страница29/33
Дата14.01.2018
Размер5.51 Mb.
ТипУчебник

Геннадий Шеваров я видел, я слышал, я помню…


1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33

Киносценарии



БОЛЬШОЙ САМОЛЕТ


Многих и многое в жизни начинаешь любить, когда поживёшь рядом, но ни одна женщина, ни одна лошадь, и, уж конечно, ничто другое не вызывает такой любви, как большой самолёт, и люди, которые их любят, остаются им верны, даже когда покидают их и уходят к другим

(Эрнест Хемингуэй).

На Свердловской киностудии задумана картина, посвященная воспитанию подростков.

Поводом для нее, решили мы, пусть послужит одна достаточно грустная история. Поводом для разговора, для размышлений.

Тема картины – трудная. Именно поэтому мы решили обратиться к читателям «Вечернего Свердловска» за помощью, советом. КАКИМ ВАМ ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ ЭТОТ ФИЛЬМ? КАКИЕ МЫСЛИ ОН ДОЛЖЕН ВЫЗВАТЬ? КАКОЙ ФАКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, СТОИТ ПРИВЛЕЧЬ В ЭТОТ ФИЛЬМ?

МЫ ПРОСИМ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАТЬ НАШИМИ СОАВТОРАМИ. Ваши письма помогут в создании картины и, возможно, будут использованы в ней непосредственно.

На совет читателей мы выносим сегодня набросок сценария будущего документального фильма, его приблизительное решение.

Г. Шеваров,

главный редактор редакции документальных

фильмов Свердловской киностудии.

Прошлым летом в один из выходных дней на улицах Свердловска можно было наблюдать странную картину.

Мощный колесный трактор тащил за собой… самолет. Большой, настоящий самолет. Правда, без крыльев. Их везли отдельно.

Но всё равно все смотрели на него, как на невесть откуда взявшееся чудо.

Есть фотография…

Улица Декабристов в Свердловске.

Рядом с самолетом шагает летчик, приглядывая за ним, будто дрессировщик.

Шумы улицы.

Везут самолет! Куда, для чего? Что случилось? Может быть, вынужденная посадка? Может быть, военная тайна?

Камера укрупняет самолет, и тогда на экране возникает заглавный титр, название фильма: БОЛЬШОЙ САМОЛЕТ.

Еще снимок, на этот раз из «Вечернего Свердловска».

Тот же самолет, прибывший на свою последнюю стоянку.

Это сад имени Энгельса.

Самолет в плену детворы.

Все рады самолету.

Белые крылья.

Синие пропеллеры.

Как только он поднимается в небо такая махина?

Можно постоять совсем близко, потрогать, толкнуть рукой лопасть винта.

Самолет – на фоне деревьев, в двух шагах от обыкновенной клумбы.

РАССКАЗЫВАЕТ ПИЛОТ:

– Понимаете, когда мы согласились передать городу самолет, о чем подумали… Хотелось заронить в пацанов мечту об авиации. Это хоть конкретно, а то мы общими словами воспитываем, монологи произносим. И потом… Пейзаж городской такой унылый, стандарт кругом. А тут, пожалуйста, праздник для глаза: живой, настоящий самолет в центре города.

За спиной пилота, пока мы берем у него интервью, продолжается тем временем своя, аэродромная жизнь.

Вот она, эта жизнь:

Ревущие двигатели, гул в небе, стекло аэровокзала, объявления о рейсах, вереница пассажиров, тележки с чемоданами…

И большие торжественные самолеты, выстреливающие в небо.

И точно такие же, выныривающие оттуда, из облаков, на землю.

РАССКАЗЫВАЕТ СВИДЕТЕЛЬ:

– Сначала из самолета повалил дым, потом выпрыгнули несколько ребят и убежали, а в самолете пламя вспыхнуло…

РАССКАЗЫВАЕТ ПОЖАРНЫЙ:

– Когда мы подъехали, уже ничего нельзя было сделать. Это же магниевые сплавы. От воды еще сильнее горят. Мы применили порошок специальный. Все равно не помогло… Видимо, шашку дымовую бросили, от нее загорелось… Да, обычную, какими садоводы пользуются.

Останки самолета.

Огонь не пощадил ни пилотской кабины, ни пассажирский салон. Провода, обшивка – все внутри почернело, обуглилось.

Несколько дней самолет разрезали автогеном, чтобы увезти на склад металлолома. И никак не могли разрезать. Нет опыта такой работы.

Люди подолгу стояли у бывшего ИЛ-18 и жалели его.

Эти последние дни самолета, эта работа, это прощание остались на кинопленке.

РАССКАЗ ИНСПЕКТОРА УГОЛОВНОГО РОЗЫСКА:

– Самолет оказался никому не нужным. У него не было хозяина. Заместитель председателя райисполкома, который «расписывался в получении», был вскоре переведен на другую работу. А тут еще сторожа сада уволили. Подростки проникли в самолет, стали хозяйничать в нем. И вот результат… Кто поджег – не знаем. Пытались найти, но там их столько перебывало. Да и так ли важно это. Ведь, чтобы ни натворили подростки, прежде всего виноваты мы, взрослые. Надо это признать.

