• Л.A. MИШAPИHA, A.B. СОЛОНЕНКО ВЛИЯНИЕ БЛОКОВОЙ ДЕЛИМОСТИ ЗЕМНОЙ КОРЫ НА РАСПРЕДЕЛЕНИЕ СЕЙСМИЧНОСТИ В БАЙКАЛЬСКОЙ РИФТОВОЙ ЗОНЕ
  • Список литературы

  • Скачать 214.36 Kb.


    Дата28.11.2017
    Размер214.36 Kb.

    Скачать 214.36 Kb.

    Л. A. Mишapиha, A. B. Солоненко влияние блоковой делимости земной коры на распределение сейсмичности в байкальской рифтовой зоне



    Mишарина Л.A., Солоненко A.B. ВЛИЯНИЕ БЛОКОВОЙ ДЕЛИМОСТИ ЗЕМНОЙ КОРЫ НА РАСПРЕДЕЛЕНИЕ СЕЙСМИЧНОСТИ В БАЙКАЛЬСКОЙ РИФТОВОЙ ЗОНЕ // Сейсмичность Байкальского рифта / Сб. науч. тр. - Новосибирск: Наука. Сибирское отд-ние, 1990. - С.70-78.
    Л.A. MИШAPИHA, A.B. СОЛОНЕНКО

    ВЛИЯНИЕ БЛОКОВОЙ ДЕЛИМОСТИ ЗЕМНОЙ КОРЫ НА РАСПРЕДЕЛЕНИЕ СЕЙСМИЧНОСТИ В БАЙКАЛЬСКОЙ РИФТОВОЙ ЗОНЕ

    Площадное распределение эпицентров землетрясений в сейсмоактивном регионе представляет собой одно из проявлений особенностей его внутреннего строения и, следовательно, заключает в себе информацию, полезную для оценки сейсмоопасности территории. Поэтому в комплексе исследований, направленных на познание законов развития сейсмического процесса, изучению закономерностей формирования эпицентрального поля отводится существенная роль.

    На основании данных о землетрясениях, регистрируемых созданное в 1960-1961 годах региональной сейсмической сетью Прибайкалья, установлены достаточно высокая стабильность и чрезвычайно сложная мозаичная структура эпицентрального поля Байкальской рифтовой зоны /1-4/. Основные особенности распределения эпицентров землетрясений на ее территории - концентрация их в более или менее широкие полосы преимущественно северо-восточного направления и отчетливо выраженная поперечная простиранию зоны прерывистость эпицентрального поля, проявляющаяся в чередовании крупных областей повышенной и пониженной плотности эпицентров. В центральной, наиболее широкой части зоны четко выделяются две обширные высокоактивные области: Баргузино-Верхнеангарская и Муйско-Ципинская. Далее на восток, за Витимской зоной пониженной плотности эпицентров, располагается высокоактивная Куандинско-Чарсжая область (рис. l).

    В многочисленных работах, затрагивающих в той или иной мере вопросы сейсмичности Прибайкалья, попытки объяснить площадное распределение землетрясений в Байкальской рифтовой зове основывались обычно на сопоставле—

    70



    Рис. 1. Распределение плотности эпицентров землетрясений и возможная схема блокового деления коры в Байкальской рифтовой зоне (карта плотности эпицентров составлена по данным за 1961-1979 годы при участии Н.В. Солоненко и В.И. Мельниковой).

    1-4 - количество эпицентров на площадке



    размером 0,1° по широте и 0,15° по долготе (1 - <3; 2 - 3-14; 3 - 15-29; 4 ->=30); 5 - зона высокой проницаемости (по /21/); 6 - поля кайнозойских базальтов; 7 - границы блоков земной коры. Области повышенной плотности эпицентров;

    Б-В - Баргузино-Верхнеангарская, M-Ц -Муйско-Ципинская, К-Ч - Куандииско-Чарская.


    нии сейсмичности с картируемыми по геологическим данным разрывными нарушениями и другими геологическими и геофизическими характеристиками региона. Результативность такого подхода до последнего времени оставалась сравнительно невысокой /4/, что и побудило нас вести поиски причин, обусловливающих наблюдаемую структуру эпицентрального поля, с иных позиций.

