый вывод, сле- дующий из нелепых сверхъестественных представле- ний, поскольку этот вывод нежелателен государству.

    Также не слава богу у неё получилось и с мона- шеством. Ведь если человек принял обет монашества, то детородные органы ему больше не нужны. От них может произойти только нарушение этого обета. И в ХVIII веке появилась конгрегация скопцов, которая стала принимать монашество не на словах, а хирур- гическим путём. Однако церковь не только не похва- лила скопцов, но наоборот, объявила их одной из самых вредных сект. С помощью осуждения скопцов церковь поддерживает свою монополию на монашество, а заодно и государственный закон, преследующий скопчество.

    Ещё отец Сергий упомянул, что слова Христа “удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, не- жели богатому войти в Царство Божие” (Мтф.19:24) понимаются неверно. Игольными ушами в Иерусалиме называли одни узкие ворота, через которые еле-еле можно было протащить верблюда. Так что богатому можно попасть в рай, но с трудом.

    После обеда пошли купаться на Оку. По дороге, когда говорили об изменениях в общественной жизни, у отца Сергия проскользнуло выражение “времена ме- няются”. Мне оно запомнилось потому, что я и сам считал не все наши порядки стабильными, и вдруг ту же мысль услышал со стороны. Вскоре затем, как из- вестно, начались крупные перемены в политике пар- тии и правительства, котрые дополнительно напомни- ли мне об этой фразе.

    Вода оказалась сравнительно тёплой. Говорят, что тёплая вода выбрасывается в реку из работающей рядом ГРЭС. Я прошёл по дну метров 30-50, но глу- бина была всё по грудь. Потом стал купаться отец Сергий. После него купались Ваня и Петрович, а за- тем мы все вчетвером слушали магнитофон - записи Высоцкого. В 15.30 отец Сергий пошёл к храму, по- тому что в 16.30 начиналась служба, и ему надо бы- ло готовиться. Ваня сказал, что надо бы взять с собой побольше четвертинок водки, которые тут в магазине к счастью есть, а в Москве их не доста- нешь. Через несколько минут отец Сергий вернулся с тремя молодыми парнями, участниками ремонта храма, и мы загорали все вместе, слушая записи Высоцкого. Потом пошли к храму. Все ушли вперёд, а мы с Ваней немного задержались, потому что нам надо было на- деть носки и зашнуровать ботинки. Когда догоняли ребят, Ваня рассказывал о своём доге. Ему 4 года, вес 92 килограмма. Он довольно умный, но в бездом- ном состоянии вряд ли жизнеспособен. Ваня утвер-ждал, будто у Александра Македонского было множес- тво догов или подобных собак, закованных в латы, которых выпускали на врага. Его дог какой-то круп- ный чемпион - как сказал Петрович ещё на пляже.

    Ребят мы догнали на лужайке. Они нас ждали. Петрович с Ваней сразу отправились в магазин за четвертинками водки, а мы пошли к храму. Из боко- вого помещения храма, где мы сидели в январе 1984 года, вышел отец Сергий в чёрной рясе, дал мне самиздатовскую книжку, попрощался и пошёл в храм. А я посидел на лавочке, читая эту книгу, подождал Петровича с Ваней, а когда сказали, что начинается служба, и все ребята побежали в храм, поехал до-мой.

    Книжка оказалась очень интересной. В ней рас- сказывалось как одному священнику приходилось скрываться от НКВД, как его всё же выследили и как он затем находился в заключении, где его ещё поса- дили в холодный штрафной изолятор.

    17 ноября 1985 года отец Сергий прислал мне фотокопию брошюры игумена Филарета “Конспект по Закону Божию для 6 класса гимназий и реальных учи- лищ” (Харбин,1936. 102 страницы), по поводу кото- рого я ему затем направил послание 25 декабря. Я обратил его внимание, что одна из заповедей пони- мается неправильно, и не только в этом Конспекте (с.47), а вообще мне нигде не встречалось правиль- ного её понимания. Это “во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними” (Мтф.7:12), или иначе “не делать другим того, чего себе не хотите” (Деяния 15:29). То есть отсюда якобы следует, будто люди должны делать друг другу только добро. Однако на самом деле этого не следу-ет, потому что человек иногда сам себе добра не желает.

