• Глава 1. Часть 4-1. Собираемся зарубеж
  • Глава 1. Часть 4-2. Собираемся зарубеж



  • страница2/7
    Дата14.01.2018
    Размер1.1 Mb.
    ТипКнига

    Книга А. В. Тарасова о хоккее. Издана в Канаде. В россии не издавалась


    1   2   3   4   5   6   7
    Глава 1. Часть 3. Первая проверка на прочность
    Прошедшая зима ознаменовалась важными событиями в истории нашего хоккея. В марте 1948 года в Москву прибыла лучшая европейская команда того времени – чехословацкая LTC. Большинство игроков этого клуба входили в состав звездной чехословацкой сборной, которая блистательно выступила на зимней олимпиаде в Санкт-Морице, не проиграв ни одного матча и сыграв вничью с канадцами. Правда, канадцы все же смогли завоевать золотые медали.

    Для проведения трех неофициальных матчей с чехословацкими хоккеистами была сформирована сборная СССР, а меня назначили ее главным тренером. Перед нами поставили тяжелейшую задачу: только победа. У руководства все еще оставались неприятные воспоминания от выступления советских конькобежцев на чемпионате мира в Финляндии. В ту пору генералиссимус Иосиф Сталин весьма болезненно воспринимал любые неудачи, в том числе и в спорте. Советский Союз совсем недавно победоносно завершил вторую мировую войну, и никому не было позволено посягать на высокий престиж страны. Довольно быстро был сформирован состав нашей сборной, ведь выбор осуществлялся из довольно узкой группы хоккеистов. Я проконсультировался с тренерами ведущих команд и остановил свой выбор на трех клубах – ЦДКА, Динамо и Спартаке. Лучшим голкипером на тот момент, безусловно, являлся Гарри Меллупс – латыш из Риги, человек просто влюбленный в свое вратарское ремесло. Его отличали прекрасные аналитические способности. Во время тренировок или матчей он отслеживал допущенные им ошибки и незамедлительно вносил коррективы в свои действия. Помимо этого Гарри был весьма немногословен и даже слегка застенчив. Он идеально подходил своим партнерам по команде. Наш второй голкипер – Григорий Мкртчян был также надежным стражем ворот. Но ему не хватало стабильности и в этом, в том числе, была и моя вина. Дело в том, что я, как тренер, не всегда вносил необходимые коррективы в технику игры армейских вратарей. И это, конечно же, повлияло на его мастерство. Проблема заключалась еще в том, что в то время никто из нас не знал, каким образом добиться наиболее эффективной игры вратаря. И мы вынуждены были импровизировать – через пробы и ошибки. Я экспериментировал с Мкртчяном и очень помогал мне тот факт, что Григорий все понимал и не обижался, когда я говорил ему, «Забудь все, что мы изучали и делали до этого – сегодня мы будем тренироваться по-другому». Сейчас, когда мы встречаемся, мы нередко вспоминаем те времена, когда осваивали искусство вратарской игры. Но давайте вернемся к играм с чехословацкой командой. На стороне наших соперников были как опыт, так и высокий уровень мастерства. А что же было у нас? Всего лишь огромное желание померяться силой с лучшими игроками и понять на что мы способны. А может, у нас было что-то еще? Какие-то способности, о которых мы просто не подозревали? Но как нам их выявить и использовать? Очевидно, что это возможно только в самой игре. В самой игре? Нет, слишком рискованно. И тут мне пришла в голову идея провести ряд закрытых тренировочных матчей. Тем более что нашим гостям все равно нужно было попрактиковаться. Тренер чехословацкой команды, Владимир Забродский, с легкостью согласился на проведение подобных матчей, которые состоялись на хоккейной коробке в восточной части стадиона Динамо. Каждую зиму там сооружали деревянные зрительские места на 50 человек, где собственно и размещались наши тренера и официальные лица от спортивного руководства страны, наблюдавшие за играми. И надо сказать каждый раз они уходили с матчей в плохом настроении и без особого оптимизма – поражения шли за поражениями. Сейчас, когда прошло уже столько времени, я могу открыто рассказать о некоторых моих стратегических уловках. Я не выпускал на эти матчи два основных атакующих трио из ЦДКА и Динамо, защитников Никанорова и Виноградова, а также голкипера Меллупса. Было бы глупо сразу раскрывать все свои карты перед соперником. Наш второй состав, несмотря на самоотверженность и полную самоотдачу, проигрывал чехословакам с разницей в 6-8 шайб. Мы понимали, что даже при этом, наш соперник не особо старается, отдаваясь игре только наполовину. Наконец время закрытых тренировочных матчей закончилось и я докладываю нашему спортивному руководству, что команда готова к открытым матчам. Но приходит ошарашивающий ответ: матчи не