страница12/33
Дата14.01.2018
Размер5.51 Mb.
ТипУчебник

Геннадий Шеваров я видел, я слышал, я помню…


1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   33

Чёрный год



КОРОТКИЕ СНЫ 1937 ГОДА


(Радиоочерк)

АВТОР. Открываю газету. «В Комиссии Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями, имевшими место в период 30–40 и начала 50-х годов» – так называется это официальное сообщение. За каждой строчкой его – человеческие жизни, судьбы, наша боль, наша память. Сообщение заканчивается так: «Комиссия Политбюро ЦК КПСС продолжает свою работу». На это надеялись, этого ждали… Но может быть, как никто, ждали такое сообщение люди, на чьи семьи выпали … обрушились… я не знаю точного слова … сталинские репрессии… Рассказывает свердловчанка Валентина Алексеевна Шпагина.

ШПАГИНА. Однажды мы сидели у меня в комнате и беседовали – папа, мама и я … вечером, в темноте помнится почему-то. С ужасом думали, что кругом творится…И отец сказал: когда на 13-м съезде шел вопрос, кого выбирать Генсеком, заседания были по отдельным делегациям. В делегации уральской наш отец первым выступил за то, чтобы избрать Сталина. И он думал: может быть, это для него будет в какой-то мере… (Значит, он уже знал и думал, что ЭТО делает Сталин). И вот он говорит: «Я первым за Сталина выступил», а почему? Другой-то кандидатуры не было. Троцкого он не мог… он его органически не переваривал.

АВТОР. Шпагин Алексей Алексеевич. Родился в 1879 году. Сын крестьянина-бедняка Нижегородской губернии (Арзамасский уезд, деревня Тамаевка). В 1899-м приезжает на работу в Сормово, знакомится с рабочими социал-демократами. В 1902-м становится членом РСДРП. В 1905-м участвует в вооруженном восстании сормовчан. После подавления восстания преследуется царской охранкой. Партия дает ему явку в Перми. Так Алексей Шпагин, сормовский парень, оказывается на Урале.

ШПАГИНА. Уже на одном из самых первых рабочих собраний он выступил с речью и сказал, что мы должны те завоевания, которые в октябре пятого года получили, сохранить. В общем, его узнали здесь. Кличка у него была «Кувалда»… почему? Он был довольно грузный, солидный такой, громкий голос очень . У него был дар речи. Он из простой крестьянской семьи, но с такими способностями. Ну, и рабочих сумел увлечь. Правда, там были какие-то расправы, и когда жандармерия пришла, его скрыли… «Кто? Неужели ты не видел, кто говорил?» – подходили к рабочим, спрашивали. – «Да, нет, я не заметил». Так его не выдали. Наступает август шестого года, и в Пермь приезжает Артем. Артем устраивается на квартиру к Шпагину. Здесь он жил какое-то время, пока хозяин не сказал, что без прописки держать его не будет, и после этого Артем кочевал с квартиры на квартиру.

ФЕДОР АНДРЕЕВИЧ АРТЕМ (СЕРГЕЕВ). Один из руководителей борьбы за советскую власть в Харькове и Донбассе, с 20-го года секретарь МК РКП(б), был членом ВЦИК.

…Под руководством Артема началась предвыборная кампания во 2-ю Государственную Думу. А когда-то Артем пришел к отцу и говорит: Что ты скажешь, если мы твою кандидатуру выдвинем в депутаты Думы? Отец сказал: у меня подготовка не очень такая …высоко грамотная. «Это меня не интересует», – ответил Артем. – А вот что будет с семьей, об этом подумай». В конце концов, Артем все-таки его выдвинул, и после целого ряда … там третьестепенные выборы были, отец попал в депутаты второй Думы от Урала. Отец выступил там однажды против истязаний, которые проводились в Рижской тюрьме. Это я выписала из стенографического отчета. Есть воспоминания отца о первой встрече с Лениным.

«Чтобы лучше подготовить выступление, мы шестеро думцев-большевиков решили поехать на совещание к Владимиру Ильичу. Поодиночке пришли на Финляндский вокзал и взяли билеты до станции Куоккала. В поезде также не подавали вида, что знакомы друг с другом. В то время все мы, молодые большевики, уже довольно много слышали о Владимире Ильиче, поэтому волновались перед встречей… Стучим, открывает нам женщина, которую мне тут же кто-то из товарищей назвал: Надежда Константиновна Крупская. Комната представляла собой нечто вроде столовой, однако стол стоял не посредине, а у стены. За столом сидел человек. Когда мы вошли, он быстро встал, широко улыбнулся и не без иронии нас приветствовал: «Честь имею встречать неприкосновенных граждан Российского государства». В ответ мы, переглянувшись, рассмеялись и, не зная еще с кем имеем дело, сразу стали держаться свободно… «Садитесь и рассказывайте, что делается в нашем Российском парламенте», – продолжал он в том же шутливом тоне. Когда мы убедились, что кроме этого человека и Надежды Константиновны никого в квартире нет, то поняли, что это и есть Ленин. Каждый из нас, подойдя к Ильичу, крепко жал ему руку, называя себя. Через два месяца Государственная дума была разогнана, а социал-демократическую фракцию арестовали. Суд приговорил «неприкосновенных граждан государства Российского» к десяти годам каторжных работ. Лишь девяти депутатам, в том числе и мне, удалось скрыться».

