• ОПИСАНИЕ СКАНДИНАВИИ, КОТОРАЯ БЫЛА ДРЕВНЕЙ РОДИНОЙ СЛАВЯН
  • ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛАВЯН И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИХ ГОСПОДСТВА



  • страница3/45
    Дата22.01.2019
    Размер7.05 Mb.
    ТипКнига

    Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»


    1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   45

    27

    Vitichindo Vagriese Vnefrido Inglese Vuolgfango Lazzio Vuolgfango Olandese


    Zacaria Lilio

    Zonara


    Zosino
    Видукинд Вагрийский Винфрид Английский Вольфганг Лациус Вольфганг Голландский
    Заккариа Лилио [Иоанн] Зонара Зосим


    ОПИСАНИЕ СКАНДИНАВИИ, КОТОРАЯ БЫЛА ДРЕВНЕЙ РОДИНОЙ СЛАВЯН
    оскольку почти все авторы, блаженное перо которых донесло до потомков историю славянского племени, утверждают и зак­лючают, что славяне вышли из Скандинавии, я решил в начале своего труда дать краткое описание ее местоположения, дабы те, кто есть сегодня этого племени, особенно жители Далмации и Иллирии, знали, из какой части света вышли их предки.

    Итак, Скандинавия, называемая многими Сканзой, другими Скондани-ей, а некоторыми Скандией, Скондией или Скандизоной, расположена на севере. Древним латинянам и грекам она была почти не знакома, и по их общему мнению там находилась Холодная зона земли, покрытая вечными снегами и лишенная какой-либо живности. Немногие о ней упоминают: не­которые помещали в тех областях блаженные земли и людей, живущих дол­гую жизнь, справедливейших из смертных; другие полагали, что она явля­ется большим островом. Плиний в 4-й книге, упоминая острова Балтийско­го моря, пишет о ней так: «Из них Скандинавия — остров знатнейший и несравненной величины». Солин в 32-й главе «Собрания достопамятных сведений» пишет: «Скандинавия — это самый большой из всех островов Германии, и нет там ничего достопамятного, за исключением самого остро­ва». Позднее стало ясно, что она не остров, а очень большой полуостров, который Иордан Алан за его величину называет другим миром, кузницей



    29

    народов и чревом племен. Длина его с юга на север составляет примерно 1800 миль, ширина же немного меньше половины. Омывается он со всех сторон Балтийским морем, называемым, как пишет Тацит Альтхамер, раз­личными именами, а именно Германским, Свевским, Британским, Балтий­ским, Варварским, Померанским, Арктическим, или Борейским, Север­ным, Ледовитым, Коданским, Венедским; за исключением восточной сто­роны, где почти у крайних пределов Севера живут скрифинны и карелы у московитских пределов, как показано Олафом Магнусом на его карте. По мнению ученых мужей, это и есть знаменитый Туле. Их основания и дово­ды следующие: согласно Меле Туле лежит против Нижней Германии; Пто­лемей помещает его на семьдесят третьем градусе широты и двадцать шес­том долготы; Прокопий пишет, что на нем живут тринадцать племен, уп­равляемых таким же числом королей, и что он в десять раз больше Брита­нии; Стефан Византийский называет его большим и помещает там скрифи-цианские народы, называемые ныне скрифиннами; Исаак Цец, коммента­тор Ликофрона, говорит, что Туле находится на востоке от Британии. Все сказанное подходит Скандии, и ничему другому. Добавим к этому, что одна из частей Скандии до сих пор носит имя Туле Марк. Омывающее его Бал­тийское море не имеет ни приливов, ни отливов, однако оно очень бурное и опасное. Когда течение, гонимое ветрами, идет с севера, вода делается на­столько пресной, что моряки готовят на ней пищу. Происходит это по при­чине впадающих в него рек и озер. Когда течение идет с запада, происходит обратное. Зимой оно замерзает в такой степени, что по нему можно пере­двигаться в повозках, которые местные народы называют Sleiten (санями). Иной раз и целые полчища проходят пешком с континентальной части Скан­динавии на острова. Скандинавия, как пишет Яков Циглер, отбросив все остальные названия, удержала за собой имя Скондия, что означает «прият­ность», то есть красота. Поскольку ни по мягкости климата, ни по плодо­родности почвы, ни по удобству портов и торжищ, ни по морским богат­ствам, ни по обилию рыбы для лова в озерах и реках и благородного зверя для охоты, ни по неисчерпаемому богатству месторождений золота, сереб­ра, меди и свинца, ни по множеству городов и гражданских установлений


