• Командир поискового отряда «Феникс»
  • ГЛАВА III
  • Список военнопленных, уроженцев Костромской области, захороненных на кладбище Хаммельбург.
  • Константин Москвин

  • Скачать 296.69 Kb.


    Дата31.03.2019
    Размер296.69 Kb.

    Скачать 296.69 Kb.

    Комитет по делам молодежи Костромской областной центр патриотического воспитания молодежи





    Комитет по делам молодежи Костромской области
    Костромской областной центр

    патриотического воспитания молодежи



    КОСТРОМСКОГО ОБЛАСТНОГО ПОИСКОВОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ «ЩИТ»

    2/2007

    Вступление
    Современное общественное развитие России остро поставило задачу духовного возрождения нации. Особую актуальность этот вопрос приобрел в сфере патриотического воспитания молодежи. Программа патриотического и гражданского воспитания молодежи все чаще определяется как одна из приоритетных в современной молодежной политике.

    На основании концепции патриотического воспитания и создания условий для инновационных тенденций в организации, формах и методах практической деятельности по формированию патриотического сознания граждан создаются молодежные поисковые организации. Одной из таких организаций стало поисковое объединение «Щит», созданное при поддержке Комитета по делам молодежи Костромской области, на базе Костромского областного Центра патриотического воспитания молодежи в 1998 году.


    Работа поискового объединения «Щит» ведется по нескольким направлениям:

    • военная археология - организация и проведение полевых поисковых экспедиций и лагерей;

    • совместная работа и сотрудничество с поисковыми организациями из других регионов;

    • отработка запросов граждан по розыску информации о погибших или пропавших без вести родственниках;

    • работа музея ЦПВМ;

    • разработка и выпуск методической литературы по военному поиску;

    • сотрудничество с заинтересованными учреждениями и организациями (ГАНИКО, совет ветеранов, воен-коматы и др.);

    • создание базы единой данных найденных в ходе поис-ковых работ военнослужащих.

    За время существования объединения организовано и проведено 13 поисковых экспедиций. Ежегодно на терри-тории Ленинградской и Псковской областей проводится поисковый лагерь «Лужский рубеж». Но главный результат – это найденные останки, погибших более шестидесяти лет назад, солдат. На данный момент удалось найти останки почти трехсот павших воинов, установлено пять имен.

    Сейчас в состав Костромского поискового объединения «Щит» входят: костромской поисковый отряд «Феникс» и поисковики Павинского, Нерехтского, Костромского районов и города Макарьев.

    ГЛАВА I

    Полевые экспедиции поискового объединения «Щит» в 2006 году.

    Закончился очередной поисковый сезон. Для людей несведущих поясню: поисковый сезон начинается весной, как только растает снег и заканчивается осенью. Хотя есть и настоящие фанаты поиска, для которых метровые сугробы не преграда. В этом году, сезоне, костромскими поисковиками были организованы и проведены два выезда. Первый в апреле – мае, экспедиция п\о «Феникс» и второй летом, в августе, ежегодный поисковый лагерь «Лужский рубеж».


    26 апреля поисковый отряд «Феникс» в составе восьми человек, покинул Кострому и отправился в полевую поисковую экспедицию.

    Этот выезд стал первым, то есть своеобразным боевым крещением, недавно сформированного отряда. В его состав вошли студенты Костромского политехнического колледжа и школьники Костро-мы и Нерехты. Сформированный на базе Центра патрио-тического воспита-ния молодежи, при поддержке Комите-та по делам моло-дежи Костромской области, «Феникс», принял участие в открытии «Всерос-сийской Вахты Па-мяти». Работы проводились на территории Зубцовского района Тверской области. Место работ было выбрано с уче-том того, что именно в этих местах приняла свой первый бой 118 стрелковая дивизия второго формирования, в последствии ставшая гвардейской.

    Сформирована дивизия была на территории Костромской области в начале 1942 года, а уже летом, в августе, приняла участие в Погорело-Городищенской наступательной опера-ции, в составе 31 армии Западного фронта. Главной целью которой было освобождение города Ржев. Но выполнить поставленную задачу войска не смогли и наступательная операция постепенно перешла в позиционное противостояние советских и немецких войск.

    Вот что вспоминал участник боев под Ржевом писатель А. Цветков. Погибших хоронили в основном во время боев, но и после освобождения Ржева весной 1943 года разложившимися трупами, иногда в несколько слоев, были покрыты ржевские поля и кустарники. В своих фронтовых записках вспоминает, что когда танковую бригаду, в которой он сражался за деревни Полунино и Галахово, после тяжелых потерь перебросили в ближний тыл, в район деревни Дешевка, то выйдя из машины и оглядевшись, наши танкисты пришли в ужас: вся местность была покрыта трупами солдат. Трупов было так много, что как будто их кто-то скосил и свез сюда, как траву. "Беда нагрянула со всех сторон: третьи сутки не пьем, не едим, - пишет А. Цветков. - Кругом зловоние и смрад. Многих тошнит, многих рвет. Так невыносим для организма запах от тлеющих человеческих тел. Нашим саперам, пожалуй, досталось всех больше. Командир взвода Тараканов, тяжело вздыхая, рассказывает: "Тысячи их тут, трупов-то... Бились без пощады, насмерть. Похоже, до рукопашной дело доходило... Жуткая картина, отродясь такой не видывал..."

    По современным данным операция обошлась Красной Армии в 40 тысяч погибших, более половины из них до сих пор числятся пропавшими без вести. Поиск не погребенных останков погибших и установление их имен стало главной целью этой экспедиции, как в прочем и всей поисковой работы.

    Костромской поисковый отряд «Феникс» был приглашен принять участите в поисковых работах «Международной ассоциацией поисковых объединений». Все работы прово-дились совместно с поисковыми отрядами Москвы и Москов-ской области, Тверской и Мурманской областей.

