• ФАС Московского округа в Постановлении от 05.05.2014 № Ф05-2583/14 по делу № А40-78182/2011
  • Пятый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 23.09.2013 № 05АП-9276/2013 по делу № А51-15947/2011
  • ФАС Волго-Вятского округа от 08.07.2014 по делу № А17-630/2008
  • Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11.06.2013 по делу № А82-12345/2010
  • Четвертый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 20.03.2014 по делу № А58-2510/2011

  • Скачать 61.42 Kb.


    Дата22.01.2019
    Размер61.42 Kb.

    Скачать 61.42 Kb.

    Доказательства вины контролируемого лица в делах о банкротстве



    Доказательства вины контролируемого лица в делах о банкротстве.
    Следует отметить, что ввиду того, что подавляющая часть заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности основана именно на неисполнении обязанностей по передаче бухгалтерской документации, а не совершении сделок, причинивших вред кредиторам, основные выводы сформулированы именно по отношению к первой категории дел.

    Так, лишь из текста некоторых из них понятно, что принято в качестве доказательств отсутствия вины.

    К примеру, в одном случае1 документация отсутствовала, так как должник прекратил осуществление хозяйственной деятельности задолго до введения процедуры банкротства, а в другом2 - не было представлено доказательств, что руководитель получил соответствующую документацию от предыдущего руководителя. Таким образом, в обоих случаях суды пришли к выводу, что вина отсутствует, потому что передавать было нечего. Есть также пример, когда отсутствие вины доказано нахождением руководителя на длительном амбулаторном лечении после ДТП и фактом нахождения документации в опечатанном следователями помещении арендодателя3.

    В остальных же случаях суды избегают конкретных формулировок, указывая на то, что заявителем не доказана ни вина, ни причинно-следственная связь. Однако в ходе более подробного изучения их текстов становится ясно, что, по сути, суды по-прежнему требуют непосредственных доказательств вывода активов должника, сокрытии документации и совершения конкретных действий, приведших к неплатежеспособности должника4.

    В частности суды указывают на необходимость «исследования наличия имущества должника и обстоятельств ведения им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства».

    При этом за исходную точку в определении имущественного положения должника принимается показатели бухгалтерской отчетности, которая находится в налоговом органе.



    Иными словами, по факту привлечение к субсидиарной ответственности чаще всего становится возможным только тогда, когда судом установлено отсутствие имущества, которое отражено в активе бухгалтерского баланса, или установлены конкретные факты, подтверждающие вывод активов должника.

    Однако в большинстве случаев проблема и состоит в том, что бухгалтерский баланс содержит искаженные сведения об активах должника, а у конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов отсутствуют конкретные сведения об имуществе, которые должны содержаться в скрываемой бухгалтерской документации.

    Таким образом, следует заключить, что введенные в действие презумпции, в соответствии с которыми причинно-следственная связь между неплатежеспособностью должника и действиями контролирующих лиц, презюмируется в случае установления факта совершения этим лицом определенных противоправных действий, работают крайне неэффективно.

    Справедливости ради отметим, что в некоторых случаях данная презумпция действительно опровергается представленными доказательствами ответчиков. В частности, не вызывает сомнение отсутствие оснований для привлечения к ответственности в случае, когда имущество, реализованное по сделкам, признанным недействительным в ходе банкротства, было возвращено в конкурсную массу.

    Вместе с тем, некоторые выводы судов вызывают недоумение.


    1. ФАС Московского округа в Постановлении от 05.05.2014 № Ф05-2583/14 по делу № А40-78182/2011 в качестве одного из аргументов в пользу отказа в привлечении директора к субсидиарной ответственности указал, что конкурсным управляющим не представлено доказательств окончания исполнительного производства по исполнительному листу на передачу бухгалтерской и иной документации должника. А кроме того конкурсным управляющим не представлено доказательств, что действия директора свидетельствуют об умышленном необеспечении им сохранности бухгалтерской и отчетной документации, первичных учетных документов.

