• ГЕНЕАЛОГИЧЕСКОЕ ДРЕВО ВУКАШИНА, КОРОЛЯ СЕРБИИ
  • ГЕРБ НИКОЛЫ АЛТОМАНОВИЧА
  • ГЕНЕАЛОГИЧЕСКОЕ ДРЕВО БАЛШИ, ГОСУДАРЯ ЗЕТЫ



  • страница28/45
    Дата22.01.2019
    Размер7.05 Mb.
    ТипКнига

    Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»


    1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   45

    314
    Мать его Елена после смерти мужа жила в большой досаде. Не желая видеть магнатов своего королевства, она жила среди монахов, уподобив­шись монахине, постоянно пребывая в скорби. Магнаты, видя, что испол­нение их дел затягивается (поскольку в тех делах она была полномочна), пришли в великое негодование. Это и послужило главной причиной паде­ния и уничтожения власти ее сына. Сострадая его лишениям и мучениям, она скончалась на грани отчаяния, влача монашескую жизнь в одном селе­нии, три года спустя после смерти императора Уроша, своего сына. Про­изошло это в 1371 году.

    ГЕНЕАЛОГИЧЕСКОЕ ДРЕВО
    ВУКАШИНА, КОРОЛЯ СЕРБИИ
    Углеша Войислав Король Вукашин Мила

    Мрнява


    Гойко

    Митраш Рушна, жена Матвея Кантакузина

    Марко Иваниш Милица, Андрияш
    Кральевич жена

    Балши Джураджа


    Неделько Момчило

    Коя,


    государь Музакии

    Елена, жена Стефана Косачи



    316

    ГЕРБ ВУКАШИНА, КОРОЛЯ СЕРБИИ

    так, завершив рассказ о пресечении власти рода Неманичей в Рашке, перейдем теперь к повествованию о четырех магнатах, которые еще при жизни Уроша, последнего короля и императо­ра из упомянутого рода, захватили власть в Рашке. Начнем мы с короля Вукашина и его брата Углеши. Родом они были из Лив-но (Hlieuno), и отца их звали Мрнява (Margnaua). Поначалу отец их был бедным дворянином, но затем вместе со своими сыновьями был возвеличен императором Стефаном, который, прибыв однажды поздно вечером под Влагай, не пожелал входить в крепость и был любезно принят им в своем


    317
    доме. Император, видя его отменные манеры, призвал его вместе с женой, тремя сыновьями и двумя дочерями к своему двору. Имена сыновей были Вукашин, Углеша и Гойко. Вышеупомянутые братья, то есть Вукашин и Углеша, превосходили всех остальных вельмож в военном искусстве, и осо­бенно Углеша, который вел войну с городом Салоники. В результате упо­мянутый город вынужден был платить ему дань, и, если бы смерть не упре­дила его, он сделался бы его полным господином. Непрестанно воевал он и с турками, бывшими у пределов его владений, и всякий раз, вступая с ними в схватку, одерживал победу. По этой причине турки утратили всю свою былую военную мощь и доблесть. Успехи упомянутых братьев вызвали не­довольство у князя Лазаря и жупана Николы Алтомановича, первых после них вельмож Рашки. Посему, сговорившись между собой осадить ихиук-ротить их неумеренную гордыню, они отправились к императору Урошу и стали всеми силами склонять его против них. В конце концов, им удалось уговорить его заключить с ними союз против упомянутых братьев, пообе­щав, что все отнятое у них перейдет к императору Урошу, которому они постараются вернуть отцовское королевство. Итак, собрав сильную рать, они пошли на короля Вукашина и Углешу. Те же, снарядив свою рать, встре­тили неприятеля на Косовом поле (Cossouopoglie). В начале сражения князь Лазарь со своим войском отступил и бежал. Никола Алтоманович, вступив в бой, был разбит, его войско было перебито, а сам он едва сумел спастись бегством. Император Урош с горсткой своих придворных попал в плен, ос­тальные же [придворные] были перебиты, и в их числе протовестиар импе­ратора Стефана Душана Никола Буча (Bucchia), павший славной смер­тью, защищая своего господина. После него остался сын Петр, от которого ведут свой род нобили рода Бучичей, живущие ныне в Рагузе, и три доче­ри, одна из которых по имени Бьоча (Biocia) вышла замуж за Марина Гу-четича, другая — за одного из Гундуличей, а третья — за Луку Бунича. Од­нако вернемся к нашему повествованию. Император Урош после своего поражения и пленения был уведен королем Вукашиным в Рашку, где и окон­чил свои дни описанным выше образом. В упомянутой войне не принял уча­стие род Балшичей, поскольку Джурадж Балша (Balsi) был зятем короля

