• Не от того исчезают утки, что их стреляют, а от того, что стреляют не правильно!
  • Не от того исчезают утки, что их стреляют, а от того, что стреляют не правильно . Весной стрелять нельзя!

  • Скачать 112.47 Kb.


    Дата02.09.2017
    Размер112.47 Kb.

    Скачать 112.47 Kb.

    Одна утка весной равносзначна двадцати осень



    В статье читайте: состояние популяций птиц и изменения их численности в Забайкалье и Восточной Азии; ситуация на зимовках в Китае; почему весенняя охота снижает успех размножения не только местных, но и пролетных птиц; эксперимент в Канаде – охоту открыли на 2 года; 6 лет без весенней охоты в Забайкальском крае – есть ли эффект?
    Не от того исчезают утки, что их стреляют, а от того, что стреляют не правильно!
    Дыхание весны в Забайкалье сильнее с каждым днем. Уже идет миграция воробьиных птиц. В степи даже запели первые жаворонки – они наконец-то вернулись домой, даря нам радость новой жизни! А скоро прилетят и первые утки. Они уже в пути – торопятся в родные края. Их-то мы как встретим? Добрым словом или «по русской традиции» - ружейным выстрелом? В середине февраля в Чите в горячих спорах прошел семинар, посвященный этой проблеме. Мнения ученых и представителей охотничьих организаций далеко не всегда совпадали. Это и не удивительно. Ведь многие охотники даже не подозревают, что весенняя прогулка с ружьем, безобидная на первый взгляд, наносит огромный урон птицам. Было время, я сам охотился весной. Но наблюдения за птицами я не прекращал и во время охоты. Вскоре беспристрастные научные факты убедили меня весной ружье на болото не брать.
    Экологи бьют тревогу – утки в Забайкалье стремительно исчезают. Это четко показывают сухие цифры ежегодных учетов птиц, осуществляемых учеными-орнитологами. За последние 10 лет численность дичи сократилась приблизительно в 100 раз! Аналогичный мониторинг ведут и зарубежные ученые на местах зимовки. Увы, учеты в Китае, Японии и Корее также демонстрируют неуклонное сокращение численности почти всех наших охотничьих видов уток и гусей, включая даже таких обычных, как кряква и шилохвость. Охотники по этому поводу переживают не меньше экологов – ведь стрелять-то уже почти нечего. «Скоро лебедей будет больше, чем уток» - сетуют они. Да, это так. По данным учетов орнитологов, весной 2008 и 2009 гг. на верхней Аргуни пролетело приблизительно 10-12 тысяч лебедей, а уток – значительно меньше!
    Из 35 видов отряда гусеобразных (утки, казарки, гуси, лебеди), отмеченных в Забайкалье, только один вид стабильно и быстро увеличивает численность – малый (тундровый) лебедь. Обычно людей это радует – раньше встреча с лебедем была большой редкостью (не каждый мог похвастаться, что видел эту птицу), а теперь каждый год на многих степных озерах можно за раз увидеть более 500 лебедей. А вот многих охотников это раздражает. Удивляетесь почему? «Так ведь их стрелять не разрешают, а они всех уток уже разогнали» - разъяснил мне знакомый с Приаргунья. Лебедь, действительно, птица сильная и своенравная. На озере он хозяин – любого, кто «под ногами вертится» может пугнуть. В птичьем мире существует строгая иерархия. Такие отношения складывались тысячелетиями - они помогает птицам выживать. Уток, конечно, разогнали не лебеди. Но почему же тогда их становится все больше, а уток – все меньше. Да потому, что уток стреляют, а лебедей – нет (за редкими исключениями – как говорят, в семье не без урода). Лебедь – птица в определенной степени священная на Руси, а кроме того, с 1978 г. он охраняется законом (включен в Красную книгу СССР, затем – России). Кстати, на Дальнем Востоке охотники тоже возмущены. Там чирок-клоктун «растет как на дрожжах» и уже значительно превышает по численности все остальные виды уток. А стрелять этого клоктуна нельзя – он тоже в Красной Книге России! С фактами спорить бесполезно - растет численность лишь нескольких охраняемых видов, а количество почти всех охотничьих видов падает. Теперь догадываетесь, кто разогнал уток? В Юго-Восточном Забайкалье в последние годы даже кряква встречается реже, чем лебедь. Наши прадеды не поверили бы, что такое возможно. Поистине, чудеса творят охотники. Но как же так получается? Ведь стреляют то не так уж и много. Не от того исчезают утки, что их стреляют, а от того, что стреляют не правильно.