    Преподобный Серафим Саровский говорил, что “страсти истребляются страданием и скорбью” (Жития святых. М.,1904, кн.5 с.69), и вот святой Макарий Александрийский носил по пустыне корзину с песком и говорил: “Я томлю томящего мя...” (там же, с.640). Иларион Великий называл своё тело ослом и говорил: “Я укрощу тебя, осле: буду кормить не яч- менём, а мякиной, уморю голодом и жаждой, обременю тяжёлой ношей, чтобы ты больше помышлял о пище, нежели о нечистоте” (Жития святых. 2-е изд. М., 1904. кн.2 с.470). А в речи святого Евстратия, од- ного из пяточисленных мучеников, были такие слова: “Мы знаем, что дух наш беспрерывно борется с пло-тью, своею мудростью и умеренностью отклоняем себя от привязанности к этому смертному телу и, усилен- но отвергая его сладострастие и похотливые стрем-ления, постоянно приучаемся восходить мыслию к не- бу и воздержанием умерщвлять наши земные члены” (Жития святых. 2-е изд. М.,1906, кн.4 с.376). А в мирской жизни умерщвление земных членов и всего смертного тела иногда бывает ещё более реши- тельным. 29 июля 1846 года фабрикант стальных из- делий Жозеф Анри во время концерта в Тюильрийском саду выстрелил из двух пистолетов в сторону короля Луи-Филиппа. От выстрелов никто не пострадал. Анри был приговорён к вечной каторге и после оглашения приговора сказал: “Не этого мне хотелось; я желал быть приговорённым к смерти и молю лишить меня жизни. Это будет для меня милость и благодеяние” (см.: Грегуар Л. История Франции в ХIХ веке. М., 1894, т.2 с.430. Ольхин П. Последние дни самоу-бийц. СПб.,1863, с.379).

    В декабре 1884 года в Шлиссельбургской крепос- ти было два подобных случая. Сначала Минаков, а затем Мышкин нанесли служителям тюрьмы оскорбление действием с целью подвергнуться смертной казни. Мышкин заявил на первом же допросе: “Я не сделал это с намерением оскорбить смотрителя, но чтобы в этом был повод к достижению смертной казни” (Былое 1906, № 6 с.58). И его казнили.

    Врачам и юристам уже давно известно, что чело- век иногда совершает действия, которые наказывают- ся смертной казнью, только для того, чтобы таким способом покончить с собой. Такой самоубийца избе- гает самого страшного “греха” самоубийства и не нарушает заповедь “не делать другим того, чего се- бе не хотите”. Так что правило “во всём, как хоти-те, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними” не означает, что нельзя другого челове- ка морить голодом и жаждой, обременять тяжёлой но- шей и умерщвлять его земные члены. Алкоголик, спа- ивающий приятеля, или отчаянный человек, втягиваю- щий в гиблое дело другого человека, действуют по правилу “губи ближнего своего, как самого себя” (см.: Островский Я.И. Четвёртая история. М., 1971, с.54).

    Впоследствии, покопавшись в литературе, я при- шёл к выводу, что этот ляпсус получился из-за не- брежного отношения авторов Библии к источникам. Демосфен в речи против Мидия (ХХI,185) говорил:

    “Среди нас встречаются люди умеренные и чело-

    веколюбивые: им по справедливости все должны

    отвечать тем же, когда у них возникнет в этом

    необходимость и они окажутся в опасности. Дру- гие же, напротив, отличаются бесстыдством и ведут себя наглым и насильственным образом по

    отношению к большинству остальных людей, назы-

    вая одних нищими, других отбросами общества,

    третьих они вообще за людей не считают. Спра-

    ведливость требует, чтобы к таким людям отно-

    сились точно таким же образом, как они отно-

    сятся ко всем остальным”.

    А Диоген Лаэртский (V,21) рассказывал об Арис- тотеле:

    “На вопрос, как вести себя с друзьями, он ска-

    зал: «Так, как хотелось бы, чтобы они вели се- бя с нами»”.

    Авторы Библии не подумали как следует, а пос-пешно возомнили, будто эти частные утверждения мо- жно обобщить на все случаи жизни. Такое необосно-ванное обобщение назвали даже “золотым правилом” и в результате недомыслие получило ярлык абсолютной истины.

    Небрежность проявилась и в заповеди “возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Мтф. 22:39). Любовь командам не поддаётся и насильно мил не бу- дешь. Если же ближнего любят, то здесь больше по- дойдёт завет Суворова “сам погибай, а товарища вы- ручай”.

