• ТРЕБОВАНИЯ К ОФОРМЛЕНИЮ НАУЧНЫХ СТАТЕЙ О рецензировании.
  • Библиографический список.
  • Текст на английском языке.
  • Электронный вариант статьи можно переслать на e -mail : nou _ ogu @mail.ru Распечатанные варианты - по почте
  • РАЗДЕЛ I. PHILOSOPHICAL SCIENCES …………………………………….
  • PART II. STATE, POLITICS, GOVERNANCE …….…….……..........................
  • PART III. ECONOMICS, CADRES, PERSONNEL ……………………………
  • PART IV. SOCIOLOGY, PSYCHOLOGY, PEDAGOGY ……………………..
  • PART V. STUDY OF LITERATURE, JOURNALISM …………………………
  • PART VI.
  • PART VII. REVIEWS ……………………………………………………………..



  • страница15/15
    Дата15.05.2017
    Размер3.21 Mb.

    Негосударственное образовательное


    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
    РАЗДЕЛ VII

    Рецензии

    УДК 82.09



    А. Э. ЕРЕМЕЕВ,

    д-р филол. наук, профессор

    НОУ ВПО «ОмГА»
    ПРОБЛЕМА МЕТАТЕКСТОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ

    И ИСТОРИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПРОЦЕСС. ПЕРСПЕКТИВЫ ИЗУЧЕНИЯ
    Рецензия на книгу В. С. Киселева «Метатекстовые повествовательные структуры в русской прозе конца XVIII – первой трети XIX века» (Томск: Изд-во Томского государственного университета, 2006. – 544 с.)

    Монография B. C. Киселева посвящена изучению генезиса, функции и своеобразию метатек­стового повествования в русской литературе конца XVIII – первой трети XIX в. В каче­стве материала для исследования автором привлекаются литературные журналы, альма­нахи, циклы, собрания сочинений, являющиеся определенными коммуникативно-повествователь­ными структурными комплексами.

    Постановка данной проблемы предполагает возможность комплексного описания беллетри­стических и журнальных типов, прозаического материала, взятого в коммуникативно-повествовательном аспекте и рассматриваемого в историческом осмыслении.

    Несомненное достоинство книги, ее актуальность заключается в том, что автор обраща­ется к малоизученным сторонам метатекстового повествования. В центре работы оказываются сентиментальные ансамбли 1790-х гг. в виде эпистолярной трилогии М. Н. Муравьева, «Мои безделки» Н. М. Карамзина и романтические прозаические метатексты в различных жанровых модификациях Н. В. Гоголя, В. Ф. Одоевского, а также романтической журналистики, где объектом более пристального внимания стал «Московский вестник», отразивший, по мнению автора, стремление к универсальности, энциклопедической цельности.

    Следует отметить последовательно осуществленный принцип анализа, синтезирующего структурно-психологический и культурологический подходы в сочетании с осмыслением литературного быта и коммуникативных особенностей литературы.

    Проведя тщательное исследование «дневниковой» модели метатекста в русской сентиментальной прозе 1790-х гг., Киселев описал эстетические, коммуникативные и повествовательные установки ансамблеобразования, выявляя типологию основных форм сентиментального метатекста.

    Касаясь журнально-издательской практики Н. И. Новикова, выделяя автора как ключевую фигуру литературной коммуникации, исследователь приходит к выводу, что энциклопедический метатекст способствовал созданию не только универсального образа действительности, но и позволял управлять читательским восприятием, формированием его сознания. Протягивая нить от журнальной деятельности Н. И. Новикова к сентиментальной эстетической мысли М. Н. Муравьева, Н. М. Карамзина, А. Н. Радищева, исследователь анализирует дневниковый нарратив эпистолярной трилогии М. Н. Муравьева, усматривая в ней предтечу русской сентиментальной циклизации. Справедливо и то, что хронотоп повествователей, – это и сфера частного существования, и пространство мировой культуры.