    30

    не уступит она ни одному богатому краю. Отсюда (как пишет Солин в 25-й главе, посвященной описанию северных народов) имели обыкновение посылать начатки плодов Аполлону Делийскому, снаряжая для этого бла­гонравных девственниц. Но поскольку из-за коварства чужестранцев девы эти возвращались обратно не невинными, то это поклонение, ранее практи­ковавшееся далеко от дома, было немедленно ограничено пределами Скан­динавии. Ныне Скандинавия включает в себя три королевства, а именно Норвегию, Швецию и Готию, а также часть Датского королевства и дру­гие провинции, такие как Ботния, Финмарк, Лапландия и Финляндия, ко­торая, как пишет Мюнстер в 4-й книге своей «Космографии», была в про­шлом населена славянским племенем, имела его язык и во время господства московитов приняла греческий обряд. Есть много и других провинций в Скандинавии, из которой, как будет показано в дальнейшем, вышли славя­не со многими другими могущественными племенами, покорившими впос­ледствии Азию, Африку и Европу и господствовавшими в них.


    ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛАВЯН И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИХ ГОСПОДСТВА
    знать о происхождении и деяниях многих племен не составляет порой большого труда, поскольку либо сами они предавались за­нятиям словесностью и гуманитарными науками, либо, будучи сами по себе необразованными и варварскими, имели соседями образованные народы, которым хватило времени и усердия, что­бы описать происхождение и деяния не только ближайших, но и более уда­ленных от них народов. О происхождении и распространении господства славян узнать не так легко. Мало того что сами славяне всегда недооцени­вали словесность и образованных мужей, не предоставляя им времени для изучения наук и ученых занятий; они, будучи по природе варварами, и жили в окружении столь же диких и варварских народов, с которыми непрерыв­но воевали. Таким образом, пребывая с самого начала в безвестности на обширных пространствах, населенных варварами, славяне появились впер­вые лишь тогда, когда греки и римляне, у которых главным образом и про­цветали науки, утратили и образованность и красноречие, подвергшись на­падению, разорению и почти полному истреблению полчищами парфян, го­тов, вандалов, аланов, лангобардов, сарацин, гуннов и, наконец, самих сла­вян. Удрученные собственными бедами и несчастьями, они не нашли вре­мени, ни усердия, чтобы исследовать и описать происхождение и деяния иноземных народов, к которым они по указанным причинам питали нена­висть. Посему мне, взявшемуся дать краткое описание происхождения и свершений славянского племени, придется полагаться в таком малоизвест-
    32

    ном деле в большей степени на мнение других, чем на свое собственное, поскольку, как я полагаю, нелегко будет мне, человеку простому и неучено­му, открыть то, что осталось скрыто от самых пытливых исследователей истины.