состоятся. Руководство настолько уверено в нашем неизбежном проигрыше, что они поручают мне поблагодарить чехословацких игроков и тренеров, извиниться перед ними в связи с возникшими проблемами и проводить на родину. И тут я должен признаться, что в тот момент моя опрометчивая смелость пришлась как нельзя кстати. Я прямиком направился в кабинет генерала Аполлонова, который в то время отвечал за развитие спорта в стране и попытался объяснить ему, что все девять хоккеистов, которые не приняли участие в закрытых тренировочных матчах, горят желанием сразиться с хоккеистами из Чехословакии. Я сказал, что эти три матча с очень сильным соперником невероятно важны и помогут получить бесценный опыт и информацию. И вообще, просто бесчеловечно обманывать болельщиков хоккея, которые уже на протяжении 24 часов огромной толпой стоят возле стадиона Динамо в ожидании матчей. Все решилось, как только мы получили поддержку и одобрение от Николая Михайлова, на тот момент первого секретаря ЦК ВЛКСМ. Сначала он спросил меня, почему я верю в возможность успешного выступления нашей дружины в этих матчах. Я ответил ему, что наши игроки превосходят конкурентов в скорости, что позволит навязать силовую борьбу в зоне соперника и создать большие трудности чехословакам. Что касается высокого индивидуального мастерства игроков соперника, то этому мы сможем противопоставить высокий ритм игры и борьбу на каждом участке поля, добавил я. «Никому не будет стыдно за нашу команду», - сказал я, - «Они сыграют со всей ответственностью и мужеством, что позволит нивелировать некоторые наши слабые стороны». Результаты тех матчей прекрасно известны поклонникам хоккея. В первом игре мы одержали победу 6-3, проиграли второй матч 3-5, и свели к ничьей третью встречу 2-2. Итак, кто же еще выступил в тех первых международных матчах, помимо уже отмеченного мной вратаря Меллупса. Первая пятерка была полностью армейской: защитники Владимир Никаноров и Александр Виноградов, нападающие Евгений Бабич, я – Анатолий Тарасов и Всеволод Бобров. Второе атакующее трио – динамовское, было в следующем составе: Всеволод Блинков, Василий Трофимов и Николай Поставнин. В третьем звене играл мой брат Юрий Тарасов, а также Зденек Зигмунд и Иван Новиков – эти хоккеисты принимали участие в закрытых тренировочных матчах с чехословацкой командой. Помимо вышеуказанных игроков, в составе команды были защитники Анатолий Сеглин, Борис Соколов и Борис Бочарников, которые также приняли участие в тренировочных играх. Каждая наша пятерки имела свой неповторимый стиль игры, что было учтено при формировании общекомандной тактики. Это позволило затруднить действия чехословацких игроков и стало решающим фактором в нашем успехе. Лучшими игроками на поле в тех матчах были, несомненно, Всеволод Бобров и Александр Виноградов, которые также как и голкипер Гарри Меллупс отыграли все три игры без замен. Итак, вполне очевидно, что проверка на прочность завершилась удачно. Наше спортивное руководство было удовлетворено, а зрительская аудитория получила невероятную дозу впечатлений и эмоций. На каждом матче, стоя плечом к плечу, присутствовало не менее тридцати тысяч болельщиков. При этом мы, спортсмены и тренера, все же осознавали, что успеху во многом обязаны улыбке фортуны. Было очень важно в тот момент понять и осознать, что же было достигнуто, и извлечь полезный урок из случившегося. Нам было необходимо сделать хоккей популярным. Мы должны были узнать, какие тактические элементы игры были бы оптимальными для наших игроков, с учетом их физических и психологических возможностей. Как наилучшим образом ввести хоккей в практику, с учетом условий, традиций и образа жизни, прививаемых школой, Комсомолом и пропагандируемых в нашей стране. И, конечно же, важно было научить детей не просто усердно тренироваться, но тренироваться наиболее эффективным и продуктивным образом. Тренерский штаб объединенной сборной, который помимо меня, состоял из наставников ведущих хоккейных команд: Аркадий Чернышев, Владимир Егоров и Александр Игумнов, стали намного чаще проводить совместные семинары и обсуждать различный круг хоккейных вопросов. Позвольте сделать некоторое отступление. Считаю большой удачей встретить в жизни мудрого друга и наставника. В свое время я проходил курсы в Московском институте физической культуры, где Михаил Давыдович Товаровский заведовал кафедрой футбола и хоккея. Досконально владея знаниями в этих видах спорта, он смог не просто преподнести их нам, но и заинтересовать. Но самой отличительной чертой Товаровского, и я бы, пожалуй, добавил, самой важной и неоценимой, было его искреннее и трепетное отношение