    Весной стрелять нельзя! Наши предки хорошо знали это простое правило. Но так уж случилось, что в конце 19 века запрет на весеннюю охоту на Руси сняли. И с тех пор наши запасы дичи тают, как свеча; и чем дальше - тем быстрее. Теперь все видят, что нарушение вековой традиции было огромной ошибкой. Многочисленными исследованиями ученых доказано – весенняя охота наносит птицам огромный урон, размер которого во много раз выше ущерба от самой добычи птиц. Оказалось, если весной убить одну утку, то осенью недосчитаемся 20-30! Этот невероятный, на первый взгляд, вывод основан на строго-научных фактах и расчетах.
    А что сами охотники думают относительно причин исчезания уток в Забайкалье? Ответ почти всегда один – «Китайцы уничтожили». Я хорошо знаю ситуацию в Китае, поскольку много раз изучал там птиц и на зимовках, и на местах гнездования. Действительно, Китай внес свою весомую лепту. Там официально охоты нет, но неофициально птиц ловят разными способами. Первый раз я попал на зимовки в 1992 г. и был шокирован километрами сетей, расставленных на птиц. Но с тех пор ситуация в Китае значительно изменилась в лучшую сторону. Конечно, случаи браконьерства там есть до сих пор, но мы не имеем права упрекать соседей в этом. У них-то уровень нарушений быстро снижается, а у нас, к сожалению, стабильно держится на рекордно высокой отметке. Теперь они на полном основании спрашивают меня: «Почему в Сибири уничтожают наших птиц?». Исследования ученых показали, что в 1990-х гг. в Китае и в России добывалось приблизительно одинаковое количество водоплавающих. Но при этом урон пернатым, наносимый в России, был многократно выше, чем в Китае. Почему? Потому, что у нас охотились весной. И лишь лебеди, которых русские не стреляли, увеличивали численность, не смотря на то, что в Китае для этих птиц исключения не делали и добывали наравне с утками.
    «В чем опасность для наших уток, стреляем то пролетных?» - спрашивают охотники. Увы, это не так. Местные виды птиц прилетают всегда раньше, чем их более «северные» сородичи. Местные торопятся занять наилучшие для гнездования участки. Ради этого, птицы прилетают задолго до того, как наступят благоприятные погодные условия. Лишь только появятся первые забереги, птицы уже тут как тут – выбирают и охраняют участки для гнезда. Еды еще нет, грунт мерзлый, на берегах озер только в полдень появляется узкая полоска воды – ничего съестного там нет. Зачем прилетели и мерзнут голодные? Прилетели потому, что гнездование – самый главный период в жизни птицы. Ради того, чтобы успешно вырастить птенцов птица готова идти на большие жертвы, готова даже рисковать жизнью. Вспомните, сколько их порой гибнет от весенней бескормицы и холода?! Но благодаря такой самоотверженности удается обеспечить продолжение рода и его выживание в сложнейших условиях конкуренции. Сразу же после прилета начинается беспокойная пора - формирование пар, дележ участков, спаривание, строительство гнезд. Местные птицы очень активны и мало осторожны, поэтому часто попадают под выстрел, если в это время открыта охота.
