• Автор: Илья Горячев, 17.10.2014 , СИЗО «Капотня»

  • Скачать 142.82 Kb.


    Дата10.05.2018
    Размер142.82 Kb.

    Скачать 142.82 Kb.

    Otvet Basmanovu final docx



    Ответ Владимиру Басманову

    5 октября 2014 года Национальная служба новостей (ресурс ДПНИ – ныне ЭО «Русские», редактор – Софья Будникова) опубликовал вот этот текст.

    Для начала объясню, почему данный текст, подписанный «Роман», я считаю принадлежащим перу Владимира Басманова. Небольшая экспертиза «на глаз». Мы достаточно давно знакомы с Владимиром (с 2003 года) и я читал множество его текстов, часть из которых была также подписана «обеспокоенным населением». Тактика «сигналов с мест». При этом, свою очень характерную стилистику письма, весьма похожую и на речь в жизни, Владимир почему-то даже не пытается изменить. Наивная вводка – «тесть из ФСБ рассказал шокирующие факт» – также типичный прием Владимира. Выдает и любовь к канцеляризмам – «находились на даче» – 99% людей сказали бы «были на даче». Но для Владимира свойственен именно такой лексикон. Подсказывают читателям, кто же автор и место публикации, и люди, которые начали волну репостов. Ну и напоследок, Владимир – социолог по образованию, поэтому всегда делит людей на социальные группы, часто весьма иллюзорные. Присутствует эта черта и здесь – попытка рассортировать одну команду на монархистов / державников / безыдейных и т.д.

    Теперь перейду собственно к содержанию письма.

    – «Дело Горячева состряпано, т.к. не выполнил каких-то обязательств». Владимир, благодарю за веру в мою невиновность. Тебе ли не знать. Мы уехали в эмиграцию в одном и том же 2010 году – ты на полгода раньше, спасаясь от назойливого внимания «политической полиции» и вербовки. При этом у тебя очень похожая история – взяли осужденных людей, которые в обмен на какие-то обещания показали на тебя пальцем и сказали: «Всё, что мы сделали, мы сделали по его приказу». А про «обязательства» процитирую тебе генерал-майора юстиции И.В. Краснова, который 26 февраля этого года в своем кабинете на 7-м этаже СК сказал: «Вот пришел бы ты в суд над Тихоновым в 2011 году, повторил бы все как нужно, показания то есть, и всё у тебя было бы нормально. А ты не пришел, поэтому теперь я иначе интерпретирую твое общение с Тихоновым». Предельно честно. А вот это «нормально» – это и была бы вербовка – куда б мне тогда ещё было деваться? Кстати, у того, кто пришел в суд над Тихоновым и сказал, всё как приказали, судьба так и сложилась. А я вот привередливый, меня коллектив в УЗКС не устраивает, поэтому я не пошёл.

    Теперь пробегусь по фактическим неточностям (хотя мне казалось, мы это десять раз по скайпу проговаривали, но ты очень упорен в своих заблуждениях).

    – Про РМ-2008. Вспомни 2007 год. Офис Рогозина. Заполняем сетку регионов создававшейся партии «Великая Россия». Часть регионов взял я, мол, там есть отделения «РО», на их базе развернем отделения «ВР». Что ты сказал тогда вслух и позже за глаза (да и, вообще, часто говорил): «Нет никакого «РО», так как это секта Горячева вокруг журнала». Вот через год я тебе ответил на эту фразу — просто сказал, что "РО" есть. Да, я немного злопамятен. Но к тебе и твоему брату – Александру Белову – всегда относился с искренним уважением как к товарищам и соратникам (твой брат был последним, с кем я встретился перед отъездом из России, пусть эта встреча и была случайной). Но вот твоей монополии на общественную деятельность никогда не признавал, факт. Но возникающую иногда между нами конкуренцию всегда воспринимал как Pepsi Vs Cola, т.е. не какой-то там конфликт, а как соревнование, в итоге приносящее пользу всей индустрии – в нашем случае правому сегменту общественно-политической жизни. При этом, я всегда одергивал своих товарищей, которые слишком заигрывались, переходили черту, начинали грубить, переходить на личности, т.е. воспринимали здоровую конкуренцию как конфликт и забывали о взаимоуважении. С вашей стороны Александр Белов всегда поступал аналогично.

