страница44/45
Дата22.01.2019
Размер7.05 Mb.
ТипКнига

Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»


1   ...   37   38   39   40   41   42   43   44   45

508
Иванко. Этим он вернул себе Пелагонию и Прилеп, а затем вытеснил Ка-мица из Фессалии, нанеся ему поражение в нескольких сражениях. Тогда же он овладел и Струмицей, где благодаря предательству захватил Хриса и заключил мир с болгарским царем Иваном. Иван после этого обратился к мести тем народам, которые терзали его во время войны с римлянами. Ког­да же римский трон был захвачен Балдуином, множество греков бежало к Болгарину, пытаясь поднять восстание против императора. Балдуин, тре­буя от Болгарина изгнать римлян из своей страны, стал угрожать ему вой­ной, однако это лишь еще больше разгневало Ивана. С войском из упомя­нутых римлян и подкреплением из валахов он вторгся во Фракию, опусто­шая и предавая огню все вокруг. Балдуин, получив об этом известие, объ­единил свои силы, разбросанные по различным местам, в единое войско и повел его на Адрианополь. В окрестностях упомянутого города они вступи­ли в битву. Болгарин, спрятав в засаде валашские полки, стал намеренно отступать. Латиняне, устремившись в наступление, попали в окружение и были почти полностью перебиты. Император Балдуин был захвачен в плен, граф Людовик де Блуа (Doloico Conte di Pelea) пал на поле брани, а вене­цианский дож Энрико Дандоло с горсткой своих приближенных спасся бег­ством, но вскоре от полученной тогда тяжелой раны скончался. Между тем болгары, почувствовав вкус роскоши и богатства латинян и овладев несколь­кими их городами, возгордились пуще прежнего. Не имея перед собой со­перников, они двинулись вперед. Овладев одними фракийскими городами почти без боя, другими — с помощью приступа, они предали их разграбле­нию и разрушили до основания. Болгарин, уничтожая на своем пути селе­ния, крепости и города, прошел набегом вплоть до Салоников и Македо­нии, обращая все вокруг, как говорится, в скифскую пустыню. Овладел он и Серрами, одолев в кровопролитном сражении защищавших его латинян. Латиняне, положившись на свое военное искусство, сами выступили ему навстречу и поначалу нанесли ему немалый урон, однако, в конце концов, потерпели поражение. Спасаясь бегством в Серры, латиняне не успели за­переть за собой городские ворота, и преследовавшие их болгары ворвались в город. Предав все огню и мечу, они разрушили городские стены до осно-
509
вания. После этого Болгарин захватил Верию (Веггеа) и много других го­родов. Напав на Филиппополь, он предал его жестокому опустошению и, питая давнюю обиду на тамошних жителей, проявил там крайнюю жесто­кость. Подобным же образом он обошелся и с Фракией, где болгары учи­нили такое опустошение, что (как пишет Никита) «не видел того глаз, не слышало ухо». Некогда знаменитые и многолюдные города, мощные кре­пости, ласкающие взор луга, прекрасные сады со струящимися ручьями, высокие дома и дворцы из мрамора, украшенные живописью, обременен­ные плодами виноградники и обильные нивы — все это пребывало в таком разорении и запустении, что имело вид скорее пристанища для ежей и дру­гих диких зверей, чем человеческого жилища. Переходя все мыслимые пре­делы в своей врожденной жестокости, они, хватая римлян, убивших в сра­жении их сородичей, погребали их заживо вместе с трупами тех, кого они убили. Иной раз, захватив на войне какого-нибудь знатного мужа, они хо­ронили его заживо верхом на его коне в полном вооружении. Упомянутую их жестокость среди прочих испытал на себе император Балдуин. Потер­пев, как было сказано, поражение в битве, он в течение долгого времени томился в темнице в Тырнове с тяжелыми кандалами на ногах. Тем време­нем из болгарского плена бежал Аспиет. Взбешенный этим Иван приказал немедленно вывести Балдуина из темницы и, отрубив ему топором ноги и руки, бросить [в мусорную яму] на съедение птицам и зверям, где тот на третий день расстался с жизнью. С такой же жестокостью он обошелся и с римскими пленниками, предав их смерти, не вняв их плачу и мольбам. В том числе погиб и дромологофет Константин Торникий. После захвата Константинополя [латинянами] он, хотя и против воли, служил Балдуину. Его не было рядом с Балдуином, когда тот попал в плен в сражении. Он [сам] прибыл к Болгарину в полной уверенности, что тот по достоинству оценит его, поскольку прежде не раз бывал в Болгарии послом от римлян. Однако все его надежды оказались тщетными. По приказу Болгарина он был изрублен мечами и брошен без погребения. Иван, видя, что Феодор Ангел, захвативший обширные римские области во Фракии и Македонии вместе с городом Салоники, самым большим и знаменитым из городов