    Лагерь расположился на берегу реки Держа, которую летом 1942 года форсировали советские войска. Всего путь от Костромы до места проведения поисковых работ занял 8 часов. Прибыв на место, костромичи были радушно и госте-приимно приняты, обосновавшимися здесь на два дня раньше, другими отрядами. Сразу в центре лагеря на флагштоке был поднят флаг Костромской области и каждое утро, при построении он развевался наравне с флагами других регионов России, с чьими отрядами проводилась совместно поисковая работа. Всего в лагере находилось более 30 поисковиков из 5 регионов.

    Утром следующего дня, 27 апреля, объединенная из пяти отрядов группа выдвинулась к месту работы. В лагере остался лишь дежурный наряд, по одному человеку из каждого отряда, в обязанности которого входило поддержание порядка на территории лагеря и приготовление пищи.

    По архивным сведениям, в лесу находились два санитар-ных захоронения, которые были созданы сразу после оконча-ния боев для очистки местности. Прибыв на место, преодолев пешком около шести километров, приступили к эксгумации останков. Предположительные места залегания были видны невооруженным взглядом. Места где почва просела, были обследованы щупами. Это дало возможность более четко определить участки раскопок. Первая же находка была сделана членами костромского отряда. На глубине около полуметра обнаружены останки командира Красной Армии. О принадлежности к командному составу, гово-рила офицерс-кая портупея, полуистлевшие остатки гимнас-терки (комсоста-вовская форма шилась из более качественной ткани, чем сол-датская, поэтому лучше сохранилась). На воротнике хорошо сохранившиеся зеленые петлицы с двумя кубиками на каждой и знаками рода войск, две перекрещенные винтовки на мишени (пехота). Таким образом, удалось сразу идентифицировать погибшего как лейтенанта стрелковых частей.

    Далее в небольшом отдалении были найдены останки еще более чем ста погибших. Но самой важной находкой необходимо считать три смертных медальона. К сожалению один уже никогда не будет прочитан, так как был не плотно закрыт и бумага в нем просто сгнила. Два других, со всеми предосторожностями были извлечены из земли и переданы для проведения экспертизы в экспертно-криминалистический отдел УВД города Москвы.

    Работа осложнялась и тем, что место проведения раскопок было подтоплено весенними талыми водами. Ребятам приходилось часами стоять по щиколотку в холодной воде, но это не уменьшило их энтузиазма.

    Во время проведения разведывательно-поискового выхода, группой в составе трех костромичей на берегу реки были найдены верховые останки солдата. По всей видимости, он погиб при форсировании реки, об этом говорит место зале-гания костных останков. При нем не удалось найти ни медальона, ни документов или подписанных вещей, которые смогли бы помочь в идентификации. Не далеко от этого места днем позже поисковой груп-пой города Москвы «Эки-паж», были найдены остан-ки еще одного погибшего вои-на.

    Так же в рам-ках экспедиции было найдено место гибели советского истребителя, предположительно это ЯК-1. На поле, в воронке, вместе с остатками самолета были найдены и извлечены останки погибшего пилота. При нем находились документы (комсомольский билет), которые, во избежание их разрушения, сразу были отправлены на экспертизу. Вместе с останками извлечен летный планшет с картой и остатками письма. Письмо сохранилось плохо, но часть его удалось прочесть. Писала девушка и обращалась к получателю по имени Николай. Так удалось установить имя погибшего летчика. По характеру повреждений (куски обшивки пробитой пулями) и найденным гильзам можно сделать вывод, что самолет был сбит в воздушном бою. С деталей двигателя сняли номера. Это поможет через архив установить принадлежность самолета и данные пилота.

    Лагерь завершился 4 мая. В этот же день, костромской поисковый отряд вернулся домой. Итогом экспедиции стало обнаружение останков 127 военнослужащих, найдено три медальона и останки летчика. Не менее важным итогом мож-но считать установление дружеских отношений с отрядами других регионов, что позволяет надеяться на продолжение в дальнейшем сотрудничества.


    Со 2 по 15 августа прошел выездной еже-годный поисковый ла-герь «Лужский рубеж» поискового объединения «Щит» (п\о «Феникс» - 5 чел., п\о «Щит» - 17 чел. Всего: 22 человека из Костромы и Костромско-го района, Нерехты, Ма-карьева и Макарьевского района).

    В течение двух недель участники лагеря приня-ли участие в нескольких мемориальных меропри-ятиях. 4 августа костро-мичи совместно с поисковыми отрядами Тверской, Москов-ской областей и города Москвы приняли участие в торжест-венном захоронении останков 357 солдат, в том числе и найденных членами костромского поискового отряда «Фе-никс» весной этого года на территории Тверской области во время открытия Всероссийской Вахты Памяти. Останки были преданы земле со всеми воинскими почестями в братской могиле у воинского мемориала в поселке Погорелое Горо-дище Зубцовского района Тверской области. Костромские поисковики приняли участие в митинге, помогали заносить и устанавливать гробы, а так же засыпать могилу, тем самым воздав должное подвигу погибших шесть десятилетий назад солдат. В тот же день костромичи посетили музей местного поискового отряда и участвовали в празднике «День освобождения поселка». За отличную работу костромской поисковый отряд «Феникс» был награжден почетной грамо-той главы района.

    Все время пребывания на территории Тверской области, во время стоянки у п. Погорелое Городище на берегу реки Держы, было отмечено тяжелыми погодными условиями. Непрекращающийся дождь, низкая дневная температура воз-духа и ночные заморозки значительно затрудняли не только проведение полевых поисковых работ, но и бытовые условия жизни лагеря, не смотря на это, его участники достойно пере-несли все трудности. Интересен тот факт, что во время церемонии захоронения, на несколько часов дождь прекра-тился и светило солнце.