    При анализе распределения плотности эпицентров на рис. 1 обращает на себя внимание то обстоятельство, что упомянутые выше три крупные высокоактивные сейсмические области, расположенные к востоку от северной котловины оз. Байкал, соизмеримы по ширине. Если ориентироваться на общую конфигурацию изолиний плотности эпицентров и расположение достаточно высокосейсмичных локальных участков поля, где на элементарную площадку осреднения размером в 0,1° по широте и 0,15 по долготе приходится 30 и более толчков, то ширина каждой из этих областей окажется близкой к 120 км. Расположенные между этими областями участки Байкальского рифта с существенно меньшей сейсмической активностью имеют меньшую ширину: западный участок (между Баргузино-Верхнеангарской и Муйско-Ципинской высокосейсмичными областями) - 60 км, восточный (между Муйско-Ципинской и Куандинско-Чарской областями) - 90 км. Каждая из трех областей, имеющих ширину 120 км, может быть подразделена на две полосы шириной 60 км, отличающиеся друг от друга по характеру насыщенности локальными полями высокой плотности эпицентров.

    Часть территории Байкальской рифтовой зоны, включающую впадину оз. Байкал, также можно разделить аналогичной системой параллельных границ на участки шириной 60 км, характеризующиеся индивидуальными особенностями проявления сейсмичности. Ближайшие к Баргузино-Верхнеангарской области повышенной плотности эпицентров два 60-километровых участка существенно отличаются друг от друга в этом отношении: если один из них охватывает районы лишь с относительно слабой сейсмической активностью, то другой, примыкающий к п—ову Святой Нос, практически асейсмичен.

    В районе центральной и южной котловин Байкала выделяются высокой плотностью эпицентров два обособленных 60-километровых участка: один к юго-западу от п-ова Святой Нос, другой - между дельтой р. Селенги и о. Ольхон.

    Таким образом, на рассмотренной территории достаточно определенно выражена делимость частей литосферы, включающих очаги прибайкальских землетрясений, в направлении простирания рифтовой зоны на участки с той или иной предрасположенностью к хрупким деформациям. Основная единица деления - ориентированный вкрест простирания рифта участок литосферы шириной 60 км. Смежные участки с повышенной плотностью эпицентров образуют в трех случаях 120-километровые высокоактивные области, придающие специфический вид карте плотности эпицентров Прибайкалья. Наряду с этим обращает на себя внимание приуроченность отдельных локальных эпицентральных полей к участкам литосферы шириной 30 км (например, в области пониженной сейсмичности между Муйско-Ципинской и Куандинско-Чарской высокосейсмичными областями).

    В районах рифтовой зоны, расположенных к востоку от Байкала, усматривается и "продольная" ее делимость: вытянутые в северо-восточном направлении локальные эпицентральные поля могут считаться приуроченными к протяженным участкам литосферы, выделяемым теперь уже системой параллельных линий, согласованных по направлению с генеральным простиранием рифта. В данном случае наиболее подчеркнуто деление территории на протяженные полосы шириной 30 км. Из этих узких полос могут быть сформированы полосы более крупные, с характерными 60-километровыми поперечными размерами.

    72

    Итак, в нашем представлении территория Байкальской рифтовой зоны на ее протяжении от истока р. Ангары в Южном Байкале до юго-западной части Чарской впадины подразделяется в плане на систему участков, отвечающих, по всей вероятности, литосферным блокам с кратными значениями линейных размеров. Эта кратность распространяется, по-видимому, и на более мелкие отдельности литосферы, так как локальные эпицентральные поля, формирующиеся в разных районах Байкальского рифта в процессе развития афтершоковых последовательностей и крупных роев землетрясений, часто имеют в плане форму, близкую к изометричной, и средние размеры ~15 км.



    Глубинные ограничения блоков разной величины могут быть оценены с помощью эмпирической формулы /5/ h = 7,66 l0,37 км. Здесь l- среднегеометрический размер блока; h - глубина залегания горизонтальной неоднородности литосферы, на которую "опирается" блок. Принимая за среднегеометрические размеры блоков упомянутые выше линейные размеры участков территории, выделяемых двумя системами параллельных линий, получим следующие значения глубин залегания горизонтальных неоднородностей, выполняющих роль их оснований:

    l, км h, км

    15 21

    30 27

    60

    35


    120

    45

    В соответствии с современными данными о мощности земной коры в Байкальской рифтовой зоне /6-8 / последнюю из указанных горизонтальных неоднородностей можно приближенно соотнести с подошвой коры в районе хребтов и впадин, располагающемся к востоку от Байкала, а неоднородность на глубине 35 км - с подошвой коры в пределах центральной и южной частей Байкальской впадины. Эта же неоднородность для остальной территории рифтовой зоны, рассматриваемой в настоящей работе, может быть интерпретирована как промежуточная граница в земной коре. Такая же роль должна быть отведена и двум остальным горизонтальным неоднородностям, располагающимся ближе к дневной поверхности и соответствующим, по всей вероятности, отражающим границам, выделенным в Прибайкалье методом ГСЗ на-глубинах 18-21 и 23-27 км. Последние границы прослеживаются на юге Сибирской платформы четко, а при переходе от нее к рифтовой зоне - фрагментарно /9/.

