• § 2. Теоретические основы криминалистической диагностики
  • § 3. Экспертные диагностические задачи
  • § 4. Диагностика в работе следователя
  • 1. По содержанию
  • 3. По связи с событием преступления
  • 4. По связи с предметом доказывания
  • Глава 9. Теории криминалистического прогнозирования и временных связей и отношений § 1. Содержание теории криминалистического прогнозирования
  • § 2. Криминалистическая теория временных связей и отношений
  • Литература Раздел I. История и методология криминалистики Ко всем главам
  • Раздел II КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА И ТЕХНОЛОГИЯ



  • страница10/55
    Дата17.01.2018
    Размер9.35 Mb.
    ТипУчебник

    Р. С. Белкина Издательство норма (Издательская группа норма—инфра • М) Москва, 2000 Аверьянова Т. В., Белкин Р. С., Корухов Ю. Г., Российская Е. Р. Криминалистика


    1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   55
    Глава 8. Криминалистическая диагностика
    § 1. Понятие и задачи криминалистической диагностики
    Криминалистическая диагностика распознает состояние объектов, познает события, явления, процессы. Так, по следам ног можно не только идентифицировать человека, но и судить о направленности его движения, приблизительной скорости, о факте перетаскивания тяжести, о передвижении в темноте. По следам взлома судят не только об использованном орудии, но и о способе взлома, о навыках лица, его физической силе, затраченном времени и т. п.

    Слово "диагностика" греческого происхождения и означает "распознавание", "различение", "определение". Каждый из этих терминов, не являющихся синонимами, способен охарактеризовать один из аспектов этого сложного процесса. Распознать — значит установить некое подобие уже известному. В криминалистике это установление сходства изучаемой ситуации с некоторой типовой моделью (типичной ситуацией). Различить — значит отделить, отдифференцировать эту ситуацию от других ей подобных. В медицине, например, есть понятие дифференциальной диагностики, когда типовая форма устанавливаемого заболевания отграничивается от иных форм, обладающих сходными симптомами. И, наконец, определить (заключительный этап диагностирования) — значит через сходство с типовой моделью, различение исследованного выявить индивидуально конкретное, присущее данной исследуемой ситуации.

    С учетом этого общая задача криминалистической диагностики трактуется как установление (определение, раскрытие) объективной истины путем изучения и объяснения свойств и состояний объекта (явления). Следовательно, диагностика может быть определена как процесс познания, в основе которого лежат общие события (явления, факты), по их результатам. Являясь одним из методов в сложной системе судебного доказывания, диагностика полностью согласуется с его общими принципами установления истины. С познавательной стороны судебное доказывание расценивается как мысленная реконструкция прошлых событий, в ходе которой преобладают выводы так называемого обратного направления: от явления — к его сущности, от следствия — к его причине, от отображения — к анализу свойств и состояния отображенного объекта. Методологической основой процесса такого познания является теория отражения.

    Криминальная ситуация как объект доказывания обладает в информационном плане следующими чертами:

    а) ретроспективностью, ибо познаваемое событие уже произошло;

    б) уникальностью, т. е. неповторимостью, определяемой сочетанием условий и обстоятельств данной ситуации;

    в) отображаемостью в материальных и идеальных формах, т. е. вещной (вещественной) обстановке события и в сознании людей (участников, свидетелей, потерпевших).

    Рассматривая событийную ситуацию как определенную систему, в ней можно условно выделить две большие группы подлежащих установлению фактов:

    относящихся к относительно стабильным компонентам ситуации. Это участники события, орудия преступления, иные предметы, средства сокрытия следов преступления;

    относящихся к изменчивым компонентам ситуации. Сюда относятся состояние объектов, условия места и времени, механизм взаимодействия субъектов, предметов.

    В соответствии с этим и информацию о рассматриваемых фактах можно разделить на два вида: об относительно стабильных материальных объектах, причастных к преступлению, и об изменчивых ситуативных условиях, также связанных с происшедшим событием. Если для его реконструкции необходима информация о тождестве конкретных объектов, то решаются идентификационные задачи (отождествление объекта по его следам, установление частей по единому целому, установление общего источника происхождения и т. п.). Если предметом изучения при реконструкции является установление конкретных ситуационных факторов (условия, в которых находились и взаимодействовали объекты первого вида, характер их взаимодействия, причина наблюдаемых последствий), то на первый план выходит решение диагностических задач.