510
Македонии, постоянно разоряет и его владения, призвав на помощь вала­хов, [выступил против него]. Сойдясь с Ангелом в битве, он нанес ему по­ражение и, захватив в плен, ослепил и бросил в темницу. Римляне же, поте­ряв (как было сказано) Константинополь, собрались в Никее и избрали императором Феодора Ласкариса, а после него — его зятя Иоанна Дуку. Посему между ними и латинянами непрерывно велись войны. Во время одной из таких войн к Иоанну Дуке прибыло посольство от Болгарина, предлагая заключить мир и женить его сына Феодора на дочери прежнего болгарско­го царя Асеня Елине (Iellina). Это предложение так обрадовало императо­ра, подвергавшегося в ту пору нападению сразу нескольких врагов, что он немедленно дал Болгарину свое согласие. Прибыв для переговоров с ним в Херсонес, он отпраздновал там бракосочетание Феодора и Елины. Тогда же епископ Тырнова был выведен из подчинения архиепископу Первой Юс­тинианы. Через некоторое время император Иоанн скончался. Болгарин, едва услышав о его смерти, выступил в поход. Разоряя непрерывными на­бегами римские города и крепости во Фракии, он захватил множество кре­постей в предгорьях Гема. Так же действовал в отношении соседних с ним римских городов и областей и вероломный Михаил в Фессалии. Тогда им­ператор, которым был тогда сын Иоанна Феодор, оказавшись в столь стес­ненных обстоятельствах, чтобы раз и навсегда освободиться от войн на во­стоке, возобновил договор, который его отец заключил некогда с турками. Сделав это, с наступлением весны он переправился через Геллеспонт, ведя с собой такое большое войско, которого никогда не собирал его отец. Для участия в этой войне он собрал не только всех годных к военной службе, но и тех, кто был предназначен для охоты, приказав им, оставив собак и [лов­чих] птиц, следовать за собой. Болгарин, узнав об этих приготовлениях императора, пал духом. Видя, что не может дать ему достойный отпор, как по неимению такого многочисленного и хорошо вооруженного войска, так и потому, что юный император был тогда в расцвете сил и жаждал славы, настойчиво доводил до конца все свои начинания, он счел за лучшее для себя заключить с ним мир и возобновить прежние договоры. Он был уве­рен, что император согласится на примирение с ним, поскольку, во-первых,
51
был его свойственником (cognato), а во-вторых, знал о страстном желании императора как можно скорее выступить против клятвопреступника фесса-лийца Михаила, пока тот все не захватил. Посему он отправил посла к им­ператору и без труда заключил мир, вернув все крепости, отнятые им у рим­лян. Вскоре после этого Болгарин умер от раны в правой руке, полученной в одной из стычек. Поскольку сыновей после себя он не оставил, среди болгар начались споры о выборе нового царя. В конце концов, договорив­шись между собой, они вручили власть Мицу (Mitze), который был женат на сестре скончавшегося царя Ивана. Однако тот, оказавшись мужем сла­бым и невоинственным, стал постепенно терять уважение у народа. Жил в ту пору среди болгар славный и благородный муж по имени Константин Тих (Techo), обладавший недюжинным умом и такой телесной силой, что легко мог одолеть любого. Видя упадок болгарского государства, он при­влек на свою сторону часть бояр и простолюдинов и провозгласил себя бол­гарским царем. Посему первым делом он осадил Тырнов, где находился престол болгарских царей. Миц, не в силах дать ему отпор, был вынужден бежать с женой и детьми и укрылся в Месемврии, мощной крепости на берегу Евксинского понта, и затем оттуда перебрался в Никею к императо­ру. Отдав императору Месемврию, он получил взамен множество помес­тий около Трои и Скамандра и немалое ежегодное содержание, назначен­ное ему императором. Константин, заняв болгарский престол, отправил посольство к императору с обещанием быть ему впредь другом и вечным союзником, при условии, что тот отдаст ему в жены одну из своих дочерей. Делал он это не потому, что был не женат, — была у него и жена, и дети, — а для того, чтобы не казаться ниже своих предшественников, которые имели больше прав на престол, чем он, так как происходили из царского рода или состояли в родстве с иноземными царями и императорами. Получив согла­сие императора, он прибыл в Месемврию и женился там на императорской дочери Феодоре. Первую же свою жену он отослал к римлянам в Никею в залог своей верности и в знак постоянства своей любви ко второй жене. Во время правления у болгар Константина римский император скончался, а его сын Иоанн был ослеплен захватившим трон Михаилом Палеологом. Посе-