    Ещё в Конспекте (с.37) я обнаружил такие неми- лосердные слова:

    “В наши дни среди молодёжи очень распро- странён ложный и греховный взгляд на труд и на

    развлечения. На труд смотрят как на что-то в

    высшей степени неприятное, как на тяжкое под- невольное иго, и заботятся о том, чтобы поско-

    рее от него отделаться - “свалить с плеч”. И все свои стремления и усилия направлять к то-

    му, чтобы как можно скорее “отдохнуть” (- от

    чего?) и развлечься”.

    Люди гибнут от обвалов в шахтах, травятся на химических и коксогазовых заводах, падают в обмо- рок в горячих цехах, получают трудовую инвалид- ность, болеют и умирают от профессиональных забо- леваний, а игумен Филарет рассказывает, что им не от чего отдыхать и “среди молодёжи очень распро- странён ложный и греховный взгляд на труд”. Возни- кает впечатление, что он сам не только никогда в жизни по-настоящему не работал, но и не представ- ляет себе что такое настоящий труд. Тяжёлый и вредный труд - это убийство человека особо мучи-тельным способом, и поэтому взгляд на труд молодё-жи не такой уж ложный, как кажется автору Конспек- та. Если бы труд всегда был посильным и приятным, то никто не догадался бы, что это “что-то в высшей степени неприятное”, как не смог догадаться игумен Филарет.

    “Конспект по Закону Божию” игумена Филарета навёл меня на общие размышления о нравственности. В любом человеке есть стремление к добру, и если он имеет избыток сил и средств, то делает добро. А если не делает, то значит ему самому не до хороше- го. У каждого есть родственники, супруга, дети, друзья, приятели и другие близкие люди, и поэтому каким бы плохим он ни казался одним людям (в Кон- спекте нередко упоминаются эгоисты), всегда най- дутся другие, которым он кажется хорошим. К тому же гордиев узел жизни так завязан, что заранее не- возможно знать, добро или зло будет в конечном итоге от какого-то поступка человека.

    1 января 1986 года ко мне вместе с Петровичем заехал отец Сергий. Привёз почитать книгу протоие- рея Серафима Слободского “Закон Божий для семьи и школы со многими иллюстрациями”. Место и год изда- ния не были указаны, но в тексте упоминалось, что население земного шара составляет 2 миллиарда че- ловек, то есть столько, сколько было в начале 30-х годов.

    Побеседовали, потом пили чай на кухне и спори- ли. Отец Сергий сказал, что мне надо быть редакто- ром сельскохозяйственного журнала “Земля и глина”. Была среда, то есть постный день, и отец Сергий не ел ничего мясного. Когда я сказал “деньги делают чудеса”, он пристально посмотрел на меня, но про- молчал. А в дальнейшем разговоре упомянул, что не может меня понять. Я ответил, что я отшельник.

    9 января в седьмом часу вечера я поехал к отцу Сергию. Там присутствовали матушка Раиса, одна из служительниц храма, Александр Николаевич, который на этот раз выглядел лучше (в прошлый раз у него был бледный нездоровый цвет лица). За столом на- против меня сидели ребята, с которыми мы загорали в Кашире 29.06.85 г. Мне предложили всякие закуски и пришлось даже выпить. Отец Сергий пил воду. В разговоре выяснилось, что он не знает сколько было отцов церкви, а один из ребят утверждал, что боль- ше ста. Александр Николаевич перед уходом попросил благословения у отца Сергия. После его ухода отец Сергий рассказывал как у них было общее собрание священников, на котором читал лекцию лектор из об- щества “Знание”. И вдруг какой-то сумасшедший выс- кочил и стал спрашивать у начальства какой они ве- ры. Потом читал лекцию (доклад) один из началь-ства, а затем жертвовали в Фонд Мира. Отец Сергий красочно показывал как священники с азартом выхва- тывали из-под рясы пачки денег, которыми их снаб- дили на этот случай церковные старосты, и бросали на поднос. Собрали 25 тысяч, начальство было до- вольно, а затем вскоре электричество для храмов подешевело - было 17 копеек за киловатт, а стало 4 копейки. Я смеялся до слёз.

    Объёмная книга протоиерея Серафима наконец-то кое-что мне прояснила. Я там вычитал, что степеней священства бывает только три - диакон, пресвитер (он же священник или иерей) и епископ (архиерей). А все остальные названия - протоиерей, архиман-дрит, митрополит и так далее - это должности, одни из которых занимают священники, а другие - еписко- пы. Христианских таинств имеется всего семь, из которых священник может совершать только пять, а епископ - все, в том числе и возводить во все сте- пени священства (в епископы обычно возводят нес- колько епископов совместно). То есть церковь в ос- новном состоит из епископов, а все остальные слу- жители культа могут совершать службу лишь постоль- ку, поскольку их на это рукоположил епископ.