Отец в это время уже не жил на своей квартире, потому что против него началось судебное следствие: когда он уезжал, то организовал митинг под лозунгом «Долой самодержавие!». За ним стали следить. После разгона Думы начались его скитания на Урале. Жил под Миассом, просто в горах. Есть письмо, его рукой написанное, маме в Пермь – у нее было уже четверо или пятеро детей… Нет, я родилась позднее, в 11-м году, а это был 1907-1908 год. И он в восьмом году только сумел приехать к маме. Они поехали на Южный Урал. Ну, и поскольку там опять началась за ним слежка, он в 1911 году эмигрировал. Куда? В Париж… Я работала в архиве Октябрьской революции в Москве, и там просто дают тебе огромную коробку: столько всяких донесений - как за ним следили в Перми, следили в Париже… И пробыл он там до 17-го года. Сначала голодал. Очень трудно было устроиться на работу (как раз в Париже был промышленный кризис, огромная безработица). Как только Февральская революция произошла в России, немедленно стали все уезжать. После этого он сразу попадает в Пермь в мастерские, где снова работает слесарем. Был на съезде железнодорожников, где Ленин выступал, и там, где наша профсоюзная организация железнодорожников признала все декреты Советской власти. Отца выдвинули комиссаром мастерских. Потом их преобразовали в завод паровозоремонтный.

АВТОР. В конце 23-го года Алексея Алексеевича как опытного партийца переводят в Свердловск – он работает в Уральской областной контрольной комиссии.

ШПАГИНА. А в Уральскую область тогда входили также Тюменская, Пермская и Челябинская . Работал он здесь до 26-го года, и затем сильно заболел – плохо с сердцем. В 26-м году вышел на пенсию. И где-то на курорте встретился со Ждановым.

ЖДАНОВ АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ. С 1924 г. секретарь Нижегородского губкома, Горьковского крайкома партии. С 1934 – секретарь ЦК, одновременно Ленинградского обкома и горкома ВКП(б). Депутат Верховного Совета СССР с 1937-го.

… И Жданов сказал: что ты живешь на Урале, давай поезжай к себе на родину, в Нижний Новгород. Он поехал туда и жил там примерно с 26-го по 33-й год. А здесь, когда выстроили Дом старых большевиков, ему председатель Ермаков предложил переехать в Свердловск, получить квартиру. В Горьком мы жили семьей пять человек в одной комнате, и вообще он никогда никаких материальных благ для себя не искал и жил очень-очень скромно. Мы переехали в Свердловск, и он возглавил областную организацию МОПР8.

… С 1933 года по 37-й год отец был председателем МОПРа. В мае 1937 года он поехал в Сочи – он вообще был болезненный последнее время, и на курорте встретил одного товарища из Горького, который спросил: как, ты на свободе? А ко мне, говорит, был звонок, спрашивали, что я могу сказать о тебе плохого. Но предупредили, чтобы я не повторял, откуда этот звонок. А звонок был оттуда, из тех органов. Этому товарищу сказали: вы подумайте, мы завтра снова позвоним. Что сказал тот товарищ, неизвестно. Во всяком случае, дело видимо завели. Ну, и вот так… Отец приехал с курорта в большой тревоге, как все тогда были в нашем Доме старых большевиков.

АВТОР. «Уральский рабочий» за 1937-й год… Я листаю подшивку… Передовая статья в новогоднем номере заканчивается такими строчками: «Миллионы поднимают тост: За гения человечества Сталина!… Еще несколько здравиц, и наконец, последняя: За святую большевистскую бдительность, за уничтожение каждого гнусного троцкистско-зиновьевского бандита!» А вот фотография на первой полосе, это в номере за 1 февраля: море людей, море голов, многие в буденовках, с поднятыми воротниками… холодно, подпись такая: 75-тысячный общегородской митинг трудящихся Свердловска на площади 1905 года единодушно одобрил приговор Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР по делу антисоветского троцкистского центра.