    В наиболее общем виде задачи криминалистической диагностики могут быть классифицированы следующим образом:

    а) установление пространственной структуры обстановки преступного события (где, в какой обстановке произошло преступление, каково точное место столкновения транспортных средств, какие из имеющихся следов относятся к совершенному преступлению и т. п.);

    б) установление механизма отдельных этапов (стадий) события (направление и характер взлома преграды, взаимное положение транспортных средств в момент столкновения, способ изготовления фальшивых денежных знаков и т. п.);

    в) определение вещественной структуры обстановки места происшествия (каковы свойства и состояние объектов этой обстановки, в какой мере они могли обусловить механизм преступления, выбор орудия преступления, оставить следы на преступнике и его одежде, обеспечить скрытность преступления и т. п.);

    г) установление временных характеристик преступного события (когда оно произошло, сколько времени могло потребоваться для его совершения; в какой последовательности совершались действия, какие следы возникли раньше, а какие позже и т. п.);

    д) определение свойств действовавших объектов (лиц, орудий, транспортных средств), их количества, характера функционирования (сколько было участников преступления; обладало ли лицо, совершившее взлом, профессиональными навыками, какое оборудование и навыки были применены при изготовлении огнестрельного оружия или взрывного устройства; исправно ли транспортное средство и если нет, то в какой связи неисправность находится с ДТП и т. п.);

    е) ретроспективное исследование причинно-следственных связей (какова причина пожара, что могло явиться причиной выстрела без нажатия на спусковой крючок, имеется ли причинная связь между определенными действиями и наступившими последствиями, могла ли быть причиной ДТП техническая неисправность, установленная при экспертизе транспортного средства, и т. п.);

    ж) прогнозирование действия причинно-следственных связей (какие последствия могли наступить в результате действий определенного лица, какие повреждения должны были остаться на скрывшемся транспортном средстве, в результате ДТП и т. п.);

    з) установление в целом механизма преступного события. Эта задача представляет собой интеграционное диагностирование многих из приведенных выше факторов, являясь по сути своей ситуационным анализом всего события как системы действий. Для ее решения необходимо изучить и использовать все виды информации: личностной — об участниках события; вещной — о предметах отражаемых и отражающих; операционной — о механизме действий, их условиях, обстоятельствах;

    и) установление соответствия ситуации, излагаемой участником процесса (обвиняемым, потерпевшим), тому механизму происшествия, который может быть определен по следам и иным вещественным доказательствам;

    к) установление криминогенных факторов, составляющих элементы причин и условий преступного события (какие обстоятельства способствовали или могли способствовать его совершению; в какой обстановке может произойти аналогичное преступление; обеспечивает ли конструкция замка его надежность, может ли он быть открыт подобранным ключом, отмычкой; какие несовершенства документов способствуют их подделке и др.).

    Из приведенного перечня видно, что при всем. своем многообразии диагностические задачи касаются изучения трех категорий свойств и условий: внутренних (свойства и состояние объекта); внешних, обстановочных (время, место, функционирование объектов); механизма возникновения и развития процессов (взаимодействия объектов между собой и т. п.).

    С учетом изложенного предмет криминалистической диагностики можно определить как исследование свойств и состояния объекта (ситуации) с целью установления происшедших в нем изменений, определение причины этих изменений и ее связи с совершенным преступлением.

    При наличии общей цели идентификации и диагностики — установление фактов, свидетельствующих о происшедшем событии преступления, — имеется немало различий в сущности решаемых при этом задач. В первом случае это установление индивидуальности объекта, во втором — определение конкретного ситуативного условия события. Оба процесса тесно связаны между собой. Так, определение условий следообразования всегда сопутствует отождествлению объекта по его следу-отображению. В свою очередь, при диагностическом установлении механизма следообразования всегда учитываются свойства и состояние следообразующего объекта. Однако решение задач обеих групп не составляет единого целого. Они могут чередоваться, перемежаться, но могут решаться и по отдельности. Например, при экспертном анализе следов взлома чередование задач и их взаимосвязь будут выглядеть следующим образом: определение направленности взлома (диагностическая задача) — определение вида использованных орудий взлома (классификационно-диагностическая) — установление свойств субъекта: сила, рост, навыки (диагностическая) — установление групповых свойств примененного орудия взлома (идентификационная) пригодность следов для отождествления (диагностическая) — отождествление орудия по следам (идентификационная задача). Главное заключается в том, что эти задачи не должны противопоставляться и отрываться одна от другой.
    § 2. Теоретические основы криминалистической диагностики
    Первоначальное понятие диагноза связывалось с медициной, с методом распознавания болезни. По мере развития науки и техники, интеграции знаний и методов, их перенесения из одной области знания в другую появляются и реализуются понятия диагностики технической, ботанической, зоологической, психологической и др.