512
му жена Константина, приходившаяся сестрой Иоанну, постоянно докуча­ла своему мужу, побуждая его отомстить за оскорбление, нанесенное ее брату. Тем временем, пока болгарин пребывал в нерешительности, ожидая удобного случая, чтобы удовлетворить желание своей жены, прибыли по­сланники от султана Азатина (Azatine) с просьбой о помощи против рим­лян, обещая отплатить ему за вступление в войну большими деньгами. Это посольство обрадовало Константина. Призвав на помощь двадцать тысяч валахов, он с большим войском вторгся во Фракию для разорения римских городов. В то время император также находился во Фракии, ведя войну с Фессалией, и Болгарин надеялся без труда захватить его в плен. И хотя во всем остальном ему сопутствовала удача, надеждам на поимку императора не суждено было сбыться. Предупрежденный о подходе болгар, тот тайком в одиночку бежал в горы близ Ганий (Gani). Спустившись оттуда к морю, он по счастливой случайности встретил там две латинские галеры, которые по пути в Константинополь пристали в том месте, чтобы пополнить запасы воды. Через два дня вместе с этими галерами он прибыл в Константино­поль. Болгары, узнав, что император ускользнул, ускоренным маршем дви­нулись к [городу] Эну (Епео), чтобы вызволить султана Азатина, который во время отсутствия императора был туда сослан. Местные жители, опаса­ясь в случае сопротивления погибнуть вместе со своим городом, без боя выдали им его. В этой войне болгары столь жестоко опустошили Фракию, что в ней лишь изредка можно было увидеть вола или пахаря. Вскоре после скончалась жена Константина Феодора, и император Михаил Палеолог в знак взаимного примирения отдал ему в жены Марию, дочь своей сестры Евлогии. Впоследствии Мария, разгневавшись на своего дядю, восстано­вила против него мужа, византийцев и адрианопольского патриарха Григо­рия, поскольку он, во-первых, оставил ее без приданого, а во-вторых, от­правившись при папе римском Григории X на Лионский собор, заключил унию с латинянами. По этой причине, как пишет Рафаэль из Вольтерры, после смерти ему было отказано в отпевании, и греческие священники не дали разрешение на его погребение. Устроила же все это вышеупомянутая жена Константина Мария. Во время правления в Болгарии Константина