к молодому поколению. Он никогда не был с нами высокомерен. В мои девятнадцать лет, как только я поступил на тренерские курсы, он дал мне совет: «Устройся на руководящую работу. У тебя отсутствует командный голос и еще несколько очень важных навыков». И, еще совсем юнцом, я пошел тренировать подмосковную заводскую команду – для меня это стало бесценным опытом. Позже наши отношения с Товаровским стали развиваться в таком ключе, что очень скоро мы стали друзьями. Когда бы ни случались успехи или неудачи, в первую очередь я шел к Товаровскому, чтобы рассказать и послушать его мудрого совета. Игры с чехословацкой командой помогли нам обнаружить немалое число недостатков в тактике и технике нашей игры. Но впечатления от игры все еще оставались какими-то размытыми и непонятными. Необходимо было понять и осознать, каким образом мы можем повысить качество нашей подготовки. Мы хотели лучше вникнуть в сущность хоккея других стран. И в один день фортуна предоставила мне такой шанс. Любительская канадская команда совершала турне по Скандинавии и меня пригласили понаблюдать за этими матчами. Полный счастья и воодушевления я позвонил Михаилу Давыдовичу, чтобы сообщить радостную новость. Он выслушал и попросил меня приехать к нему. Я был довольно неожиданно холодно встречен, «Ну что, молодой человек. Так куда вы там, говорите, собираетесь?», - спросил он меня в своей обычной ироничной манере. Я рассказал ему, что появилась возможность побывать на матчах с участием шведов, финнов и что самое важное – легендарных канадцев. «Ты никуда не должен ехать», - ошеломил меня мой наставник. «Почему?», - в растерянности спросил я. «Ты еще не готов к изучению иностранного хоккея», - сказал Товаровский, - «Если ты начнешь смотреть и изучать их игру, то перестанешь созидать: это обычная человеческая натура. Тебе необходимо создать, придумать что-то свое. И вот когда ты сможешь прочно встать на ноги, тогда можешь ехать!». И я никуда не поехал, отказавшись от предложения. Авторитет Товаровского был слишком велик, и я не скрываю, что в тот момент обида на него поселилась в моем сердце. Прошли годы тяжелых и изнурительных тренировок. Мы сыграли несколько неофициальных матчей с представителями Финляндии, Швеции, Польши, Чехословакии и приобрели бесценный международный опыт. Наконец Товаровский сменил гнев на милость и сообщил мне - «Можешь ехать за границу. И даже посмотреть на канадцев». И как раз в тот момент один любительский канадский клуб совершал турне по Скандинавии. Я посетил все матчи и даже тренировки с участием канадцев. Я посчитал, что неплохо бы взглянуть на них и вне стадиона. Особый интерес у меня вызывал их тренер. Я подумал, что постоянно наблюдая за ним, я смогу заметить что-то необычное или весьма нехарактерное, что было бы полезным для меня. Но удача была не на моей стороне. Во время тренировок канадец всего лишь периодически свистел или строил гримасы неудовольствия, а в играх открывал и закрывал калитку, контролируя смену составов – ничего примечательного или необычного. После матчей и тренировок он по обыкновению сильно напивался. Отдельно я хотел бы остановиться на канадском вратаре, который мне очень сильно понравился. В турне канадская команда на поезде переезжала из города в город. Чтобы хоть как-то скоротать время в поездке одна часть игроков обычно играли в карты, а другие пытались отоспаться после бурной ночи. Вратарь же большую часть времени уделял чтению книг, газет или ведению каких-то записей в своем блокноте, не особо отвлекаясь на разговоры с партнерами по команде. Увы, я не понимал их язык и всего лишь мог предположить, что разговоры были о хоккее. Сколько раз в жизни я корил себя за незнание иностранных языков! Вот и сейчас: сижу вместе с канадцами и не могу поучаствовать в разговоре, всего лишь предполагая, о чем идет речь. Как только начинал говорить вратарь, то все разом замолкали и внимали каждому его слову. Очевидно, что он был весьма авторитетен и влиятелен в кругу этих бездельников. Даже на тренировках и в играх он выглядел очень мощно и солидно. В то время весьма распространенным было выражение, «Человек в здравом уме никогда не станет вратарем». Вратарская позиция была очень опасна, так как даже голкиперы профессиональных команд не имели соответствующей защитной экипировки. Как правило, все снаряжение состояло из смягчающего жилета, поверх которого надевался игровой свитер. Тела вратарей были постоянно «декорированы» немалым числом синяков и ссадин. Но они никогда не жаловались на судьбу. Более того, в процессе приема водных процедур, порой казалось, что они горды своими «боевыми ранениями».