    Иерархическая соподчиненность размеров блоков земной коры в том виде, в каком она выявлена нами на основании сейсмологических материалов, вносит новое содержание в существующие представления о блоковом строении земного субстрата в Байкальском рифте. В некоторых работах предшествующих лет /10, II/ рассматривалось дробление земной коры на стандартные блоки с учетом наиболее характерных черт внутренней структуры региона, причем основная контролирующая роль в распределении этих блоков отводилась разломам, активизированным в кайнозойское время. В нашем же случае проявляется, по всей вероятности, делимость коры, связанная определенным образом с естественной предрасположенностью земного субстрата к дроблению и осуществляющаяся по невыясненным пока законам /12-14/. Именно поэтому затруднительно сопоставлять предлагаемую в настоящей работе схему делимости коры, рассматриваемую вне общепринятых представлений о разломах, картируемых обычными геологическими методами, с результатами изучения закономерностей разрушения коры в Байкальской рифтовой зоне, полученными путем анализа количественных соотношений между параметрами элементов разломной тектоники /15/.

    73

    Заслуживает внимания то обстоятельство, что в качестве средних размеров блоков земной коры для различных районов земного шара (Тянь-Шаня, Памира, Малой Азии и Калифорнии) в работах /12-14/ приведены величины 50-70 и ~100 км. В последней же из этих работ сводная таблица характерных размеров отдельностей горной породы по различным данным (определения размеров кусков породы, образующихся при взрывах, карьерных работах и т.д.) содержит для блоков земной коры (в интересующем нас диапазоне) значения 60 и 125 км, что хорошо согласуется с нашими оценками для Прибайкалья. Существенно то, что указанная делимость выступает как надрегиональный фактор, одинаковый для разных районов сложно построенной в геологическом отношении Байкальской рифтовой зоны.



    В основе приведенных рассуждений о блоковой делимости земной коры в Прибайкалье лежит идеализация действительной обстановки, игнорирующая прежде всего неправильную форму блоков, образующих, по нашим представлениям, единую систему. Однако такая идеализация неизбежна при первых попытках создания блоковой модели сейсмических проявлений, типичных для рассматриваемого региона.

    Развивая предложенную схему описания сейсмического процесса, связанного с байкальским рифтогенезом, мы сталкиваемся со сложным вопросом о роли блоков и разграничивающих их контактных зон в осуществлении сейсмических актов.

    В предлагаемом нами делении земной коры на блоки по принципу предрасположенности последних к хрупким деформациям, как видно из изложенного, вертикальным контактным зонам отводится пассивная в сейсмическом отношении роль. Что же касается горизонтальных неоднородностей среды, составляющих нижние ограничения блоков, то связь с землетрясениями двух из них, относящихся к глубинам 21 и 27 км, выглядит достаточно реальной. Во всяком случае, на уровнях, близких к указанным границам, частично концентрировались очаги слабых землетрясений, составлявших крупные рои: Куморский 1966-1967 годов и Уакитский 1969 г. /16/, а к одной из этих границ (на глубине 21 км) тяготели очаг 9-балльного Среднебайкальского землетрясения 1959 г. и очаги его афтершоков /17/.

    Приведенные факты говорят о том, что природа вертикальных и горизонтальных нарушений однородности коры, ограничивающих блоки, неодинакова. Условия, существующие на горизонтальных границах, служащих поверхностями расслоения в коре, способствуют в определенной мере разрядке накапливающихся в ней напряжений, тогда как вертикальные ограничения блоков, отражающие естественную делимость коры, оказывают скорее стопорящее действие на процессы распространения сейсмических разрушений, возникающих и развивающихся в том или ином блоке.

    С представлением о блоковой делимости земной коры в Прибайкалье согласуются результаты исследования затухания сейсмических волн от местных землетрясений.

    Изучение динамики сейсмических волн - чуткий инструмент исследования строения и физико-механических свойств среды. Однако благодаря тому, что на динамические параметры колебаний оказывает существенное влияние целый ряд факторов, порой неконтролируемых, достоверные выводы о той или иной закономерности волнового поля могут быть сделаны, как правило, лишь при достаточной статистической обеспеченности эксперимента материалами наблюдений.

