страница1/4
Дата30.06.2017
Размер0.84 Mb.

Н. Г. Волкова.(Фрагмент из книги глава Вайнахи)


  1   2   3   4

Н.Г.Волкова

ЭТНИЧЕСКИЙ СОСТАВ

НАСЕЛЕНИЯ

СЕВЕРНОГО КАВКАЗА

В XVIII — НАЧАЛЕ XX ВЕКА



ИЗДАТЕЛЬСТВО "НАУКА"

ших на тюркском и осетинском языках. 13 течение XVIII в. источники не фиксируют изменений внутренних границ горных обществ Осетии. Но для них в исследуемый хронологический отрезок времени был характерен интенсивный процесс движения горцев на равнину, приводивший к уменьшению числа жителей горной полосы и обезлюдению ее некоторых районов.

ВАЙНАХИ1

Вайнахская этническая общность в XVIII — первой половине XIX в. включала чеченцев и ингушей с их локальными группами, а также карабулаков и аккинцев. За пределами Северного Кавказа эта общность представлена бацбийцами и группой чеченцев, известных под именем кистин, ныне живущих в Ахметском районе Грузинской ССР. Все эти народы, имеющие общие исторические корни, дают пример теснейших генетических связей в языке, а также в культуре и быту. «Чеченский язык2, — писал в этой связи П. Услар, — представляет замечательный характер единства; уроженцы двух противоположных концов Чечни без затруднения могут разговаривать друг с другом, за исключением разве джераховцев, которые говорят весьма измененным наречием»3. Это определение известного кавказоведа соответствует и представлению самих народов, объединяющих выражением «вайнах», т. е. «наш народ», «чеченцев» (нохчий), ингушей (гIалгIай, фаьппий), аккинцев (аьккхий) и карабулаков (орстхой). К началу XIX в., как показывают источники, названные народы на Северном Кавказе населяли территорию от р. Аксая на востоке до бассейнов рек Камбилеевки и Армхи (включительно), на западе. Однако данная этническая ситуация во многом не соответствовала картине расселения вайнахов как на рубеже XVII—XVIII вв., так и в течение последующих десятилетий XVIII в.

Самую западную группу вайнахской этнической общности составляли локальные подразделения, известные под именем ингушей. К 20-м годам прошлого столетия область их расселения включала горные и равнинно-предгорные районы по рекам Армхи, Камбилеевке, Сунже (с притоками Герг, Назрань, Эндерипс) и Ассе. Эта этническая территория ингушского народа, не будучи стабильной, создавалась в результате многочисленных и разнообразных миграционных и этнических процессов, имевших место в ингушском обществе с конца XVII в. Письменные источники начала XVIII в. фиксируют значительные изменения, происшедшие в западной границе вайнахов. Первое из них касается Ларса — района, где, судя по доступным в настоящее время источникам, в XVI — начало XVIII в. жило вайнахское население, сменившееся осетинским. Я не буду повторять фактов, уже приводившихся в работе и свидетельствующих о том, что осетины сменили в районе Ларса ингушское население, видимо, не позднее конца 20-х годов XVIII в.4 В свете этого становится понятным сообщение Клапрота о том, что осетины, занимавшие в XVIII в. Ларс и построившие вблизи него Чми и Балту, длительное время платили соседним ингушам подать за право пользования этой землей5.