    Глава 1. Часть 4-1. Собираемся зарубеж
    Наконец настала долгожданная пора матчей с зарубежными командами. В феврале 1953 года в Вене впервые были проведены студенческие Олимпийские игры. Советские спортсмены, в том числе и хоккеисты, выступили блестяще, одержав убедительные победы над всеми конкурентами. Нас переполняли жизненная энергия и бодрость; мы легко, играючи и искусно победили всех своих соперников, которым наш стиль оказался не по зубам.

    Перед соревнованиями с нашим спортивным руководством была достигнута договоренность о том, что в случае успешного выступления хоккеистов на этой олимпиаде, они смогут отправиться на первый для нашей страны чемпионат мира в Швейцарию. Однако договоренности были нарушены. Всеволод Бобров был травмирован и не мог играть. И сколько бы я не старался убедить наших руководителей, что даже без своего лидера и капитана команда готова к выступлению на мировом первенстве, все было тщетно – партийные чиновники не поверили в нас, и команда была отозвана назад в Москву. Как тренеру мне было больно осознавать сколь сильное чувство обиды и досады сейчас одолевает игроков. В итоге, вместо сборной на чемпионат была послана небольшая группа советских хоккейных специалистов, в которую был включен и я – видимо таким образом хотели смягчить мое негодование. Март 1954 года ознаменовался величайшим событием в истории советского хоккея. Впервые приняв участие на чемпионате мира в Стокгольме, наша команда разгромила канадцев, 7-2, и стала чемпионом Европы и Мира. Это была сенсационная, но одновременно и заслуженная победа. Капитаном той сборной был Аркадий Чернышев, а его ассистентом Владимир Егоров. Наша команда сумела продемонстрировать скоростной и энергичный хоккей, с использованием быстрого и точного паса. Хотя, стоит сказать, что через год канадцы вернули нам должок, выиграв 5-0 и в очередной раз став лучшей командой мира. Олимпиада 1956 года прошла в удивительном месте – итальянской Кортина д'Ампеццо, расположенной посреди снежных горных вершин. В решающем матче олимпийского хоккейного турнира встретились сборные СССР и Канады. За канадцев выступал их лучший любительский клуб – Kitchener Waterloo Dutchmen, обладатель кубка Алана. Игра в открытый хоккей с канадцами не принесла бы нам дивидендов: в их команде были собраны опытные и технически оснащенные игроки. Наши тренеры приняли единственное верное решение, построив игру на жестком прессинге. Необычный рисунок игры обескуражил канадцев, которые стали нервничать и часто нарушать правила. В итоге, наша сборная одержала победу со счетом 2-0. Вспоминая тот матч, хочу воздать должное мудрости моего друга, тренера сборной Аркадия Чернышева. Я никогда не забуду самоотверженную игру нашего вратаря Николая Пучкова, ребята отдали все для победы в том матче. На протяжении турниров в Стокгольме и Италии я не переставал искать возможности пообщаться с тренерами и руководителями канадского хоккея. И даже, несмотря на огромное множество вопросов, которые я хотел бы им задать, больше всего меня интересовало одно – хотят ли они на регулярной основе проводить встречи советских и канадских команд. Но все те люди, с которыми мне удалось поговорить, отделывались холодной фразой, на подобии, - «У нас слишком плотный внутренний чемпионат, чтобы европейская команда имела хоть какой-то шанс приехать к нам. Что касается вашей сборной, то мы вас просто недооценили и слегка растерялись». Большинство специалистов честно признались, что наш хоккей не пришелся по душе канадской публике, в связи с отсутствием в нем динамики и страсти. Они пытались убедить меня, что советский хоккей неинтересен, слишком академичен и непонятен для них, канадцев. Я не стану юлить и скажу прямо – я не поверил ни одному их слову. Мне показалось, что они всего лишь раздосадованы своим поражением, и их гордость сильно ущемлена. Время всех рассудит – справедливая истина, как в жизни, так и в спорте. Как снег на голову осенью 1957 года приходит известие о том, что канадцы приглашают к себе звездную советскую сборную для проведения восьми неофициальных матчей с их любительскими командами. И, несмотря на наличие иных планов, было