513
произошло восстание Лаханы (Lahane), которого (согласно Григорию Па-химеру) болгары на своем языке именовали Кордуквой (Corducuba). Сын пастуха, он обладал большим умом. Собрав вокруг себя ватагу из воров и разбойников, он [первое время] жил разбоем. Награбив за короткое время немало сокровищ, он снарядил большое войско и стал разорять владения Константина. Константин, не в силах терпеть такое разорение своего цар­ства, решил любой ценой отомстить ему и стал готовиться к войне. Вступив с ним в сражение, он потерял не только трон, но и свою жизнь. Лахана же, сверх всякого чаяния, вместе с царством получил и руку жены Константи­на, с которой по причине ее изнеженности обращался весьма дурно. По окончании зимы он решил с помощью военной хитрости овладеть некото­рыми римскими крепостями, чтобы, ослабив их, усилиться самому. Весть об этом сильно опечалила императора, осознававшего растущую угрозу. Видя, как тот с большим проворством и настойчивостью доводит до конца все свои начинания, он испытывал тревогу, говоря: «Если сила его будет расти, как сейчас растет, то, в конце концов, и римлянам будет с ним не совладать. Тот, кто желает жить в безопасности, должен предотвращать зло в зародыше. Если можно без труда обрубить корни растению, которое слишком быстро растет, то медлить не следует. Равным образом не следует подвергать себя опасности и дожидаться удобного случая, чтобы отомстить за оскорбление, когда замыслы врага можно расстроить в самом зароды­ше». В тому времени потомок Асеня Миц, живший по вышеуказанным при­чинам в Трое, умер, оставив после себя сына по имени Иван Асень. Посе­му император приказал немедленно вызвать его, чтобы, изгнав из Болга­рии узурпатора Лахану, передать ему трон, на который он имел все права. Женив его на своей дочери Ирине, он послал его с большим войском в Бол­гарию. Лахана, понимая, что одних его сил недостаточно, обратился за по­мощью к татарскому хану Ногаю (Noga Signor de' Tartari), который по настоянию императора убил его во время пира. Иван Асень, без труда ов­ладев престолом, поскольку болгары с радостью приняли его, изгнал Ма­рию, племянницу императора, с ее сыном Михаилом и дочерью, и та при­была в Константинополь. Но, как часто случается, после больших радостей

514

приходят большие горести. Так произошло тогда и с Асенем. Жил в то время среди болгар знатный муж по имени Тертер, славившийся своей рас­судительностью и редкой доблестью. Асень, желая расположить и прибли­зить его к себе, чтобы самому сделаться более могущественным, отдал ему в жены одну из своих сестер, отослав его первую жену с детьми в Никею. После этого он удостоил Тертера звания деспота. Однако это не сделало его дружбу с Асенем прочной. Увидев, что тот прост и легкомыслен, Тер-тер, действуя скрытно, за короткое время расположил к себе все войско и многих бояр. Делал он это с намерением стать единовластным властителем упомянутого царства. Асень, предупрежденный об этом, сделал вид, что отправляется навестить своего тестя и, тайком увезя с собой все уборы и сокровища болгарских царей, провел у тестя остаток своей жизни. Тертер же за отсутствием соперника занял болгарский трон. Однако по проше­ствии некоторого времени ему пришлось уступить другим то, чем он не­справедливо завладел. Татарин Ногай, воодушевленный своими успехами, обратил свой взор на Болгарское царство. Тертер, понимая, что не сможет дать ему отпор, как по причине огромного численного перевеса войска Но-гая, так и из-за неприязненного отношения к себе болгар, бросив все, бежал в Адрианополь, где спустя несколько дней умер от лихорадки. Болгары тем не менее стали отважно готовиться к отпору Татарину, который, уви­дев их решимость, отступил назад. Смерть Тертера вызвала среди болгар волнения. Тогда император отправил к болгарам посла с просьбой избрать в цари Михаила, сына Марии и прежнего болгарского царя Константина, обещая, в случае его избрания, быть к ним впредь более благосклонным. Однако болгары не могли ни на что решиться: одна их часть была на сторо­не императора, другая — на стороне Святослава (Suetislau), первого вель­можи Болгарского царства, имевшего огромный военный опыт. В конце концов, Мария решила назвать упомянутого Святослава своим приемным сыном, и сделала это принародно в храме, накрыв одной полой своего по­крова Святослава, а другой — своего родного сына Михаила. Святослав, получив власть, пребывал в постоянном движении, задумывая одно вели­кое свершение за другим. Чтобы упрочить свое положение, он женился на