    А северные птицы не торопятся – тундра еще долго будет укрыта снегом, поэтому и в Забайкалье им не за чем прилетать заранее. Они появятся тогда, когда у нас уже будет достаточно корма. А к этому моменту у многих местных видов гнездование уже в разгаре. На семинаре охотники предложили не закрывать охоту, но сдвинуть ее сроки. К сожалению, весеннюю охоту в Забайкалье, также как и в остальных регионах Амурского бассейна, невозможно провести до начала гнездования или как-то по другому отделить от периода гнездования. Например, в Юго-Восточном Забайкалье гуси приступают к откладке яиц в конце апреля, к началу мая многие семьи уже имеют законченные кладки. А весеннюю охоту у нас обычно проводят в конце апреля - начале мая. Поэтому охота у нас сопровождается массовым отстрелом нездящихся птиц.
    На семинаре охотники возразили ученым – «по правилам охоты весной можно стрелять только селезней». Да, это знают все, но выполняют, к сожалению, лишь единицы. Специальные исследования показали, что весной самки уток составляют около 40% в добыче забайкальских охотников. Станет ли разумный хозяин на своем подворье убивать весной уток (или кур), которые несут яйца? Нет! Ведь они же к осени вырастят по десятку молодых птиц каждая! Почему же мы убиваем диких? Не свое – не жалко? Ученые призывают охотников любить свой край и относиться к природе бережно.
    Кстати, про селезней - убийство их весной значительно снижает успешность размножения самок. Путем мечения уток доказано, что у них весной существуют пары. Они не такие устойчивые, как у гусей и лебедей, но, тем не менее, очень важны для успешности гнездования. Селезни принимают активное участие в охране своих самок и гнездового участка – отгоняют других настырных самцов, предупреждают самку о появлении и хищника и пр. Когда в ходе эксперимента самца убирали, самка часто теряла кладку.
    Как показали расчеты, весной основной урон популяции наносит не сам отстрел птиц, а неизбежное при этом сильнейшее беспокойство пернатых. Если птицу потревожить во время строительства гнезда, то она улетит в поисках более тихого места, чтобы там начать строительство заново. При этом теряются бесценные дни, уходит время, необходимое для благополучного выведения потомства. Все знают – лето у нас хоть и жаркое, но короткое. А ведь птицам надо успеть не только высидеть и вырастить птенцов. До начала сложнейшего осеннего перелета на юг молодым надо успеть окрепнуть, научиться хорошо летать и самостоятельно находить корм в достаточном количестве. А если не успеют, то не суждено долететь им до южных стран. К сожалению, именно так часто и получается в тех местах, где птиц беспокоят весной – выросшие там птенцы погибают в первую же осень.
    Но вот, наконец, удалось птице найти укромное место и отложить яйца. Если в это время самку спугнуть с гнезда, то яйца быстро остывают, и птенцы часто погибают, так и не вылупившись. Кроме того, в такие моменты незащищенные гнезда часто разоряются воронами и другими хищниками. А очень многие побеспокоенные самки вообще навсегда бросает свои гнезда, и больше не возвращаются к ним, даже, если с яйцами ничего не произошло. Своим присутствием и выстрелами охотники и их собаки вспугивают с гнезд огромное количество птиц. Часть пернатых гибнет от выстрелов, некоторым удается спастись, но подавляющая часть оставленных без присмотра яиц при этом гибнет.
    Но и это - лишь часть айсберга-проблемы. Осенью подавляющую часть населения птиц составляет молодежь. У уток этих молодых птиц в несколько раз больше, чем надо будет на следующую весну. Все ученые согласны, что осенью и зимой охотиться можно – это не наносит урона популяции (если, конечно, не превышаются нормы добычи). Это похоже на сбор урожая. Весной ситуация совершенно другая. К весне доживают лишь самые сильные птицы – это ядро-костяк, который должен обеспечить продолжение рода. Потеря каждой такой птицы – большой урон. Убивать весной – это значить съедать семена, вместо того, чтобы их сеять.