бы непростительным упустить возможность посетить родину мирового хоккея. Мне поручили возглавить нашу команду для поездки в Канаду, и первоочередной моей задачей являлось формирование ее состава. Создавая боеспособный коллектив, вы не всегда выберете лучших игроков, но нужных вам. И в этот раз я избежал ошибки, которую совершу в будущем, в 1960 году, формируя состав для участия в зимних олимпийских играх в американском Скво-Велли. Итак, что же это все значит? Сформировать экспериментальный состав для поездки? Насколько это возможно я попытаюсь воссоздать картину тех дней. Мы, тренера, осознавали, что нам необходимо до мельчайших деталей определить стратегию и тактику игры нашей команды для всех матчей турнира. Нам необходимо было выявить те моменты в нашей игре, которые могут вызвать сложности и проблемы у канадцев; равно как и те, которые будут легко поняты и преодолены. Поэтому только лучшие игроки должны были быть выбраны для канадского турне: хоккеисты, которые способны побеждать, благодаря их физическим кондициям, тонкому умению и характеру. Именно такие спортсмены были рекомендованы тренерами ведущих советских команд. Кто из наших нападающих не стушуются перед канадскими защитниками? Кто из защитников не пощадит канадских форвардов? Это были не легкие вопросы. И мы понимали, что чем быстрее мы найдем на них ответы, тем скорее мы сможем определить нашу стратегию и тактику и понять, какие игроки должны выполнять те или иные роли в команде. В итоге мы остановили свой выбор на двух вратарях – взрывном Николае Пучкове и миролюбивом Жене Еркине. В оборону были вызваны подвижные и маневренные Иван Трегубов, Дмитрий Уколов и Альфред Кучевский, силовые Николай Суглобов и Генрих Сидоренков, а также универсальный атакующий защитник Станислав Петухов. В нападении сыграли Константин Локтев, Александр Альметов, Вениамин Александров, Владимир Елизаров, Юрий Пантюхов, Алексей Чурышев, Николай Хлыстов, Александр Черепанов и Владимир Новожилов. Все эти игроки были представителями московских клубов. Для усиления команды мы решили пригласить в сборную спортсменов из других городов, чтобы по возвращению они смогли поделиться впечатлениями о Канаде и ее хоккее со своими товарищами. Поэтому, в сборную был привлечен Владимир Солодов – физически одаренный защитник из Горького. Из Ленинграда был вызван техничный, с мягким характером Валентин Быстров; из Челябинска – универсальный Владимир Альков и его брат Анатолий, обладавший феноменальной скоростью. Подобно мозаике это была экспериментальная сборная. Были выбраны все те, кто не испугается, сможет достойно противостоять канадцам, и окажется полезным для команды. Мы знали, что в предстоящих матчах нам представится возможность воочию наблюдать в действии легендарных канадцев из любительских команд и сравнить их с нашим уровнем и нашим хоккеем. Мы также хотели от этих матчей получить ряд некоторых сведений. Например, какова длина скоростного маневрирования для различных амплуа, количество и качество пасов, обводок, финальных ускорений, силовых единоборств в различных зонах хоккейной площадки. И, конечно же, мы надеялись увидеть тренировки канадских профессионалов. В то время вокруг нашей поездки ходило множество разговоров и слухов, частенько пугающих, в связи с очевидной недосягаемостью заокеанского хоккейного мастерства и искусства. Например, поговаривали, что канадские профессионалы могли совершать броски с невероятной точностью, попадая с семи, восьми метров в мишень размером с монету. Говорили, что их игроки на льду бьются подобно гладиаторам, мгновенно отвечая на любые выпады соперника и не щадя в том числе и судей. Слухи, слухи, слухи. Мы должны были увидеть все это своими глазами. И как минимум в половине матчей мы хотели одержать победы над канадскими любителями. Но у нас оставалось слишком мало времени для подготовки. Когда тренер вводит новые упражнения, он должен, как я думаю, тщательно проговорить их с игроками, чтобы они поняли сущность упражнений и их предназначение. Полагая, что канадцы сделают ставку на свою силу и мощь, нам было жизненно необходимо проверить способность наших ребят противостоять такому давлению