    После этого участники лагеря проследовали на территорию Кингисеппского и Волосовского районов Ленин-градской облас-ти, на место про-ведения основ-ных мероприя-тий. По пути следования, в Гдовском районе Псковской об-ласти недалеко от деревни Ли-пяги члены поискового объединения привели в порядок памятник бойцам и командирам 118 стрелковой дивизии сформированной на Костромской земле и принимавшей участие в боях летом 1941 года. Это единственный памятник нашей дивизии оставшийся на территории России. Силами ребят памятник был очищен от высокой травы и мусора.

    Во время проведения поисковых работ в районе урочища Выползово Волосовского района были найдены останки 4 военнослужащих.

    9 августа в траншее у деревенского кладбища бывшей деревни Выползово, на северном склоне высоты, рядом с разрушенным бетонным ДОТом, были обнаружены останки 2 военнослужащих. Помимо фрагментов снаряжения и формы (противогазы, ботинки, фрагменты шинелей и гимнастерок, пуговицы, патроны 7.62х54 мм для винтовки системы Мосина), вместе с останками найдены личные вещи солдат: карандаш, ножницы. Все это дало возможность идентифици-ровать их как военно-служащих Красной Армии. По косвенным признакам и информации местных жи-телей, они были опре-делены как бойцы одно-го из полков 2 дивизии народного ополчения. Ни смертных медальонов, ни документов либо подписанных вещей найти не удалось. В связи с этим установить имена погибших не представляется возможным. Вместе с останками одного из найденных, в кармане гимнастерки, обнаружен немецкий железный крест 2 класса, которым награждали рядовых и унтер-офицеров Вермахта. По всей видимости, он был взят ополченцем в качестве трофея. Так же удалось выяснить, что вероятной датой гибели можно считать август 1941 года, когда части ополченческой дивизии вели бои с немецкими войсками выполняя задачу по ликвидации «ивановского плацдарма» на восточном берегу реки Луги.

    На следующий день, 10 августа, на западном склоне, примерно в 50 метрах от места обнаружения первых 2-х останков, были найдены еще двое солдат. Все останки не были захоронены и найдены в том положении, в каком находились на момент гибели. В местах обнаружения, на дне и бруствере траншеи попадались в большом количестве стреляные винтовочные гильзы и осколки мин и снарядов, что говорит о том, что найденные бойцы погибли в бою. Об этом говорят и следы ранений на костях скелета, у двоих явные следы минно-взрывных травм (разрушение и отсутствие некоторых костей скелета).

    Останки вместе с протоколами и актами эксгумации переданы командиру кингисеппского поискового отряда «Форпост» Виктору Костюковичу. Найденные солдаты были захоронены осенью 2006 года в братской могиле у п. Мануйлово Кин-гисеппского рай-она Ленин-градской области.

    В местах пос-тановки палаточ-ного лагеря все время пребы-вания присутст-вовала символика Костромской об-ласти. Обязатель-но устанавливал-ся флаг, который символизировал наш регион.

    Собран обширный материал для музея ЦПВМ. 15 августа лагерь завершился, все его участники благополучно вернулись домой.


    Командир поискового отряда «Феникс»


    Селезнев Алексей Николаевич.
    ГЛАВА II

    История «смертного» медальона.

    Миллионы погибших в Великой Отечественной войне – статистика (как бы страшно это не звучало). Но не следует забывать, что это не просто единицы в отчетах, а люди. Каждый погибший солдат или офицер – это судьба, оборван-ная войной. Это горе его близких и желание узнать, где и как он погиб. Но зачастую, неизвестно даже приблизительно место гибели.

    Работая на полях сражений и занимаясь поиском незахоро-неных солдат, поисковики стараются не только найти остан-ки, но и, по возможности, опознать погибшего, вернуть ему имя. Ведь большинство тех, кого находят в ходе поисковых работ, до настоящего времени числились пропавшими без вести. Долгие годы их семьи пребывали в неведении, где погиб и захоронен военнослужащий, и похоронен ли вообще. Одним из способов идентификации, является прочтение «смертного» медальона.

    Для начала необходимо определиться с терминологией. Для человека занимающегося военной археологией такой тер-мин как «смертный медальон», «смертник», понятен и воп-росов не вызывает. Но для большинства людей, знакомых с военным поиском лишь по газетным статьям и телевизион-ным репортажам сложно представить, как он выглядит и что из себя представляет. По этому следует сделать небольшой экскурс в историю.

    К концу XIX века в русской армии начали применять специальные жетоны для идентификации военнослужащих. В "Истории лейб-гвардии егерского полка за 100 лет. 1796-1896 гг." говорится, что в 1877 году, когда полк готовился к отправке на театр военных действий в Болгарию (русско-турецкая война 1877-1878 гг.), все солдаты и офицеры получили металлические жетоны со шнурком для ношения на шее. На жетоне выбивались литеры-аббревиатуры названия полка, номер батальона, роты и личный номер военно-служащего.

    В таком виде солдатские личные опознавательные знаки, просуществовали относительно долго. С ними русские солда-ты участвовали и в Первой мировой войне и их внешний вид практически не претерпел изменений. До сих пор, такие жето-ны, находят на местах боев. Круглые и шестиугольные метал-лические хорошо сохранившиеся жетоны (знать хороший металл на них не жалели), на которых совершенно отчетливо читаются надписи на русском языке. Приведенные ниже найдены в нынешней Польше, в тех краях, где в августе-октябре 1914 года разворачивались Восточно-Прусская, Люб-лин-Холмская, Варшавско-Ивангородская и Ченстоховско-Краковская операции   Русской армии.

    Рассмотрим пять из найденных жетонов. Пойдем слева направо сверху вниз.