Интересно, что факты передвижения вайнахов на восток, некогда живших значительно западнее современных районов их обитания, отразились в осетинских преданиях, записанных Л.П. Семеновым в 1927 г. в Кобанском ущелье. Эти предания рассказывают, что ингуши в прошлом обитали в Куртатинском и Даргавсском ущельях, из которых под натиском осетин и кабардинцев ушли в Сапибанское ущелье, а позднее через район Чми — на правый берег Терека6. Другое предание, записанное мною в 1971 г. среди восточных аккинцев (ауховцев), также говорит о передвижении части вайнахов с запада на восток. «Некогда аккинцы, вышедшие из Шами,— рассказывается в предании,— обосновались под горой Казбек, но, враждуя с бацави-гурджи, они вынуждены были уйти в местность ГIула, которая, по мнению рассказчика, аккинца из сел. Бони-юрт, находилась в верховьях р. Армхи или р. Ассы. Нападения калмыков заставили аккинцев уйти из ГIула (ср. правый приток р. Ассы — Гулойхи) и поселиться на р. Мичик, но когда вновь на них напали калмыки (гIалмакхой)7, то аккинцы переселились в горы к р. Ямансу, где и образовали свои поселения»8. О постепенном движении аккинцев с запада на восток, возможно, говорят также и другие факты. Селение под названием Кербите известно в Джерахском ущелье рядом с сел. Эрзи, жители которого считают себя выходцами из Кербите, а также в горах в Аккинском обществе. В том же Акки имелось сел. Озьми, известное в XIX в. в нижнем течении р. Армхи. Жители сел. Фалхан (правобережье Армхи) считают себя по происхождению аккинцами9. Орстхойцам-хаккоевцам (ср. Хакки-конги-юрт, район Алкуна), передвинувшимся с р. Ассы, в первой половине XIX в. принадлежало сел. Цогуной на р. Аргуне, располагавшееся на месте Шатоя10. В настоящее время в Шатое живет тейпа Хаккой, насчитывающая около 100 хозяйств11. Из местности Щечеахк далеко на восток к Шаро-Аргуну ушли цечоевцы (орстхой), где и образовали сел. Пхаьмат. Представители этой тейпы, хотя и записаны чеченцами, до сих пор называют себя орстхой12.

Другое изменение в западной этнической границе ингушей, также фиксируемое источниками XVIII в., касается территории в нижнем течении р. Армхи. Мне уже приходилось в связи с вопросами расселения осетин в XVIII в. приводить ряд фактов передвижения осетинских фамилий в эти районы. Здесь на высоких берегах нижнего течения р. Армхи на протяжении XVIII в. возникали фамильные поселения осетин. Клапрот указывает на два из них - Цурате и Ленате, составлявшие сел. Джерах13. Названия этих поселений связываются с фамилиями Цуровых и Льяновых, первая из которых известна в настоящее время среди ингушей и осетин, вторая - лишь среди ингушей. По сведениям 30-х годов XIX в., джераховцам принадлежали селения Калмыкав (Калмыкау), Волокав (Уаллагкау), Пемат (Пхемат), Большой и Малый Вазби (Озьми)14. Первое из названных селений, было, видимо, фамильным поселением Калмаковых (ср. Калманкау, т. е. поселение осетинской фамилии Калманта из Куртатинского ущелья). Имя одного из них, кистинского старшины Цаука Мирзы Калмакова, упоминается в документах середины XVIII в.15. Напомню также факт переселения в Джерахское ущелье одного из представителей осетинской фамилии Слоновых (Дударовых), поселившегося среди ингушей не позднее 90-х годов XVIII в. Такого рода переселения отразились как в реальных осетино-ингушских связях, так и в исторических преданиях этих народов. Л. П. Семенов пишет, что осетины Гушаевы, жители Саниба, в 20-х годах нашего столетия имели родственников в сел. Фуртоуг - первом ингушском селении на правом берегу р. Армхи16. По записям того же исследователя, сделанным в 1927 г. в джерахских селениях, фамилии Хаматхановых и Цуровых вели свое происхождение от осетин из сел. Тменикау Даргавсского ущелья17. Осетинские переселенцы, перешедшие в Джерахское ущелье в основном из-за кровной мести, заняли его нижнюю часть, образовав здесь небольшие фамильные поселения. Описание этого района, составленное не позднее 1816 г., называет пять джерахских населенных пунктов, в которых было 37 дворов и 185 жителей, происходивших, по замечанию того же источника, от осетин. Они занимали земли, составлявшие продолжение Кистинского ущелья, с жителями которого джераховцы находились в тесных сношениях18. Несмотря на естественный процесс этнической ассимиляции, имевший место среди джераховцев-осетин в течение XVIII - начала XIX в., последние, как показывают источники, этнически отделяли себя от соседних ингушей-кистин еще в 30-х годах прошлого столетия.