    По мысли автора, Муравьев один из первых в русской литературе создает нарратив художественно-философского типа. Нарратор в данной прозе вовлекает в свой рассказ все связанное с его бытием, чувствами, мыслями и интересами. Здесь нарративное начало предстает не отвлеченным, как в научном познании, а синтезируется с опытом личностного духовного познания. Именно здесь биографический элемент, риторическое начало обретают плоть художественного исследования жизни.

    В силу того, что трилогия Муравьева была опубликована только в начале XIX века, а по замечанию исследователя этот тип метатекста не получил в 1790-е гг. широкого распространения, хотелось бы прояснить, на кого из представителей русской литературы, когда и каким образом он оказал существенное влияние на дальнейшее развитие циклизации, как заявлено в работе.

    Для изучения модели метатекста в русской сентиментальной прозе Киселев проделал большую работу, рассматривая особенности коммуникативно-повествовательной организации «Моих безделок», выявляя структурообразующие принципы альманаха «Аглая», журнального ансамбля «Московского журнала» Н. М. Карамзина. В частности, детальному анализу была подвергнута поэтика сентиментального сборника, отличительной чертой которого, по мнению автора, является интимность, обилие автобиографических и автопсихологических проекций, обращение к камерным коммуникативным стратегиям.

    На таком фоне, обращаясь к фактам усвоения Н. М. Карамзиным традиций античной риторики, западноевропейского романтизма, автор монографии приходит к выводу, что форма альманаха воскрешала древнюю традицию симпосиона, то есть ту форму, которая стала образцом для развития данного жанра в русской литературе. Анализ коммуникативно-повествовательного целого «Московского журнала» приводит Киселева к мысли, что журнал обретает характер особого нарратива, совмещающего черты дневника и хроники.

    Интеллектуализация героя и форм высказывания, масштабность мышления, стремление к сближению с риторическими и публицистическими формами, активность авторской позиции, расширение сферы освоения бытия, установка на активизацию сознания воспринимающего субъекта, обогащение поэтики прозаической образности способствовали общему развитию русской литературы.

    Во второй главе «Опыты проблемно-тематической интерпретации метатекста в русской прозе 1800-1810 гг.» сделана попытка описать особенности ансамблеобразования и создания новых типов метатекста в русской литературе, возникших благодаря формированию романтической эстетики. Руководствуясь моделью развития русской литературы, предложенной У. М. Тоддом и А. И. Рейтблатом, исследователь конкретизирует и осмысляет повествовательное своеобразие эстетики в условиях кружковой коммуникации. Рассмотрение журналов «Сын отечества», «Вестник Европы» приводит автора к заключению о том, что вместо единой точки зрения автора метатекст вводит систему позиций, призванную моделировать различные уровни смысла и планы общения.

    Анализ этого развития помогает прозреть пути ансамблеобразования, раскрыть критерии целостности. В частности, одним из важных заключений, сделанных в работе, является то, что целостность ансамбля создавалась не столько за счет материала, сколько благодаря рефлексии над ним, где центром повествования становится «внутренний человек».

    Для более детального изучения эволюции прозаического цикла 1800-1810-х гг. Киселев рассматривает смену жанровых моделей в творчестве А. Ф. Кропотова, В. Т. Нарежного и приходит к выводу, что подобные структуры постепенно уходят от лирической субъективности и насыщаются сюжетно-драматическими элементами, определяет вектор построения метатекстового образования, объединяет тематическую слитность с единством сугубо авторского видения.