    Вукашина. Пока указанные правители сражались между собой, Балша ус­траивал свои дела, захватывая земли, граничившие с его владениями. Дру­гую свою дочь по имени Рушна (Rusna) король Вукашин выдал за Матвея, сына константинопольского императора Иоанна Кантакузина. Тот, ведя войну со своим зятем Иоанном Палеологом и желая упрочить император­скую власть и свое собственное положение, послал просить в жены своему сыну упомянутую Рушну, на что ее отец Вукашин дал немедленное согла­сие, отписав ей в приданое все земли, которыми владел в Албании. Упомя­нутый император вел войну с Палеологом на протяжении двадцати лет, и это послужило причиной того, что и венецианцы начали величайшую войну с генуэзцами. Генуэзцы держали сторону Кантакузина, а венецианцы — Палеолога. [Во время этой войны] случилось так, что удача отвернулась от венецианцев, и они по причине гибели одного из своих военачальников по­терпели поражение от генуэзцев, однако это не принесло радости Кантаку-зину, потерявшему [в этом сражении] своего сына Матвея. Последний ос­тавил после себя сына по имени Георгий и двух дочерей, одна из которых по имени Елена стала императрицей Трапезунда, а другая по имени Ирина вышла замуж за деспота Сербии Джураджа. Таким образом, Ирина, как считает Иоганн Леунклавий, приходилась внучкой королю Вукашину. Тот вместе со своим братом Углешей решил захватить владения князя Лазаря и Николы Алтомановича и полностью устранить их, чтобы они не препят­ствовали им в осуществлении задуманных ими планов. Однако на тот мо­мент они не смогли ничего предпринять, поскольку граничившие с ними турки, воспользовавшись упомянутой войной, совершили разорительный набег на их земли и нанесли им большой ущерб. Посему они решили снача­ла отомстить туркам, а затем со всеми силами напасть на жупана Николу и князя Лазаря. Собрав двадцатитысячное войско, они дошли в поисках ту­рок вплоть до Фракии, большая часть которой была теми захвачена. Не встретив турок, они разграбили и сожгли их владения и повернули назад в Рашку, не соблюдая по пути никакого военного порядка. Укрывшиеся в горах турки, внимательно следившие за их перемещениями, видя это, ото­брали три тысячи своих самых смелых воинов и, приблизившись к хвосту