    Согласно священному писанию Ветхого Завета и общему мнению исто­риков, Иафет, старший сын Ноя, от которого пошло славянское племя, как пишут Петр Крусбер Голландский в III книге о северных народах, Виду­кинд Вагрийский в I книге «Германии» и Александр Гваньини в своей «Сар-матии», после достопамятного потопа изначально удалился в Азию, а по­зднее его потомки двинулись в Европу на север, проникнув в страну, назы­ваемую ныне Скандинавией. Там они неисчислимо размножились, как сви­детельствует Блаженный Августин в своем труде «О граде Божьем» (VI), где пишет, что сыновья и потомки Иафета имели двести отчизн и занимали земли, расположенные к северу от горы Тавр в Киликии, по Северному океану, половину Азии, и по всей Европе вплоть до Британского океана. Это доказывало так истолкование имени Иафет, что значит «расширение», так и достопамятное проклятие его отца Ноя, который, зная о необходимо­сти трех условий человеческой жизни и назначая каждому из своих сыно­вей свою службу, дабы всякий из них соответствовал своему предопреде­ленному призванию, обратился к ним с такой речью: «Ты, Сим, твори мо­литву как священнослужитель, исполняя божественную службу. Ты, Хам, трудись, обрабатывая землю и поля и занимаясь ремеслами. Ты, Иафет, властвуй и защищай как царь, и занимайся военным ремеслом как воин». И этот наказ, или завет, Ноя, как было видно из дальнейшего, каждый из его потомков соблюдал ненарушимо. Поэтому славяне, потомки Иафета, всегда были смелыми воинами и господствовали над многими народами. Итак, когда потомки Иафета размножились столь сильно, что великая Скан­динавия уже не могла их вместить, они ушли из нее (как сообщают Мефо-дий Мученик, аббат Прюмский в своей «Хронике», Иордан Алан в «Гети-ки» (I), Павел Диакон и Франциск Иреникус (I, 46), и, покинув в боль­шом числе отеческие гнезда, покорили всю Европейскую Сарматию, кото­рая (согласно Птолемею) с востока ограничена Меотидским озером и Таной, с запада Вислой, с севера Сарматским океаном и с юга Карпатскими горами. Первый исход славян из Скандинавии произошел, как пишет Аль­берт Кранц во 2-й главе «Швеции», во времена Гофониила, иудейского судьи, до эпохи царей. Он был непосредственным преемником Иисуса, пре­емника Моисея, и случилось это в 3790 году от сотворения мира и за 1460 лет до пришествия Христа. В указанное время вышли из Скандинавии готы, и под именем и славяне, согласно тому, что можно прочесть у Видукинда Вагрийского в I книге «Германии» и у Иреникуса (I, 8), поскольку (как мы в дальнейшем покажем) славяне и готы были одного племени. Итак, под­чинив своей власти всю Сарматию, славянское племя разделилось на не­сколько колен и получило разные наименования. Как пишет Ян Дубравий в «Истории Богемии» (I), звались они венеды, славяне, анты, верлы, или герулы, аланы, или массагеты, гирры, скирры, сирбы, эминхлены, даки, шведы, фены, или финны, пруссы, вандалы, бургундионы, готы, острого-ты, визиготы, геты, гепиды, маркоманы, квады, авары, певкины, бастарны, роксоланы, или русские и московиты, поляки, чехи, силезцы и болгары. Все эти народы были одного славянского племени, которое и сегодня (как пишут Давид Хитреус в «Саксонии» (III), Павел Иовий в «Законах Мос­ковии», Георг Вернер и Лаврентий Сурий) больше всех остальных, посколь­ку славянами по племени и языку являются не только те, кто живет в Дал­мации, Иллирии, Истрии и Карпатах, но и многие другие величайшие и могущественнейшие народы: болгары, расы, или рашане, сербы, боснийцы, хорваты, пятигорцы, то есть живущие у пяти гор, русские, подолии, Поли­ны, московиты и Черкассы, а также поморяне и те, кто живет у Венедского залива вплоть до реки Эльбы, остатки которых и сегодня германцы назы­вают славянами или вендами, или виндами; и, наконец, это лужичане, ка­шубы, моравы, поляки, литовцы, силезцы и богемцы. Короче говоря, сла­вянский язык слышен от Каспийского моря до Саксонии, от Адриатичес­кого моря до Германского, и во всех этих пределах живет славянское племя. Живя в Сарматии, славяне показали себя отважными, воинственными и вечно жаждущими славы. Помпоний Мела пишет, что древним обычаем их было никогда не задерживаться на одном месте, а в зависимости от удоб-
    34

