• Глава 2 - Мощь и красота канадского хоккея. Часть 1.



  • страница6/7
    Дата14.01.2018
    Размер1.1 Mb.
    ТипКнига

    Книга А. В. Тарасова о хоккее. Издана в Канаде. В россии не издавалась


    1   2   3   4   5   6   7
    Глава 1. Часть 4-9. Собираемся зарубеж
    Аспект возрастных игроков имеет и другую сторону. Может ли спортсмен позаботиться о себе, своем здоровье, своей физической форме? Безусловно, физические нагрузки закаляют спортсмена, но только пока речь идет об их достаточном количестве. Полезен ли для здоровья профессиональный спорт, с его физическими и психологически перегрузками? Достоверно это еще неизвестно. Многое в этом вопросе зависит от самого спортсмена, от его культуры, от природных способностей и возможностей организма. Ежедневные, тяжелейшие, трехразовые, разнонаправленные тренировки в период подготовки очень не просто выдержать большому числу игроков. Научно доказано, что к таким нагрузкам в первую очередь должна адаптироваться сердечнососудистая система и легкие спортсмена. В процессе выполнения некоторых упражнений пульс спортсмена достигает 200-220 ударов в минуту. Помимо этого важна способность организма в течение нескольких десятков секунд восстановиться и накопить энергию для продолжения работы с большими нагрузками.

    Я довольно часто встречаюсь с бывшими спортсменами, и порой не всех мне удается сразу узнать. Полагаю, причины этого ясны. Игрокам, завершившим карьеру, не всегда удается адекватно перестроить жизненный ритм и принципы. Раньше он тренировался как буйвол, не щадя себя, ежедневно потребляя и сжигая около 5000-6000 калорий. Завершив карьеру, игрок порой забывает о необходимости продолжить получать физические нагрузки, либо уменьшить калорийность потребляемой пищи. Но что самое главное – он забывает о необходимости поддерживать спортивный режим, который был для него своего рода законом на протяжении долгих карьерных лет. Увы, спортивная медицина также не может дать рекомендации для тех, кто завершил свою карьеру. Мне особо неприятны доктора профессиональных команд, забывающих о тех игроках, которые покинули спорт в силу своего возраста. Мы, тренера, всегда учитывали слабые стороны возрастных канадских профессионалов. Но при этом не забывали об их огромном опыте и стремлении поддержать собственную репутацию. Молодые игроки всегда чувствуют себя уверенно позади ветеранов. Мы также знали, что опытные игроки проигрывали нашим хоккеистам не только в скоростном маневре, но по всем скоростным характеристикам. Одна из книг о величайшем советском хоккеисте называется «Три скорости Валерия Харламова». Почему? Потому что на льду Валерий обладал удивительной гармонией скорости маневрирования, волшебным мастерством владения шайбой и сверхскоростью технического мышления. Все это возводило его игру в ранг шедевра, искусства. И, несмотря на огромный опыт канадских профессионалов, как я уже отмечал, мы все равно старались привить нашим игрокам чувство собственного достоинства, обучить их способности постоять за себя, за честь команды в самых сложных ситуациях. Игроки всех поколений знали, что мы не потерпим никакого проявления трусости перед лицом грозного соперника. Учет этого фактора является важной тренерской задачей в процессе подготовки игроков. Я уверен, что советским хоккеистам, в отличие от других команд, всегда легче было справиться с нервозностью перед матчами. Каждый игрок чувствовал, что за ним команда, готовая поддержать его и в случае необходимости прийти на выручку. Мы тренера знали, что возрастные игроки способны демонстрировать хороший хоккей, если матч складывается для них привычным образом, с нормальным средним темпом и рисунком игры. В такой игре практически не случается осечек; все идет по плану, хоккеист получает удовольствие, отличное настроение. Но… Осенью 1970 года, ЦСКА приехал в Хельсинки для проведения двух неофициальных матчей против местной команды. В то время Карл Брюер был играющим тренером клуба ХИФК (HIFK). И, несмотря на то, что ему было уже за тридцать, на льду он выглядел весьма добротно и играючи