    На первом жетоне читаем: «7р 192 п. Рымн. п. 38». Эти аббревиатуры видимо означают - 7-я рота 192 пехотного Рым-никского полка. Число 38, скорее всего означает номер солда-та по списку роты. А теперь посмотрим, был ли такой полк в Русской армии, а если был, то где воевал. В этом нам помо-жет книга О. Леонова и И. Ульянова "Регулярная пехота 1855-1918", где дан полный перечень всех пехотных полков на 1914 год. Она указывает - был такой полк и входил он в состав 48-й пехотной дивизии. Обратимся  теперь к книге О.Д. Маркова "Русская армия 1914-1917". 48-я пехотная ди-визия входила в состав 24-го армейского корпуса 4-й армии генерала Эверта. Эта армия участвовала летом-осенью 1914 года в Люблин-Холмской, Варшавско-Ивангородской и Ченс-тоховско-Краковской операциях. Это все территории нынеш-ней Польши.

    Следующий жетон. На нем ясно читается – «1р. 144 п. Каш. п. 124». Расшифруем - 1-я рота 144-го пехотного Каширского полка списочный номер 124. Проверяем - был такой полк в 36-й пехотной дивизии. Это 13-й армейский корпус 1-й армии генерала Раненкампфа. Эта армия участ-вовала летом-осенью 1914 года в Восточно-Прусской и Вар-шавско-Ивангородской операциях.

    Но могло ли быть в роте больше 124 человек? Могло. Пе-хотная рота Русской армии военного времени имела штатную численность нижних чинов 235 человек.

    Еще один жетон – «11 р. 23. п. Низ. п. 108». Это значит 11-я рота 23-го пехотного Низовского генерал-фельдмаршала графа Салтыкова полка списочный номер 108. Это 6-я пехот-ная дивизия 15-го армейского корпуса той же 2-армии генера-ла Самсонова. Но 11-я рота? Сколько рот в пехотном полку? А рот в нем двенадцать.

    Следующий жетон несколько менее разговорчив. На нем мы читаем: «3 р. 32 пкп 170». Вероятнее всего это 32 пехот-ный Кременчугский полк. Если это так, то полк входил в состав 8-й пехотной дивизии. А это тот же 15-й армейский корпус 2-й армии генерала Самсонова. Снова полное совпаде-ние места находки и места, где воевал этот полк.

    И последний жетон. Читаем – «4б. 6 ар. бр. 179». Вероят-нее всего расшифровка такая - 4-я батарея 6-й артилле-рийской бригады. По принятой в русской армии нумерации частей артиллерии и штатам русской армии в состав пехотной дивизии входила одна 6-ти батарейная артиллерийская брига-да и ее номер совпадал с номером дивизии. Корпусная артил-лерия деления на бригады не имела. Следовательно, перед нами жетон солдата списочный номер 179, 4-й батареи артил-лерийской бригады 6-й пехотной дивизии, 15-й армейский корпус 2-й армии генерала Самсонова. И снова все совпадает.

    Уже в воюющей России, история ме-дальона получила продолжение. Воен-ный министр генерал от инфантерии Беляев подписал специальный приказ: "Государь Император в 16-й день янва-ря 1917 года высочайше повелел уста-новить особый шейный знак для опозна-ния раненых и убитых, а также для отметки Георгиевских наград нижних чинов по предлагаемому при сем чертежу. С таковой высочайшей воли объявляю по военному ведомству с указанием, что знак должен носиться под мундирной одеждой на шнурии или тесьме, надетой на шею, а вложенная в него запись должна быть отпечатана на пергаментной бумаге". Шейный знак представлял собой ладанку с находящимся внутри бланком, размером с трам-вайный билет. Военнослужащему предстояло бисерным и же-лательно каллиграфическим почерком умудриться вписать о себе много сведений. Указать свой полк, роту, эскадрон или сотню, звание, имя, фамилию, награды, вероисповедание, сословие, губернию, уезд, волость и селение. В то время в войска успела уйти только малая часть изготовленных знаков, а через несколько месяцев, с началом Октябрьской революции, процесс снаряжения личными опознавательными медальонами был фактически остановлен.

    Спустя восемь лет царский шейный знак (солдатский личный опознавательный медальон-ладанка) стал применяться в Рабоче-крестьянской Красной Армии и на флоте как документ, удостоверяющий личность и для установления личности погибших военнослужащих. До этого в РККА вообще не было никаких идентификационных знаков, по которым можно было бы опознать погибшего красноармейца.

    Солдатский медальон был введен Приказом Реввоенсовета № 856 от 14 августа 1925 года. Выдавался он всем военнослужащим срочной службы воинских частей, кораблей, штабов, управлений, учреждений и заведений военного и морского ведомства после прибытия в свою часть при зачислении их на службу. В медальон вкладывался специальный бланк (вкладыш), изготовленный типографским способом на пергаментной бумаге, который содержал необходимые сведения о военнослужащем: фамилию, имя, отчество, место и дату рождения, занимаемую должность. Использование пергаментной бумаги должно было защитить бланк от порчи при ношении медальона.

    Сведения в медальон вносились в роте (эскадроне, батарее) лицами, заполняющими служебные удостоверения военно-служащих - штабными писарями. В том, что сведения заносил не сам владелец, нет ни чего удивительного. Армия то была рабоче-крестьянской и грамотными были не многие. А от сюда часто встречающиеся искажения в написании фамилий, имен и других сведений. Медальон относился к табельным вещам, предметам снаряжения и являлся вещью бессрочной, а в случае его утери немедленно выдавался новый.

    Он был сделан из жести в виде плоской коробочки с размерами 50х33х4 мм и должен был носиться на груди. Для этого в обеих половинках медальона предусмотрены проушины для тесьмы. Медальоны были двух типов: сдвижные и на петле.

    При использовании такого типа медальона во время финской компании выяснилось, что ме-дальон негерметичен и перга-ментный листок быстро приходит в негодность. В марте 1941 года он был отменен.