    ства пастбищ или врагов, когда преследовали их, или были ими теснимы, они меняли свое местоположение и перевозили свое имущество, живя по­стоянно в шатрах, воинственные, вольные и неукротимые. Нет ничего уди­вительного, что еще во времена цезаря Августа, как пишет Страбон, они жили вперемешку с фракийцами, и позднее завоевали почти всю Европу, большую часть Азии и Африки. Поскольку (как пишет Александр Гвань-ини в своей «Сарматии»), если внимательно присмотреться к этому сла­вянскому племени, то невозможно найти когда-либо в прошлом племя бо­лее воинственное. Ибо они с легкостью переносили холод, мороз, жару и все остальные военные лишения, дабы прославить и обессмертить свое имя, и мало заботились о собственной жизни, подвергая ее, будучи бесстрашны­ми, тысяче опасностей. Эту выдающуюся силу, доблесть и непобедимую силу духа сарматов Овидий Назон, сосланный римлянами в Таврику, по чистой случайности описал в посланиях к римским сенаторам:


    К Максиму, книга I, элегия II
    Здесь я отдан врагам, постоянным опасностям отдан,

    Вместе с отчизной навек отнят покой у меня.

    Жала вражеских стрел пропитаны ядом гадючьим,

    Чтобы двоякую смерть каждая рана несла.

    Всадники, вооружась, у стен испуганных рыщут —

    Так же крадется волк к запертым овцам в хлеву...

    В кровли вонзившись, торчат частоколом на хижинах стрелы,

    И на воротах засов в прочность не верит свою.
    К нему же, книга I, элегия III (* II)


    ...Как живут племена язигов и диких сарматов, Тавров, которые встарь чтили кровавый кумир, Что за народы идут и гонят коней быстроногих По отвердевшей спине Истра, одетого льдом.
    35


    Многих, многих людей заботы твои не волнуют И не пугает твоя мощь, ослепительный Рим. Мужество им дают тетива и стрелы в колчане, Годный для долгих дорог, сильный, выносливый конь, Навык в походах терпеть изнурительный холод и жажду, Если в безводную степь враг оттеснит храбрецов.
    К Весталису, книга ПИ, элегия VII
    ...Видел, как груженый воз с воловьей упряжкой по Истру — Посуху стержнем реки гонит отважный язиг. Знаешь и то: в кривом острие здесь яд посылают, Чтобы, вонзаясь, стрела смертью грозила вдвойне.
    Из приведенных слов Овидия можно понять, насколько воинственными были всегда сарматы, и что они никогда в прошлом не находились под вла­стью Римской империи («Многих, многих людей заботы твои не волнуют. И не пугает твоя мощь, ослепительный Рим»). Более того, во времена им­ператора Максимина они, перейдя Истр, вторглись в Иллирию, Паннонию и Мезию и разграбили все, не оставив камня на камне (согласно Авентину (II)). Нападали они и на римские когорты, доставив им неоднократно не­мало хлопот. Римская империя всегда воздерживалась от войн с сармата­ми, полагая вполне достаточным, смирив их ярость, отразить их от своих пределов. Видукинд Вагрийский наряду с другими авторами описал войны, которые вели древние сарматы, и превосходно объяснил их историю. Обойдя ее, однако, молчанием, вернемся к истории славян, которые еще во время своего жительства в Сарматии взяли себе это особое имя славяне, что зна­чит «славные». Произошли же они от виндов, или венедов — многолюдного сарматского племени, как свидетельсвует Иордан Алан в своей «Гетике». Он пишет: «Между ними лежит Дакия, которую, наподобие короны, ог­раждают высокие Альпы. У их левого склона, обращенного к северу, начи­ная от истоков Вислы на огромных просторах расположилось многолюдное