демонстрировал первоклассную технику. Тренера и финские игроки учились у него. Однажды Брюер пришел посмотреть нашу тренировку и попросил разрешения поучаствовать в ней. Во время чемпионата мира в Вене, он успел познакомиться со многими советскими хоккеистами, и им в свою очередь было приятно потренироваться с самим Карлом Брюером. Я изложил нашему гостю суть упражнений и сказал ему, что на протяжении всей тренировки, в том числе и в двусторонней игре, он будет работать в одном звене с Анатолием Фирсовым в роли защитника и нападающими Владимиром Викуловым, Валерием Харламовым, Александром Рагулиным. Вкратце обрисовав ему его новую роль, я попросил о двух вещах. Во-первых, во время двусторонней игры, сохранять дистанцию от переднего нападающего не более 7-8 метров. Во-вторых, отняв шайбу у противника, максимум в два движения отдать передачу партнеру. Казалось, что он понял меня и с радостью принял мои установки. Первоклассно, как это и подобает профессионалу, выполнив упражнения на разогрев и технические элементы, он провалил свое задание в двусторонней игре. Он мог выполнить быстрый пас после того как подхватывал шайбу, благо высочайший уровень техники позволял ему сделать это. Просто он не смог понять, почему запрещено долго удерживать шайбу, после того как выиграно силовое единоборство. Но самой главной его проблемой было то, что он просто не успевал за нападающими. Как бы он не старался, ему не хватало ни сил, ни скорости. Я не хотел удалять его с тренировки – для меня и моих ребят он все равно был великим игроком. Я старался всячески поддержать его, давая ему больше времени для отдыха на скамейке. Но все равно, наша команда и ее скоростная игра оказалась ему не по зубам, и он не совсем понял ее. Ему просто не хватило топлива. Не только этот случай, но и множество игр профессионалов, которые мне довелось увидеть, убедили меня, что высокий темп и скоростная игра являются самым главным нашим козырем в игре против североамериканских команд. Говоря о высоком темпе игры, я подразумеваю не просто скоростное маневрирование и передвижение игроков по площадке. Это и быстрые диагональные передачи в процессе организации контратак и атак; мгновенный переход из обороны в нападение и наоборот; постоянное давление и прессинг; и наконец, сколь бессмысленным это не показалось бы с первого взгляда, наше преимущество благодаря высокой стартовой скорости. Наше преимущество в стартовой скорости было очевидным не только для нас, но и для наших соперников. В одном из турне по Канаде, эксперты отметили, что наши форварды Николай Хлыстов и Владимир Елизаров установили рекорды скорости при разгоне на коротких отрезках в средней зоне. Наблюдая за игрой и тренировками канадских профессионалов, мы для себя отметили, что они не способны быстро стартовать, и в душе порадовались за себя. Было сложно понять, почему в контактном североамериканском хоккее, где игрок, вступая в единоборство с противником должен либо обыграть его, либо настигнуть, так мало внимания уделялось тренировке стартовой скорости. И мы также были осведомлены, что с возрастом игрок в первую очередь начинает терять все свои скоростные характеристики. Прошу читателя не думать, что мы с легкостью получали выгоду от знаний о слабых сторонах противника. Предложите ему скоростную игру и высокий темп, но на это соперник всегда найдет контрмеры. Это мы собственно и смогли наблюдать в игре профессионалов в последние несколько лет. Например, канадцы стали делать больше смен, через каждые 25 или 30 секунд без какой либо остановки игры. И наше преимущество в темпе практически свелось к нулю. Именно это и произошло в финале кубка Канады 1987 года. Аналогичная картина предстала перед нами и в конце того же года в игре советской и канадской сборной на турнире на призы газеты «Известия». Похожую ситуацию мы наблюдали и в начале 1988 года в игре молодежных сборных Канады и СССР. Преимущество наших игроков в темпе было весьма сложно различить невооруженным глазом. Что же нам надо было сделать, чтобы реализовать свое преимущество? А может преимущество в скорости