    "Положением о персональном учете потерь и погребении погиб-шего личного соста-ва Красной Армии в военное время" № 138 от 15 марта 1941 года вводились но-вые медальоны в виде восьмигранно-го пластмасссового (текстолитового) пе-нала, имеющего вин-товую крышку, с вкладышем на пергаментной бумаге в двух экземплярах. На бланке вкладыша имелись следующие графы: фамилия, имя, отчество, год рождения, воинское звание; уроженец: респуб-лика, край, область, город, район, сельский совет, деревня; адрес семьи; фамилия имя и отчество родственника; каким райвоенкоматом призван; группа крови. Указывать наимено-вание воинской части в медальоне запрещалось. Один экзем-пляр вкладыша должен был изыматься похоронной командой, а второй вкладываться обратно в медальон и оставлялся на трупе. Но реально, в условиях боевых действий, это требова-ние практически не выполнялось, медальон изымался цели-ком. На основе данных бланков составлялись списки безвоз-вратных потерь. Медальон носился в специальном кармашке на поясе брюк. Был вариант пенала с проушиной для ноше-ния медальона на шее.

    Несмотря на то, что официально медальон был введен в марте 1941 года, он применялся уже в финскую кампанию, которая в то время в СССР называлась не иначе как "погра-ничный конфликт". Его отличие состояло в том, что на бланк медальона наносилась вертикальная зеленая полоса, что обоз-начало принадлежность военнослужащего к погранвойскам или частям НКВД. Многие военнослужащие срочной службы, принимавшие участие в финской кампании 1939-40 гг. с немцами воевали с медальонами и вкладышами нового образца.

    Из-за нехватки стандартных медальонов в частях Красной Армии использовались и деревянные, и металлические ме-дальоны. Иногда вместо пенала использовалась обычная вин-товочная гильза, а вместо стандартного вкладыша, отпеча-танного типографским способом, военнослужащие вклады-вали в медальоны записки с личными идентификационными данными на обрывках бумаги или газеты, листовки. Как пра-вило, пергаментные и бумажные вкладыши в таких медаль-онах сохраняются плохо.

    С окончанием Второй Мировой войны ничего не изменилось. Солдаты срочной службы медальонов так и не имели. В 60-х годах ХХ века офицерам Вооруженных Сил СССР по окончании училища стали выдаваться жетоны, на которые наносился личный номер военнослужащего. Очень часто такой жетон можно увидеть на связке ключей, кроме того, офицеры носили его, прикрутив к "поплавку" (значку об окончании высшего военного училища) с обратной стороны кителя.

    Ситуация начала постепенно меняться с началом много-численных локальных конфликтов. И опять одними из пер-вых, кто начал получать жетоны стали воины-пограничники срочной службы, принимавшие участие в боевых действиях в Таджикистане. Им выдавался стандартный армейский жетон с личным номером.

    После январских событий 1995 года в Чечне Ассоциация "Военные Мемориалы" по запросу Министерства обороны РФ подготовила предложение об унифицированном личном опознавательном знаке (ЛО3) для всех категорий военно-служащих, включая офицерский и генеральский состав. Пред-ложение было рассмотрено и только. Знак в войсках не по-явился.

    26 июля 1997 года в системе МВД РФ вышел приказ № 446, согласно которому для рядового, сержантского и офицерского составов вводились стальные жетоны, на кото-рых ставился личный номер бойца. У офицеров личный но-мер заносится в удостоверение личности. Приходится конста-тировать, что сегодня нет единого принятого на снабжение армии и МВД образца идентификационного жетона. Воен-нослужащие вынуждены покупать или самостоятельно изго-тавливать медальоны. Сейчас в действующей армии огромное количество разношерстных жетонов. Кроме того, личного но-мера явно недостаточно для оперативного опознания бойца в случае гибели, или, например, тяжелого ранения. На жетоне нет ни имени, ни фамилии военнослужащего. Жетон не дуб-лирован и если его снимают с погибшего опознать останки становится очень трудно. Отсутствует указание группы кро-ви. Считается, что достаточно нашивки на форме, хотя форма - первое, что приходит в негодность. Недаром еще во время Афганской войны солдаты накалывали на груди в районе сердца группу крови и резус-фактор. Естественно, что приня-тие жетонов на снабжение армии и внутренних войск не пана-цея от всех бед, но если это поможет хоть как-то уменьшить количество безымянных могил - то здесь раздумывать не надо. При этом не надо изобретать велосипед.

    История медальонов в русской армии, царской и совет-ской, насчитывает уже более ста лет. Однако ситуация с безвестными солдатами не меняется в лучшую сторону. Из опыта работы нашего поискового отряда можно сделать совсем не утешительные выводы.

    Ведя поисковые работы на местах боев Великой Отече-ственной войны и находя останки наших солдат, медальоны встречаются крайне редко. Как пример результат весенней экспедиции в Тверскую область, где на 127 погибших солдат, нашли всего 3 медальона, один из которых уже не будет прочитан никогда, а значит его владелец, так и останется без вести пропавшим. Причин тому несколько.

    Среди них вечная русская безалаберность и наплева-тельское отношение к человеку. Если в кадровых частях, сформированных еще до начала войны, среди погибших ме-дальоны можно найти часто, то у погибших, призванных уже в военное время, редко. Не до медальонов было. Некогда было их выдавать, а уж заполнять бланки записок тем более. Но есть и другая причина. Заполнить бланк солдаты считали плохой приметой, заполнишь, точно убьют. Поэтому и попа-даются медальоны с вложенными записками, но чистыми, не заполненными бланками. А бывает и так, что плохо завин-ченна крышка или повреждение капсулы, и внутри вместо бумаги - труха. Поэтому не стоит удивляться миллионам пропавших без вести, большому количеству безымянных братских могил.