    Весна в Забайкалье – пожароопасный период. Сухо, ветра сильные. Если из-за неосторожного обращения с огнем загорелся тростник в пойме – его не потушишь – горит «как порох». Со скоростью ветра пламя несется по болоту, уничтожая все живое. Об осторожности охотников говорить не приходится - ни для кого не секрет, что на природе они пьют не только чай. А после пожара остается черная пустыня, на которой птицы повторно загнездиться не могут (им обязательно нужна прошлогодняя ветошь).
    Страдают не только охотничьи виды, но и все остальные птицы водно-болотных угодий, начиная от обычных цапель, и заканчивая редчайшими журавлями. В Забайкалье расположены важные места гнездования ряда видов птиц, находящихся на грани исчезновения на планете (они занесены в Международную красную книгу): японский журавль, даурский журавль, гусь-сухонос и др. Исследованиями доказано - беспокойство во время весенней охоты является важной причиной снижения численности этих птиц, в частности, - из-за гибели их гнезд. Для этих птиц потеря каждого яйца – это еще один шаг к пропасти небытия.
    «Пролетных стрелять можно? Они же не наши!». На семинаре охотники предложили открывать весеннюю охоту не повсеместно, но только в тех районах края, где гнездящимся птицам будет нанесен минимальный урон. Ученые разъяснили – в Забайкальском крае практически нет водно-болотных угодий, где бы обитали лишь пролетные птицы и не гнездились местные. Кроме того, научные исследования убедительно показали - весной стрелять недопустимо никого, в том числе и пролетных птиц. Для них вторая часть миграции – это ключевой этап подготовки к размножению.
    Весной птицы прилетают в Забайкалье, преодолев огромные пространства, уставшие и истощенные. Подавляющая часть транзитных мигрантов гнездится в тундре. Для продолжения миграции и успешного гнездования им крайне важно иметь большой запас жировых ресурсов. Прежде всего, это касается самок. Лето в тундре хоть и обильно кормами, но чрезвычайно короткое. Там все впритык: только прилетели – тут же надо отложить яйца (поэтому подлетают с уже почти готовым яйцом в яйцеводе); только птенцы встали на крыло – тут же надо улетать (зима на носу). Загнездились чуть позже – птенцы обречены. Чтобы быть «в форме» пернатые делают остановки для кормежки и отдыха во время миграции. Восточное Забайкалье – последнее и потому важнейшее место отдыха и кормежки северных птиц перед трудным, многодневным броском над тайгой (там они почти не имеют возможности покормиться). Весенняя охота сопровождается сильным беспокойством. В результате, птицы вынуждены досрочно покидать места отдыха и продолжать миграцию, не успев набрать достаточного запаса жира. Специальными исследованиями доказано - это приводит к МНОГОКРАТНОМУ снижению успешности их гнездования. Летят медленнее; прилетают позже и исхудавшие; очень многие вообще не долетают до тундры; гнездиться начинают позже и то – лишь немногие; откладывают меньше яиц; птенцов вырастает мало, да и те в значительной степени гибнут, поскольку вылупились с запозданием и не успели окрепнуть до отлета.
    В США и Канаде весеннюю охоту по рекомендации ученых закрыли почти 100 лет назад. Но в 1999-2000 гг. в Канаде был проведен эксперимент - открыта весенняя охота на путях пролета на северных белых гусей. При этом было проведено массовое мечение птиц передатчиками и другие детальные исследования. Результаты шокируют. Например, в 1999-2000 гг. на места гнездования с зимовок прилетело в три раза меньше гусынь, чем в годы без охоты! А к гнездованию в 1999-2000 гг. приступило лишь 9% гусынь – это в 6 раз меньше, чем в предыдущие годы!!! Такой же страшный эффект оказывает весенняя охота и у нас. Вот и получается, что осенью большинство самок возвращается к нам с севера без потомства. И так из года в год. В результате – стрелять уже почти нечего.