существовало только в теории? В то время была аксиома – кто быстрее и терпеливее должен победить. Но в реальности все было совсем по-другому. Против какой команды сложнее всего играть? Против той, где собрана целая когорта великих игроков, находящихся в отличной форме. А что если, вдобавок к хорошим командным взаимодействиям, каждый из игроков силен и энергичен? Что если, они способны предложить высочайший темп, с которым бы ни одна сколь-нибудь сильная и опытная командная не смогла бы совладать? Давайте попробуем оценить такого рода игру с позиции оппонента. Почему мы, тренера, придумываем новые сочетания игроков и стараемся подобрать ключи к их психологическому настрою на каждую игру? Для того чтобы поставить перед соперником неразрешимую задачу, лишить его инициативы и веры в успех. Скоростной игрок, виртуозно владеющий клюшкой, определенно опасен. В качестве хорошего примера можно привести нашего Владимира Крутова. В обычной, среднестатистической игре никто не способен переиграть его один в один. Тогда противник выпускает «овчарку» – хоккеиста, играющего персонально и по пятам преследующего нападающего. Если это не помогает, на помощь подсылается еще один защитник, и вдвоем они осуществляют парный отбор шайбы, тем самым достигая своих целей. А что если в команде есть такие игроки как Сергей Макаров и Игорь Ларионов, великолепные спортсмены, очень разные по стилю, но способные нестандартно мыслить на льду? Думаю легко представить, сколь сложной тогда становится жизнь противника. В особенности если учесть, что это великое армейское трио имеет поддержку таких защитников, как Алексей Касатонов и Вячеслав Фетисов. Все они столь разные по стилю исполнения, но всех их объединяет креативность и нестандартность мышления на поле. Именно поэтому этой пятерке на протяжении долгого времени не было равных, причем не только в нашей стране. Мой небольшой рассказ о великой армейской пятерке является своего рода иллюстрацией к основной мысли, которую я хочу донести до вас: даже сильный игрок, если он один, в поле не воин. Быстрые командные взаимодействия и единый план игры всех игроков поставит на колени любого соперника. Да, одновременное скоростное маневрирование и взаимодействие всех игроков особо опасно и неприятно для противника. Но в хоккее также существует концепция игровой смены скорости. Перемещения игроков происходят не равномерно, а в рваном ритме. И на площадке будто возникают интервалы скоростных взрывов. До определенного момента времени игроки будто успокаивают соперника, маскируя свое «оружие», но затем внезапно все вместе начинают действовать. Это всегда является большим сюрпризом для противника, у которого сразу же возникает острая нехватка времени, что чревато принятием неверного решения в процессе передач, отбора шайбы и опеки игроков. Защитники в таких ситуациях практически бессильны остановить быструю, молниеносную атаку. Что касается игрового рисунка ряда североамериканских команд, то в те годы и даже сейчас, просто в меньшей степени, действия защитников и нападающих очень сильно различались по своему ритму: нападающие накатывали гораздо большее расстояние, играя более ярко и энергично, в то время как защитники действовали в более экономичном стиле. Помогая в атаке, казалось, будто они не особо спешат проходить среднюю часть площадки. В зоне противника защитники, как правило, не рисковали, не вступали в борьбу за шайбу, не пытались перехватить передачи, и в случае потери шайбы нападающим, сразу же откатывались назад. Сегодня канадцы играют полностью укомплектованными и сыгранными звеньями, а в те годы в составе команды обычно было всего две пары защитников. Именно поэтому нам в голову пришла мысль как можно сильнее нагрузить канадских защитников, не давая им даже минуты для отдыха. Для этого мы решили прессинговать даже в углах их зоны, в случае собственной потери шайбы, тем самым вынуждая подключаться к обороне одного из нападающих и лишая остроты и скорости развития атаки соперника. Эти тактические моменты были добавлены к нашему представлению об игре в быстрый и точный