    – Про яблоки. Действительно, в 2008 году активно пробовал этим заняться, мы привезли одну фуру – 20 тонн яблок из Боснии, но моим партнером был не Игорь Гиркин (о нём ниже), а знакомый тебе Андрей П., что всю жизнь трудится в банковском секторе. К сожалению, мы столкнулись с непреодолимой трудностью — сбытом в Москве. Московским фруктовым монополистам (азербайджанцам) мы попросту были не нужны. После ряда встреч с ними мы это ясно поняли и оставили эту затею.

    – «В чём-то это был идейный человек» – Владимир, во-первых, зачем ты меня принижаешь – «в чем-то», а во-вторых, хоронишь раньше времени – «это был». Я жив, в строю, внимательно слежу за всеми процессами, как ты можешь понять по этому письму. А в тюрьме посидеть — полезно для биографии. У меня большие планы на будущее. А враги не могут сделать ничего. Только убить. Но и на это вряд ли решаться. А если и решаться, то я попаду в Рай, а тут будет реализован сценарий «а-ля Магницкий». То есть я уже победил, а враг уже проиграл, просто он ещё этого не понимает.

    – Про наш митинг-концерт 2009 года на Болотной площади. Владимир, ну почему альтернативный? Я специально разнёс наш концерт и ваш марш по времени так, чтобы все желающие могли попасть на марш, а оттуда приехать на наш концерт. Не скрою, на меня оказывалось большое давление, чтобы я синхронизировал наше мероприятие с вашим, выступил спойлером, но я отказался. Многие почему-то считают, что могут меня промять. Субкультуры, спецслужбы. Но не надо вежливость принимать за слабость.

    – «Гиркин руководил "РО"», «Симунин потом приставлен». Владимир, у тебя классическая русская болезнь — конспирология и вера в полное отсутствие свободы воли. Все в пассивном залоге, ничего само не происходит, обязательно по чьему-то приказу. Но ты-то ДПНИ по собственной инициативе создавал, в себе-то ты уверен, или тебе тоже кто-то приказал? Открою тебе секрет. Настоящее название «РО» — «Клуб друзей Ильи Горячева». И в этом наша сила. А все вот эти «руководил», «приставлен», «в чём-то был идейный», «решали все вопросы, накачивали» и т.д. — ну хватит уже. Знаешь, как много раз слышал в тюрьме: «Вот если б мне Аллах дал такую голову, как у тебя, я...», – т.е. вера в полное предопределение и отсутствие свободы воли (восточная черта, кстати), т.е. я-то тут причем, это мне там кто-то голову дал, а я сам по себе лох, головой неправильно распорядился. Про Леонида Симунина – мы познакомились в начале 2008 года в ходе работы над PR-проектом, суть которого была в том, чтобы заставить «УкрСпецЭкспорт» выплатить российским партнерам их долю за ремонт ливийских учебно-боевых самолетов «Л-39». Проект, конечно же, увенчался нашим успехом.

    – «Горячева достали из ДПНИ», – опять пассивный залог. Владимир, мы обсуждали это прошлой весной, когда я благодарил тебя за подарок с оказией – книгу 1967 года «50 лет ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ. Краткая история». Действительно, очень полезно для понимания мировосприятия классического чекиста. Но к фактам. Мы познакомились весной 2003 года. Я с Андреем М. приехал в ваш офис на Сухаревской – там был ты и Игорь П. Вы только появились, а нам как редакции «РО» был уже год и пришли мы к вам знакомиться как структура со структурой. Ты сразу же протянул нам заявление на официальное вступление в ДПНИ, но мы отказались, заверив при этом вас в дружбе и партнёрстве.

    Также хотел бы тебе напомнить, что в 2010 году в октябре мы – «РО» и ДПНИ заключили официальный договор о сотрудничестве и партнёрстве, его никто не расторгал.