    Ох как не правы охотники, которые говорят, что «северные птицы – не наши, и потому их можно стрелять не задумываясь». От того-то они и исчезают. А задумываться надо, ведь птицы-то наши! И если уж мы промышляем их и используем для своих нужд, то обязаны делать это так, чтобы не подрывать их запасы. Чтобы и наши дети, и наши внуки тоже могли утками и любоваться, и пользоваться. Местные ученые из Даурского заповедника и Института природных ресурсов, экологии и криологии Российской академии наук выполняют очень важную задачу - занимаются организацией рационального, неистощительного использования природных ресурсов края. Ведь это фундамент для дальнейшего устойчивого и благополучного развития региона. Ученые возмущены - на наших глазах этот фундамент «не задумываясь» разрушают. Вопреки законам биологии, вопреки рекомендациям науки, вопреки интересам наших детей, с преступным безразличием ведется вполне осознанное уничтожение водоплавающих птиц. По-другому весеннюю охоту назвать невозможно. Подготовка к гнездованию и само гнездование – это ключевой и наиболее уязвимый период в жизни птиц. Это самое тонкое и самое слабое звено в цепи вида. Именно здесь ее проще всего повредить и порвать – и вид исчезнет. Мы живем в век кибернетики и высоких технологий, почему же ведем себя, как люди каменного века. Они могли себе позволить не думать, мы такого права не имеем.
    На семинаре, порой, горячо спорили, хотя и экологи, и охотники желают одного – чтобы дичь в крае не исчезала. Для подавляющего большинства современных охотников стрельба по птицам – это развлечение, а не средство добычи пропитания для своего выживания. Тем не менее, руководитель краевой организации охотников и рыболовов Н.Г. Миронов на семинаре, особо подчеркнул, что в сельской местности промысел пернатой дичи, по-прежнему, важное средство существования населения. Тем более необходимо срочно научить людей использовать этот жизненно важный для них ресурс так, чтобы он завтра не исчез, но преумножился. Весной пернатым надо создавать условия для успешного гнездования, тогда будет на что поохотиться осенью. Благодаря неоткрытию весенней охоты в Забайкальском крае в предыдущие 5 лет удалось остановить наблюдавшееся до того стремительное падение численности уток. В течение последних лет, количество дичи оставалось, в целом, стабильным – птиц удалось сохранить, несмотря на продолжавшееся сильное ухудшение условий их обитания и осеннюю охоту. А численность гусей-гуменников, занесенных в Региональную Красную книгу, увеличилась! И это огромное достижение, которого удалось добиться в Забайкальском крае вопреки позиции соседних регионов, где, к сожалению, весеннюю охоту продолжали открывать. Забайкальские ученые настаивают на продлении моратория на весеннюю охоту для восстановления до предела истощенных популяций птиц. «Убивать последних уток недопустимо» - говорят экологи. И если охоту вести разумно, с учетом биологических законов, то можно будет опять и охоту на гусей открыть, и значительно увеличить нормы добычи уток осенью. И другие регионы последуют нашему примеру. Разум должен восторжествовать.
    В Японии в годы Второй мировой войны люди, будучи на грани голодной смерти, вырубили 98% лесов и съели почти все живое. И с тех пор много десятилетий подряд упорно пытаются восстановить утраченное. Слава Богу, у нас сейчас не голодные военные годы и мы не стоим перед страшным выбором: сегодня умереть или убить последнюю утку и прожить еще пару суток. К сожалению, жизнь показывает - в нашем крае все же имеются «пухнущие с голоду» готовые сегодня убить последнюю утку. Причем большинство из них - люди хорошо обеспеченные, на высоких должностях. Хватит ли у них мужества завтра привести своего ребенка на опустевшее по их вине озеро? Но кроме таких «охотников», у которых все в порядке с документами, но не все в порядке с совестью, на нашей земле много настоящих, которые готовы сегодня добровольно отложить ружье в сторону, чтобы завтра своему сыну показать на озере не одну, а две утки, а послезавтра – три. И сказать: «Для тебя их сберег, сынок».
    Горошко Олег Анатольевич

    Кандидат биологических наук, орнитолог

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Одна утка весной равносзначна двадцати осень

    Скачать 112.47 Kb.