    319

    арьергарда неприятельского войска, где находилось войско Углеши, ярост­но атаковали их и разбили. Лаоник [Халкокондил] пишет, что Сулейман I, третий [правитель османов], напал ночью на войско короля Вукашина и его брата Углеши, которые в ту пору с другой частью войска находились непо­далеку. Посему те со своими силами немедленно ринулись на помощь сво­им, которые во весь опор бежали при виде турок, не держа строй, как тре­бовал [воинский] долг, и вновь натыкались на неприятеля. Турки, издали завидев идущего неприятеля, поджидали его, соединившись вместе. В за­вязавшемся отчаянном бою в войске рашан сделалась немалая путаница, так как они не держали никакого строя и не знали, как и с кем им надлежит сражаться. Турки, пользуясь этим обстоятельством, стали усиливать свой натиск и, в конце концов, разбили и их, обратив в бегство. Король Вукашин и Углеша всеми силами пытались удержать своих от бегства, но, видя свое бессилие, и они, спасая собственную жизнь, бросились бежать. Преследу­емые турками, они достигли реки Гебр, ныне Марица. Чтобы не попасть в руки неприятеля, они вместе с конями бросились в реку. То же самое сде­лали и многие другие знатные мужи, и большая часть их вместе с Углешей и его братом Гойко, который командовал войском, утонула в упомянутой реке. Король Вукашин переплыл реку и, томимый нестерпимой жаждой, как был, не сходя с коня, стал пить из одного источника, забыв про осторожность. Там его паж, Никола Хрсоевич (Harsoeuich), соблазнившись свисавшей у него с шеи цепью, убил его близ селения Караманли, где состоялось сраже­ние рашан с турками, неподалеку от крепости Черномен во Фракии. Затем его тело было перенесено в церковь Святого Димитрия в Сушице, что в Рашке. Тела Углеши и Гойко найдены не были. Остальные вельможи, из­бежавшие смерти, попали в плен и были уведены в неволю. Случилось это 26 сентября 1371 года. Таков был конец короля Вукашина.

    На протяжении всей своей жизни он был большим другом рагузинцев, за исключением того, что в 1369 году рассердился на них из-за императора Уроша, полагая, что рагузинцы подговорили его поднять против него ору­жие. Посему он собрал большое войско, чтобы пойти и наказать рагузин­цев. Последние испробовали все пути и средства, чтобы смягчить его гнев,
    320

    однако он упорствовал в своем намерении, пока к нему не прибыл рагузин-ский посол Влахо Вук Бобальевич (Biagio di Volzo Bobali), который провел при его дворе более месяца, дожидаясь приема. Однако, в конце концов, используя свою известную рассудительность, он сумел добиться того, что король Вукашин, сраженный его выдающимися качествами, сказал в при­сутствии некоторых своих вельмож, что не следует причинять вреда стране, рождающей таких мужей, украшенных всеми достоинствами и добродете­лями. Сделав все, о чем его просил упомянутый Бобальевич, он отпустил его, одарив его конем благороднейшей породы, двумя парами соколов и двумя парами борзых. Все эти подарки он передал, согласно обычаю рагузинских послов, своей Синьории, которая подарила соколов и коня одному знатно­му немцу, прибывшему из Святой земли.

    Итак, возвращаясь к нашему повествованию, после смерти короля Ву­кашина могущество государей Рашки значительно уменьшилось, а могу­щество турков возросло, так как они, воодушевленные одержанной побе­дой, стали беспрепятственно вторгаться во все области Рашки и опусто­шать их. Посему многие вельможи этого королевства, не найдя способа дать им отпор, заключили [с ними] мир и служили им в войнах, [которые те вели] против христиан. К их числу относились Драгаш и Константин, сы­новья Жарко Деяновича (Zarco Deanouich), и многие другие знатные мужи, бывшие прежде подданными короля Вукашина и его брата Углеши. Из пос­ледних Константин, как пишет Лаоник (II), превосходил всех в военном искусстве и считался одним из самых рассудительных мужей. Он напал на болгар и албанцев и отнял у них много городов. После смерти своего брата Драгаша он наследовал его власть и также был вынужден часто наведы­ваться ко двору Турка.
    После смерти короля Вукашина осталось четверо его сыновей: Марко, Иваниш, Андрияш и Митраш. Несмотря на то что они к большому удо­вольствию своих подданных стали управлять своим государством, враги не позволили им долго наслаждаться властью. Князь Лазарь отнял у них При-штину и Ново Брдо с множеством других соседних селений. С другой сто­роны Никола Алтоманович захватил все земли, которые граничили с его
    321