    ГЛАВА III

    Трагедия плена.

    Офицерский лагерь Хаммельбург.


    Согласно Женевской конвенции 1929 года военнопленные офицеры должны размещаться в особых лагерях отдельно от сержантского и рядового состава. В офицерском лагере (офлаг), как правило, находилось около 2 000 человек.

    Но для офицеров Красной Армии, вермахт, летом 1941 года в немецком рейхе обо-рудовал всего лишь один ла-герь такого типа. Он нахо-дился на территории полиго-на Хаммельбург в Нижней Франкии к северу от Вюрц-бурга - где уже во время Первой мировой войны на-ходился лагерь для военно-пленных - и получил назва-ние офлаг 62 (XIII О). Когда в лагерях для рядового сос-тава выявляли офицеров, то они, как правило, немед-ленно переправлялись в Хаммельбург.

    Предположительно 20 июля 1941 года в лагерь прибыли первые эшелоны пленных. Во избежание эпидемий пленным делали ряд прививок, первым 1200 военнопленным уже 23 и 24 июля. Численный состав лагеря рос быстро: уже 10 августа в Хаммельбурге находилось 4753 офицера, а к 1 декабря их число возросло до 5140 человек. Поскольку осенью 1941 года среди советских военнопленных разразилась эпидемия сыпно-го тифа и большинство лагерей было поставлено на карантин, в последующие месяцы никто не был доставлен в Хаммель-бург. Только с апреля 1942 года опять стали прибывать эше-лоны с пленными. В общей сложности в этом лагере было зарегистрировано более 18000 советских офицеров. Примерно на половину из них имеются данные в Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации в Подольске.

    После доставки в Хаммельбург каждый офицер проходил регистрацию. Управление лагеря заводило на него так назы-ваемую личную карточку со всеми основными его личными данными, воинским положением в Красной Армии, данными о взятии в плен. На обратной стороне имелось место для за-писей о переводе в другой лагерь, трудовом использовании, болезнях и дисциплинарных наказаниях. Эти же карточки свидетельствуют и о том, что советских офицеров вплоть до ранга капитана, вопреки конвенциям международного права, привлекали к принудительным работам. Уже в 1941 году такие трудовые команды были зарегистрированы везде в ре-гионе Франкии, как в деревнях так и в крупных городах.

    Так как карточки заполнялись в основном очень подробно, то сегодня они являются одним из важнейших источников, помогающих установить условия жизни военнопленных в ла-гере Хаммельбург и причины их смерти. Личные дела доку-ментируют, однако не только судьбы военнопленных офице-ров, но и намерения немецкого руководства в уничтожении идеологического врага. Уже в середине августа 1941 года из г. Нюрнберга и г. Вюрцбурга в Хаммельбург прибыла группа сотрудников тайной государственной полиции (гестапо) для того, чтобы выявить среди пленных так называемые "особо опасные элементы" - имелись ввиду политофицеры, интел-лигенты, евреи. До лета 1942 года было выявлено и растре-ляно в концлагере Дахау не менее 1100 офицеров.

    Причастность вермахта в этом преступлении сегодня доказывает нам и следующий бюрократический признак: кар-точки всех этих "выделенных" офицеров в Хаммельбурге получили диагональную печать "передано гестапо" (с указа-нием даты) и, таким образом, по спискам лагеря больше не проходили, но затем были переданы в информационное бюро вермахта (ВАСТ), куда сдавались все документы на военно-пленных. В случае смерти военнопленного управление лагеря также сдавало его личное дело вместе со свидетельством о смерти и прочими документами в Берлин. До начала декабря 1941 года скончалось более 40 человек. Они были захоронены на так называемом старом, использованном еще во время Первой мировой войны для захоронения военнопленных, кладбище. Поскольку число умерших постоянно росло, было устроено "новое кладбище для военнопленных", на котором 5.12.1941 г. первым был захоронен военный техник Михаил Петрович Потанин. До конца 1944 года здесь закончился жиз-ненный путь не менее 575 советских офицеров.

    Причина смерти и точное место захоронения заносились в личное дело. Лейтенант Константин Александрович Поно-марев из Павлова Посада, например, зарегистрированный в Хаммельбурге в июле 1941 года под номером 1599, умер 30 ноября 1942 года в лагере от туберкулеза легких и в тот же день в 15 часов был захоронен в могиле № 418.

    До 1945 по документам прослеживается не только каждая могила, но и однозначно можно установить захороненного в ней человека. Когда и почему после войны эти списки исчез-ли, а также когда и кем была уничтожена маркировка могил, пока еще не выяснилось. Отсутствие этих списков привело позже к мнению, что якобы неизвестно, кто захоронен на этих двух кладбищах и что, видимо, и в дальнейшем это невоз-можно будет установить. До сих пор нам были известны по-именно только те офицеры, которые умерли в трудовых ко-мандах в округе Хаммельбург. Их останки после войны были перезахоронены с кладбищ Ройссендорф (65 человек) и Вильдфлеккен (8 человек) на новое кладбище для военнопленных в Хаммельбурге.

    Сейчас удалось установить имена 685 человек, захо-роненных на Хаммельбургских кладбищах. Их родные сегодня наконец-то получают достоверные данные об их судьбе.

    Остаётся надеяться, что удастся установить имена и тех 2000 неизвестных, которые, вероятно, находились в близ-лежащем лагере для рядового состав и были также захоро-нены на новом кладбище.



    Райнхард Отто Документационный центр 326 (VI К) Зенне/Северный Рейн - Вестфалия

    Список военнопленных, уроженцев Костромской области, захороненных на кладбище Хаммельбург.


    Стоюнин Павел Николаевич.

    Место рождения: Кострома, русский.

    Звание: лейтенант.

    Дата рождения: 01.06.1909 г.

    Дата смерти: 30.01.1942 г.