    В книге знаменитого артиста Юрия Никулина “По- чти серьёзно...” (М.,1979, с.374) есть такой рас- сказ об одном цирковом артисте:

    “…Однажды в Киев приехал высокий духовный чин,

    а священник, который должен был проводить слу-

    жбу, внезапно заболел. Иванов вызвался заме-

    нить заболевшего и с успехом это сделал. Ду- ховное лицо осталось довольно, и Иванова воз-

    вели в сан священника”.

    Это полное непонимание устройства церкви. Та- кого и даже подобного не может быть ни в коем слу- чае. В прошлом, когда ещё не было мнимого отделе- ния церкви от государства, совершение богослужения лицом, не имеющим соответствующей степени священ- ства, считалось уголовным преступлением.

    22 января 1986 года допоздна читал “Закон Бо- жий” протоиерея Серафима, и ночью мне приснилась большая комната, в которой вдоль стены сидит зна-чительное количество людей, в том числе и я. Слева в комнату по одному входят, как бы показываются, священнослужители. И вдруг входит отец Сергий в головном уборе епископа. Он - епископ! Я радуюсь, что у меня теперь есть знакомый епископ.

    Однако вскоре, продолжая читать книгу, я обна- ружил, что поспешил с таким сновидением. Церковь, оказывается, ограждает себя монашеством, и еписко- пом может стать только монах. Женатых епископов не бывает и быть не может. Сначала монах должен дос- тичь степени священника (иерея) и тогда его назы- вают иеромонахом. А после этого его можно постав-лять на высшую степень священства - в епископы. На практике же принято возводить в епископы не рядо- вых иеромонахов, а настоятелей крупных монастырей - архимандритов.

    Знаменитый юрист А.Ф.Кони (Собр.соч. М.,1966, т.1, с.469) рассказывает о своей беседе по этому поводу с архиепископом Амвросием:

    “Он многозначительно посмотрел на меня, помол- чал, перебирая чётки, и внезапно выпалил: «По- стригитесь! Да! Постригитесь! - сказал он, увидя моё удивление, - я вам серьёзно это го-

    ворю. Мирские соблазны для вас уже не должны

    иметь притягательной силы, а с вашим оратор- ским талантом, умом и энергией вы можете дале-

    ко двинуться в духовном ведомстве. Дайте мне

    вас постричь, через полгода вы - иеромонах, через год - архимандрит, а через три года - епископ. Даю вам слово, что я вас проведу в епископы, а затем дорога открыта, и Константин

    Петрович вас, конечно, оценит и не оставит в

    тени. А?» - и он лукаво заглядывал мне в гла- за. На моё заявление, что я не чувствую ника- кой склонности к монашеству и не сведущ в бо-

    гословских науках, он мне с некоторым цинизмом

    возразил: «Всё это вздор, ведь я же буду вас экзаменовать, только дайте мне себя постричь, а остальное всё приложится».”

    Так делается церковная карьера. А относительно нынешнего патриарха Алексия II не соблюли даже тех приличий, о которых говорил Амвросий. В 1950 году он рукоположен в сан священника. “В марте 1961 г. принял монашеский постриг; с 1961 г. носит сан епископа Таллинского и Эстонского” (см. справочник “Кто есть кто в России и в ближнем зарубежье” М., 1993, с.26). То есть провели его по степеням нео-бычным путём и почему-то в какой-то суматошной спешке.

    Кроме толкового и важного, в книге протоирея Серафима оказалось немало откровенного глумления над человеческим рассудком. Об этом я, как обычно, направил отцу Сергию послание от 05.04.86 г. Начал с выписки (с.528):

    “Так вот, очень мало кому известно, а лучше

    сказать почти никому неизвестно, о чудесном явлении б л а г о д а т н о г о о г н я, ко-

    торый возникает уже долгие века из года в год в В е л и к у ю С у б б о т у н а г р о- б е Г о с п о д н е м, в И е р у с а л и- м е, т.е. на месте погребения и славного Вос-

    кресения Господа нашего Иисуса Христа”.