Во второй половине XIX в., как свидетельствуют этнографические материалы, фамилия Дударовых жила в сел. Духаргишт, Цуровых - в Нижнем и Верхнем Озьми, Джерахе. В последнем были также Томовы и Мурзабековы. Первые считались выходцами из Хамкинского общества, т. е. галгаевцами, вторые - из Мецхальского, т. е. фаннийцами. В Джерахе, кроме Дударовых, жили Мамиловы из Эрзи и Гудантовы из Мецхала19. О переселении ингушей из сел. Эрзи к джераховцам свидетельствуют также некоторые документы середины прошлого столетия. Ингуш ?азар Мамилов в связи с определением сословных прав ингушской верхушки о происхождении своей фамилии писал, что одни из его предков «Даур-Бек поссорился с дядей своим Андом (ср. ингуши Яндиевы - Н. В.), из-за чего оставил Кистинию и переселился к джераховцам, где пользовался всеми преимуществами, какими пользовались тагаурцы, заключал с ними браки, брал пошлины за проезд или провоз товаров по Военно-Грузинской дороге и управлял кавдасардами наравне с тагаурцами. После него пользовались этими правами сын его Шейлынк, внук Багамет и правнук Тачь и отец наш Дударуко, который почти ежегодно был приглашаем грузинским царем Ираклием...»20 В тексте приведенного документа не только отразился факт переселения фамилии Мамиловых из Кистинии в Джерахское ущелье, но и относительная хронология этого события. Последняя устанавливается по числу поколений, которых в источнике упоминается пять, т. е. считая поколение Мамиловых, жившее в середине прошлого столетия, их переселение могло произойти примерно и конце XVII - начале XVIII в.

Соседями джераховцев по р. Армхи (осет. Макалдон) были зайнахи, в источниках XIX в. называемые кистинами или, значительно реже, фаннийцами. По сведениям источников XVIII - начала XIX в. область расселения этого народа занимала среднее и верхнее течение р. Армхи. Однако сюда не включались земли галгаевцев, представлявших самостоятельное племя и живших в верховьях р. Ассы, а также уже названных джераховцев. По описанию 1816 г. кистнины на западе граничили с джерахами, на юге их граница проходила по р. Ахкархий, доходя до ее верховьев, через которые лежал путь в Архоты и Гудашаури. Кистинских селений, по сведениям того же источника, насчитывалось 25, а их население составляло 1195 душ христиан и 74 мусульман. Они занимались земледелием, сеяли ячмень, немного пшеницы, проса и кукурузы, и имели немного скота21.

Как показывают сведения письменных источников, данная ситуация начала XIX в. не во всем соответствовала этнической ситуации рубежа XVII-XVIII вв. Так, некоторые факты говорят о заселенности ингушами до начала XVIII в. территории по р. Кистинке (ОхкарочIож - ингушск.), впадающей в Терек справа против р. Цахдон, на которой находилось ингушское сел. Гвелети. Местность по р. Охкарохи, где жили ингуши, описывается в ингушском предании о Черебаше22. Историко-этнографические описания второй половины XVIII - начала XIX в. (Гюльденштедт, Паллас, Клапрот) не знают населения и ущелье Охкарохи23. Это же ущелье как ненаселенное в первой четверти XVIII в. описывает Вахушти. «Ниже этого Гвилети в Арагву же впадает Хеви, вытекающая с юго-востока, из Гудамакарско-Дзурдзукского Кавказа и идущая к северо-западу. Ущелье ненаселенное. С этой речки переходит трудная и опасная дорога в Дзурдзуки и Кистетию... Ниже от этой речки ущелье это суживается скалою, и здесь находится крепость Давитис-цихе, построенная Агмашенебели»24. Речь идет о крепости Давида Строителя, находившейся у слияния Охкарохи с Тереком (в 10 км к северу от Казбека).

Таким образом, в 20-е годы XVIII в. в ущелье Охкарохи уже никто не жил. Однако некоторые документальные материалы дают возможность предполагать заселенность этих мест ингушами еще в 1637 г. В частности, видимо, об этом говорят сведения статейного списка посольства Ф. Ф. Волконского и А. И. Хватова, шедшего в 1637 г. в Кахетию25. Следует отметить, что маршрут посольств XVI-XVII вв. в Грузию, обычно пролегавший через Дарьяльское ущелье, Сонскую землю далее в Кахетию, в данном случае был изменен в связи с политическими осложнениями во взаимоотношениях «аристона сонского» и грузинского царя Теймураза. Посольством Ф. Волконского и А. Хватова был выбран путь «щелями» реки Терека и далее на восток по одному из его боковых правых притоков. Это могли быть ущелье р. Армхи или ущелье р. Кистинки, т. е. ОхкарочIож, куда посольство могло свернуть, пройдя Ларсов кабак.