    Аргументированно осмыслена субъектная структура и сюжетно-композиционная организация «Опытов в стихах и прозе» К. Н. Батюшкова в контексте подобных произведений А. Х. Востокова, В. П. Перевощикова, Ф. Н. Глинки, В. А. Жуковского. Своевременно и уместно поставлен вопрос о жанровой насыщенности «Опытов...», в связи с этим анализируются «Отрывок из писем русского офицера «О Финляндии», «Путешествие в замок «Сирей», в монографии они определяются как очерки. Однако это требует аналитической доказательности, как, впрочем, и анализ таких произведений, как «О лучших свойствах сердца», «Нечто о морали, основанной на философии и религии», которые определяются как эссе. Эти определения не вызывают никаких возражений, но требуют доказательности.

    В анализе концептуальной совокупности осмысления метатекста следует выделить также раздел, посвященный эволюции журнального ансамбля 1800-1810 гг. Справедливо указывается, что журнал осознается как диалог между читателем, автором и издателем. Анализируя «Вестник Европы», редактируемый в 1808-1809 г. В. А. Жуковским, Киселев приходит к справедливой мысли, что главным связующим звеном между читателем и непосредственно журналом в целом становится образ автора-издателя, разворачивающего панораму этико-эстетических идеалов. Ансамблевое целое каждого номера журнала давало возможность читателю включиться в процесс осмысления ключевых проблем бытия. Как нам видится из умозаключений исследователя, журнал превращается в текучее повествовательное пространство, где издатель осознает диалектику сопряжения автора-творца с читателем и непосредственно эпохой. Жуковский разрабатывает сложнейший многосторонний акт познания журнала как некоего художественного целого, который подразумевает активность текста, благодаря издателю воздействующего на читателя.

    Жуковский развивает такую коммуникативную стратегию, тот вектор романтической журналистики, где энциклопедизм познания мира сочетается с усилием личностного начала и стремлением к жанровому синтезу, где читатель, охваченный актом сотворчества, направленным на целое журнала, создает это пространство как бы заново.

    Выявляя синтетическую природу романтического ансамбля, направленно стремившегося к диалогу с читателем и энциклопедическому охвату бытия, автор приходит к значимым выводам, что метатекст во всех его типологических разновидностях от цикла до журнала стремится к интерративному целому, включающему в себя и общность мирообраза, и преемственность субъективного плана. Подтверждением тому являются осмысление альманахов «Полярной звезды» А. А. Бестужева, К. Ф. Рылеева, «Мнемозины» В. К. Кюхельбекера, В. Ф. Одоевского, а также журнала «Московский вестник».

    Наиболее интересным представляется анализ коммуникативной функции книжной архитектоники «Сочинений князя В. Ф. Одоевского», где исследователь попытался выявить особенности авторского ансамбля 1820-1830-х годов. Размышляя над поэтикой повествования, Киселев верно определяет, что сборник представлял открытую и несистемную, но стремящуюся к внутренней сосредоточенности картину мира. Наличие же ряда нарраторов и многосторонность проявления авторского «Я» создавали вкупе определенный универсально-эпический мирообраз, что не исключало фрагментарности и оставляло простор для субъективного подхода оценки бытия. Проза Одоевского определяется как универсальное пространство, допускающее лишь условную законченность, а цельный вид придавала свободная форма «сочинений», которая и актуализировала структурные особенности книжного ансамбля. В результате ансамбль, по мысли автора, объединял разновременно написанные, разножанровые и идейно несхожие произведения, приобретая синтетический характер.

    Итак, перед нами встают вопросы о принципах формирования прозаического ансамбля как некоего метатекста, являющего целостный художественный организм, а также о факторах, обеспечивающих его единство, об особом характере отношений между частями и целым. Ансамбль – это целостный живой организм, где отдельные жанровые начала вступают друг с другом в сложные взаимодействия, объясняют и укрепляют друг друга. Сущность подобной поэтической связи С. Эйзенштейн в классической работе о монтаже выразил следующей парадоксальной формулой: 1 + 1 > 2.

