• (Из дневника академика П. С. Палласа, 3 мая 1769 года).
  • Петер Симон ПАЛЛАС
  • Константиновича РОЩЕВСКОГО
  • Андрея Кирилловича СЫТИНА

  • Скачать 73.46 Kb.


    Дата23.09.2017
    Размер73.46 Kb.

    Скачать 73.46 Kb.

    Из дневника академика П. С. Палласа, 3 мая 1769 года





    «Въ прiятное весеннее время имелъ я въ Апреле месяце удобной случай, осмотреть сiю изрядную страну. После чего пришло уже время помышлять о дальном путешествiи. И такъ я после бывшаго въ последнемъ числе Апреля сильнаго дождя нарочито напитавшаго жаждущiя отъ продолжавшейся суши поля, отправился въ Сызрань 3 числа Маiя изъ села Рожествина, в которое приехалъ еще на кануне того дня изъ Самары...»

    (Из дневника академика П. С. Палласа, 3 мая 1769 года).

    Было когда-то хорошее слово - натуралист; хоть и не совсем славянское, но всё же привычное русскому уху: человек, в чьей сфере интересов находились «все три царства естества» - животные, растения и минералы. Потом универсальных учёных сменили специалисты, углублённо изучающие какую-то одну область и усердно поверяющих алгеброй гармонию. Но, как говаривал Козьма Прутков, «узкий специалист подобен флюсу»; и «разъятый труп», даже будучи собранным воедино, в итоге останется трупом. Отсюда, быть может, и семантически неверный, но привычный нам оттенок у слова «экология»: защита, охрана, в том числе и от чересчур ретивых вивисекторов. Чтобы быть живым, любой организм (в том числе и наша Вселенная) должен оставаться единым...


    Поэтому в Институте экологии Волжского бассейна Российской академии наук считают, что современный эколог (от греческого «ойкос» - дом, жилище) должен быть сродни тем самым натуралистам. Универсальным учёным, видящим мир во всем многообразии и взаимосвязи составляющих его компонентов и сознающим, что одно без другого не существует. Таким был живший во времена Екатерины Великой Петер Симон ПАЛЛАС (1741-1811), академик Петербургской Академии наук, автор книг «Путешествие по различным провинциям Российского государства», «Флора России», многочисленных трудов по зоологии, палеонтологии, ботанике, этнографии и т.д. Наполовину немец, наполовину француз, «Пётр Семёнович», как называли его в России, по праву считается русским естествоиспытателем, оставившим заметный след в науке. Николай Васильевич Гоголь, переводивший на русский язык «Путешествие по различным провинциям...», высоко ценил Палласа и как писателя; восхищался его слогом и Осип Мандельштам.
    В 1769 году на Самарской Луке произошла встреча трёх отрядов оренбургской академической экспедиции, возглавляемых П.С.Палласом, И.И.Лепёхиным и И.П.Фальком. И вот, спустя 230 лет, у руководителя эколого-биологического центра в Тольятти Юрия Константиновича РОЩЕВСКОГО, директора Института экологии Геннадия Самуиловича РОЗЕНБЕРГА и научного сотрудника Жигулёвского заповедника Сергея САКСОНОВА возникла идея: повторить маршрут Палласа по Самарской Луке, приурочив эту экспедицию также к 275-летнему юбилею Российской академии наук. Организаторами этой акции выступили Институт экологии Волжского бассейна, Ботанический институт РАН в Санкт-Петербурге, Жигулёвский государственный природный заповедник им. И.И.Спрыгина и Национальный парк «Самарская Лука»; спонсорами - городская администрация и городской комитет экологии Тольятти.

    И вот мы на пристани в Рождествено, где происходит встреча двух групп: Института экологии, прибывшей паромом из Самары, и Жигулёвского заповедника, приехавшей по берегу с Бахиловой поляны. Короткое приветствие, закупка в местном магазине батареек для «фотомыльниц» и диктофонов... И - в путь!..


    Дорога ведёт вдоль Новинского бора - посажен он был уже после экспедиции Палласа, и сосны хорошо прижились на песчаной почве. Хотя, если судить по названию располагавшегося около теперешних Новинок и не сохранившегося до наших дней села Борковка, бор здесь мог расти и раньше.