    Как говорилось выше, эпицентральное поле Прибайкалья имеет дискретный характер, что выражается в чередовании областей повышенной и пониженной плотности эпицентров. В связи с этим если земная кора исследуемого

    74

    региона представляет собой совокупность блоков с повторяющимися размерами, т.е. также дискретна, в динамике сейсмических колебаний следует ожидать закономерностей, имеющих квазипериодический характер. Перспективным в плане выявления существования блоковой делимости земной коры представляется исследование зависимости отношения амплитуд максимальных смещений в S- и Р — волнах от эпицентрального расстояния . Связано это с тем, что разный механизм передачи сейсмической радиации через реальную геологическую среду, содержащую зоны межблоковых контактов, должен приводить к разным законам затухания поперечных и продольных колебаний. Если внутри блоков следует ожидать /18 и др./ повышенное затухание S-волн, то на границах блоков вероятно существование скачка нормальной к зоне трещиноватости компоненты (Р-волны), что должно приводить к резкому увеличению рассеяния продольных волн при сравнительно незначительном изменении рассеяния поперечных колебаний /19/. Таким образом, если существует достаточно четкая делимость земной коры на блоки определенных размеров, то она должна проявиться в квазипериодическом характере зависимости АSP (). Естественно, что выявить данную закономерность можно лишь на



    основании статистического анализа большого объема экспериментальных

    данных.


    При изучении зависимости АSP от эпицентрального расстояния использовались данные наблюдений над землетрясениями 6-12-го энергетических классов, происшедшими в 1968-1980 годах (всего было использовано для этой цели более 11000 значений АSP). Характер облака точек на всех

    графиках позволяет предположить линейную зависимость lg АSP от .

    Не останавливаясь здесь на чрезвычайно любопытном факте существенного изменения угла наклона прямых lg АSP ( ) при увеличении К, что

    должно быть темой особого исследования, отметим, что на определенных расстояниях "центры тяжести" экспериментальных данных достаточно закономерно отклоняются от осредняющих прямых. График средних отклонений экспериментальных точек от этих прямых, который представляет собой кривую весьма характерной формы - квазисинусоиду с периодом порядка 60 км, приведен на рис. 2. Ошибки определения средних значений, показанные на нем вертикальными отрезками, примерно в 5 раз меньше амплитуды полученной кривой.

    Таким образом, характер зависимостей АSP (), определенных по

    данным наблюдений за землетрясениями широкого энергетического диапазона, свидетельствует о том, что для волнового поля Прибайкалья характерна 60-километровая периодичность отношения АSP. На основании сказанного вы-





    Рис. 2. Средние отклонения экспериментальных точек от осредняющих прямых lgАSP () в зависимости от эпицентрального расстояния. Вертикальные отрезки -стандартные ошибки определения ср для 20-километровых интервалов ,

    75

    ше можно предположить, что характерная форма кривой, приведенной на рис. 2, свидетельствует о существовании в исследуемом регионе отдельностей со средними размерами, равными примерно 60 км.

    На данном этапе исследований, когда периодичность в заметном ослаблении величины АSP установлена по совокупности данных, полученных разными станциями Прибайкальской сейсмической службы, осуществить топографическую привязку граничных зон между отдельностями, влияющими на процесс распространения сейсмических волн, не представляется возможным. Отождествляя эти зоны с межблоковыми контактными участками коры, мы интерпретируем их как зоны пониженной прочности, в которых, однако, по каким-то причинам хрупкое разрушение земного субстрата не происходит. Не исключено, что ослабленные межблоковые пространства представляют собой зоны высокой проницаемости, подобные зонам разломов, выделяемым в различных районах Советского Союза гелиевой съемкой и используемым, наряду с другими материалами, для обоснования представлений о блоковой делимости коры /13, 20/.

    В отличие от рассмотренной "обобщенной" структуры эпицентрального поля Байкальского рифта, сформировавшейся в соответствии с законами естественной делимости земного субстрата вне зависимости от его физико-химических и физико-механических свойств, нарушения сплошности среды, происходящие в отдельных блоках при землетрясениях, должны быть теснейшим образом связаны с локальными неоднородностями, заложенными и сформировавшимися в земной коре на различных этапах ее дорифтовой истории.