    Таким образом, основное условие существования прозаического ансамбля как целостного и устойчивого жанрового образования являет наличие единого смыслового пространства, внутреннего контекста, не равного сумме смыслов отдельных компонентов. Подобному структурному образованию свойственна многосоставная полиритмия. Ритмика каждого компонента участвует в создании общего ритмического строя и сама оказывается вовлеченной в ритмику соотношений между отдельными частями целого. Здесь очень важна открытость границ текста: условная неподготовленность начала и незавершенность конца, предполагающие возможность расширения смыслового пространства и введения в его состав все новых и новых составляющих. Для эпического ансамбля чрезвычайно значима жанровая природа первоэлементов, составляющих единое целое. Существенную роль играет и общая жанровая тенденция, определяющая характер и природу новой целостности, вновь образующегося органического единства. Эпический метатекст – форма исключительно разнообразная. Она представляет собой литературный материал, почти не поддающийся систематизации, классификации, типологическому анализу. Для наблюдений за этой формой и обобщающих выводов требуется большой исследовательский кругозор, который и продемонстрировал ученый.

    Что же касается «Русских ночей», то это яркий пример того, как в процессе циклизации усиливаются черты жанрово-родового синкретизма, присущие отдельным фрагментам книги, и вся композиция в целом приобретает переходный характер. Природа синкретизма у В. Ф. Одоевского – это изначальная неопределенность жанрово-родовой специфики философско-дидактической прозы.

    Исследователь подчеркивает, что циклический нарратив эпохи романтизма достигает наибольшей слитности в гоголевских циклах «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Миргород», «Арабески», «Петербургские повести». Цикл подготавливал, по мнению Киселева, и сопровождал развитие русского циклически организованного романа в творчестве В. Ф. Одоевского, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя. Заметим, что русской эпической прозе в силу национального сознания вообще не свойственно романное начало, поэтому русская классическая литература и не создала роман в чистом виде. «Капитанская дочка», «Герой нашего времени» – это скорее романные повести, а в творчестве Гоголя найти собственно роман вообще затруднительно.

    Киселевым отмечено, что гоголевский ансамбль формируется единством мирообраза и слитностью авторской рефлексии, и этот тезис надо было бы развивать в своих рассуждениях.

    Думается, что истинным объединяющим началом гоголевских ансамблей является именно нравственно-эстетическая позиция авторского «Я», основанная на его религиозном опыте, а составляющее произведения – это некая квинтэссенция внутреннего духовного опыта автора, являющая себя в «этом» художественном целом. Когда исследователь пишет, что «в каждом случае главную линию циклообразования сопровождал ряд параллельных линий, в «Вечерах...» и «Миргороде» это «региональная» циклизация, опыт фольклорного ансамбля и т.д.», то следует заметить, что это не совсем точно, ибо перечисленные признаки для образования подобного цикла все-таки глубоко вторичны. Диссертант прав, когда пишет, что в «Выбранных местах из переписки с друзьями» авторский голос обретает самостоятельное значение. Но вызывает возражение, что в остальных ансамблях голос автора стремится к «хоровому» повествованию благодаря подвижной точке зрения, свободному подключению к видению нарратора либо персонажа, выражающего коллективное мнение. Все-таки, как бы ни строился цикл, будь это «Вечера...» либо «Арабески», он выстраивается в единое художественное целое, благодаря уникальности авторской позиции в данном цикле. Думается, что истинным скрепом в цикле является точка зрения автора, сконцентрированная в его внутреннем духовном опыте. Творческая воля авторского сознания в гоголевском цикле проявляется в том, что повествование предстает перед читателем не разрозненными, случайными текстами, а являет собой завершенную художественную целостность. Все эти, казалось бы, черты рационалистической манеры повествования объединяются духовным опытом автора. Все частное, отдельное становится объектом изображения не само по себе, а только попав в особое смысловое поле, которое задается углом зрения повествователя. Особенность творческого метода Гоголя заключается в том, что повествователь моделирует такой способ рассказывания, при котором постижение бытия зависит от самосознания автора и воспринимающего субъекта. Гоголь получает возможность художественно полноценно передать сопряжение личностного, эпохального и вечного смыслов. Итак, целостность гоголевского прозаического метатекста обеспечивается единством основной идейно-эстетической тональности.