    В Книге Памяти Костромской области не значится.




    Спирин Николай Максимович.

    Место рождения: Кострома, русский.

    Звание: младший лейтенант.

    Дата рождения: 21.05.1911 г

    Дата смерти: 14.01.1942 г.

    В Книге Памяти Костромской области зна-чится как пропавший без вести в сентябре 1941 года.


    Мы продолжаем публиковать имена воинов, чьи останки были в разное время найдены во время проведения поисковых работ. Семьи многих из них до сих пор не оповещены. Если среди представленных имен вы увидите знакомое имя или имя Вашего родственника, ПРОСЬБА обратиться в Костромской областной Центр патриотического воспитания по телефону (4942) 55-79-92. Возможно, Ваша информация поможет вернуть имя еще одного павшего защитника Отечества из небытия и забвения.


    Во имя тебя - Ленинград!
    КИРИЛЛОВ Иван Михайлович (идентифицирован по медальону). 1912 года рождения, Ярославская область (сей-час Костромская), Чухломской район, с. Новоникольское. Найден в августе 2002 года, Ленинградская область, Кинги-сеппский район, Пустомержский с/с, д. Мануйлово. Захоро-нен в августе 2002 года, Ленинградская область, Кингисеп-пский район, Пустомержский с/с, д. Мануйлово.
    ЛЕБЕДЕВ Сергей Алексеевич (идентифицирован по медальону). 1921 года рождения, Костромская область, г.Кострома. Призван Костромским ГВК. Семья: Лебедев Алексей Федорович, г. Кострома. Найден в августе 1996 года, Ленинградская область, Кировский район, в районе станции Погостье. Захоронен: Ленинградская область, Кировский район, д. Погостье.

    ПЕЛЕВИН Алексей Александрович (идентифицирован по медальону). 1906 года рождения, Ярославская область (сей-час Костромская), Антроповский район, Билиновский с/с, д. Павлюченко. Призван Василеостровским РВК Ленинграда. Семья: Пелевина Александра Ивановна, Ярославская обл., Антроповский район, Билиновский с/с д. Павлюченко. Найден в 1988 году, Ленинградская область, Кировский район, в районе деревни Малукса. Захоронен: Ленинградская обл., Кировский район, п. Новая Малукса.

    ПУШКИН Сергей Александрович (идентифицирован по медальону). 1920 года рождения, Ивановская область (сейчас Костромская), Кадыйский район, д. Жуково. Призван Кадый-ским РВК Ивановской области Гвардии ефрейтор. Семья: Пушкин Александр Сергеевич, адрес тот же. Найден в сен-тябре 1995 года, Ленинградская область, Кировский район, в урочище Арбузово. Захоронен: Ленинградская область, Ки-ровский район, мемориал «Невский Пятачок».
    ГЛАВА IV
    Эпизод войны.

    Зима 1942—1943 годов была ненамного теплее предыдущей, вьюга порой по несколько дней не унималась на дорогах, проселках и полях, словно сама матушка-природа желала остановить гремевшие бои и, хоть ненадолго, остудить механизмы кровавой машины войны, дать пе-редохнуть ротам, полкам, вгрызающимся в слабеющую немецкую оборону, и русской земле, не успевающей принимать в себя бессчетное число убитых и пересыхать от человеческой крови.



    Балансируя на грани смерти и жизни, Родина старалась с напряжением всех сил дать фронту все необходимое. Дороги пульсировали словно вены, принимая и провожая пополнение всех призывных возрастов в быстро тающие порядки фрон-товых боевых соединений. Суровым, устрашающим, побед-ным, а порой и предсмертным ревом звучали голоса мощ-ных моторов танков и самоходных орудий, спешащих дойти до фронта по этим дорогам. И никто, никто не знал как в этом, бушующим справедливой яростью, строю рассчитает их судьба. Для многих эти дороги станут дорогами к славе и заслуженному почитанию, а для гораздо больших — дорогами к великому воинскому таинству — отданию жизни за РОДИНУ и, увы, дорогами к безвестию.

    Яркими всполохами разрывов с разлетающейся грязью и землей вперед шел огненный вал, где-то выше и правее один за одним, обрушиваясь ревом, металлом и яростью, несколько советских штурмовиков распахивали и засеивали смертью еще один немецкий опорный пункт. Земля стонала, подпрыгивая и дрожа от каждого всполоха. В ранних сумерках за спинами наступавших яркой «сваркой» виднелись неподавленные немецкие пулеметные точки, бившие аккурат вдогонку пробивающей, процарапывающей очередную линию обороны и без того потрепанной, разорванной пехоте. С хрустом костей, скрежетом зубов, кровью, болью и последним: «МАМА! МАМКА...» уходил полк, получив свинцовый росчерк в пропуске в вечность и ложась в десяти метрах друг от друга на этой проклятой матерями, женами, их детьми и самой жизнью поляне.

    Начав с ходу наступать узкой полосой, пехотинцы, обливаясь потом и кровью, обтираясь и глотая горелый, с привкусом тола, снег, хрипя промороженным горлом свое последнее: «У-р-р-а-а-а..!», пробивали 3-ю линию. Позади осталась вторая линия с санитарками-сестричками, пытавшимися перевязать и вынести на руках раненых. Их друзья-однополчане, прошитые пулями и осколками, лежали «в обнимку» с заколотыми ими в рукопашном бою немцами.

    Он прорвался одним из первых через 3-ю линию и, пока горстка отчаянных однополчан погибала, круша прикладами и штыками, добивая ошалевших от коловорота смерти и крови фашистов, шел, полз, бежал вперед достреливая боекомплект, рвал на куски откатывающегося назад в панике врага.