пас. Подобный рисунок не раз доказывал свою эффективность в игре против канадских любителей. И это должно было сработать и в игре против профессионалов. По крайней мере, мы, тренера, так считали. Со всей честностью могу заявить, что нам было гораздо легче готовиться к играм против профессионалов, чем им против нас. Все наши идеи и задумки уже были проверены на любительских канадских клубах. Мы с удовольствием пожинали плоды своих трудов, делая выводы и внося коррективы в свою игру. Профессионалы не имели такой возможности. Более того, они были преисполнены высокомерием. Я не могу говорить за экспертов, но большинство канадских журналистов продолжали убеждать игроков и тренеров НХЛ, что русские слабы и любая команда лиги способна их одолеть. Однажды в Торонто я разговаривал с Френком Маховличем. Это был очень интеллигентный, высокотехничный, невероятно аккуратный и впечатляющий игрок. Я спросил его, как завершится игра канадских профессионалов против советской сборной, если она все-таки состоится. Он ответил следующее, - «Игра будет интересной, но все равно мы победим», - но тотчас задал встречный вопрос, - «А в какое время года состоится игра?». Это был действительно важный вопрос для нас и для канадцев. Межсезонье в НХЛ весьма коротко, но игроки в самом начале чемпионата все равно находятся не в лучших кондициях, заставляя себя подолгу вкатываться в сезон. Сразу после начала Нового Года, они достигают оптимальной формы. К тому времени уже наигрываются сочетания, игроки прочно занимают свои позиции в клубах, команды примерно понимают, кто чего стоит, видя турнирную ситуацию, чемпионат входит в кульминацию. Я считаю, что самоуверенность канадцев и их представление о легкости, с которой они преподнесут урок советской сборной, сыграли с ними злую шутку. Владислав Третьяк и другие игроки команды, сыгравшие в первом матче советской сборной против профессионалов 2 сентября 1972 года, подробно рассказывали мне об этой игре. Более того, я много раз пересматривал видеозапись того матча. Это была драматичная игра. К шестой минуте мы проигрывали 0-2, но все равно встреча завершилась в нашу пользу, 7-3. Когда в игре наступил перелом, и шайба с завидным постоянством стала влетать в ворота, защищаемые Кеном Драйденом, опытные хоккейные асы, которые не нуждались в мотивации, просто растерялись. Все чаще их действия стали диктоваться неверными решениями. Более того, не прошло и нескольких минут, как их болельщики сменили свою милость на гнев, не желая смириться с мыслью, что их идолы могут проиграть. На канадцев посыпались обидные оскорбления, выражавшие неудовольствие публики. Какой вывод можно сделать? Никто, включая газетчиков, работавших на многомиллионную аудиторию, не верили, что советская команда способна победить.
    Глава 2 - Мощь и красота канадского хоккея. Часть 1.
    Хоккей любят везде, где в него играют. За динамику, скорость и ритмичность которые так похожи на нашу активную жизнь. Хоккей прославляет ловкость, силу, ум, отвагу и благородство, а болельщики восхищаются тем, что творят их кумиры на льду. Порой мне даже кажется, что поклонники слегка им завидуют. И до сих пор самый яркий, насыщенный и чистокровный хоккей обитает в Канаде. Осенью 1987 года меня пригласили на один из островов близ канадского побережья. На нем полностью отсутствовала какая-либо промышленность, а население составляло порядка 20 тысяч человек. Но что меня удивило – наличие двух просторных, крытых катков с искусственным льдом. Рядом с ними располагались спортивные залы, заходя в которые сразу хочется начать заниматься спортом. По всему острову были расположены бассейны, крытые и открытые тренажерные залы, ежедневно заполняемые большим количеством детей и их родителей. Идя по улице, вы непременно бы отметили, что почти каждый мальчишка несет на плече хоккейную клюшку и тащит за собой баул. Особое впечатление на меня произвели родители юных хоккеистов: они столько знают о хоккее, но в них огромное желание узнать еще больше. В каждой семье большой интерес к занятиям ребенка, тем более, если он увлекается хоккеем.