Подростки в городе:

…на подножке электрички.

…на танцплощадке.

…в очереди за вином.

…в детской комнате милиции.

…на скамье подсудимых.

Мы слышим за кадром детские голоса, смех, песенку про маму, загадки. Фонограмма детского сада.

Совсем еще детские лица, но размах плеч!

Как быстро они вырастают!

Как обидно: были крохи, чудные, милые и – вдруг курят, кривляются, сквернословят…

Где упустили, когда мальчик отвернулся от дома, семьи, школы, с чего началось, как дальше быть?

Спросим –

У детского Писателя.

У Матери.

У Педагога.

У Прохожего.

На площади Советской Армии - городская новинка, музыкальный фонтан.

Люди приходят к прохладной воде.

Дети, влюбленные, старики.

Слушают песни, разговаривают, прогуливаются.

Как немного надо, чтобы почувствовать себя человеком, которому необходимо – насущно! – хоть раз в неделю никуда не спешить, посмотреть на струи воды, на лица других горожан, пусть не знакомых тебе, но таких же в этот час – доброжелательных и несуетных.

Музыка у фонтана…

И столько 12 – 16-летних с хорошими лицами, улыбками.

Если бы в двух кварталах отсюда не валялась на садовой дорожке черная шина от шасси сгоревшего самолета ИЛ-18 (бортовой номер 75737).

Музыка и гулянье у фонтана…

Если бы не береза с бурой, свернувшейся листвой. С той стороны, где дерево касалось горящего самолета…



«Вечерний Свердловск»,

2 сентября 1978 года.

Строки из писем:

«Уважаемый главный редактор! Прочитал в газете сокращенный вариант документального фильма о печальной судьбе большого самолёта.

Представлюсь – инженер, 41 год, коренной свердловчанин.

Мысль фильм должен вызвать одну – почему при таком высоком современном уровне жизни в нашем обществе такая низкая массовая культура? В случае удачи успех фильму гарантирован.

Большие самолёты на улицах города были и раньше. В конце войны в помещении нынешней школы 77 на Уралмаше была спецшкола ВВС. Перед школой стояли 2 боевых самолёта – истребитель и бомбардировщик. Когда их охранял часовой – всё было нормально. Стоило убрать часового – и от самолётов остались одни шпангоуты и нервюры. Видно мало мы прибавили в культуре за последние 30 лет, если материальные ценности, будь то детский велосипед или международный авиалайнер нельзя оставлять без присмотра.



С уважением ПОЧТАРЁВ Рудольф Петрович».

«Разбередили душу…

Прочел я в газете статью “Большой самолёт” и хотя в жизни никуда не писал, сейчас пишу. А почему? Начну по порядку, но с конца. Работаю я шофером. В тот день, когда транспортировали самолёт, я встречал на своём микроавтобусе делегацию, прибывшую к нам в Свердловск. И вот встретил, выехал, а тут кортеж – везут этот самолёт. Пассажиры заинтересовались. И я им рассказал вот что.

Это было в начале войны, и нас, ребятишек, водили кормить в столовую (позже в ней я признал ресторан “Ермак”).Вели по площади 1905 года, и тут мы увидели немецкий самолёт – конечно, с разорванными крыльями, но в основном целый. Как же это было интересно! Мы все взобрались на него, кто как мог.Рассматривали каждый болт, железки там всякие, стучали ногтем по дюрали. А один (может, смешно) попробовал языком. Самолёт стоял невысоко, на деревянных подмостках…Не помню, как мы оказались в столовой, где было написано на стенах “Когда я ем, то глух и нем”. Но шуму в тот день было очень много.

Случилось так, что я в 44-м году убежал (догонять немца) в Сталинград. Так там у вокзала, – а это был деревянный из досок сколоченный барак, – метрах в 200 справа лежал другой немецкий самолёт 6 в фюзеляже его жили девушки, которые ходили на расчистку города. И снова тот же интерес, как тогда на площади.

Перед войной отец работал тоже на аэродроме. Смотрел я там на самолёты и сердце захватывало. Помогал чистить свечи,мыть, катать колёса, воду таскать. Всё свободное время старался проводить возле самолётов…

А что сделал группа подростков? Нет, они не сожгли, не уничтожили самолёт – они сделали что-то хуже…

Ю.ОРЛОВ, шофёр облбытуправления».

«Мне 73 года…Я была в саду и любовалась этим самолётом. А теперь горюю, жалею. О.Кочкина, участница Великой Отечественной войны».

«Вечерний Свердловск»,

29 сентября 1978 года.


1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Геннадий Шеваров я видел, я слышал, я помню…