Дата30.10.2017
Размер30.4 Kb.

«Детство моего дедушки» Воспоминания дедушки Евсюкова Михаила Александровича записала Рыбалка Светлана



«Детство моего дедушки»

Воспоминания дедушки Евсюкова Михаила Александровича

записала Рыбалка Светлана.

«Отец ушёл на фронт. Остались дети: брат Иван – 8 лет, сестра Катя – 5 лет, мне – 11 лет и мама –Ефросинья Матвеевна. Столь жутко и страшно оставаться без отца. Все хозяйство легло на мои плечи. Я пас свиней – 33 головы, собирали со всей улицы. Я и бегать хорошо научился, потому что все время за ними гонялся.

Кушать было нечего, поэтому ели листья липы, сушеные яблоки и груши.

Я помню тот день, когда немцы вошли в село. Они шли по нашей улице Базовка, а мы – дети, стояли и смотрели на них. Немцы шли с засученными рукавами с лентами, впереди – автоматы, на головах – пилотки. Шли они строем, красиво. Размещались по дворам. Нас немцы не трогали, иногда подкармливали – давали хлеба.

Я уже все понимал и старался навредить немцам. Как-то раз я залез в конюшню и поснимал с коней уздечки /я из них делал плетки/. Но тут вошел немец-власовец, схватил меня и ударил по лицу. Летел я метров 6, за это меня заставили водить лошадей к колодцу и поить их. Я часто воровал у немцев продукты, запах шоколада помню до сих пор. Один раз мне захотелось супа с тушенкой, я полез в блиндаж, но тут меня поймал их повар. Он назвал меня киндером и сказал, чтобы я больше не воровал. Он жил у нас в доме и часто приносил продукты.

Я помню случай, когда немец хотел поймать курицу. Гонял, гонял ее, а я взял и открыл двери. Немец долго смеялся.

Однажды я украл у немцев пистолет, дамский какой-то, желтенький. Принес домой и под печку спрятал. Но немцы меня как-то вычислили и пришли к нам. Немец грозился убить меня, а мать плакала и просила, чтобы я отдал то, что взял. За мой проступок они зарезали нашу свинью, большую, центнера 2. Нам отдали ноги и голову. А потом забрали еще 7 гусей и заставили бабушку Марусю щипать.

Немцы очень любили молоко. Меняли молоко на свечи, мыло, шоколад. Но хозяевам жалко было им отдавать, вот они и вымазывали вымя в грязь. Но немцы все-равно доили коров.

У немцев были губные гармошки, мне тоже очень хотелось такую. Я взял 6 яиц и пошел меняться. Немцы долго смеялись – «киндер, музик», но гармошку мне дали. Я был очень счастлив, даже забыл, что сейчас такое трудное время.

Но я продолжал вредить немцам. У них была рация, и я обрывал провода, правда немного било током. Проводки были разного цвета, я их забирал домой и делал девчонкам монисто. Только теперь до меня дошло, что было бы, если бы немцы увидели на девочках монисто из проводов?

Нас эвакуировали в Почаево. Я продолжал делать разные пакости гитлеровцам: то в одном месте дел натворю, то в другом. Так немцы меня и не поймали.

У немцев была овчарка Астра, я ее приручил и она на меня не лаяла. Мы с ребятами в противотанковом рву взрывали гранаты, а немцы думали, что это наступление. Немцы взорвали мост, снаряд попал в дом одной бабушки, а ее саму ранило в живот. Два дня громыхало, село горело, колокольню сбили, наконец дали красную ракету.

Пришли русские в село, все дома обгорелые, у Ивана Шпачка в доме был госпиталь.

За селом был немецкий блиндаж, там нашли 6 пулеметов и миномет. Миномет я забрал себе, стрелял, приговаривая: недолет, перелет. Потом у меня забрали миномет.

Когда немцы отступали, то 2ребят отрубали у немцев ноги и забирали сапоги. Комендатура тогда была там, где сейчас живет Нина Степановна. Привели этих ребят и на выгоне, где сейчас остановка, расстреляли. Когда немцы ушли, началось безвластие. Тянули возы с колхоза, разбирали сараи, магазин.

А еще я помню как мы с Боглаевым Иваном рубили ветки, я прыгнул с дерева и стал на мину, но она не взорвалась. Я аккуратно сошел, принесли мину домой посмотреть, почему не взорвалась. Оказывается, отсырел пистон. Сколько случаев было с этими минами и гранатами, но я уцелел. А двое ребят взорвались – Риты Петровны брат и Мишка Кублаев.

А еще мы учились курить – нашли 4 пузырька пороха, насыпали в лопух и тянули. Мне обожгло лицо, мать мазала вонючей мазью, которую немцы оставили.

Как-то раз я с Николаем (Илюхиным) нашли 3 ящика со снарядами и взорвали их. Взрыв был большой, нас присыпало землей. Там где сейчас Новенький колодец, мы взорвали склад.



Еще и после войны находили много разного оружия, взрывали его, ребятам было интересно. На Вертячем нашел гранату, поднял и хотел бросить, но не успел. Граната взорвалась в руке, это была противотанковая граната. На правой руке оторвало большой палец, были осколки на лице. Шел домой, текла кровь. Пыхтина Валентина как увидела меня, испугалась. Но ничего, все зажило. Сколько я в детстве встречался со смертью, но все обходилось, судьба милостива. Мы все остались живы. Отец наш Евсюков Александр Карпович погиб под Смоленском в 1943 году. Вот так я и остался за старшего в семье, делал всю тяжелую работу – косил, дрова рубил строил и прожил большую жизнь.

Дай Бог вам прожить, чтобы горя такого не видать!

Коьрта
Контакты

    Главная страница


«Детство моего дедушки» Воспоминания дедушки Евсюкова Михаила Александровича записала Рыбалка Светлана