    Я знаю, что сейчас разбужу огромное чувство зависти у наших детей, но я не могу об этом промолчать. В Канаде проблема хоккейной экипировки решена на многие десятилетия вперед. Прекрасного качества коньки, клюшки, шлема различных расцветок, краги, нагрудники – все это в огромном количестве, на любой вкус и размер доступно в магазинах. Хоккей в Канаде имеет мощную организационную структуру, ни один уголок страны не остается без внимания. Повсюду проводится огромное множество соревнований для хоккеистов различных возрастов и различного уровня мастерства. У каждой команды есть своя униформа, эмблема, тренер, менеджер и врач. Каждая школа имеет не одну, а несколько хоккейных команд, возглавляемых спортивными инструкторами. На поток поставлена реклама хоккейных соревнований. На стадионах люди чувствуют себя легко и расслабленно; никаких комплексов или неудобств. Зрители отдыхают, наблюдая за хоккейным матчем. Небольшие катки, как правило, оборудованы сидячими и стоячими трибунами, которые не всегда отапливаются и там довольно таки прохладно. Но, как говорят врачи, холод не вредит ни хоккеистам, ни болельщикам. Вне зависимости от вместимости катка (будь то даже на 500 или 1000 зрителей), он обязательно оборудуются небольшим кафе, автоматами по продаже фруктовых соков, кофе, свежих сэндвичей. Вы всегда найдете, чем утолить свой голод или жажду. К каждой официальной игре на хорошей бумаге отпечатываются программки, в которых можно найти массу информации о командах и игроках. В Канаде хоккей возведен в ранг культа и его существование охраняется строжайшим образом. Студенческие любительские команды имеют необходимое финансирование и репутацию. Но не будем отклоняться от темы главы и поговорим о профессиональном хоккее. Как я уже отмечал, в Национальной хоккейной лиге на сегодняшний день 26 клубов. Часть из них базируются в канадских городах: Монреаль Канадиенс, Торонто МейплЛифс, Эдмонтон Ойлерс, Калгари Флеймс, Ванкувер Кенакс и Оттава Сенаторс. Но большинство команд расположено в США, несмотря на то, что играют в них в основном канадцы. Вот эти клубы: Бостон Брюинз, Баффало Сейбрз, Чикаго БлекХокс, Колорадо Эвеланш, Даллас Старс, Детройт РедУингс, Флорида Пантерс, Хартфорд Уэйлерс, Лос-Анджелес Кингс, Анахайм МайтиДакс, Нью-



    Джерси Девилс, Нью-Йорк Айлендерс, Нью-Йорк Рейнджерс, Филадельфия Флаерс, Финикс Койотес, Питтсбург Пингвинс, Сан Хосе Шаркс, Сент-Луис Блюс, Тампа Бей Лайтнингс, Вашингтон Кэпиталс. Каждым клубом владеет один или несколько богатых бизнесменов. Все что связано с жизнеобеспечением команды находится в их ведении. Прибыль от работы клуба часто зависит от степени его популярности и успешности выступления в сезоне. Поэтому ничего не должно быть пущено на самотек. Хоккейные фанаты имеют возможность стать членами клуба. Все что для этого нужно – заплатить определенную сумму денег, за которые болельщик получить клубные привилегии, например, возможность покупки билета на любой матч команды или посещение клубного ресторана, расположенного, как правило, над одной из трибун домашнего дворца. У каждой команды есть свой музей, своего рода клубный зал славы, который в день игры посещает множество болельщиков. Рядом обычно расположен магазин клубной атрибутики, где представлены хоккейные сувениры от свитеров и бейсболок с символикой клуба до шайб, вымпелов, значков и клюшек любого размера. Под хоккейными трибунами обычно находится своего рода рынок, где вышеперечисленные вещи продаются в огромном количестве и на любой вкус. Каждый клуб старается создать самые комфортные условия для работы средств массовой информации. Клубные менеджеры всецело осознают, что популярность хоккея, их команды, их города, провинции и штата полностью зависит от них. Для журналистов выделяется отдельный зал, оборудованный печатными машинками, телеаппаратурой, телефонами и компьютерами. За час до начала игры открываются бары и кафе. Но журналистам нужна иная