    Первая остановка - в гостях у археологов. Никогда бы не подумала, что едва заметное возвышение рядом с дорогой - курган VI-VII веков нашей эры. Земляная насыпь со временем почти слилась с окружающей степью, и кости погребённых покоятся на глубине меньше метра. Один из них, молодой мужчина, был, по словам научного сотрудника Самарского областного краеведческого музея Дмитрия Сташенкова, при жизни воином (о чём говорят бронзовые бляшки, которыми украшался воинский пояс, и найденный в захоронении боевой топор). К сожалению, большая часть кургана срезана песчаным карьером и, пока археологам удалось добиться закрытия карьера, около десятка погребений оказались безвозвратно утеряны...


    Вторая интересная встреча - уже на подъезде к Новинкам, где расположился лагерь «Хранителей радуги» - самодеятельных экологов, протестующих против браконьерского лова рыбы сотрудниками Национального парка «Самарская Лука». Здесь, в лагере «Хранителей», мы услышали небольшую импровизированную лекцию гостя из Санкт-Петербурга Андрея Кирилловича СЫТИНА, сотрудника Ботанического института и автора книги о Палласе. Юрий РОЩЕВСКИЙ, в свою очередь, рассказал о старинном тракте, по которому пролегал маршрут Палласа по Самарской Луке, и по которому лежит наш путь. Эта дорога, ведущая от Рождествено через Шелехметь, Аскулы, Сосновый Солонец и Валы до Переволок, называлась раньше просто «Большой дорогой», потом «Трактом» (названия «Старо-русский тракт», фигурирующего в проектах строительства асфальтовой дороги через Луку, никогда не существовало).

    За Новинками начинаются Шелехметские горы, и среди них - гора Ош-Пандо-Нерь (её название переводится с мордовского, как «Город-гора-мыс»), известная как место древнего поселения. На болоте, которое тянется вдоль гор и носит название Клюквенное, давно уже нельзя найти не только клюквы, но даже сфагнума - торфяного мха: в этом повинны не только многочисленные посетители, но и уровень воды в Волге, поднявшийся после строительства ГЭС и изменивший условия, необходимые для жизни торфяника.


    После Шелехмети грунтовая дорога сворачивает в лес. Старинный тракт выглядит уже далеко не так, как двести лет назад: новенькие железные трубы (в Шелехметь тянут природный газ), вырубленный и искорёженный по обе стороны дороги кустарник не говорят, а прямо-таки кричат о цивилизации...
    Следующая остановка - на месте бывшего посёлка ДРД, получившего своё название от деревянно-рельсовой дороги, существовавшей здесь вплоть до семидесятых годов, когда на Самарской Луке заготавливали лес. Сейчас от посёлка осталось лишь кладбище, обломки электрических столбов да крупные садовые мальвы, торчащие среди высокой травы. На дороге, влажной после недавнего дождя, чётко отпечатались следы кабанов, которые, скорее всего, ходили на водопой к маленькому (метров 7-8 в диаметре) карстовому озерцу, густо затянутому ряской: в Жигулях, где родники и озёра - явление крайне редкое, зверьё старается держаться поближе к воде...
    Неподалёку от ДРД начинается Винновский овраг: дорога отсюда ведёт на берег Волги. Где-то здесь, на пересечении путей, находилось место ночёвки каторжников, которых перегоняли по тракту. В этих же краях, по словам Юрия Константиновича Рощевского, ещё в начале нашего века в лесной избушке жила уединённо некая женщина. Которая выходила с ружьём на большую дорогу и... грабила проезжающих, причём не только одиночек. Да, недаром, видно, Самарская Лука считалась когда-то «Страной Амазонией»...
    Чуть дальше, на склоне оврага, простирает высохшие ветви к небу могучее одинокое дерево - двухсот-трёхсотлетний дуб, погибший всего несколько лет назад и считающийся официально зарегистрированным памятником природы. На верхушке дуба виднеется старинная борть - дупло, расширенное ударами топора, откуда добывали дикий мёд (сейчас, правда, пчёлы там уже не живут). Ещё несколько километров по лесной дороге, крутой спуск в овраг - дыхание на мгновение перехватывает - и перед нами открывается плато, на котором расположено село Аскулы - географический центр Самарской Луки.