515

Феодоре, дочери императора Михаила, и выдал одну из своих сестер за Чаку (Tzaca), сына татарина Ногая. Когда позднее Чака попытался захва­тить болгарский престол, Святослав, устроив ему ловушку, схватил его и при содействии евреев задушил в темнице. Тем времени персы стали бес­покоить Римскую империю на востоке, и Святослав по настоятельной просьбе императора послал [против них] войско, состоявшее из двадцати тысяч всадников и шести тысяч пехотинцев, отдав его под начало болгари­на Ивана Херобоска Мацуката (Gioanni Cherobosco Mazucato). Тот, всту­пив в бой с персами, разбил их, одержав над ними славную победу. На обратном пути домой, обремененный большой добычей, он столкнулся с врагом в опасной теснине. Доблестно сражаясь и перебив немалое число врагов, он пал на поле боя, покрыв себя бессмертной славой. Как только весть об этом достигла Болгарии, во всем царстве поднялся ропот против Святослава, которого обвиняли в гибели стольких славных мужей, которых было бы достаточно для защиты Болгарского царства от любого иноземно­го вторжения. Святослав, заподозрив патриарха Иоакима, приказал схва­тить его и сбросить с обрыва. Однако Господь, всегда заботящийся о своих рабах, не позволил этому злодеянию Святослава долго оставаться безнака­занным. Болгары, испытывавшие, подобно всем остальным славянам, глу­бокое почтение к священнослужителям, видя вопиющее нечестие своего царя, стали открыто восставать против него. Тогда вдова Константина Мария, всегда искавшая случая, который, как говорится, есть душа человеческих поступков, возвести на престол своего сына Михаила, воспользовалась этим недовольством болгар и устроила так, что Святослав был вскоре предатель­ски убит графом Кефалонии, который был также деспотом Этолии и Акар-нании и приходился упомянутому Святославу двоюродным братом. После этого Михаил, сын Марии, с согласия болгар был провозглашен болгарс­ким царем. Михаил, женатый на дочери сербского короля Стефана Немани по имени Неда, или Доминика, желая иметь супругой представительницу императорского рода, оставил первую жену и женился на Феодоре, вдове Святослава и сестре Андроника Палеолога Младшего, женщине очень кра­сивой, которая жила в ту пору в Тырнове. Упомянутый Андроник, раздра-


516
женный тем, что его дядя Андроник Старший живет слишком долго (по­скольку желал как можно быстрее сделаться самодержавным правителем империи) отправил посла к Михаилу, чтобы привлечь его на свою сторону и заручиться его вечной дружбой. Сделать это его побуждала также боль­шая привязанность Стефана Немани к его дяде Андронику и неприязнь [Немани] к Михаилу, которого поддерживал Андроник Младший, на сес­тре которого Болгарин, как было сказано, был женат. Мать и брат Феодо-ры, не видевшие ее двадцать три года, попросили ее мужа прибыть с ней в какое-то место, где они могли бы свидеться. Исполняя их желание, он при­вез свою жену в Дидимотику, где император и его мать с царским почетом приняли их и одарили множеством богатых подарков. Там же между ними было заключено соглашение, что император придет на помощь Михаилу против сербского короля, а тот — императору против его дяди Андроника. Когда же они полностью одолеют противника, Болгарину в награду за его труды будут отданы несколько городов в Романии. Заключив упомянутое соглашение, Михаил со своей женой вернулся домой. Однако условий сво­его соглашения с Андроником он не выполнил. Когда Андроник вел непре­рывную борьбу со своим дядей, Михаил, питавший в своей душе, по-види­мому, какие-то великие надежды, тайно снесся с Андроником Старшим и предложил ему помощь в обмен на договор о дружбе. Андроник немедлен­но согласился, сочтя это милостью, ниспосланной ему небом. Посему упо­мянутые государи обменялись послами, которые приезжали, чтобы соста­вить условия договора. Когда же Болгарин послал на помощь Андронику большое войско, неизвестно как было раскрыто, что прибывшие болгары, как только окажутся в Константинополе, попытаются овладеть городом. По этой причине никому из болгар, за исключением их военачальника, не было позволено входить внутрь [городских стен], и войско разбило лагерь в десяти милях от Константинополя. Андроник Младший, узнав об этом, немедленно отправил своего посла с богатыми дарами и еще более щедры­ми обещаниями к болгарскому военачальнику, прося его снять лагерь и вер­нуться домой, что Болгарин без промедления и сделал. Посему, через не­полные тридцать дней после того, как Андроник, свергнув дядю, сделался
517
самодержавным властителем Римской империи, Михаил Болгарин вторгся во Фракию для разорения римских владения. Приведя с собой валахов, он намеревался как можно скорее пойти на захват Дидимотики и Адрианопо­ля. Император, узнав об этом, прибыл в Адрианополь и отправил оттуда посла к Болгарину, прося его объяснить причину [своего вторжения]. Тот ответил, что хочет получить от императора то, что было ему некогда обеща­но. Если бы, по его словам, он пожелал прийти на помощь его дяде, Андро­ник Младший никогда бы не смог стать хозяином Римской империи. Мать императора и жены Болгарина, видя эти споры и разногласия, выступила посредником по их примирению и с помощью большой суммы денег, пода­ренной ей зятю, все уладила. В следующем году сербский король Стефан Неманя стал снаряжать свое войско, чтобы отомстить за оскорбление, на­несенное болгарином Михаилом его сестре, которую тот оставил, прижив с ней детей. Болгарин, узнав об этих приготовлениях, послал просить импе­ратора, чтобы тот со своим войском совершил вторжение в Сербию. Сам он со своими болгарами вторгся бы с другой стороны, и у Немани не достало бы сил бороться с ними обоими. Император, приведя в готовность свои войска и подготовив все необходимое для войны, по весне выступил в по­ход. Однако затем, увидев, что его войско значительно уступает войску сербского короля, стал лагерем в Пелагонии, решив дождаться действий со стороны Болгарина, располагавшего большими, чем у него, силами. Болга­рин же, вторгшись в Сербию с северной стороны Гема с двенадцатью тыся­чами болгар и тремя тысячами валахов, прошел почти до истоков реки Стру-мицы. Не встретив нигде сопротивления, он в течение четырех дней преда­вал все огню и мечу. Однако на пятый день вместе с утренними лучами появился Неманя с большим войском, оружие которого так блестело на сол­нце, что ослепляло всех смотревших. Когда войска сошлись в битве, Нема­ня во главе эскадрона сербской конницы и отряда из тысячи трехсот нем­цев, отважных и опытных воинов, ринулся туда, где находилось знамя Михаила. Без труда овладев им, он двинулся в сторону отряда, где нахо­дился Михаил и, устроив неприятелю кровавую бойню, захватил его в плен. Большая часть остального болгарского войска была перебита, а те, кто су-