    владениями. Сыновья Балши, хотя и приходились им родственниками, от­няли у них Призрен и множество других соседних областей. Да и турки не преминули овладеть большей частью их земель в Романии. По упомянутой причине братья, чтобы хоть что-то удержать в своей власти, сделались дан­никами турок, которым стали служить и в войнах. Иваниш, однако, не смог вынести длительного пребывания под их тиранией и ушел с горсткой своих подданных в Зету к сыновьям Балши, которые охотно приняли его, дав им столько земли, сколько тому было нужно на прокорм. Другой его брат Марко, называемый некоторыми Кралевич, выступив с турецким султаном Баязидом I против влашского государя Мирчи. Вступив с ним в сражение под Кралево (Chraglieuo), городом в Валахии, он потерпел поражение и, укрывшись в роще, был сражен там стрелой, пронзившей ему горло, кото­рую пустил один влах, принявший его за дикого зверя. Тело его было пре­дано земле в монастыре Блачаны (Blaciani) близ Скопье. Митраш также пал в бою с турками, не оставив после себя сыновей. От Андрияша, четвер­того брата, родился Неделько Момчило (Dominico Monscilo), который был отцом Кои, государя Музакии, и Елены, жены Стефана Косачи, герцога Святого Саввы. Никого же больше из рода короля Вукашина не осталось. Столь жалкий конец был уготован [королю Вукашину] и его братьям не без вмешательства Небесной Силы, не позволившей им наслаждаться властью над королевством, столь неправедно отнятым ими у своего господина, ко­торый из низов возвысил их до столь высокого и знатного положения.



    ГЕРБ НИКОЛЫ АЛТОМАНОВИЧА

    Теперь мы расскажем о судьбе Николы Алтомановича, еще од­ного из узурпаторов власти в Рашке. В начале нашего пове­ствования следует узнать читателю, что во времена короля Уро­ша Слепого в числе прочих его вельмож был один по имени Войин (Voino). Он пользовался у короля большим авторите­том и получил от него в управление, более того, во владение, все Хумское княжество, со всех сторон граничившее с [владениями] рагузинцев, кото­рым он на протяжении своей жизни под различными предлогами причи­нил немало вреда. У Войина родилось трое сыновей: Фома (Тота), Вой-исав (Voisau), или Воислав (Voislau), и Алтоман. После смерти отца они поделили между собой Хумское княжество. Воиславу досталась та об­ласть, что граничила с рагузинцами, с которыми он, пока был жил, вел непрерывную войну. Во время этой войны он разорил и предал огню всю



    324
    их территорию, перебив немало их купцов, честно торговавших в его вла­дениях. Делал он это, по его словам, по повелению короля, своего госпо­дина. Однако и рагузинцы иной раз воздавали ему [отмщение] в полной мере. После его смерти его племянник Никола, сын Алтомана, скончав­шегося еще при жизни Войислава, превосходя по части злодейства и деда и дядю, недовольный уделом, доставшимся при разделе его отцу, захва­тил силой удел своего дяди Войислава. Чтобы избежать в будущем свя­занных с этим споров или войн, он схватил Добровоя и Стефана, сыновей Войислава, вместе с их матерью и бросил их в темницу, где они после семи лет непрерывного заключения жалким образом окончили свою жизнь. Другие полагают (как было сказано ранее), что они вскоре были им от­равлены, от Фомы же сыновей не осталось. Этот Никола, будучи молод, отличался немалой доблестью и владел той областью Хума, которая была во владении его отца Алтомана при жизни императора Стефана. Затем, после смерти своего дяди, владения которого простирались от побережья Рагузы до Ужицы, он захватил (как мы сказали) и его земли, завоевав также некоторые другие области вплоть до пределов Срема, и господ­ствовал вплоть до границ Боснии на Дрине. В войнах он был доблестен и стремителен, но отличался безрассудством и непостоянством в своих по­ступках, был вероломен и с легкостью начинал войны с соседними госу­дарями. Посему, полагая, что нет в мире никого, кто мог бы сравниться с ним в доблести и могуществе, он принялся воевать и разорять пределы Боснии по Дрине, нанося большой ущерб боснийскому бану Твртко. Среди прочего, однажды он по наущению Санко (Senco), сына Милтена (Milteno), пришел в Хумскую землю, грабя и разоряя упомянутую об­ласть, напал в Бишче (Bisze) на округу подградья (lo Torno di podgradie) и захватил ее, а затем дошел до Лопорина (Loporin) и его сел. Упомяну­тый Санко был вельможей бана Твртко и владел всеми землями Хума от Приморья до Коньица (Chogniz) и Невесинья со всеми Влахиями. Бан, видя это нападение, собрал против [Санко] войско и изгнал его, и тот отправился к Николе Алтомановичу, с которым ходил грабить Хумскую землю. Этот Никола (как было сказано выше) пошел войной и на Рагузу.