    36
    племя венедов (Vinidi). Хотя их имена теперь различаются соответственно различным родам и местностям, все же преимущественно они называются славинами или антами. Славины живут от Нового города и Славина Ру-мунского (Slavino Rumunense) и озера, именуемого Музианским, до реки Днестр (Danastro), и на север — до реки Висклы (Viscla). Анты же, самые сильные из тех, кто живет в сторону Понтийского моря, простираются от Днестра до Днепра. Между этими реками много дней пути». Немного да­лее он пишет: «Венеды, происходя из одного корня, известны ныне под тремя именами: венедов, антов, славян; которые, при Божьем попуститель­стве за грехи наши, свирепствуют повсеместно». Видукинд Голландский во II книге «Венедов» и Еремей Русский в «Летописях Московии» пишут, что славяне, еще во время своего жительства в Сарматии, видя, что в не­прерывных войнах, которые они вели с различными народами, им всегда сопутствовала победа, приняли упомянутое имя славян, под которым по­зднее (согласно тому, что пишет Ринальд Британский в I книге «Хрони­ки»), снарядив мощный флот в Венедском море, напали на Англию, и, бу­дучи высокого роста, были сочтены за великанов. То же самое утверждает Петр Суффрид Леовардийский в I книге «Происхождения фризов»: «Все историки, писавшие об истории Британии, сходились во мнении о том, что Брут, назвавший Британию, прежде именовавшуюся Альбионом, по соб­ственному имени, изгнал с этого острова великанов, именовавшихся славя­нами. Последние, как видно из "Голландской хроники", будучи изгнаны из тех краев и находясь в поисках нового местожительства, прибыли к берегам Нижней Саксонии, именуемой ныне Фризией. Не найдя там никого, они сошли на землю, но вскоре были оттеснены к своим кораблям местными жителями, которые неожиданно на них напали. Сев на корабли, они отпра­вились дальше на запад, пока не вошли в устье реки Маас (Mosa) и не остановились там. Вскоре недалеко от этого места близ древней Влардинги они возвели мощную цитадель, назвав ее по своему имени Славенбург. Произошло это во времена израильского царя Самуила за 900 лет до при­шествия Христа. С этой "Историей Голландии" согласны все соседние на­роды». Несколько далее тот же Суффрид продолжает: «Изгнавшие славян