пища: им в огромном количестве предоставляют отсортированную информацию об играющих командах, игроках и судьях. На протяжении последних нескольких лет клуб из Ванкувера выступал не очень удачно, порой находясь в хвосте турнирной таблицы и не попадая в плей-офф. Но это никак не повлияло на доходность клуба. Заполняемость домашней арены не опускалась ниже 80 %, что означает присутствие 12 000 – 13 000 зрителей на каждом матче. И это несмотря на то, что билеты, по моему мнению, были довольно таки недешевы. Если предположить, что продажа телевизионных прав, сувениров и прочих услуг приводит к самоокупаемости, то становится понятно, что хоккей в Канаде огражден от всяких рисков. И вот она игра! Великолепное шоу на льду. Яркие, почти праздничные одеяния на игроках. Зрители приходят во дворец, словно на торжественное мероприятие. Вы не найдете на трибуне плохо выглядящих или неряшливо одетых болельщиков. За скамейкой запасных стоят тренера, облаченные в галстуки и костюмы, словно они пришли на званый вечер. Еще чуть дальше – полицейское ограждение, в котором каждый представитель правопорядка также хорошо одет и прекрасно выглядит. Они не просто пришли охранять, но являются страстными болельщиками клуба. У каждого клуба есть именитые игроки, суперзвезды и идолы. Они своего рода символы клуба, воплощающие в себе лучшие качества атлета. На протяжении долгих лет поклонники Монреаль Канадиенс ходили любоваться игрой Мориса Ришара и Жана Беливо, в Чикаго это был Бобби Халл, в Детройте – Горди Хоу, в Филадельфии – Бобби Кларк. В наше время в Нью-Йорке поклоняются игре Уэйна Грецки, в Питтсбурге Марио Лемье. Болельщики по разные стороны океана весьма похожи. Наши поклонники хоккея заполняли стадионы, чтобы увидеть игру Всеволода Боброва, Александра Альметова, Анатолия Фирсова, Вячеслава Старшинова, Бориса Майорова, чуть позже – Александра Мальцева, Александра Якушева, Валерия Харламова, Валерия Васильева, Владислава Третьяка и еще позже – Сергея Макарова, Вячеслава Фетисова и Владимира Крутова. Никто не может остаться равнодушным к их мастерству, преданности хоккею и своему клубу. Я бережно храню кадры кинохроники нашего первого матча. В морозный зимний день тысячи мужчин и женщин пришли на восточную часть стадиона Динамо, чтобы на открытом воздухе посмотреть игру. Это был первый матч с момента окончания войны. Народ одевался плохо. Чтобы не замерзнуть люди оборачивались старыми шалями и шарфами, на ногах войлочные ботинки с дерматиновой подошвой. Те, кто не имел войлочной обуви, дополнительно оборачивал ноги газетной бумагой, чтобы хоть как-то согреть их. На улице был жуткий снегопад, с сильным ветром, но люди все равно пришли. Помню, наша команда как-то играла в Новосибирске, на тамошнем стадионе Динамо в жуткий мороз, из-за чего игру пришлось разделить на шесть периодов. Через каждые 10 минут команды уходили в раздевалку, чтобы отогреться. Болельщикам, которых на том мачте было несколько тысяч, негде было это сделать. Когда матч закончился и мы, переодевшись, выходили из раздевалки, нас встречали десятки поклонников, чтобы поблагодарить за игру, пожать руку и взять автограф. Но сделать это было весьма непросто: из-за мороза чернила в ручках моментально замерзали. Помню, я сказал тогда группе мальчишек, которые на вид были легко одеты, - «Быстро идите домой, согреваться», - на что они мне ответили, - «Все нормально, ради хоккея не страшно чуть-чуть замерзнуть». К тому моменту они находились на морозе уже более трех часов. Уже в первые годы становления нашего хоккея, мы имели таких преданных и отважных болельщиков. Игра притягивала своей магической силой, ведь ее творили великолепные мастера того времени. Как лучше использовать великого игрока в команде? Мой опыт свидетельствует о необходимости сведения великих игроков в одни сочетания, что позволяет формировать великолепные ударные ансамбли. В профессиональном канадском хоккее этот вопрос видят иначе. У