    А в целом, вижу у тебя большую ностальгию по 2005 – 2006 годам. Мне кажется, ты видишь в этом времени упущенные шансы. Хватит уже вспоминать успехи, которые давно стали достоянием истории. Общественное сознание обнуляется раз в 2-3 года, точно так же обновляются и ряды активистов. Мне тоже нравилось в Госдуме, когда Николай Курьянович был депутатом. Но это прошло. Надо смотреть вперёд, быть человеком будущего, а не прошлого. Как говорили в НБП: «Заслуги перед партией обнуляются в полночь». А если тебе интересно моё мнение, почему ДПНИ действительно не стало «Национальным Фронтом» отечественного образца, то, во-первых, узость формата, а, во-вторых, забюрократизированность структуры, исходившая лично от тебя. Здесь напомню тебе слова Германа Стерлигова, когда он в 2004 году вышел из ЦС ДПНИ и вы с братом остались там вдвоем.

    Теперь про кураторов. Всегда хотел иметь настоящего Куратора. Такого мудрого советника, который указывал бы путь, предостерегал от ошибок. А в случае чего, вытаскивал из неприятностей. Но так и не нашёл такого ни в науке, ни в бизнесе, ни в общественно-политической деятельности. Приходилось действовать на свой страх и риск, под собственную ответственность и рассчитывать только на свою голову.

    Теперь к сути твоего текста, Владимир. Про Игоря Гиркина. Я видел Гиркина один раз в жизни, в конце 2003 – начале 2004 года в сербской кафане «Ас» на дне рождения как раз члена ДПНИ на тот момент И.П., ныне главного редактора журнала и сайта «Art of War». С Гиркиным хоть мы и сидели за большим общим столом, где было ещё человек 20, мы даже не перекинулись и парой фраз. Действительно, у нас с Игорем Гиркиным много общих знакомых и ранее, возможно, у нас были некие идейные противоречия, опять же заочные. Но всё это такие мелочи перед ликом общего врага (о котором ниже) – внутреннего и внешнего. И когда я желал удачи Игорю Стрелкову, я делал это абсолютно искренне. Сегодня наше знамя — Игорь Иванович Стрелков. Это не человек — это мир, легенда, образ. И те, кто сейчас бьет в Игоря Гиркина, попадают в Игоря Ивановича Стрелкова. На радость врагам. Твой текст, к сожалению, бьет во всех правых и работает в интересах узкой троцкистской группировки, имеющей инфильтрантов и в УЗКС, которая онтологически ненавидит всех националистов, традиционалистов, т.е. весь правый сегмент, весь правый спектр, о положении которого сегодня я писал тут. Представители этой группировки (их даже можно назвать бандой) могут прикидываться державниками, но в критической ситуации маска падает (как у Кургиняна в Донецке).

    Вот, кстати, и преследование Егора Просвирнина («Спутник и Погром»), и допрос писателя Шаргунова – все это внешние проявления той подковерной борьбы, что ведёт против «Правого поворота» нашей страны эта группировка, настоящая «Пятая колонна», которая в 1991 году развалила и Советский Союз. Есть у них и своя агентура (ты путаешь акторов политического процесса и агентуру) – это типы в духе Прибыловского, Кургиняна, Егора Горшкова (о котором ниже). Ты можешь усомниться в моих словах. А я процитирую тебе Глеба Павловского «Новой Газете» от 10 сентября 2014 года: «Это те, кто не попал под каток управляемой демократии нашего предыдущего десятилетия. Их долго ни к чему не подпускали, они были вне мейнстрима, вне путинского консенсуса. На телевидении их было не услышать, а что их в какие-то кабинеты пускали, то с чёрного хода, редко и так, чтобы никто не видел». И далее – для тех, кто не понял, о ком говорит Павловский – «Никаких серьезных политических дебатов с националистами не было. Они росли отдельно 20 лет за чертой».

    Владимир, это про настоящих людей, а не имитации и агентуру. В том числе и про нас с тобой. Сейчас нужно наступить на горло неким своим узким политическим амбициям и способствовать вектору на «Правый поворот», не помогая его противникам. Равно так же эта цитата Павловского подходит и к Бородаю, Карпову, Симунину, ну и, конечно, Игорю Ивановичу Стрелкову. За что ты недолюбливаешь этих людей? Что они тебе дурного сделали, чем перед тобой провинились? Вот, например, какие идеологические / биографические претензии у тебя могут быть к Бородаю? Владимир, признайся хотя бы себе, что это элементарная ревность – у кого-то получилось, кто-то включен в политический процесс, а ты нет. Надо оставить эти личные мелкие счеты / претензии и работать на общее благо. Это можно делать отовсюду – и из эмиграции, и из тюрьмы.