    37
    были свевами. Изгнав до этого также и аланов, они жили на всем участке земли, заключенном между реками Флево и Свево». И Иоганн Науклер в XXXI поколении упоминает о том, что славяне владели Англией. Он пишет, что Брут, изгнавший славян из Англии, был сыном Сильвия и прав­нуком Энея. Остальные славяне, оставшиеся в то время в Сарматии, смело и отважно противостояли Александру, прозванному за свои великие дела Великим, который пытался лишить их искони присущей им свободы. В за­вязавшемся сражении они сразили Менедема, военачальника Александра, и уничтожили две тысячи пехотинцев и триста македонских всадников. Квинт Курций приписывает это скифам, повторяя привычную ошибку про­чих итальянских историков, которые, не зная имени какого-либо народа, немедленно, как говорит Альберт Кранц, прибегают к имени скифов. Однако Иоганн Авентин в I книге о баварах ясно показывает, что те были славянами. Он пишет: «Прибыли к Александру Великому и послы восточ­ных германцев, которых историки того времени называют сарматами и скифами, мы венедами, а сами они называют себя славянами. Разбив в сра­жении войско Александра, они послали к нему двадцать послов, сообщив­ших об этом Александру». Квинт Курций (VII) повествует об этом так: «И уже было все приготовлено для переправы, когда двадцать скифских послов, проехав по своему обычаю через лагерь на лошадях, потребовали доложить царю об их желании лично передать ему свое поручение. Впустив в палатку, их пригласили сесть, и они впились глазами в лицо царя; вероят­но, им, привыкшим судить о силе духа по росту человека, невзрачный вид царя казался совсем не отвечавшим его славе. Скифы, в отличие от осталь­ных варваров, имеют разум не грубый и не чуждый культуре. Говорят, что некоторым из них доступна и мудрость, в какой мере она может быть у племени, не расстающегося с оружием. Их красноречие отличается от при­вычного нам и тем, кому выпало жить во времена более изысканные, одна­ко, если их речь и может вызвать неприязнь, тем не менее следует ей дове­рять; все сказанное ими будет передано нами в точности. Итак, как гово­рят, один из них, самый старший, сказал: "Если бы боги захотели величину твоего тела сделать равной твоей жадности, ты не уместился бы на всей
    38
    земле; одной рукой ты касался бы востока, другой запада, и, достигнув та­ких пределов, ты захотел бы узнать, где очаг божественного света. Ты же­лаешь даже того, чего не можешь захватить. Из Европы устремляешься в Азию, из Азии в Европу; если тебе удастся покорить весь людской род, то ты поведешь войну с лесами, зверями, снегами и реками. Разве ты не зна­ешь, что большие деревья долго растут, а выкорчевываются за один час? Глуп тот, кто смотрит на их плоды, не измеряя их вышины. Смотри, как бы, стараясь взобраться на вершину, ты не упал вместе с сучьями, за которые ухватишься. Даже лев порой служит пищей для крошечных птиц; ржавчи­на поедает железо. Ничего нет столь прочного, чему не угрожала бы опас­ность даже от слабого существа. Откуда у нас с тобой вражда? Никогда мы не ступали ногой на твою землю. Знаешь ли ты, куда пришел? Не подоба­ет, чтобы не знали нас, живущих среди столь обширных лесов. Мы не мо­жем никому служить и не желаем повелевать. Дары наши вам посылаются, дабы вы знали скифов: пара волов, плуг, стрелы, пика и чаша. Этим мы пользуемся и в общении с друзьями и против врагов. Плоды, добытые тру­дом быков, мы подносим друзьям; из чаши вместе с ними мы возливаем вино богам; стрелами мы поражаем врагов издали, а пикой — вблизи. Так мы победили царя Скифии, а затем царя Мидии, а равно и Персии. Перед нами был открыт путь вплоть до Египта. Ты хвалишься, что пришел сюда преследовать грабителей, а сам грабишь все племена, до которых дошел. Лидию ты захватил, Сирию (Soria) занял, владеешь Персией, бактрийцы под твоей властью, в Индию хочешь идти; к нашим овцам протягиваешь свои жадные и ненасытные руки. Зачем тебе богатство, которое только уси­ливает твой голод? Ты первый среди всех стал испытывать его от пресыще­ния; чем больше ты имеешь, тем с большей жадностью стремишься к тому, чего у тебя нет. Неужели ты не помнишь, как долго ты возишься с бактрий-цами (Bassi), которых во что бы то ни стало желаешь победить? Согдийцы вновь начали войну. Война у тебя рождается из побед. И хотя тебя считают самым великим и могущественным, никто, однако, не может терпеть чуже­странного господина. Попробуй пройти Тану, и ты узнаешь, как широко она раскинулась. Скифов же ты никогда не настигнешь. Наша бедность