    И дальше автор приводит письма разных свидете- лей, в которых подробно описываются все проверки и предосторожности, чтобы невоможно было человеку зажечь тот огонь, который затем загорается сам без вмешательства людей. Однако огонь может появляться без вмешатель-ства человека и во многих других случаях - при са-мовозгорании сухих веществ, от молнии, в вулканах, от сильного трения, сами загораются на воздухе ще-лочные металлы и даже чистое железо, не имеющее примесей углерода и других веществ. А в цирке как бы самопроизвольное возникновение огня - обычное дело. Если видимые, кажущиеся чудеса считать чуде-сами настоящими, то тогда фокусников придётся при-знать чудотворцами. Фокусник может несколько раз показать свою пустую руку, прежде чем в ней из ни-чего появится золотая монета. Но сколько бы раз он ни повторял этот фокус, его всё равно будут счи-тать иллюзионистом, а не волшебником или святым чудотворцем. Вот если бы каждый зритель уходил с его представления с мешком золота, тогда могло ше-вельнуться сомнение.

    По поводу этого “благодатного огня” я как-то рассмешил одного товарища:

    - Дам я им коробку спичек, пусть только не му-чаются.

    Протоиерей Серафим пишет (с.537):

    “Самое сильное доказательство факта Воскресе-

    ния Христова есть тот грандиозный переворот,

    который он произвёл в апостолах, а через них и

    во всей вселенной. На нём держится вся культу-

    ра последних двух тысяч лет. Могла ли её под-

    держивать мечта 13 фантазёров?”

    То есть он сильно преувеличивает грандиозность переворота во вселенной, заполненной в большинстве нехристианами, и подменяет основу культуры, кото- рая на самом деле является античной дохристиан-ской. В современной культуре почти вся научная и политическая терминология, важнейшие разделы фило- софии, множество мифологических образов (Нептун, Марс, Венера, Фортуна, Геракл, титаны, музы, ге- нии) заимствованы у древних греков и римлян. Врачи до сих пор изучают в вузах латынь, а у юристов од- ним из важнейших предметов является дохристианское римское право. Атлеты (древнегреческое дохристиан- ское слово и понятие) до сих пор проводят на ста- дионах (древнегреческое слово) олимпийские игры (начались задолго до появления христианства), во время которых соревнуются в марафонском беге (со- бытие древнегреческой истории). А в сравнительно недалёком прошлом, когда стремились к так называе- мому классическому образованию, дохристианская ан- тичная культура по существу господствовала. Письма образованных людей ХVIII и XIX века содержат в се- бе такое количество сведений и реминисценций из жизни античного мира, что сейчас они понятны лишь специалистам историкам. В исторической науке никто даже не спорит, что время распространения христи- анства совпадает со временем упадка культуры вооб- ще, когда распространилось средневековое мракобе- сие. А когда этот упадок прекратился, то наступило так называемое Возрождение, то есть возрождение дохристианской античной культуры.

    Распространение какой-нибудь идеи (например, идеи змея Горыныча, идеи флогистона или всемирного тяготения) не свидетельствует ни о её истинности, ни о её ложности. И для распространения идеи не требуется даже 13 человек. Достаточно одного-един- ственного, но рассказавшего приятную, потакающую человеческим слабостям легенду, чтобы она стала почти всем известной. Один англичанин рассказал, будто люди произошли с помощью естественного отбо- ра, так что каждый человек является отборнейшим из отборных, совершеннейшим из совершенных, вершиной эволюции и царём природы. Эта сказка понравилась немалому количеству тщеславных людей, которые ста- ли её воспринимать как очевидную научную истину, а мистификатора возвели в ранг великого исследовате- ля.

    Значительную часть вероучения составляют ука-зания на светлое будущее: бессмертие души, воскре- сение из мёртвых и вечное блаженство для праведни-ков. Однако если вдуматься в ценность вечного бла- женства, то его не с чем сравнить. Все блага зем- ной жизни, всё счастье всех людей, всё самое луч- шее, что известно - ничто в сравнении с вечным блаженством. Желание вечного блаженства так обшир- но, что это наверное самое большое требование, на какое вообще способен человек. Если, например, кто-нибудь хочет стать самым богатым, самым краси- вым, самым счастливым и во всех остальных отноше-ниях самым-самым человеком на земле, то по сравне- нию с желанием вечного блаженства его желания нич- тожны. Он почти ничего не хочет. В сказке Пушкина о золотой рыбке, старуха, которая требовала себе то новую избу, то дворянство, то царство, то вла- дычество морское, не дошла до ничтожной части то- го, чего обещают простодушным людям служители культа. В желании вечного блаженства отсутствуют всякие границы, всякая умеренность, всякая сдер- жанность. Желать так много настолько нескромно, что одна мысль об этом уже есть грех. Прожил чело- век 60-70 лет на земле - и спасибо. Многие и столько не живут. Были в жизни счастливые минуты - и достаточно. Их могло не быть совсем. Желать большего, а тем более не иметь никаких границ для желаний - нехорошо.