Из сведений, сообщаемых статейным списком, в связи с исследуемой темой необходимо выявить некоторые моменты: 1) что часть пути посольства пролегала именно по Охкарохи; 2) что население, фиксируемое статейным списком в этих местах, было ингушским. В пользу пути посольства 1637 г. по Охкарохи, на мой взгляд, говорят следующие сведения. Посольство от Мударовых кабаков какой-то отрезок пути шло «щелями» реки Терека, в тот же день придя в Хавсины кабаки. Последние, видимо, находились между Ларсом, откуда к Хавсе, по сообщению того же статейного списка, приезжали владельцы, и Степан-Цминдой (современный Казбек), где начиналась Сонская земля. Судя по тому, что через владения Хавсы (Хансы) пролегал путь на восток в Кахетию, они располагались по правобережью Терека. Наиболее вероятным местом для поселения могло быть устье р. Юхкарохи, а не скалистые высокие берега Терека между Армхи и Охкарохи, непригодные для обитания. Именно недалеко от устья последней реки менее чем в двух часах медленной ходьбы еще в начале XX в. сохранялись развалины старинного замка26. То, что Хавсины владения находились не в самом Дарьяльском ущелье, а где-то несколько в стороне от последнего, подтверждается следующим сообщением того же статейного списка. «А черкашенин Хавса говорил: преж сего царского величества послы хаживали в Грузи на Сони да на Аристона, и не на ??го Хавсу. А он и иные горские владельцы бывали в стороне. Столько им государево жалованье всем бывало за то, что они ход прежних послов по реке Терке мосты мащивали и дороги ??щивали» (курсив мой. - Н. В.)27.

Именно через Охкарохи существовал исторический путь в Кахетию, о котором сообщает, в частности, Клапрот: «Дефдароки (Цахдон), - пишет он, - впадает в Терек слева. Противоположно и вправо впадает в Терек Ахкара, откуда дорога ведет к исто?и Алазани»28. Следует отметить, что те же источники не отмечают, однако, возможности прохода с Терека в Кахетию через ущелье Армхи. По описанию документов первой половины XVIII в. путь в Грузию проходил по левому берегу Терека мимо Ларса и у устья Охкарохи переходил на правый берег Терека29. Именно здесь посольство могло свернуть в ущелье Охкарохи. В этих местах, несмотря на отсутствие населения, и в начале XX в. по правобережью Охкарохи существовала удобная тропа, по которой менее чем за день пути через проходы, имевшиеся между горами Кибиш, можно было выйти в Пирикитскую Хевсуретию (в Архоты)30.

Остается выяснить, были ли земли, через которые шло посольство в 1637 г., заселены ингушами. Последнее находит подтверждение в исторических преданиях ингушей31, а также в описании статейным списком рогообразного головного убора, который носили местные женщины32. Такого рода головной убор (ингушск. курхарс) фиксируется в склепах XV-XVII вв. в селениях Эрзи, Эгикал, Горак, Фалхан, Мецхал, а также в 70-х годах XVIII в. Гюльденштедтом33. Существование в прошлом по Охкарохи именно вайнахского населения подтверждается также наличием здесь географических названий, объясняемых из вайнахского языка: Арзи-чоч-корт, Малчоч-корт, Тышхий, Охкарохий и др.34, где корт означает в вайнахских языках «гора», хи - река, чоч - более старая форма чIож, т. е. ущелье.

Таким образом, посольство Ф. Волконского и Л. Хватова в сопровождении Хавсы двинулось по Охкарохи через ингушские земли. «И того же дни (3 августа. - Н. В.), - сообщается статейном списке, - послы перешли кабаки горских владельцев. А те кабаки стоят по обе стороны того ручья. А дворы у них каменные в горах. А ходят мужики по-черкаски, а жонки носят на головах что роги вверх в пол-аршина»35. То, что именно Хавса взялся провожать посольство через ингушские земли до встречи с кахетинским царем Теймуразом и вел послов в течение трех дней, видимо, говорит о том, что Хавса был ингушом, хотя в статейном списке он назван «черкашенином»36. Материалы статейных списков XVI-XVII вв. показывают, что, как правило русские посольства в Грузию проводились северокавказскими феодалами через свои владения или земли одноплеменников37. Провожатым посольства 1637 г. от Мударовых кабаков до Хавсы Мударом был назначен его сын Казый с узденями. Следование Казыя в составе посольства еще на протяжении трех дней после Хавсиных кабаков было своего рода дипломатией, а может быть, скорее выполнением обычая гостеприимства, чем необходимостью, тогда как отказ Хавсы, местного и знавшего дорогу, сопровождать посольство грозил невыполнением возложенных на Ф. Вол конского и А. Хватова задач.