    Выжившие немецкие пулеметчики и пехотинцы, успевшие отойти на 4-ю линию, спешно окапывались, готовясь отразить живой вал русских. После 20-минутного грохота взрывов гранат, свиста пуль и противно булькающих разрывов падающих в болото перед траншеей мин и снарядов впереди, в израненном, иссеченном перелеске показались русские.

    Унтер-офицер приказал подпустить цепь атакующих на близкое расстояние и расстрелять из пулеметов в упор.

    Но ... цепи не было, отдельные фигуры, видимо, вырвавшиеся вперед в порыве атакующих, стремительно приближались, даже не прячась за остатки деревьев. Отдав команду: «Огонь!», унтер дернулся назад и, ударившись о бруствер головой, неловко завалился в траншею, сраженный выстрелом одного из русских, успевшего добежать ближе всех. Несколько пулеметов, дав длинную очередь в него, перенесли огонь глубже. Русский запутывающимися ногами, двигаясь как театральная кукла на нитях, по инерции пробежал еще метров десять, резко подкосился на правую ногу, упал на спину и уже угасшим взглядом еще долго смотрел сквозь пробитую и сползшую на лицо каску в небо.

    Одному из полков 56 отдельной стрелковой бригады была поставлена задача — с марша прорвать линию немецкой обороны, преодолеть деревоземляной вал и продолжать развивать прорыв в сторону Макарьевского монастыря. Полк был хорошо укомплектован боепри-пасами и вооружением, тепло одет, но было мало обстрелянных бойцов. Фронт прилагал титанические уси-лия к прорыву позиций сатанеющего от безысходности противника, не успевая даже толково обучить прибываю-щее пополнение — война все спишет!

    Полку с марша дали 20-минутный перекур, в утрен-ней мгле трудно было различить лица, виднелись лишь угольки самокруток да изредка доносился голос сержан-та Кости, будящего засыпающих, уставших после пере-хода бойцов. Несколько человек, сидя под большой елью, делили остатки выданного еще позавчера НЗ — после боя обещали накормить горячим супом уже догнавшей их полевой кухней. В скате речушки был виден легкий дымок кухни и слышались окрики главного повара батальона, которыми он подгонял помогавшего ему бойца.

    После 10-минутной артподготовки, проведенной пушками, 120-мм минометами, двумя дивизионами «катюш», подразделения полка пошли в атаку. На черном снегу попадались бугорки погибших, видимо вчера, ребят, застывших в причудливых позах. Сержант Костя, ставя боевую задачу, мельком упомянул, что здесь вчера прошла разведка боем, и добавил, что это место надо обойти правее. Уставшие бежать пехотинцы, шли по снегу быстрым шагом, с удивлением и беспокойством смотрели по сторонам — пробежав около 200 метров, вспотев и сбив дыхание, они не слышали ни одного выстрела и не встречали никакого сопротивления.



    Противник, допросив немногочисленных пленных и знающий, что у русских не осталось больше людских резервов после вчерашней разведки боем, не ожидавший подхода свежих сил и атаки в том же месте, поняв свою ошибку, начал спешную перегруппировку подразделений. Создав «огневой мешок», немцы все глубже и глубже заманивали батальон русских, с каждой минутой все вернее подписывая ему смертный приговор.

    Успокоенные тишиной стволы пулеметов, бесшумно выплюнув первые десятки пуль, удивленно подпрыгнули, словно пугаясь пущенным вдогонку пулям хлопкам многочисленных выстрелов. Шедшие последними русские один за одним начали подкашиваться и падать, зарываясь головой в снег... Мешок захлопнулся.

    Огненный смерч криком сотен голосов, бушующим пламенем разрывов, ревом мириад пуль и тяжелых снарядов ворвался в несколько секунд назад спавший лес.

    Темное марево смерти заволокло небо над разлетающимися в мелкую щепку деревьями. Перепугавшиеся было юные мальчишки, в доли секунды повзрослев, наравне с немногими бывалыми солдатами, ощетинясь ответным огнем, медленной лавиной начали пробиваться вперед.

    Те немногие окопавшиеся впереди немцы, видя лица русских, медленно отступали, получая в спины свинцовые очереди из Дегтяревых и ужасающе точные выстрелы из трехлинеек. Со стороны вала подразделения противника начали проводить отсекающие удары по тылу батальона и уничтожать отрезанные от своих группы русских.

    Сержант Костя, заменив разнесенного на куски взрывом старшего лейтенанта, с остатками взвода попы-тался прорваться через вал, но, встретив яростное сопро-тивление и оставив около 20 человек убитыми, решил пробиваться дальше.

    Люди ползли вперед не видя противника, но неся постоянные потери от перекрестного огня и отмечая свой путь трупами убитых и телами раненых. Как в кошмарном сне сержант запечатлевал в памяти гибель батальона. Левее него, сжимая в руках остатки разорванной шинели и живота, крутился как юла, отталкиваясь ногами от земли, молоденький паренек, тот самый, что еще 2 часа назад помогал поварихе собирать дрова. То судорожно поджимая, то опуская ноги, рядом с ним корчился в предсмертной агонии Михаил, вчера на привале с увле-чением показывавший ему старинные монетки и расска-зывавший откуда он их привез. Впереди возле дымя-щихся воронок лежали перемешанные с грязью и сне-гом куски шинели и того, что еще несколько минут назад жило и дышало.

    Константин Москвин

    Командир поискового отряда «Иван Сусанин»

    Ленинградская область.

    Альманах костромского областного

    поискового объединения «Щит»

    Автор составитель: Селезнев Алексей Николаевич

    В работе над альманахом принимали участие:

    Маркелов Александр Николаевич

    Сутягин Андрей Дмитриевич

    Верстка и обложка: Высоцкая Татьяна Алексеевна

    Тираж 100 экз.

    Объем 37 п. л. формата 1\6





    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Комитет по делам молодежи Костромской областной центр патриотического воспитания молодежи

    Скачать 296.69 Kb.