    325

    В 1371 году, схватив несколько рагузинских купцов и нобилей, он стал пытать их, вырывая зубы, и, в конце концов, вынудил заплатить выкуп в четыре тысячи флоринов. В том же году он с большим войском пришел разорять Жупу (Вгепо), но между Требинье и Жупой натолкнулся на [войско, предводимое] Паско Мартинусичем (Pasqual di Martinusc). В завязавшемся там сражении он был разбит, потеряв немало своей знати.



    Находясь у пределов Венгрии, он непрестанно разорял эти земли. И, чтобы не осталось ни одного злодейства, которое бы он не совершил, он задумал убить князя Лазаря и захватить его владения. С этой целью он послал ему приглашение приехать к нему на переговоры. Князь Ла­зарь, прекрасно осведомленный о его коварстве, не доверял ему. Хотя между ними и не было открытой войны, тем не менее они ненавидели друг друга. Несмотря на это, они договорились встретиться в условленном месте и там переговорить. Князь Лазарь прибыл в сопровождении только пяти мужей, Никола — с таким же числом сопровождавших, причем никто из них не имел при себе оружия. Однако Никола, приехавший с единствен­ной целью лишить жизни князя Лазаря, прежде, чем они съехались, при­казал нескольким верным людям спрятать оружие под стволами деревь­ев, укрыв его снегом, бывшим в том месте. После того как они сошлись и обсудили все дела, Никола выхватил спрятанное оружие, и один из его свиты нанес князю Лазарю удар в грудь. Удар был столь силен, что князь почти замертво свалился на землю. Рана, однако, оказалась не смертель­ной: клинок не проник внутрь, поскольку его острие наткнулось на золо­той крест, который князь Лазарь носил на шее. Никола и его люди, пола­гая, что Лазарь без сомнения мертв, обратились, чтобы перебить его сви­ту. Там были тогда убиты рашанские дворяне Михайло Давидович и Жарко Мркшича (Zarco Merescich). Поднялся большой шум, и паж, дер­жавший за уздцы коня Лазаря, подбежал к тому месту, где лежал его господин. Тот, увидев коня, немедля вскочил в седло и устремился в бег­ство. Этого не заметили ни Никола, ни его свита, поскольку, как было сказано, пребывая в уверенности, что он мертв, старались перебить ос-