Путь посольства, видимо, проходил не только через Хавсины кабаки, но также и владении его племянников, братьев, через земли Казана и Бекана Ардашовых, «детей Щаповых» (Шановых)38, и каракалканцев Муци и Моздрюка39. Именно этим объясняется появление названных лиц у Хавсы в момент пребывания там посольства и плата послами за проход в их владениях «поминков», т. е. подарков, жалованья40.

Факт ухода жителей с Охкарохи находит подтверждение также в документальных материалах 60-х годов прошлого столетия. В 1867 г. в Кавказское горское управление от жителей Ингушского округа был подан рапорт, излагающий претензии трех ингушских фамилий - Мамиловых, Яндиевых и Алдагановых - на принадлежавшие им в прошлом земли по течению р. Ахкархий. «Жители Ингушевского округа Джераховского и Кистинского обществ, - сообщалось в рапорте, - из фамилий Мамиловых, Яндиевых и Алдагановых предъявили начальству округа права свои на землю, лежащую по течению р. Ах-каръ-хий и будто бы отнятую у них генерал-майором Казбеком»41. При дальнейшем расследовании названными фамилиями были даны объяснения, из которых выяснилось следующее. «Предок их фамилии Чачаев с родственниками своими жил по всему течению Ах-кар-хий и имел там аул под названием Мецхал. Потом вследствие вражды с хевсурами они переселились в Джерахское и Кистинское общества и, продолжая пользоваться Ах-кар-хийским ущельем, имели там хутора; при этом один из депутатов Дохкильг Мамилов объяснил, что он там жил и косил 7 лет. В бытность же горским окружным начальником генерал-майор Казбек воспретил им пользоваться названною землею, объявивши ее казенною, а между тем сам брал яссак со всех жителей, которые пользовались тою землею»42.

Приведенное свидетельство дает возможность сделать ряд выводов и предположений. Первое - о том, что в прошлом ущелье р. Кистинки (в документе Ахкархий) было заселено ингушами, в том числе предками фамилий Мамиловых, Яндиевых и Алдагановых. Второе - что селение под названием Мецхал находилось первоначально по р. Охкарохи, а позднее, во всяком случае уже в XVIII в., было известно по правобережью р. Армхи. Небезынтересно, что на картах XIX в., указывающих сел. Ара? в Джерахском ущелье, местность под таким же названием обозначена чуть севернее р. Охкарохи, по которой указаны развалины Мецхала43. Третье - что причиной ухода населения из бассейна р. Охкарохи были враждебные отношения с соседними хевсурами. Вероятнее всего, этот факт означает наличие к этому времени хевсурского населения на северных склонах хребта в районах, непосредственно примыкающих к Охкарохи (Джута, Архоты). Тот же документ вполне определенно указывает, что новые места жительства переселенцев находились в Джерахском и Кистинском ущельях44.

Из текста данного источника не ясно, в какое время происходило переселение ингушей с р. Кистинки на новые места жительства по р. Армхи. В связи с этим обращу внимание на один факт. Как сообщает документ 1867 г., три названные в нем ингушские фамилии - Мамиловы, Яндиевы и Алдагановы - представляют собой ветви одной фамилии - Чачаевых45. В грузинском документе от 1733 г. в письме старшин Хевской провинции46 грузинскому царю Вахтангу VI интересующие нас ингушские фамилии не упоминаются, однако Яндиевы и, возможно, Алдагановы (в документе Арджагановы) названы в письме старшин «Кистетцкой провинции», датируемом тем же годом и направленном также Вахтангу VI47. Это еще одно подтверждение, что переселение с р. Охкарохи на р. Армхи названных ингушских фамилий произошло ранее 30-х годов XVIII в.