    Любопытно, какие доказательства должен представить конкурсный управляющий в подтверждение того, что директор действует недобросовестно, не исполняя требование исполнительного листа о передаче бухгалтерской документации, учитывая, что сам директор доказательств своей добросовестности и разумности не представляет.

    Еще один довод, которые используют суды, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию, это факт составления конкурсным управляющим отчета о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. По мнению некоторых судов, составление отчета автоматически свидетельствует о наличии у конкурсного управляющего достаточных документов для формирования конкурсной массы. Вряд ли несостоятельность такого мнения требует специальных комментариев.




    1. А вот Пятый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 23.09.2013 № 05АП-9276/2013 по делу № А51-15947/2011 не принял позицию конкурсного управляющего о том, что учредители общества виновны в непредоставлении бухгалтерской документации, даже несмотря на то, что учредители приняли решение о смене регистрации должника, что в отсутствии документов бухгалтерского учета и отчетности не позволило сформировать конкурсную массу.




    1. ФАС Волго-Вятского округа от 08.07.2014 по делу № А17-630/2008 отказал в привлечении руководителя к субсидиарной ответственности, посчитав незначительными ухудшение финансовых показателей у должника после выбытия объектов производственной базы и их использованием не на праве собственности, а на праве аренды.

    Такая логика судов представляется весьма опасной, так как приводит к выводу о том, что контролирующее лицо не должно нести ответственность за действия по выводу активов, если несостоятельность должника явилась следствием иных, не связанных с действиями этих лиц, обстоятельств.

    Нельзя оставить без внимания решения судов об отказе в привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности при наличии вступивших в законную силу судебных актов о признании совершенных от их имени сделок, недействительными по основанию причинения вреда кредиторам:


    1. Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11.06.2013 по делу № А82-12345/2010:

    «Признание в рамках дела о банкротстве ряда сделок, заключенных руководителем должника, недействительными5 не является достаточным доказательством того, что действия Кашникова В.П. были направлены на доведение предприятия до банкротства.

    С учетом изложенного в удовлетворении иска конкурсного управляющего Городиловой Н.А. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его учредителя и директора отказано правомерно».




    1. Четвертый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 20.03.2014 по делу № А58-2510/2011 также не установил причинно-следственной связи и вины единственного учредителя в доведении должника до банкротства. Два вступивших в законную силу определения суда о признании недействительными сделок по реализации недвижимого имущества должника оказались недостаточными для подтверждения данных обстоятельств.

    Отметим, что в этом деле суд также сделал «важную оговорку» о том, что конкурсным управляющим не выявлено признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

    Несмотря на все вышеуказанные недостатки правоприменительной практики нельзя не признать общую тенденцию по увеличению количества дел, в которых то или иное контролирующее лицо было привлечено к субсидиарной ответственности по долгам несостоятельного должника. Предлагаем рассмотреть некоторые из них.

    Первая часть подборки посвящена случаям привлечения к субсидиарной ответственности на основании применения презумпции доведения до банкротства в результате уклонения от предоставления документов бухгалтерского учета и отчетности или ее искажения.

    Вторая часть включает в себя примеры из судебной практики, в которых судом установлены конкретные противоправные действия контролирующих лиц, признанные причиной несостоятельности должника.




    1 Постановление ФАС Поволжского округа от 06.03.2014 по делу № А49-3355/2012

    2 Постановление ФАС Уральского округа от 11.03.2014 № Ф09-451/14 по делу № А34-3212/2011

    3 Постановление ФАС Центрального округа от 21.02.2013 по делу N А68-9208/2009

    4 Постановление ФАС Северо-Западного округа от 19.03.2014 по делу N А56-52790/2011: «В материалы дела не представлено доказательств того, что ответчиками даны должнику какие-либо указания, которые повлекли невозможность осуществления расчетов с кредиторами, недостаточность имущества должника».


    5 Следует отметить, что сделка должник были признаны недействительными по основанию ст. 61.3. Закона о банкротстве.

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Доказательства вины контролируемого лица в делах о банкротстве

    Скачать 61.42 Kb.