518

мел бежать, вернулись домой почти нагими. Михаил, получив смертельную рану, провел три дня в беспамятстве и на четвертый день, едва придя в себя, скончался. Император, получив об этом известие, вернулся домой, не оказав никому поддержки и не понеся никакого урона. В следующем году, узнав, что у болгар, желавших лишить власти жену и родственников покой­ного Михаила, началась смута, он без промедления собрал войско и напал на города и крепости у Гема. Почти все они достались ему без боя, по­скольку местные жители сдавались императору добровольно. В числе зах­ваченных им городов оказалась и Месемврия, находившаяся в то время под властью болгар. После ожесточенных споров и препирательств болгары по настоянию Стефана Немани, ставшего после нанесенного болгарам пора­жения по сути правителем Болгарского царства, отдали трон брату (fratello germano) Михаила Александру. Александр, собрав большое войско из бол­гар и валахов, вторгся в соседние римские земли и, дойдя до Адрианополя, разграбил множество городов. Захватив при этом несколько крепостей, он, радуясь успеху, с большой добычей вернулся домой. Иоанн Кантакузин, ставший императором вслед за Андроником, мстя за разорение своих зе­мель, собрал римское войско и внезапно напал на болгарские земли, чтобы вернуть себе крепости у Гема, оказавшиеся под властью Александра. Стре­мительно вторгшись в Болгарию, он, предавая опустошению все вокруг, захватил множество крепостей, изгнав из них гарнизоны, оставленные Алек­сандром. Тот, узнав об этом, попытался через послов заключить с импера­тором мир, говоря, что не подобает христианскому государю проявлять та­кую жестокость по отношению к своим единоверцам, когда можно обой­тись и без нее и жить в мире, обратив оружие против общего врага. Импе­ратор ответил, что долг требует, чтобы города, основанные предками рим­лян, находились под их властью, и с этим отпустил посла Александра. Тот с наибольшей поспешностью, на какую был способен, собрал войско из вось­ми тысяч болгар и двух тысяч валахов и, выступив из Тырнова, на пятый день прибыл в Русокастрон (Russo Castro), где и разбил лагерь, поскольку получил донесение, что император также находится в упомянутом месте. Император, встревоженный появлением войска Болгарина, намного превос-

1   ...   37   38   39   40   41   42   43   44   45

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Книга католического священника Мавро Орбини «Славянское царство»