По сведениям грузинских источников начала XVIII в., в состав западных земель вайнахов включались Кистети, Джариехи, Глигви и Дзурдзукети, располагавшиеся к востоку от Хеви, т. е. Дарьяльского ущелья. «А в конце Хеви, - пишет Вахушти Багратиони, - где река Арагва или Ломеки выходит на равнину, в эту Арагву, повыше селения Хетадзе, впадает речка Кистская и Дзурдзукская... Где же сливаются обе эти реки, там между ними находится Джариехи, огромная скала, огораживающая большую долину... Тут стоит большая башня, обведенная подобно крепости стеною. И на этой речке в ущелье выше Джариехи находится Кистети с селениями, строениями. А к югу от сего, выше Кистетии, находится Дзурдзукия со строениями, селениями; башенные же обе области»48. Если локализация Джариехи (низовья р. Армхи). Кистети (в среднем течении той же реки), Глигви (страна галгаев в верховьях р. Ассы) не вызывает сомнения, то расположение башенной Дзурдзукии не ясно. Последняя, по сведениям того же автора, находилась южнее и выше Кистети, а ее границы составляли: с востока - Кавказ, лежавший между Кисто-Дзурдзукией и Глигви, с юга - Кавказ между Пшав-Хевсурети и Дзурдзукети, с запада - Кавказ, находившийся между Кист-Дзурдзукией и Хеви, с севера - Кавказ, расположенный между Черкесией и Кистети49. В другом месте своего труда грузинский географ пишет, что р. Белая Арагва течет с гор между Дзурдзуки и Пшави и идет от севера к югу и в Жинвани впадает с востока в Черную Арагву50. Судя по этой локализации, Дзурдзукети51 для XVII-XVIII вв. включала, в частности, территории по р. Джуте, Охкарохи, возможно более восточных Архот.

Анализ уже рассмотренного статейного списка посольства 1637-1640 гг. дает, как мне кажется, представление еще об одной области, в этот период заселенной ингушами и, видимо, на рубеже XVII-XVIII вв. также покинутой этим народом. Я имею в виду Архотское ущелье, через которое после р. Охкарохи лежал путь посольства Ф. Волконского и А. Хватова и которое в XIX в., как известно, было населено хевсурами52. О том, что в Архотах в прошлом жили ингуши, говорят исторические предания, архитектурный стиль архотских башен, культовые институты, топонимия53. Можно предполагать, что уход ингушского населения из Архотского ущелья, как и с Охкарохи, относится к концу XVII - началу XVIII в., а возможно, и более раннему периоду. М. Джандиери и Г. Лежава, исследовавшие хевсурскую народную архитектуру, не приводя в своей работе конкретных материалов, относят факт заселения хевсурами Архот и Джуты к XVII в.54 С. Макалатия, основываясь на грузинских источниках, считает, что переселение хевсур в Джута и Артхмо (Хеви) произошло во второй половине XVIII в., в период царствования Ираклия II55. В исторических преданиях мы находим подтверждение двум интересующим нас моментам. Во-первых, процессу заселения Архот грузинами-хевсурами, во-вторых, существованию в Архотах ингушского населения, вытесненного со временем хевсурами. Хевсурские исторические предания содержат данные о заселении Архот грузинами, перешедшими горы и вынужденными уйти со своих мест обитания из-за нападения леков56. Эти же факты отразились в ингушских исторических преданиях. «Владевшие Архотским ущельем кистины, - сообщает одно из них, - разрешили поселиться в сел. Амга пшавам, бежавшим от своих кровников, и брали с них за это определенную плату»57. По преданию, фамилия Очиаури в сел. Ахиели произошла от тушин Габидаури, один из трех братьев которых ушел в Архоты58. Предок хевсурской фамилии Циклаури (сел. Амга) Туркман был вынужден из-за вражды князей уйти из Жинвани и поселиться в Архотах59. Часть населения Архот, жившего там до недавнего времени, считается по происхождению кистинским. Как рассказывает историческое предание, предки фамилии Джабушанури (сел. Ахнела) первоначально жили в Архотах, но со временем ушли в Кистети, а в Архотах остался лишь один из них, ставший родоначальником хевсурской ветви фамилии Джабушанури. В сел. Амга, по преданию, первоначально жили Чоликаури и Орбели (родственные фамилии). Те из них, кто не пожелал принять христианство, ушли в «Сататрети» (хевсурское название Северного Кавказа)60. Из Архот исторические предания выводят часть бацбийских фамилий (Цискаришвили)61.

  1   2   3   4

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Н. Г. Волкова.(Фрагмент из книги глава Вайнахи)