и силовым единоборствам. Поэтому, для наших нападающих мы ввели одно обязательное упражнение. Они должны были по очереди попытаться на максимально возможной скорости войти в зону соперника, при этом постараться не потерять контроль над шайбой. При входе в зону их встречало 7 или 8 защитников, пытавшихся заблокировать продвижение нападающего. Поначалу большинство хоккеистов теряло либо шайбу, либо собственное равновесие. В любой команде всегда найдутся игроки, мастерством и умением которых восхищаются остальные. Эти игроки являются бесценными помощниками тренера. Что касается описанного упражнения, то в команде также были ребята, успешно справлявшиеся с ним и достигавшие положительного результата по восемь, девять раз в десяти попытках. Они были поразительно устойчивы, хладнокровны, изобретательны и хитры. Игрок переигрывал оппонента посредством частой смены ритма и умелого маневрирования, что позволяло избегать столкновений с защитником. Если же контакт все же случался и нападающий падал, то он тут же вскакивал обратно и продолжал атаку. Это упражнение и многие другие, как например, переход в атаку или выполнение быстрого паса (передачи в одно касание) являлись не просто составляющей частью тренировки игроков, но служили источником информации для тренера, позволяя ему отделять хороших игроков от плохих. Более того, такие упражнения давали уверенность самим хоккеистам, которые с их помощью постигали искусство борьбы с опытным и безжалостным соперником в экстремальных условиях.
    Глава 1. Часть 4-2. Собираемся зарубеж

    Наш самолет совершил посадку в аэропорту канадского города Гандер. Когда мы вышли из самолета я обнаружил, что на близлежащем катке мы сможем пару часов размяться. После длительного перелета и многочасового сидения в креслах лайнера, ребята с таким усердием выполняли упражнения, что мне пришлось слегка поумерить их пыл. Время пролетело быстро, и мы даже не заметили, как трибуны на три тысячи человек постепенно заполнились. После тренировки был восхитительный обед в ресторане, причем бесплатный. Поблагодарив канадцев за теплый прием, обед и гостеприимство, мы отправились дальше.



    И вот он, изумительный Монреаль – центр профессионального хоккея. Быстро разместившись в отеле и слегка перекусив, мы направились к самому сердцу канадского хоккея – огромному спортивному стадиону Montreal Forum. Наша первая тренировка прошла на основном катке, где проходили матчи профессиональных команд. Нас предупредили, что на наших тренировках трибуны будут заполнены тысячами болельщиков, в том числе и игроками клуба Монреаль Канадиенс. Мы отправили на трибуны своего переводчика, чтобы он послушал разговоры профессионалов о наших тренировках и нашей команде. Тренера должны знать, как снизить волнение и напряженность игроков, используя веселые шутки и внося оживление в процесс физических нагрузок. Но как помочь парням избавиться от неловкого состояния, вызванного открытыми тренировками за которыми наблюдали тысячи придирчивых взглядов? И что я, как тренер, должен сделать, дабы сохранить спокойствие в команде? В то время у меня еще не было огромного тренерского опыта, который позволил бы на равных общаться со звездами спорта любого уровня. На тех тренировках мы использовали недавно изобретенный «поточный» метод, с максимальной одновременной загрузкой всех хоккеистов. В конце занятий, поделившись на 2 группы, изучали тактику игры в неравных составах, после чего начинали работать с вратарями. Николай Пучков… На протяжении всего турне, я не раз слышал от канадских журналистов, что билеты на тренировки вратарей должны продаваться отдельно. Николай не был актером, но он был истинным спортсменом. Он страстно тренировался, не щадя себя и забывая обо всем на свете. Шайба часто попадала ему в лицо, и даже потеряв сознание и придя в себя, он никогда не подпускал к себе врачей. Он просто некоторое время лежал на льду, затем вставал, наскребал коньком снег со льда, брал его в ладонь, растирал ушибленное место и вот он снова в воротах, готовый дальше отбивать шайбу. Порой казалось, будто Николай обижается, если удары по воротам были слишком слабые и требовал от игроков