ШПАГИНА. Все жили в огромной тревоге. Потому, что уже взят был Моисеев, уже взяты были Уфимцева, Грауде, Чевердин… Парамонов раньше еще, в 36-м году. Все были когда-то очень видные и преданные люди, и всех их уже не было.

АВТОР. 24 мая «Уральский рабочий» печатает на четвертой странице заметку: «Запутавшись в контрреволюционных связях с бандой убийц, вредителей, шпионов и диверсантов-троцкистов и правых 23 мая застрелился второй секретарь Свердловского обкома Пшеницын». 30 мая, в воскресенье, газета призывает: «Ни на одну минуту не успокаиваться, оттачивать революционную бдительность, покончить с политической беспечностью, слепотой и ротозейством».

ШПАГИНА. В конце концов, роковое случилось . 31 мая постучали в нашу дверь в 12 часов ночи. Явились трое. Один такой на вид отвратный со сверлящими глазками как все равно шпик временного царизма, другой…Я открыла двери. Комендант пришел вместе с ними…да, другой был такой солидный интеллигентный человек. И третий – какой-то простой парень. А я историком работала в то время. Он шарится в моих наглядных пособиях – ему не понравился портрет Александра III. Тогда другой – интеллигентный, сказал: оставь, это всё не надо. Во всяком случае, обыск шел до самого утра, и утром нашего папу повели… Мы совершенно не предполагали, что такое может быть. Но он держался очень мужественно и спокойно – сидел на диване, и даже уснул… Александр Македонский перед какой-то битвой тоже уснул, настолько он был уверен, что ничего с ним не может быть. Но, папу забрали. Он нам еще помахал, когда по Антона Валека пошел…

АВТОР. Картина эта – после рассказа Валентины Алексеевны – долго еще стояла у меня перед глазами: ночь, растерянные женщины – мать и дочь… чужие руки, шарящие по ящикам стола, комода, по чемоданам и коробкам. И спокойно сидящий на диване с опущенными на колени большими рабочими руками слесаря-ремонтника 58-летний большевик, подпольщик «Кувалда» (под этим именем знал его прототип героя горьковского романа «Мать» Петр Заломов). На диване сидел и ждал, смотрел, как обыскивают его квартиру, перетряхивают его вещи письма, книги – человек, хорошо знавший самого Горького, боровшийся вместе с Вилоновым, с Артемом против царского самодержавия, человек, разговаривавший с Лениным, друживший с Ярославским.

Алексей Алексеевич, может быть, от огромного нервного напряжения… или, права дочь: из-за бесконечной спокойной уверенности в справедливость жизни, справедливость Сталина, так или иначе к утру он забылся в коротком, внезапном сне…Теперь мы этого никогда не узнаем, никто не знает, что показалось, привиделось ему… Может быть… вот он проснется сейчас и это страшное, невозможное исчезнет как сон, при свете нового дня, встающего за окном… Но – скрип сапог, но – громкие чужие голоса.

ШПАГИНА. Вот такая история печальная. И никогда это не забывается… Я писала Жданову – ответил: нужно обратиться по месту жительства. Всё, что нам ответили.

У нас конфисковано было всё…Даже фото Горького с автографом, которое стояло у папы на столе , они ж земляки – знали друг друга, Горький на фото сидит в белой блузе…

Начались допросы, причем допросы мы не знаем какие. Надо думать, что отцу предъявлялось что-то такое: он не хотел с этим соглашаться. Поэтому, когда маме разрешили свидание одно, он сказал ей: меня передали капитану Боярскому. Видимо, следователь очень жестоко нажимал на отца, хотел, чтобы тот признался в том, что он не делал никогда. А мы через каждые десять дней приносили ему передачу. Я ходила ночами у МВД, тогда это НКВД называлось. Мы, женщины ходили сюда, чтобы только записаться в очередь, чтобы утром нам разрешили передать что-нибудь… книги передать. Я когда-то Стендаля передала папе туда, затем продукты какие-нибудь, Это было каждое третье число…Третьего, тринадцатого… через каждые десять дней. И вот 13-го августа (в это время я лежала в больнице в роддоме – у меня должна была родиться дочь, она и родилась, кстати, 12 августа) мама пришла и передачу ей не разрешили. Надо думать, в этот день работала Военная коллегия выездная, видимо, которая выносила свои приговоры. Когда уже всё кончилось, я ходила туда - мне ответили, что он осужден на десять лет без права переписки в далекий сибирский лагерь. Больше мы ничего о нем не знали никогда….