    А для того, чтобы не быть голословным, относительно агентуры троцкистской группировки (кстати, о ней я писал в тексте «Рупор режиссеров "Болотки"»), покажу наброски к портрету одного из членов этой банды — полевого оперативного агента Егора Горшкова. Последний раз его видели в Донецке в свите Кургиняна, когда они пытались предательски нанести удар в спину сражающемуся Донбассу.

    Упоминал я Егора и на очной ставке с Хасис. Это упоминание смутило и Хасис, и её оператора наведения, сотрудника УЗКС Я.Б., внедренную троцкистской группировкой туда. Она сидела за зеркальным стеклом и подсказывала Хасис – когда я упомянул Горшкова / Кургиняна, Хасис в очередной раз потрогала ухо, прикрытое жидкой косой и торопливо сказала: «Ну давай не будем его упоминать, к чему это». К тому. Всю эту банду будем упоминать, вытаскивать на свет публичности.

    А теперь сам текст. Он написан по памяти 20 мая 2013 года в тюрьме Белграда. Оригинал в черновике моей книги «С чего начинается Родина?», изъятом 8 мая 2013 года у меня при аресте и позже выданной БИА (Агентство безопасности и информации — Госбезопасность в Сербии) УЗКС. Владимир, вот это настоящая агентура и наши настоящие оппоненты.

    Отрывок из книги «С чего начинается Родина?»:

    Егор Горшков появился у нас в начале 2009 года. А впервые я его увидел ещё осенью 2008 года у Эдуарда Вениаминовича Лимонова дома. Потом Егор стал захаживать на телеканал «Спас», где я тогда работал руководителем департамента по связям с общественностью.