    326
    тальных. Когда же они это заметили, то не осмелились его преследовать, поскольку войско князя Лазаря было поблизости и спешило ему на по­мощь. Посему Никола был вынужден бежать, а князь Лазарь из-за раны провел немало дней в постели. Полностью исцелившись, он отправил по­сла к венгерскому королю Лайошу, прося отомстить за обиду, причинен­ную ему коварным Николой, обещая дать десять тысяч фунтов серебра (lire d'argento) и быть ему впредь покорным и верным слугой. Снесся он и с боснийским баном Твртко, который был врагом Николы, прося его о помощи в этом походе. Венгерский король немедленно послал ему тысячу всадников, вооруженных пикой (lanze), под предводительством Николы Горянского (Nicolo di Gara), бывшего в ту пору баном Срема, а бан Твртко прибыл сам со своим войском. Итак, объединенными силами они с кня­зем Лазарем вторглись в земли Николы и предали все огню и мечу. Ни­кола, видя, что силы неравны и сопротивление невозможно, стал отхо­дить к Приморью. Сначала он подошел к крепости Клобук, отданной им некогда под охрану нескольким дворянам, носившим имя Зорки (Sorche), которым он оказал немало милостей, однако внутрь крепости его не пус­тили. Видя такое предательство, он отправился в Требинье и Конавли. Не встретив и там радушного приема, он некоторое время пребывал в раз­думье, не зная, где искать спасения. В Рагузу он идти не хотел, так как после развязанной им жестокой войны с ним не доверял упомянутому го­роду, хотя в ту пору и находился с ним в мире. Решив вернуться назад, он укрылся в своем замке Ужица. Князь Лазарь, узнав об этом, немедленно прибыл туда со всем войском и осадил замок. После нескольких присту­пов с применением различных приемов, а особенно огня, осажденные, не в силах более сопротивляться, сдались. Так злокозненный Никола со всем своим добром попал в плен и был брошен в темницу. Охранять его было поручено нескольким дворянам из числа его заклятых врагов, главным из которых был Стефан Мусич (Molssich). Получив тайное дозволение от князя Лазаря, тот выколол ему глаза. Так, ослепленный, он прожил не­которое время в одном монастыре, а затем, переходя из одного места в другое, достиг, в конце концов, Зеты, прося у сыновей Балши не дать ему

    327
    умереть с голоду. Там в 1374 году он и окончил свои дни. Так Никола Алтоманович, который никогда ни с кем не желал жить в мире и дружбе, был наказан за свое злодейство. Из земель и областей, которыми он вла­дел, каждый из союзников взял себе те, что граничили с их пределами, за исключением Требинье, Конавли и Драчевицы, которые были заняты сы­новьями Балши, хотя они и не принимали участие в упомянутой войне.
    ГЕНЕАЛОГИЧЕСКОЕ ДРЕВО БАЛШИ, ГОСУДАРЯ ЗЕТЫ

    Балша.


    Джурадж Страцимир Балша, Анжелика, Каталина,

    сын короля жена Иваниша жена

    Вукашина КарлаТобия
    Джурадж

    Гойко


    Балша Мара, жена Иваниш (Gioanni) Радича Санкова


    329
    ГЕРБ БАЛШЕИ

    Балша, о котором теперь пойдет рассказ, был довольно бедным зетским дворянином и при императоре Стефане владел только одним селением. Однако после смерти упомянутого императо­ра, когда сын последнего Урош явил свою бездарность в каче­стве правителя, он в союзе с некоторыми своими друзьями и сыновьями Страцимиром, Джураджем и Балшой начал захват Нижней Зеты. Среди упомянутых сыновей Страцимир превосходил всех в добро­детели и приверженности вере, Джурадж был мудр, весьма осмотрителен и искушен в военном искусстве, Балша был добродушен и славился как доб­лестный всадник, но не отличался большой рассудительностью. Сначала их отец овладел крепостью Скадар, которая была сдана ему теми, кому была поручена ее охрана, а затем захватил всю Зету вплоть до Котора. Затем, развернув свою рать, он пошел походом на Верхнюю Зету, которой владел