    Название «Аскулы» - чувашское, и означает оно «большой город». Хотя само село русское, старообрядческое. Когда-то здесь была большая ярмарка, куда съезжались со всей Самарской Луки. Сегодня Аскулы - село вымирающее: посреди огромного пространства, заросшего бурьяном, кое-где разбросаны отдельные избы. Часть из них заколочена или зияет пустыми окнами, часть - населена местными жителями или наиболее отчаянными дачниками. Осенью дачники разъезжаются, и зимовать остаётся чуть более десятка человек - в основном, одинокие старики. В Аскулах есть электричество, но нет магазинов: за продуктами ходят в ближайший Сосновый Солонец, хлеб многие пекут сами.


    Между Аскулами и Сосновым Солонцом - овраг, по дну которого протекает мутный ручей. Здесь, по словам жителей Аскул, по ночам встаёт «непроходимая стена»: всё видно, а пройти нельзя, что-то не пускает. Не иначе, балуют шишиги, которые, по словам тех же местных жителей, водятся в этих краях в изобилии...
    От Соснового Солонца наш путь снова лежит на берег Волги - на биостанцию в Мордово; наутро через с. Валы мы должны будем вернуться: часть экспедиции - в Тольятти, часть - в Жигулёвск. Мордово тоже населено, в основном, дачниками, коренных жителей - четыре двора (в соседнем Кольцово - всего один). Полуразвалившиеся хибары соседствуют с роскошными особняками (возле одного из них, принадлежащего директору одного крупного предприятия, мы видели даже фонтан с какой-то скульптурой!). Живописные пейзажи волжской поймы, острова с песчаными пляжами, великолепная рыбалка в тихих протоках привлекают немало «новых русских», стремящихся выстроить резиденции в этих местах.

    Биостанция, а точнее, стационар Института экологии Волжского бассейна, - одноэтажное кирпичное здание, стоящее на краю села. Здесь проходят летнюю практику студенты-биологи, изучающие флору и фауну Самарской Луки. Удобная лаборатория, жилые комнаты, где мы и размещаемся на ночлег, рядом - пойменные луга с неохватными ветлами, протока, полынные степи, перелески, в которых водится много всякой живности... в общем, идеальное место для исследовательской работы в сочетании с отдыхом от издержек цивилизации. К сожалению, стационар институту, видимо, придётся продать - средств на его содержание не хватает, а долгов, как и у всех бюджетников, предостаточно...



    ...Вечер, запах полыни, ласковая вода протоки, огненные стрелы заката между тучами, дождик, сперва невесомо-моросящий, потом - с силой барабанящий по крыше... Торжественный ужин, неправдоподобных размеров арбуз, привезённый Розенбергом из Тольятти... Костёр под затихающим дождём, бородатый сказочник Рощевский рассказывает чувашские и мордовские поверья о всяких фантастических существах... И разговоры, разговоры почти до утра. Как это бывает всегда, когда встречаются люди с общими интересами...
    ...У каждого из её участников этой мемориальной экспедиции был с собой распечатанный на ксероксе «Дневник», левые страницы которого были заняты выдержками из дневника академика Палласа, а правые было нужно заполнить самим (для сравнения). Мой дневник (в объеме, который позволяет формат журнальной статьи) - перед вами. Как говорилось во вложенном в дневник буклете, цель экспедиции - не только воздать дань памяти Палласу и другим учёным Российской академии наук, но и «выявить изменения, происшедшие за 230 лет на Самарской Луке и привлечь внимание государственных и общественных организаций к проблеме сохранения её природно-культурного комплекса». Справиться с первой задачей особого труда не составляло (изменения очевидны, и далеко не всегда - к лучшему), однако со второй частью, надо полагать, дело будет обстоять гораздо сложнее. И очень хочется верить, что этот, а также и другие материалы нашего журнала, посвящённые Самарскому краю, смогут этому послужить (конечно, по мере возможности). А главное - если ты, дорогой читатель, хоть чуточку удивишься, поразишься, пожалеешь об утраченных чудесах и красотах этого живого, единого и прекрасного мира, именуемого Самарской Лукой, то, смею надеяться, современные последователи Палласа приобретут ещё одного единомышленника. А единомышленникам всегда легче понять друг друга...

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Из дневника академика П. С. Палласа, 3 мая 1769 года

    Скачать 73.46 Kb.