них, как правило, звезда ставится в одно звено со среднестатистическими игроками, которые являются своего рода подносчиками снарядов, обслуживают звезду. С первого взгляда это может показаться вполне разумным решением. Для общего успеха команды только лидер должен продемонстрировать весь свой потенциал. Однако подобная система, когда команда играет на одного человека, имеет и ряд серьезных недостатков. Что если противник сможет закрыть «звезду», не позволив ей ничего сделать? Продуктивность партнеров моментально сведется к нулю, также как и общая сила команды. Именно так это все и происходило. Я не раз в этом убеждался, читая в газетах отчеты канадских журналистов об играх профессионалов. Очень часто поражения той или иной команды объяснялись неудачной игрой ее «лидера», который или был в не форме, или оппонентам удавалось нейтрализовать его действия или «звезда» начинала капризничать, если игра не шла. В такие моменты действия команды уже мало зависят от тренера. Он уже не играет никакой роли в этом хоккейном спектакле. Все его знания и силы будут направлены не на команду, а на успокоение разнервничавшейся «звезды». Как я понимаю тренера Скотти Боумена, на протяжении долгого времени являвшегося наставником Монреаль Канадиенс. Мы много с ним общались и порой даже спорили, так как наше видение и понимание хоккея не всегда совпадали. Встречаясь с ним в его кабинете, в раздевалке игроков или на тренировке, я всегда поражался, как он относится к игрокам и управляет командой в ходе матча. Считаю его самой влиятельной и колоритной фигурой среди всех тренеров в профессиональном канадском хоккее. Боумен уверенно и мастеровито проводил тренировки, и ни к одному из игроков у него не было безразличного отношения. Вспоминаю одну из тренировок Монреаля, в которой принимал участие великий Ги Лефлер собственной персоной. Боумен добивался, чтобы Лефлер завершал атаки так, как хочет Скотти. В те минуты мне показалось, что отношения между Боуменом и суперзвездой накалились до предела. Ситуация осложнялась еще тем, что годом ранее Лефлер был назван лучшим спортсменом США и Канады, и он определенно знал себе цену. Но Скотти не сдался и не стушевал перед звездой, добившись от Лефлера игры по своей концепции. И я мысленно похвалил Скотти, - «Отличная работа, тренер!». Но давайте вернемся к проблеме формирования звеньев. Обожаю тренировки как свои, так и своих соперников, наблюдая за которыми, можно почерпнуть много нового и полезного для себя. В размышлениях и предположениях рождаются новые мысли и идеи. В апреле 1982 года, в Финляндии, я присутствовал на тренировке канадской сборной. На льду я увидел сочетание из Марселя Диона, Уэйна Грецки и Бобби Кларка. Тренер решил объединить этих трех великих игроков из разных клубов в одном звене. Я тут же отметил у себя в блокноте: «Это не сработает». И все оказалось, будто я подсмотрел в хрустальный шар. Канадцы неудачно выступили на том чемпионате и заняли лишь третье место, продемонстрировав довольно таки невнятную игру. Я не хочу принизить заслуги и достоинства этих великих хоккеистов. Они сыграли так, как смогли, каждый в отдельности показав в целом неплохую игру. Но как звено они были слабы. Почему? Давайте слегка поразмышляем. На протяжении долгих лет каждый из этой тройки выступал в своем клубах, имея сыгранных партнеров, которые работали на него. Но потом, внезапно, они оказались в одном звене, не имея других вариантов, кроме как играть друг с другом в пас и в первую очередь заботиться о коллективной игре. В этой ситуации только Грецки смог справиться со своей задачей, потому что с детства был приучен к командным взаимодействиям. И вопрос даже не в своевременной и точной передаче, что само по себе уже является искусством, дело во внешнем проявлении командной игры. Очень важно внутреннее состояние единства игроков звена, чувство партнерства и команды, основанных на взаимном уважении друг к другу и дружеском отношении