    Что было на тот момент известно о Егоре Горшкове? Где-то служил в советское время, потом контактировал с ветеранскими организациями Госбезопасности. Один из знакомых Егора Горшкова – русский доброволец на войне в Боснии в 90-ые по кличке «Румын» рассказывал мне, что они вместе с Горшковым в начале 90-ых проходили тренинги по внедрению в различные общественно-политические организации.
    Первым известным общественно-политическим опытом Егора Горшкова стало НБП. Попав туда, он сразу же начал ратовать за радикальные акции. В итоге, через несколько месяцев в Никиту Михалкова полетели яйца – многие помнят эту «атаку», причиной которой нацболы назвали дружбу Михалкова с Назарбаевым. Фамилия Дмитрия Бахура с тех пор стала известна многим, а фигурировавший вместе с ним Егор Горшков остался практически невидимым. Хотя Егор Горшков провёл некоторое количество дней в СИЗО «Бутырка» и был выпущен оттуда с формулировкой «как отец многолетнего ребенка». Бахур провел в СИЗО значительно больше времени, а выйдя оттуда уже имел отношения с Андреем «Чеченом» - знаменитым сотрудником ЗКС, многие годы разрабатывающий НБП. Отношениями этими Бахур бравировал, считая, что приручил «чечена», однако дружба закончилась неприятным для Бахура путешествием в лес.
    Потом Егор занимался разведкой в северном Казахстане и планированием освободительного похода нацболов, за который Лимонов получил два года. В какой-то момент Егор расходился с «Дедом» (как нацболы зовут Лимонова). Лимонов обвинял Горшкова в сотрудничестве с органами, но через пару лет отношения восстановились. Далее Горшков занимался в НБП управлением Охранных отрядов – личной охраны Лимонова. В Сети в это время можно было найти на форумах НБП сетования нацболов о том, что после прихода Горшкова в Охранные отряды НБП начались «скандалы, интриги, расследования» и формирование практически развалилось.
    Весной 2009 года Егор Горшков стал приходить на собрания организации «Русский Образ». Егор рассказывал членам организации различные небылицы про своё участие в разведывательно-диверсионных мероприятиях в различных точках мира. В конце весны 2009 года Егор Горшков стал подходить ко многим членам РО и рассказывать о том, что в УЗКС ФСБ есть очень опасный сотрудник, работающий «по правым» - Яна Баженова (именно такое написание). Основной посыл сообщений Егора – это важная информация, он просил передать её «кому надо наверх» в Администрацию Президента. Передавать членам РО эту информацию было некому и незачем, но Егор не унимался. Он сообщал всё новые подробности об этом сотруднике. О том, что Яна – его воспитанница, он её внедрил в ЗКС, но она до сих пор является подругой его жены. Их обеих он тренировал в юношеском военно-патриотическом движении, а потом они все вместе обороняли Белый Дом в октябре 1993 года. Но мол потом они разошлись по вопросам идеологии – Егор «поправел», а Яна «полевела» и стала его тоже ненавидеть. Характерно, что ещё одним человеком, про неприязненные отношения с которым Егор постоянно рассказывал, был Игорь Гиркин (Стрелков).
    Первые упоминания в политической среде предположительно о Яне Бежановой датируются 2008 годом. С того года пошли разговоры от левых радикалов, что их человек теперь работает в ФСБ, что скоро всем националистам и правым – придёт конец. Но именно Егор Иванович Горшков первый начал упоминать конкретное имя Яны Бежановой. Предположительно, клуб, в котором работал и Егор Горшков, и позже Яна Бежанова – Военно-патриотический спортивный клуб «Юный десантник» Московского городского дворца детского творчества на Воробьевых горах (Подготовка к службе в воздушно-десантных войсках и войсках специального назначения, ВДВ, Спецназ ГРУ, морская пехота, спецназ внутренних войск). В числе педагогов клуба в начале 00-ых числилась - Бежанова Яна Владимировна (как выпускник, далее как преподаватель НТП и альпинизма, в 2003 году закончила вечерний факультет Института Международного права и экономики имени А.С. Грибоедова). Именно этот человек активно участвовал в решении проблем фигурантов «Химкинского дела» - Яна Бежанова помогала бежать из России в Европу, используя контакты в СБУ – на Украину. Имеет тесные связи с ФСБ Юга России (проводила там лагеря «левых» вместе с Удальцовым и Пономарёвым), Орловской области (дело «орловских партизан», которых организовал Сергей «Опер» Голубев – агент Бежановой Яны, возможно – сотрудник ФСБ). Есть косвенные подтверждения того, что Яна Бежанова курирует правых радикалов «ВотанЮгенда». Сюда логичным образом ложится появление «Зухеля» (одного из «бывших» соратников Тесака, публичных представителей «ВотанЮгенда») на Украине на стороне украинских националистов. Так как общая стратегия УЗКС, для которой нужна Яна Бежанова – вывод правого фланга националистов в маргинальное поле, создание образа правых националистов аналогичного образу власовцев. В мае 2014 года на Бутырке один из лидеров левых экстремистов Гаскаров сказал мне, что Яна Бежанова всех пересажает, так как никто ей не указ. Последние годы Егор Горшков работает главой Службы Безопасности «Суть Времени» Кургянина, а значит большое влияние на структуру, её целеполагания имеет лично Яна Бежанова. Поэтому не удивительно, что Кургянин участвует в информационной компании против лидеров ДНР и ЛНР.
    Читатели спросят, как же вы такого специально-обученного провокатора как Егор Горшков допустили к себе? Отвечаю. Во-первых, всё, что я пишу про Егора – это результат 3-летнего общения со множеством людей. Первоначально было известно лишь, что Егор – это начальник «лички» Лимонова, который нам симпатизирует, безотказен и может быть очень полезен при проведении разнообразных публичных мероприятий. Во-вторых, Егор весьма обаятелен + опыт / подготовка, которые, как известно, не пропьешь.

    В какой-то момент Егор очень хотел сказать мне адрес Яны, но мне было это не интересно. Где-то в конце лета он надоел мне с этой Яной и я прямо его спросил – «зачем ты мне все это говоришь, чего ты от меня хочешь?». На что получил ответ, мол, чтобы ты сообщил об этом кому-нибудь. Я предложил Егору написать аналитическую записку в АП – он чуть поморщился, но и это его устроило. Их-то замысел был иной, такая ловля на живца. В записку Яна легла хорошо, т.к. еще в 2008 году мы зафиксировали в левой среде слух про то, что в ФСБ внедрился их человек и занял очень хорошую позицию. После получения записки, сотрудники АП связались с УЗКС и поинтересовались левой экстремистской в погонах. Но. Настоящая фамилия Яны – Бежанова (даже Гугл выдает ее размытые фото и какую-то информацию по запросу «Яна Бежанова»). Соответственно, что произошло. УЗКС был заранее предупрежден, где всплывет фамилия в неправильном написании, там и есть вертикаль общения Ильи Горячева / РО.