    Так мы спорили с отцом Сергием письменно и устно, но самого главного я ему не сказал и ска- зать не мог. Исполняя посильные обязанности в тёп- лом помещении, он содержал жену и троих детей, и поэтому убеждать его, что бога нет, было нельзя. Такое утверждение равносильно призыву, чтобы он оставил своё относительное благополучие, к которо- му стремился всю жизнь, и снова, как в молодости, шёл разгружать вагоны за 70 рублей в месяц. При- знай он открыто, что богов не существует, и жене придётся устраиваться на работу, а детям - прямо хоть становись на улице с протянутой рукой. Если бы идея бога была для него практически нейтраль- ной, то он легко поддавался бы влиянию здравого смысла. Но поскольку его благополучие зависит не от здравого смысла, а от поддержания абсурда, то для него этот абсурд и является здравым смыслом, каким бы нелепым и смешным он ни казался другим людям. Религия для служителя культа - это его жиз-необеспечение, то есть дело очень серьёзное, и по-тому его борьба за веру должна быть упорной.

    Проблема религии состоит не в том, что надо доказать отсутствие Зевса или змея Горыныча; проб- лема здесь такая: как нормальным душевно здоровым людям может прийти на ум тот бред, который несёт им религия? Почему имеется 5 доказательств суще- ствования бога, и нет ни одного доказательства су- ществования телеграфного столба? Зачем нужна вся эта неискренность и фальшь?

    Люди, которые ведут атеистическую пропаганду по долгу службы, проповедуют, что никакого Гефес-та, никакого Будды и никаких прочих богов не было и нет. Вместо них была эволюция (то есть они пыта- ются заменить монотеизм новой разновидностью мис- тики). Вместо того, чтобы разоблачать тайные цели религиозного глумления над рассудком, государ-ственные атеисты призывают не верить в то, во что и так не верится. То есть они, как и служители культа, стараются скрыть главную тайну религии и с этой целью разводят многословие о несуществовании богов. Одни рассказывают о существовании, другие - о несуществовании, а цель всех этих противоесте- ственных разговоров остаётся одинаково хорошо скрытой у обеих сторон. Государственные атеисты вроде бы борются с религией, а по существу являют- ся её замаскированными пособниками.

    Наверное благодаря такой всесторонней поддерж- ке, религия вводит в заблуждение многих свободно- мыслящих, которым кажется, будто она как-то связа- на с нравственным самообузданием людей. Богов не существует, но вера в них заставляет человека пос-тупать более справедливо, чтобы не понести наказа- ния на том свете. Такой туман запущен в головы нормальных людей, и Вольтер даже заявил: “Если бы бога не было, его следовало бы выдумать”.

    Однако сверхъестественные представления суще- ствуют не для того, чтобы из них выводить гуманные поступки людей, а чтобы ими прикрывать и оправды-вать всё что угодно. Религия благоприятствует не нравственности, а разговорам о нравственности. С помощью бесконечного многословия служители культа подводят любые деяния под благочестие и выдают свою собственную волю или указание властей за волю богов. Поэтому монастырские тюрьмы, пытки инквизи- ции, физическое истребление еретиков и прочее по- добное существовало не вопреки религии, а как её следствие, как что-то угодное богу. Самозванцы, объявившие себя представителями богов, оправдывают то, что во время войны происходило в лагерях смер- ти под видом государственной необходимости. И вой- ны они тоже объявляют религиозно необходимыми, то есть по существу божественными.

    Многие люди бывают чуждыми столярному делу, химии или филологии. Но всё равно они уважают и столярные работы, и химические опыты и филологи- ческие изыскания как нужные занятия, от которых может быть польза. А люди, чуждые религии, никогда её не уважают и не считают нужной. Для них она бесполезна и даже вредна, поскольку задействует ум в беге на месте. Религия и всякое другое мракобе- сие дурит человека, отвлекая его силы на нелепые занятия.

    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Д е л а и с л у ч а и р о с л а в л ь 0 6