    39

    будет быстрее твоего войска, везущего с собой добычу, награбленную у стольких народов. Но когда ты будешь думать, что мы далеко, ты увидишь нас в своем лагере. Одинаково стремительно мы и преследуем и убегаем. Мы слышали, что скифские пустыни даже вошли у греков в поговорки, но мы больше любим места пустынные и невозделанные, чем города и изо­бильные имения. Посему крепче держи свою удачу, она может выскольз­нуть, и против воли ее не удержишь. Со временем ты лучше поймешь пользу этого совета, чем сейчас. Наложи узду на свое счастье: легче будешь им управлять. У нас говорят, что у удачи нет ног, а только руки с перьями: протягивая руки, она не позволяет касаться перьев. Наконец, если ты бог, ты сам должен оказывать смертным благодеяния, а не отнимать у них доб­ро. Если же ты человек, то помни, что ты всегда им и останешься. Глупо думать о том, ради чего себя самого забываешь. С кем ты не будешь вое­вать, в тех сможешь найти верных друзей. Самая крепкая дружба бывает между равными, а равными считаются только те, кто не мерялся силами. Тем, кого ты победил, у тебя нет веры, что они твои друзья, ибо между господином и рабом не может быть дружбы; права войны сохраняются и в мирное время. Не думай, что скифы удостоверяют свое расположение клят­вой: их клятвы в сохранении верности. Эта предосторожность в обычае у греков, которые договоры подписывают и любят призывать богов. Кто не уважает людей, тот обманывает богов. И тебе не нужен друг, в верности которого ты можешь усомниться. В нас ты наверняка найдешь стражей Азии и Европы. Бактрии мы касаемся, где ее отделяет Тана, а за Таной мы населяем земли вплоть до Фракии; а с фракийскими холмами и гора­ми, говорят, граничит Македония". Так говорил варвар. Царь, противо­реча им, ответил, что хочет испытать свою удачу, которой привык дове­ряться, а уж потом воспользуется советом тех, кто призывает его ничего не делать необдуманно».

    Вступив после этого со всем своим войском в сражение с упомянутыми славянами, Александр понес немалые потери, нанеся при этом противнику незначительный урон. Дело в том, что славяне, видя, что войско Александ­ра, снабженное всеми видами вооружения, стало теснить их, следуя своему
    40

    обычаю, отступили в глубь Сарматии. Для описания деяний, которые они там с самого начала совершили, и славных походов, которые они предпри­няли и затем благополучно завершили, пожелай кто заняться этим, ему не хватило бы срока, отпущенного для жизни человека.



    Это воинственное славянское племя никогда не пребывало в покое. Стре­мясь к великим свершениям, оно решило оставить пустыни Сарматии. Выйдя из нее, оно разделилось на две части. Одна пошла на север и заняла побере­жье Балтийского моря, как пишет Давид Хитреус в «Саксонии» (III): «Бал­тийское море начинается от устья реки Траве, порта Любека и простирает­ся на двести пятьдесят германских миль между Германией, Пруссией, Ли­вонией, Русью и противолежащим побережьем Дании, Готландии (Gothia) и Финляндии вплоть до Выборга. Генетские, или венедские, народы, кото­рых германцы называют вендами (Vuenden), итальянцы славянами, а наши также вандалами, заняли все это побережье Балтийского моря». Иоганн Авентин (IV) говорит: «Земли, прилегающие к Венедскому морю с южной стороны, населены свирепым народом, а именно эстами и другими славян­скими племенами». Птолемей (III, 5) пишет: «Многочисленные народы ве­недов населяют большую часть Сарматии по всему Венедскому заливу». Об этих славянах венедах у нас пойдет речь в своем месте. Другая часть славян отправилась на юг и заняла побережье Дуная. Там они позднее пы­тались захватить также и владения Ромейской империи (Imperio Romano), земли которой они постоянно опустошали и, в конце концов, захватили мно­гие из них, как сообщает Прокопий Кесарийский, который, насколько из­вестно, был первым, кто написал о них и о войнах, которые они вели с роме-ями. В I книге «Войны с готами» он пишет о славянах так: «Тем временем прибыли Мартин и Валериан, приведя с собой тысячу шестьсот воинов. Большинство из них были гунны, славины (Slavini) и анты, которые живут по ту сторону Дуная, недалеко от его берегов. Велизарий, весьма обрадо­вавшись их прибытию, считал необходимым сразиться с неприятелем». И во II книге: «Велизарий прилагал все усилия, чтобы взять в плен кого-нибудь из знати среди врагов, дабы через него узнать, на что надеются варвары, терпеливо перенося столь страшные мучения. Итак, когда Вели-
    1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   45

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»