    В целом же, автор прав, синтетизм творчества Гоголя наглядно показывает превращение романтического метатекста в уникальную и богатую возможностями «форму времени».

    Таким образом, есть все основания полагать, что монография В. С. Киселева «Метатекстовые повествовательные структуры в русской прозе XVIII – первой трети XIX века» является интересным и плодотворным исследованием типологии ансамблевых повествовательных единств, наиболее полно рассмотренных в контексте жанрового и социокультурного развития русской литературы эпохи сентиментализма и романтизма.


    © Еремеев А. Э., 2009

    ТРЕБОВАНИЯ К ОФОРМЛЕНИЮ НАУЧНЫХ СТАТЕЙ

    О рецензировании. Авторам, не имеющим ученой степени доктора наук, необходимо приложить к статье рецензию специалиста с ученой степенью. В редакции все поступившие статьи направляются на рецензирование. Высказанные замечания передаются автору по электронной почте либо обычным письмом. После переработки материалы вновь рассматривает рецензент, после чего принимается решение о направлении в печать.

    О содержании. В аннотации и заключительной части статьи необходимо отразить новизну результатов исследования, указать область их применения, конкретные предприятия, организации, где данные исследования рекомендуется использовать. Просим авторов акцентировать внимание на полезности научных разработок для Омского региона.

    Об оформлении. Статью необходимо набрать на компьютере в редакторе не ниже MS Word-2000, распечатать на бумаге форматом А4 (210х297 мм). Оригинал должен быть чистым, не согнутым, без ручных правок, страницы пронумерованы карандашом на обороте. Окончательный вариант статьи должен содержать не более 8 страниц. Наряду с распечатанной представляется электронная версия: на дискете 3,5 дюйма (с копией!), на лазерном диске либо по электронной почте: nou_ogi@mail.ru Авторский оригинал желательно представить в виде текстового файла с расширением .rtf. При отправке файлов по электронной почте необходимо использовать «присоединенный файл». Файлы большого объема можно сжимать общеизвестными архиваторами (ZIP, RAR). Число файлов оригинала следует сократить до минимума. Лучше, если это будет один файл, содержащий аннотацию, текст, список литературы, подписи к рисункам, таблицы, рисунки. Распечатанный вариант должен полностью совпадать с электронным (!).

    Поля. Сверху и снизу – по 2,5; слева и справа – по 2 см.

    Заголовок. В верхнем левом углу листа проставляется УДК (берется в библиотеке). Далее по центру жирным шрифтом Times New Roman Cyr размером 12 пт. прописными буквами печатается название статьи, ниже обычным шрифтом (12 пт.) – инициалы, фамилия автора, строкой ниже – полное название организации. Ниже через строку помещается текст аннотации на русском языке. Еще через строку помещают основной текст статьи.

    Основной текст статьи набирается шрифтом Times New Roman Cyr 12 пт. При необходимости можно применять выделение текста курсивом или полужирным шрифтом. Абзацный отступ 1 см. Межстрочный интервал одинарный.

    Ссылаясь на литературу используют цифры, заключенные в квадратные скобки: [1]. Ссылки должны быть пронумерованы последовательно.

    Если в тексте статьи содержатся таблицы и иллюстрации, то они должны быть пронумерованы («Таблица 1», «Рис. 1» – набирают жирным шрифтом), озаглавлены (таблицы должны иметь заглавие, а иллюстрации – подрисуночные подписи) и помещены в самом конце статьи, после резюме на английском языке. В основном тексте обязательно должны содержаться ссылки на таблицы и рисунки.

    Если в оригинале содержится текст на языке со специфическим алфавитом (старославянским, китайским и т.п.), этот текст включается в статью в виде иллюстрации.