    330
    Джурадж Илич (Giurasc Illijch) со своими родственниками. Джурадж был убит сыновьями Балши, одни из его родственников были схвачены, другие покинули страну. Так сыновья Балши овладели и Верхней Зетой. Подоб­ным же образом расправились они и с Дукаджинами (Ducagini), имевших немало имений в Зете: одних перебили, других — бросили в темницу. За­хватывая эти и другие земли, они в большей степени полагались на хит­рость и обман, нежели на силу оружия. С королем Вукашиным они жили в мире, поскольку Джурадж был женат на его дочери Милице. После смерти короля Вукашина он отпустил ее, чтобы жениться на Феодоре, женщине мудрой и красивой, вдове Жарко Мркшича и сестре Драгаша и Константи­на Деяновичей. В ту пору в Зете объявился человек по имени Никола Ца-пина, муж весьма низкого звания, бывший в молодости слугой у неких ра­гузинцев. Ходили слухи, что он был сыном бедняка из Зеты и в течение некоторого времени там и пробавлялся. Будучи хитрым и ловким, он стал выдавать себя за Шишмана, сына болгарского царя Михаила, павшего в бою (как было сказано ранее) от руки рашан, [тот самый], который после смерти своего отца остался в возрасте трех лет на руках у своей матери. По некоторым признакам, которые он называл, одни ему верили, другие отка­зывались себя убедить. Собрав несколько сторонников, он в качестве на­емника отправился в Неаполитанское королевство, которым тогда правил король Роберт, или, как считают другие, Людовик, бывший прежде прави­телем Тарента. Как пишет Шипионе Аммирато, после того как королева Неаполя Иоанна I умертвила своего мужа Андрея (Andreaso), она вышла замуж за упомянутого Людовика, прекрасного юношу, сына Филиппа, брата Роберта, бывшего в ту пору правителем Тарента. Объявив себя болгар­ским царем, Цапина встретил радушный прием у упомянутого короля. Вы­полнив немало его поручений, касающихся, в частности, поимки неких бун­товщиков, он завоевал расположение короля, который дал ему в жены свою вдовствующую сестру, рожденную его отцом вне брака. Она была матерью албанского магната Карла Тобии (Tobia), которого называют также Карл Токия (Tochia), Тозия (Tosia) или Топия (Topia). Как пишет Марин Бар-леций, [Карл] родился в Беневенте. Посланный неаполитанским королем в
    331

    [поход на] Грецию, он сначала подчинил острова Архипелага упомянутому королю, а затем сам стал владеть ими. Как пишет Лаоник, однажды во время охоты он схватил Музакия (Musachio), то есть Исакия (Isaco), и убил его. Он захватил также Акарнанию, Арту (Larta), Этолию, Ахелой-скую область (il paese d'Achelo) с Элидой, и основал Крою (Croia). Вер­немся, однако, к нашему рассказу.


    Людовик, видя великую доблесть Цапины, послал его в Сицилию, где он наилучшим образом справился со всеми поручениями короля, за что ко­роль, пока был жив, любил и чтил его, удостоив положения, равного само­му королю. Однако после смерти короля Людовика Цапина, наживший себе в королевстве немало врагов, с небольшим отрядом солдат покинул его. Прибыв в Драч, он был радушно принят местными жителями, так как обе­щал им покорить их власти Зету и Албанию, которыми в ту пору владели сыновья Балши. Последние, узнав об этом, подступили с большим войском к Драчу и осадили его. Цапина вышел со своим отрядом и вступил в бой. Несмотря на проявленную доблесть и то, что один из его солдат, не при­знав Джураджа Балшича, сбросил его с коня, он, ввиду превосходства не­приятельских сил (поскольку против одного сражалось двадцать), был вы­нужден отступить со своим отрядом под стены города. Однако те, что были внутри, видя такое развитие событий, заперли ворота и, пропустив одного Цапину, не позволили никому войти в город. Посему многие попали в руки неприятеля, остальные же были перебиты. Цапина пришел от этого в нема­лое негодование и покинул Драч. Бродя в качестве наемника по всему свету в поисках удачи, он, в конце концов, оказался в Болгарии. Тут он снова стал выдавать себя за Шишмана, сына царя Михаила, и с помощью турок и болгар принялся захватывать земли и города упомянутого царства. Видя это, Шишман, сын Александра, правивший в ту пору Болгарией, стал изыс­кивать средство от него избавиться. Когда ему донесли, что тот жил с од­ной красавицей-болгаркой по имени Дунава, он, наобещав ей золотые горы, сумел устроить так, что та отравила его. Таков был конец несчастного Ца­пины. Случилось это в 1373 году, и в то же самое время скончался старший сын Балши Страцимир, оставив после себя малолетнего сына по имени Джу-
    1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   45

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»