к партнеру. Я не поверил, что эти три звезды, в особенности Кларк, для общего успеха сборной, смогут поступиться со своими принципами и разделить успех с кем-то еще, поставив интересы команды выше собственных. Они привыкли думать совершенно иначе: чем ярче светит звезда на площадке, тем лучше это для команды. В былые времена мы также придерживались иного подхода к комплектованию звеньев. Думаю не секрет, что пятерки Всеволода Боброва и Алексея Чурышева (оба – центральные нападающие Крыльев Советов и сборной СССР) были сформированы по схожему принципу: их партнеры не играли, а обслуживали центровых звезд. Как только я осознал необходимость изменить соотношение и роли игроков в звене, я без промедлений начал ломать стереотипы. И конечно же мои идеи не нашли понимания среди игроков, они были встречены в штыки и даже с оскорблениями: «Вы что, серьезно сравниваете меня с этими? Тогда играйте сами». Однако сама жизнь доказала мою правоту. В тройке Алексея Чурышева, роль левого нападающего исполнял старательный Михаил Бычков, а справа действовал техничный и невероятно проворный Николай Хлыстов. Когда Николай завершил спортивную карьеру, продуктивность Алексея Чурышева, который на тот момент являлся эталоном выдающегося игрока, резко упала. Спустя много лет, со мной произошел случай, позволивший мне понять как должна вести себя «звезда» в команде. Из детской юношеской хоккейной школы ЦСКА в основную команду были вызваны два молодых игрока – Владимир Викулов и Виктор Полупанов. В школе ребята играли в одном звене со своим ровесником Виктором Ереминым, который технически был оснащен даже лучше, чем его партнеры. Для своего возраста он умел очень многое – обыграть оппонента, сделать скрытую и точную передачу на открытого партнера или прицельно бросить по воротам. Но он был весьма замкнутой и эгоистичной личностью. Тренера ДЮСШ не смогли достучаться до него, и по этой причине в команду мастеров были приглашены только Викулов и Полупанов. Я решил поставить их в звено с Анатолием Фирсовым, виртуозным мастером игры, чтобы он мог присмотреть за этими двумя юношами. В нашей команде так повелось, что Фирсов, ас и суперзвезда, периодически становился дядькой для некоторых профанов и неучей. Несмотря на выдающийся талант и способности, Анатолий никогда не был эгоистом. Но все равно я метался в неопределенности: как поведет себя звезда с молодыми партнерами? Ведь может случиться все что угодно. Вдруг они не смогут найти игровое взаимопонимание или молодежь растеряется? Это приведет к тому, что лидер звена в основном собьется на индивидуальные действия и станет играть в одиночку. Я не стал говорить Анатолию о своих сомнениях. Мне не хотелось обижать такого великого мастера, и я был против того, чтобы ограничивать в чем-либо яркие личности. Фирсов всецело оправдал мои надежды. Его тройка нападения, с двумя 16-летними форвардами, достойно дебютировала и получила свое первое боевое крещение в 1966 году на Чемпионате мира в Любляне, Словении. В этот и последующий год Фирсов признавался лучшим игроком чемпионатов мира, вошел в символическую сборную турнира и стал ее лучшим бомбардиром. Возможно, вы сейчас подумаете, что молодые партнеры Фирсова сыграли на своего «дядьку»? Ничего подобного! Искренне и открыто Фирсов отнесся к своим подопечным, щедро играя с ними в пас, не жадничая, и частенько оставляя партнерам возможность нанесения завершающего броска. Благодаря этому мастерство молодых хоккеистов росло, словно на дрожжах, от игры к игре. Звезда Фирсова, будто по-новому засияла рядом с его молодыми партнерами. А как они тренировались! Без единого каприза или гримасы неудовольствия, но всегда с огромной страстью, концентрацией и нацеленностью на командные взаимодействия. Фирсов был тем, кто являлся примером во всем.
    1   2   3   4   5   6   7

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Книга А. В. Тарасова о хоккее. Издана в Канаде. В россии не издавалась