    При наборе текста статьи необходимо максимально использовать возможности текстового редактора: автоматическое создание сносок, автоматические переносы, создание списков. Все виды выравнивания и отступы (в т.ч. абзацные) делаются средствами MS Word, а не вставкой лишних пробелов. Строки в пределах абзаца не должны разделяться символом возврата каретки (Enter).

    В статье должен быть использован один вид кавычек – кавычки-«елочки» («»).

    При последовательной нумерации примечаний используют цифры или «звездочки» (если примечаний не более трёх) в виде верхнего индекса и расставляют их при помощи стандартных сносок Word (Вставка/Ссылка/Сноска), а не расстановкой надстрочных значков. Тексты примечаний помещаются внизу соответствующей страницы.

    Формулы. Простые внутристрочные и однострочные формулы могут быть набраны без использования специальных редакторов – символами (допускается использование специальных символов из шрифтов Symbol, Greek Math Symbols, Math-PS Mathematica BTT). Сложные и многострочные формулы должны быть набраны в редакторе формул Microsoft Equation 2.0, 3.0. Смешение символов из текстовых редакторов с символами из редактора формул не допускается.

    Таблицы оформляют в виде стандартных таблиц MS Word или создают с использованием возможностей MS Excel. Они помещаются на новой странице после списка литературы последовательно, согласно нумерации. Если таблица имеет большой объем, она может быть помещена на отдельной странице, а в том случае, когда она имеет значительную ширину – на странице с альбомной ориентацией.

    Иллюстрации размещаются на новой странице после таблиц (или списка литературы) последовательно, согласно нумерации. Если иллюстрация имеет большой формат, она должна быть помещена на отдельной странице, а в том случае, когда она имеет значительную ширину – на странице с альбомной ориентацией. Иллюстрации могут быть сканированными с оригинала или выполнены средствами компьютерной графики. Допускается, а в случае с иллюстрациями большого объема (файла) приветствуется, размещение иллюстраций в отдельном файле электронной версии. Подписи к иллюстрациям могут прилагаться на отдельных страницах. Если авторы по техническим причинам не могут представить электронные версии иллюстраций, в качестве иллюстраций принимаются черно-белые фотографии, рисунки, выполненные на компьютере или черной тушью от руки или распечатанные на лазерном принтере.

    Иллюстрации предоставляются в виде стандартных графических файлов форматов GIF или JPEG. При сканировании желательно придерживаться разрешения не ниже 300 dpi.



    Библиографический список. Ниже основного текста печатается по центру жирным шрифтом заглавие «Библиографический список» и помещается пронумерованный перечень источников. Библиографическую запись для пристатейных списков, содержащих сведения об использованных или рекомендуемых источниках, составляют по ГОСТ 7.1-2003 (Потемкин, В. К. Социальное партнерство: формирование, оценка, регулирование / В. К. Потемкин, Д. Н. Казаков. – СПб., 2002. – 202 с.). Библиографическую запись для пристатейных списков, содержащих затекстовые библиографические ссылки, составляют по ГОСТ Р 7.0.5-2008 (Потемкин В. К., Казаков Д. Н. Социальное партнерство: формирование, оценка, регулирование. СПб., 2002. 202 с.). Библиографические описания тщательно выверяются автором.

    Текст на английском языке. После текста публикации на русском языке приводится английский перевод заглавия статьи, фамилии автора, названия организации и резюме.
    К распечатанному варианту статьи необходимо приложить следующие сведения об авторе: фамилия, имя, отчество (полностью); ученая степень, звание, должность, место работы, номер телефона.
    Статьи должны быть подписаны всеми авторами. Текст статьи предоставляется в двух экземплярах.
    Электронный вариант статьи можно переслать на e-mail: nou_ogu@mail.ru
    Распечатанные варианты - по почте: 644105, г. Омск, 4-я Челюскинцев, 2а. Редакция журнала «Наука о человеке: гуманитарные исследования».