    В рамках представлений о блоковой делимости коры находят объяснение некоторые особенности сейсмического режима Байкальской рифтовой зоны, в частности распространение на ее территории эпицентральных областей пространственно-временных совокупностей землетрясений с различным характером разрядки напряжений.

    Известно, что в Баргузино-Верхнеангарской высокоактивной области землетрясения, сопровождающиеся афтершоками, отсутствуют, роевая же деятельность проявляется здесь чрезвычайно интенсивно, причем энергия наиболее сильных толчков соответствует, как правило, К = 13. В Муйско-Ципинской области повышенной сейсмичности рои землетрясений тоже можно считать обычным явлением, однако в ней происходят и более сильные толчки (К = 14), с которыми связаны сравнительно слабо выраженные последовательности афтершоков. Наоборот, в крайних северо-восточных районах Байкальского рифта сейсмический режим отличается ярко выраженными последовательностями афтершоков, сопровождающими как наиболее, так и достаточно сильные землетрясения (Муйское 1957 г., Кодарские 15 и 18 мая 1970 г. и др.). Рои землетрясений на этом участке рифта представлены слабо.

    Естественно считать, что отсутствие землетрясений с афтершоками и интенсивное развитие роев в сейсмоактивной зоне свидетельствуют о повышенной раздробленности земной коры, создающей предпосылки (в свойственных рифту условиях растяжения) для постоянной разрядки напряжений путем землетрясений слабой интенсивности. Подобная обстановка вполне реальна для Баргузино-Верхнеангарской зоны повышенной сейсмичности, где земная кора ослаблена, по-видимому, наличием максимально возможного числа блоков выявленной в Прибайкалье иерархической системы. Действительно, к двум блокам со средними размерами 120 км, находящимся в границах рифтовой зоны и распадающимся на более мелкие отдельности, примыкает с юго-востока третий такой же блок, расположенный в Селенгино-Витимской зоне высокой проницаемости восток - северо-восточного простирания, составляющей юго-восточное ограничение Байкальского рифта. Повышенной раздробленностью земной коры в месте расположения этого третьего блока обусловлено, по

    76

    всей вероятности, образование совпадающего с ним поля кайнозойских базальтов (см. рис. 1).



    На территории Муйско-Ципинской высокоактивной области выделяются два блока с размерами 120 км, располагающиеся в более узкой части рифта. Возможно, в связи с этим последним обстоятельством прочностные свойства коры в данной области остаются достаточно высокими для того, чтобы наряду с разрядкой напряжений в виде роев здесь существовали условия, необходимые для накопления напряжений до более высокого уровня с последующим снятием их в виде землетрясений с афтершоковыми последовательностями.

    Излияния бааальтов на юго-восточном продолжении Муйско-Цнпинской высокосейсмичной области места не имеют. Вероятно, объясняется это тем, что огранич"вающая рифт зона высокой проницаемости упирается в этом районе в массивную Амалатскую глыбу высокопрочных пород.

    Куандинско-Чарская область, в которой наблюдаются последние на северо-востоке интенсивные сейсмические проявления, связанные с Байкальской рифтовой зоной, приурочена к единственному 120-километровому блоку, т.е. , по-видимому, находится в условиях, еще более неблагоприятных для осуществления естественной делимости коры, что и приводит к упомянутым выше особенностям сейсмического режима на данной территории. Уменьшение пространственных масштабов процессов, связанных с рифтообразованием, проявляется здесь и в том, что поле излившихся базальтов совпадает с юго-восточными районами повышенной плотности эпицентров, относящимися к этой области.

    * * *


    Задачей настоящей работы были поиски возможных причин, обусловливающих сложную мозаичную структуру эпицентрального поля землетрясений Байкальской рифтовой зоны, относящихся в основном к 6-12-му энергетическим классам. Как показывают обсуждавшиеся выше материалы, в результате этой работы удалось подойти к объяснению одной из наиболее существенных черт распределения сейсмичности на рассматриваемой территории:

    прерывистости эпицентрального поля в направлении простирания рифта. В дальнейшем предстоит детально разобраться в вопросе о том, каким образом взаимодействуют и, в конечном итоге, влияют на распределение сейсмичности нарушения однородности земной коры, имеющие различную природу: зоны контактов' между блоками, образовавшимися в результате естественной делимости коры, и неоднородности, связанные с внутренней структурой отдельных блоков.

    При всей неоспоримости существования в Байкальской рифтовой зоне характерного 60-километрового деления коры на блоки требует уточнения детальная привязка их к местности. Предлагаемое в работе расположение системы блоков представляется нам оптимальным. Вместе с тем не исключено, что новые фактические материалы внесут в будущем в эту картину те или иные коррективы, особенно для северо-восточного фланга рифта.