сильных и точных бросков. Памятуя о том, что он уже не молод, Пучков всегда ценил время. Я с нетерпением хотел узнать, какое впечатление сложилось у канадских профессионалов о нас. И вот что рассказал нам наш переводчик: «У русских довольно таки своеобразное катание. Что касается умения контролировать шайбу, то это просто детский сад». Переводчик также отметил, что канадцы весьма удивлены сколько времени уделяется прессингу. Им также показалось, что русские слабо бросают по воротам, но что самое важное – им не интересно попробовать сыграть с нами. Я ожидал чего-то иного, не такой низкой оценки нашего хоккея. Мало того, что это привело меня в ярость, я рассказал об этом своим игрокам. Раздался скрежет зубов. Честно говоря, проявление гордости я признаю только в спорте, потому, что в нужные моменты тренер может использовать это чувство во благо команды и результата. Однако в тот вечер не все наши игроки покинули стадион с желанием показать канадцам, что они не те, за кого их приняли. Продолжу свой рассказ о Николае Пучкове. Чтобы познать секреты вратарского мастерства, Николай изучал английский язык и у него всегда были с собой карманный русско-английский словарь, а также пособия по хоккею, в том числе и канадские. На время нашего турне Пучков стал нашим своеобразным гидом-волонтером и переводчиком. Я быстро смог понять, что ни книги по английскому, ни пособия по хоккею, не приносят ему никакой пользы, несмотря на все мое уважением к ним. Не секрет, что в спорте вы обязаны уважать своего соперника и отдавать ему должное, но только в разумных пределах. Вы не должны бояться его и что еще более важно, ни в коем случае нельзя пытаться имитировать или копировать игру соперника. Возвеличивание авторитетов приводит к потере собственной индивидуальности. Престиж канадского хоккея был велик и непоколебим. И что теперь? Снять шляпу перед ними? Предстать ослепленными их светом? Я убежден, что если бы такие страны, как Дания, Голландия, Западная Германия и наши соседи финны, которые имели свои, хорошо развитые хоккейные традиции, не пытались перенять канадский стиль игры, то они смогли бы достичь гораздо большего, ведь общеизвестно, что копия всегда хуже оригинала. Я не признаю поклонение авторитету канадцев и копирование их игры, но это, ни в коем случае не означает, что я призываю «втиснуть» хоккей в узкие рамки национальных традиций. Хоккей – весьма креативная игра. И ради общего успеха тренеру желательно учесть такие факторы, как национальные особенности, склонности характера, традиции, а также накопленный опыт в физической подготовке населения страны. Без всего этого хоккей будет обречен на отсутствие «национального колорита» и продолжительного успеха на международной сцене. Так что же произошло с Николаем Пучковым? Прочитав множество книг, он был настолько очарован, влюблен в канадский хоккей и в нем поселилось настолько сильное предубеждение в их непобедимости и непогрешимости, что он перестал адекватно оценивать собственные возможности. Все ему казалось прекрасным и совершенным в канадском хоккее: начиная от тактики и заканчивая подходом к подготовке игроков. И когда мы увидели на льду канадскую команду, наш вратарь подсознательно разуверил в нашу победу. Вопреки его воле он испугался соперника: авторитет и репутация канадцев для него были слишком велики. Я часами разговаривал с Николаем, пытаясь переубедить его, но когда я почувствовал, что мои слова не имеют никакого эффекта, я принял единственное верное на тот момент решение – основным вратарем команды стал Евгений Еркин. Человек, который всеми фибрами своей души не может поверить в команду, никогда не станет тем, кому я доверю место в воротах. Я убежден, что в этом сложном турне, к битве с канадцами были готовы только те, кто уверен в собственных силах и не пугается грозного соперника. Без этого психологического состояния невозможно достичь серьезных успехов в спорте. Для меня это глубокое убеждение, и если хотите, аксиома. Самые авторитетные канадские эксперты и журналисты предсказывали нам скорое поражение в этой серии матчей, но, несмотря на это, нам с честью удалось пройти первое боевое крещение. Мы с