    CONTENTS


    РАЗДЕЛ I. PHILOSOPHICAL SCIENCES …………………………………….

    Bolshakov N. N., Dovgan O. V. The influence of the education process on the formation of student’s professional individuality ………………………………………..………………

    Boltunov V. S. F. Fukuyama’s prophecies and the modern world …………………………..

    Dubovskiy G. Ya. The problems of the relationship between monotheisms as a form of the relationship between the elements of the society: Judaism and Christianity …………..

    PART II. STATE, POLITICS, GOVERNANCE …….…….……..........................

    Yevdokimov V. A. Rivalry of ideas in political communication ……………………………..

    Kovalev V. N. Social and philosophical aspects of mass-media space ……………………...

    Krupnik P. A., Rukinov V. A. Political security as a system of conflict potential of civil society decrease ………………………………………………………………...……………...

    Rubin S. N. Social responsibility and social politics ………………………………………...

    Skurikhin S. I. Civil community and political process ………………………………………

    PART III. ECONOMICS, CADRES, PERSONNEL ……………………………

    Krolevets Yu. L. Rationalization of business conduct structures …………………………..

    Mezentseva V. V. Formation of professional capacity of managers and economists in crisis economy ……………………………………………………………………………………

    Khvetskovich O. E. The economic analysis of modernization variants of IT-infrastructure of an organization ……………………………………………………………………………....

    PART IV. SOCIOLOGY, PSYCHOLOGY, PEDAGOGY ……………………..

    Bolshakov N. N., Nosov A. V. The meaning and the role of human development in educational process ………………………………………………………………………………

    Mikhaylov O. V., Rats S. V. Mechanisms of alienation in conflictology …………………...

    Puzikov V. G., Timofeyev A. F. Social and cultural tolerance as the most important factor of intercivilized communication ……………………………………………………………….

    PART V. STUDY OF LITERATURE, JOURNALISM …………………………

    Adabir O. A. The role of the newspaper “Omskaya Pravda” in forming of the cultural traditions of the region (the end of the 30s – the beginning of the 50s of the XXth c.) …………

    Volokh O. V. The autoannotation of the N.V. Gogol’s poem «Dead Souls» concept in the book «Excerption from the correspondence with friends» …………………………………..

    Novikova I. V. Political and ideological orientations of mass media (journalism of Western Siberia in the first half of the 90s of the XXth c.) …………………………………………..

    Trofimova Zh. V. The idea of the indefinite quantity in the sphere of emotions (on the material of the English language)…………………………………………………………

    PART VI. NATURAL SCIENCES AND INFORMATION TECHNOLOGIES.

    Bolshakov N. N., Kalachevskiy B. A., Nosov A. V., Rakhuba L. F. The possibilities of usage of information technologies (computer-aided) in education …………………………………

    Denisov D. P., Kasymova O. K. Particularities of use of multimedia, standard scenarios and virtual elements in learning process …………………………………………………………

    Denisov D. P., Kasymova O. K. The prospects of increasing quality of education with use of distant technologies on the faculty PHAZO in Non-State Educational Institution of Higher Education “OmHA” ………………………………………………………………….

    Chashchin V. P. Zyuratkul: uniqueness of ecosystem ………………………………………

    PART VII. REVIEWS ……………………………………………………………..

    Yeremeyev A. E. The problem of metatextual formation and historical and literary process. The prospects of study ……………………………………………………………………..

    4
    4

    8
    14

    20

    20

    25


    32

    44

    51



    56

    56
    66


    70

    79
    79

    84
    91

    96
    96


    100
    106
    111

    115
    122

    128

    132


    137
    137


    Requirements to design of scientific articles sent to the journal “Science about a human: liberal research” ………………………………………………………..................................

    142



    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Негосударственное образовательное