    В конце лета-начале осени 2009 года Егор Горшков изменился, начал вести с активистами РО разговоры про «проклятый режим» - эти разговоры заканчивались заявлениями Егора о том, что у него есть боевые товарищи и схроны, звал с собой вести войну против режима (сценарий, который он описывал позже всплывал в описании тех же «приморских» и «орловских» партизан). В организации эти разговоры списывали на обострения «контуженного ветерана», не обращали на них внимания. Помните, в их истории «орловских» и «приморских» первоначально был офицер ВДВ и их называли отрядом его имени, а потом он резко пропал из всех упоминаний? А относительно нас у Егора и Ко вышел просчет. Несмотря на идеализм, мы всегда были прагматичны.

    Зимой 2009-2010 года Егор развернул свою агитацию, так как я после первых допросов 5 и 9 ноября и обыска 5 ноября 2009 года отдыхал в своей деревне в Подмосковье, не вёл никакой деятельности. Егор попытался изолировать меня в деревне и стать единственной связью с другими товарищами. Активистам организации он рассказывал, что у него плохие предчувствия насчет меня. Мне же намекал, что хорошим исходом и выбором для меня было бы – повеситься в деревне. В это же время полковник Шаменков говорил Тихонову на допросах: «Горячева нет нигде, небось повесился где-нибудь в лесу тихонько» (часть расшифровок звонков Никиты Тихонова мне публиковала «Новая Газета»). При этом, собрав в середине января 2010 года основу организации, Егор заявил, что «Илья совсем плох, думает только о том, чтобы повеситься – надо менять власть и что-то делать». После этого с Егором прекратили общаться большинство активистов организации, я с ним общался осторожно. Егор не отставал от меня с информацией про Яну – например, привёз к мне старый ноутбук с её фото, призывал предать эту информацию «куда следует», чтобы по ней уже наконец «начали работать». Видимо, УЗКС рассчитывал, что фото где-то всплывут и они смогут сказать – «Вот! Илья организатор! Он с ними связан». Но не с какими «ими» я не был даже знаком, поэтому просто подарил тут же этот ноут своему 7-летнему младшему брату.


    Егор начинал нервничать и действовать всё грубее. Мы стали часто ловить на откровенной лжи. При этом Егор старался максимально втереться в доверие к личному составу – «Я же за безопасность отвечаю, я должен про вас всё-всё знать, включая интимные подробности». То Егор отпечатки пальцев у кого-то снимает, то интересуется региональным человеком, а на следующий день региональный УЗКС тоже начинает интересоваться им. Я с доводами товарищей согласился. Но высказал опасение – через Егора УЗКС нас разрабатывает, как только мы его выкинем, начнётся пресс. Попросил провести разговор с Егором. Коллективный. Я соберу все факты воедино и мы его разоблачим. С этого момента мы стали собирать и систематизировать факты по Егору, а я вел в своем «мулескине» (записная книжка) краткий план. Егор долго увиливал от встречи. В итоге, встреча была назначена. 14 апреля в сербском ресторане на Таганке. И что же произошло? Утром у офиса сотрудники УЗКС задержали Сергея Ерзунова и отвезли на допрос в СКП.

    Утром этого дня у рабочего офиса был задержан и отвезен на допрос в СКП Сергей Ерзунов. В то же время, якобы для допроса, задержали и Егора Горшкова. Соответственно, на встречу он не явился и она так никогда и не состоялась. Меня задержали и отвезли на допрос 20 апреля – через 6 дней. Допрос вёл начальник 3-го отдела УЗКС 2-ой службы полковник Виктор Владимирович Шаменков.




    Автор: Илья Горячев, 17.10.2014, СИЗО «Капотня»