треском провалили первый матч – в основном по причине недостатка времени для подготовки после длительного перелета. Но затем нам удалось поймать свою игру, и мы начали побеждать. Вот результаты нашего первого турне: - Поражение 2-7 от Whitby Dunlops; - Ничья 5-5 с Windsor Seniors; - Поражение 2-4 от Kitchener Waterloo Dutchmen; - Победа 7-4 над Sudbury Seniors; - Победа 6-3 над North Bay Trappers; - Победа 6-3 над Ottawa Canadiens; - Победа 4-2 над Kingston Seniors; - Победа 10-1 над Hall Junior Canadiens. Естественно, все эти победы не пришли сами собой. Нам потребовалось найти индивидуальный подход к каждому игроку, чтобы как можно быстрее они смогли мобилизоваться. С признательностью и благодарностью сегодня вспоминаю тех отважных ребят, в особенности капитана команды Николая Суглобова. Результат самого первого матча вскрыл наш основной недостаток – отсутствие стойкости. Канадские игроки любого уровня всегда славились умением «терроризировать» на поле. Пусть канадцы не обижаются на меня за столь грубую характеристику их жесткой игры. С точки зрения моей преданности хоккею, это как раз то, что доктор прописал. Не все игроки нашей команды обладали выдержкой, чтобы стерпеть жесткость и грубость соперника и суметь при этом продемонстрировать все свои способности и мастерство. Некоторые игроки начинали выбиваться из рисунка общекомандной игры; другие, когда соперник нарушал правила, вели себя не совсем адекватно, либо подолгу разговаривая с арбитрами, взывая к справедливости, либо отмахиваясь клюшкой, пытались напугать соперника, тем самым раздражая судей и подставляя собственную команду. Позвольте мне снова вернуться к вопросу формирования команды, который является одним из самых важных и тяжелых моментов в тренерской работе. Сколько же матчей и чемпионатов было проиграно из-за ошибок при формировании состава команды. Величие тренера, в том числе определяется его способностью правильно выбрать игроков. Ряд тренеров используют для этого неофициальные или тренировочные матчи. По моему мнению, это не совсем правильно. Тренер ежедневно, а порой и по несколько раз в день, проводит тренировки, на которых игроки выполняют различные индивидуальные и групповые упражнения. Тренер старается повысить мастерство своих игроков и для этого ему просто необходимо досконально знать каждого подопечного, до мельчайших деталей – физические навыки, вкусы, привычки и характер. Какие у игрока таланты? Чего сможет достичь игрок? Мой жизненный опыт показывает, что чем ближе тренер к игроку, тем быстрее он познает сущность спортсмена, раскроет его талант и сможет максимально эффективно использовать во благо общего дела. Существует тренеры различной формации: некоторые любят отдавать указания, другие – публично показывать свою приверженность хоккею. Их кредо – необходимо обладать властью. Они акцентируют внимание на демонстрации гордости за свою профессию. Они, как правило, прекрасные менеджеры и на «короткой ноге» со средствами массовой информации. Но такого рода тренера не всегда являются авторитетами для игроков, и даже, когда вам кажется, что это не так, поверьте моему опыту, это ненадолго. Может пройти очень длительное время, прежде чем игрок узнает тренера и проникнется к нему верой и уважением. Процесс сложных и изнурительных тренировок это проверка на прочность не только игрока, но и тренера. И иногда даже необходимо пройти сквозь конфликты и ссоры, чтобы понять «кто есть кто». Безусловно, не все спортсмены достигают вершин Олимпа. Только истинные мастера – неординарные, креативные и пытливые личности, решившие посвятить лучшие годы своей жизни спорту, способные ценить время и анализировать результаты тренировок. Они задают себе и тренеру множество разнообразных сложных вопросов. Многое, очень многое в их спортивной судьбе зависит от тренера. Когда спортсмен добивается успеха, то тренер вроде как остается в стороне от триумфа, но получает сполна, в случае неудачи. Как говорят французы в этом случае: «c’est la vie» - такова жизнь!
    1   2   3   4   5   6   7

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Книга А. В. Тарасова о хоккее. Издана в Канаде. В россии не издавалась