    Список литературы

    1. Мишарина Л.А., Солоненко Н.В. Анализ эпицентрального поля землетрясений центральной и северо-восточной частей Байкальского рифта // Сейсмичность и глубинное строение Сибири и Дальнего Востока. - Владивосток: ДВНЦ АН СССР, 1976. - С. 7-12.

    2. Мишарина Л.А., Солоненко Н.В., Вертлиб М.Б. Некоторые особенности эпицентрального поля Байкальской рифтовой зоны в сопоставлении с ме-

    77

    ханизмом очагов землетрясений // Сейсмичность и сейсмогеология Восточной Сибири. - М.: Наука, 1977. - С. 43-61.



    3. Голенецкий С. И. Сейсмичность Прибайкалья - история ее изучения и некоторые итоги // Там же. - С. 3-42.

    4. Голенецкий С.И., Козьмин Б.М.. Ларионов А.Г. Региональные исследования сейсмичности // Геология и сейсмичность зоны БАМ. Сейсмичность.-Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1985. - С. 7-73.

    5. Lev! K.G-. Recent crustal movements and seismicity. International symposium on deep internal processes and continental rifting (Abstracts). — Chengdu: China Academic Publishers, 1985. - P. 77-78.

    6. Недра Байкала по сейсмическим данным. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1981. - 105 с.

    7. Очерки по глубинному строению Байкальского рифта. - Новосибирск:

    Наука. Сиб. отд-ние, 1977. - 152 с.

    8. Зорин Ю.А., Мордвинова В.В., Новоселова М.Р., Турутанов Е.Х. Плотностная неоднородность мантии под Байкальским рифтом // Изв. АН СССР. Сер. Физика Земли. - 1986. - № 5. - С. 43-52.

    9. Пузырев Н.Н., Мандельбаум М.М., Крылов С.В. и др. Глубинное строение Байкальского рифта по данным взрывной сейсмологии // Геология и геофизика. - 1974. - № 5. - С. 155-167.

    10. Кочетков В.М. Сейсмическая активность Байкальской рифтовой зоны // Роль рифтогенеза в геологической истории Земли. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1977. - С. 125-129.

    11. Кочетков В.М. О возможных путях сейсмотектонического анализа // Сейсмические и сейсмогеологические исследования на центральном участке БАМа. - Якутск: ЯФ СО АН СССР, 1978. - С. 5-11.

    12. Садовский М.А. Естественная кусковатость горной породы // Докл. АН СССР. - 1979. - Т. 247, № 4. - С. 829-831.

    13. Садовский М.А., Болховитинов Л.Г., Писаренко В.Ф. О свойстве дискретности горных пород // Изв. АН СССР. Сер. Физика Земли. - 1982. -№ 12. - С. 3-18.

    14. Прогноз землетрясений / Под ред. М.А. Садовского. - Душанбе. - М.:

    Дониш, 1984. - 216 с.

    15. Шерман С.И. Физические закономерности развития разломов земной коры. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1977. - 101 с.

    16. Вертлиб М.Б. К определению глубин очагов землетрясений в Прибайкалье // Геология и геофизика. - 1978. - № 9. - С. 141-146.

    17. Голенецкий С.И. Определение мощности земной коры по наблюдениям

    волн, отраженных от ее подошвы, и глубины залегания очагов афтершоков Среднебайкальского землетрясения 29 августа 1959 г. // Геология и геофизика. - 1961. - № 2. - С. 111-116.

    18. Коган С.Я. Сейсмическая энергия и методы ее определения. - М.: Наука, 1975. - 152 с.

    19. Нерсесов И.Л., Копничев ГО.Ф. О возможности изучения напряженного состояния среды по динамическим характеристикам сейсмических волн от близких землетрясений // Сейсмическое просвечивание очаговых зон в прогнозе землетрясений и геодинамике. - М.: Наука, 1979. -С. 161-183.

    20. Яницкий И.Н. Гелиевая съемка. - М.: Недра, 1979. - 95 с.

    21. Беличенко В.Г. Соотношение каледонид Байкальской горной области с герцинидами Центрально-Азиатского складчатого пояса // Геология и геофизика. - 1982. - № 10. - С. 12-20.



    78

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Л. A. Mишapиha, A. B. Солоненко влияние блоковой делимости земной коры на распределение сейсмичности в байкальской рифтовой зоне

    Скачать 214.36 Kb.