Из документов тех лет: «Тов. Сталину. Посылаю на утверждение четыре списка лиц, подлежащих суду военной коллегии: 1. Список № 1 (общий). 2. Список № 2 (бывшие военные работники). 3. Список № 3 (бывшие работники НКВД). 4. Список № 4 (жены врагов народа). Прошу санкции осудить всех по первой категории. Ежов». Под первой категорией – подразумевался расстрел. На каждом из этих списков – резолюция: «ЗА. Сталин. Молотов».

… Правда, в 1957 году я ходила в МВД, чтобы мне дали какую-нибудь справку о том, что и как… Справку мне такую дали. Какую? Там подробно описана вся его жизнь по годам, по числам: где и когда он был. И кончилось все это на 1923–24 году, то есть, когда он был избран здесь делегатом 13 съезда, затем 14 съезда партии – он два года ездил, был делегатом от Уральской области.

Маму взяли 26 августа. Она меня 22 августа вывезла из больницы, привезла домой и сказала, что дело ее плохо, что ее исключат из партии (она член партии с 1917 года) и что можно ждать чего угодно. И, действительно, четыре дня мы с ней пожили вместе, и 26-го ее арестовали. Пять лет она пробыла в лагерях Новосибирской области, затем ее выпустили… умерла в 46-м году.



Пауза.

Вот такая наша история. А в партии он восстановлен комиссией под председательством Шверника именно в 56-м году. Все эти годы рефлекс страха нас не покидал, мы всегда жили под гнетом, что мы дети врагов народа. И только с 56-го почувствовали, что может быть мы такие же полноценные ,как и все. Но дело в том, что я работала историком в школе, и я думала, что меня оттуда должны были выгнать, потому что все-таки предмет такой…Но меня не выгнали и не преследовали, благодаря тому, что был блестящий коллектив в нашей первой школе и была прекрасный директор, которая сочувственно отнеслась. Не могли поверить, что Шпагины враги народа. Никто не верил…

АВТОР. Ясным зимним вечером прохожу мимо этого, по нынешним временам, пожалуй, невзрачного пятиэтажного дома. Дома, построенного в 33-м году там, где начинается у городского пруда улица 8 Марта.

Одно за другим зажигаются окна, как и тогда, пятьдесят лет назад.

Правда, тех жильцов почти не осталось…

Новые, другие люди усаживаются по вечерам после работы пить чай за веселыми занавесками и шторами. Под современными плафонами и люстрами, сменившими дешевенькие наивные абажуры.

Новые разговоры, новые проблемы.

Но по-прежнему дом этот зовется у свердловчан «Домом старых большевиков».



( Конец пленки)

Свердловское областное радио,

14 февраля 1988 года.

После эфира:

«Здравствуй, уважаемая редакция! Пишу по поводу передачи «Короткие сны 1937 г.».Она мне показалась чрезвычайно интересной, драматизм событий подчёркнут умелой постановкой режиссёра…Недопустимо забывать трагедии наших земляков и поэтому я прошу продолжать эту рубрику…Советую обратиться к жителю Алапаевска К.А.Александрову- уроженцу Москвы, работавшему в Госстрое СССР в 30-х годах, присутствовавшем на процессе «правых» в 1937 г., а вскоре и сам осужденный на 10 лет, но не подписавший липовые протоколы следователей Бутырской тюрьмы…В 1938 г. ему выпала судьба провести многие дни и ночи вместе с близкими друзьями и соратниками Ильича со времён эмиграции- с П.Г.Даугэ и Ф.Платтеном. Первый был другом В.И.Ленина, которого во время пребывания в Москве (после переезда Совнаркома из Петрограда) Ильич навещал дома, что было редким явлением. Второй принял на себя пулю в 1918 г. в Петрограде, предназначавшуюся во время покушения Ильичу…Константин Алексеевич Александров по своей натуре скромный и поэтому не стремится сам об этом куда-либо написать…Он - член гор. комитета народного контроля и председатель городского клуба филателистов.

В. Ульянов, преподаватель истории».

«Ох как это дико. Если у женщины был отец такой революционер, имел столько друзей видных, так жил богато и дочь имела портрет царя у себя в комнате и тут же портрет М.Горького как-то всё не увязывается у меня в голове… И никто из друзей не помог, значит что-то есть.

Ох и надоели эти все грязные дела слушать и обвинять Сталина ни кому неудася заморать вождя. Он будет вечен пока Россия жива и весь мир знает кто был Сталин. Я всего кончила 6 классов в 1950 году простая рабочая но мне обидно почему так враждебно относятся к Сталину не ужели он хотел нам народу плохое .Не верю и не поверю и никто не поверит.

Подписыватся не буду, считайте как анонимка».


1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   33

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Геннадий Шеваров я видел, я слышал, я помню…