    Например, психологическая диагностика широко используется в судебно-психологической экспертизе и включает методы распознавания психологических свойств и состояний человека: диагностика индивидуальных различий, личностного развития детей и подростков, интеллекта, умственной отсталости и т. п. Техническая диагностика широко применяется в судебно-автотехнической экспертизе. Все это позволяет считать, что данный термин утратил свое некогда сугубо медицинское значение.

    Введению понятий "криминалистическая диагностика" и "экспертная криминалистическая диагностика" предшествовало выделение теоретических аспектов познавательной деятельности, не решающей идентификационных задач и имеющей самостоятельное направление в криминалистике89.

    Для создания научных основ криминалистической диагностики потребовалось проанализировать и систематизировать большое количество типичных ситуативных условий, характеризующих как состояние и свойства отдельных объектов, так и целые криминальные ситуации. Выявляемые при этом закономерности легли в основу соответствующих методик.

    Например, чтобы установить, не исполнена ли рукопись в необычной позе, нужно знать закономерности влияния позы на процесс письма, свойства почерка и их проявление при выполнении рукописи в необычной позе; чтобы установить, исправно ли запирающее устройство, необходимо знать его характеристики и варианты возможных повреждений; чтобы установить последовательность выстрелов, необходимо располагать сведениями об изменении интенсивности и характера отложения продуктов выстрела в области входного отверстия по мере производства выстрелов и образования нагара в канале ствола.

    Подобный теоретический базис метода диагностирования исходит из одной закономерности материального процесса — его повторяемости, что в конечном счете приводит к выводу о ситуационном характере возникновения, существования и исчезновения доказательств. Повторяемость события, действия обеспечивает стабильное отображение, позволяющее выявить данные, общие для всех аналогичных процессов, а также сведения о возможных отклонениях и причину этих отклонений. Так, криминалист-трасолог, опираясь на классификацию следов по механизму их образования, решает диагностическую задачу по определению условий возникновения следов на месте происшествия: сначала каждого следа в отдельности, затем групп однородных следов, после этого — групп разнородных следов, и на основе анализа их совокупности переходит к диагностированию ситуации в целом.

    Структуру процесса криминалистической диагностики в общем виде можно представить так: определение цели, предварительное изучение объектов, анализ диагностических признаков, сравнение по аналогии, оценка и корректирование полученных результатов, формулирование выводов. В приведенной схеме просматривается традиционное представление о криминалистическом идентификационном процессе. Здесь нет какого-либо противоречия. Уже отмечалось, что идентификация и диагностика имеют много общего. Однако совпадение стадий того и другого процессов не лишает их самостоятельности. Важно обратить внимание на другое: метод сравнительного исследования применяется и в идентификации (для установления индивидуального объекта), и в диагностике (для установления наличия конкретного ситуативного условия события).

    При идентификации признаки объекта сравниваются с признаками, отобразившимися в следе, что позволяет при их совпадении говорить об отождествлении уникального (единичного) объекта. Целью диагностики является установление конкретных, но не обязательно уникальных условий ситуации. Здесь метод сравнения используется для того, чтобы сопоставить ситуацию, изучаемую по отображениям, с ситуацией типичной, известной по закономерностям повторяющихся событий. Стержневым в любой диагностике — медицинской, технической или криминалистической — является сравнение по аналогии. С помощью приема аналогии выводят умозаключение, степень вероятности которого зависит от числа сходных признаков и от того, насколько они существенны.

    Многообразие возможных отклонений от типичной ситуации затрудняет однозначный вывод. Конкретность вывода, носящего диагностический характер, зависит от объема и характера информации об исследуемой ситуации, от меры конкретности данных о типичных ситуациях подобного рода, а при экспертизе — еще и от степени детализации вопросов, поставленных эксперту.

    Таким образом, диагностирование можно представить как процесс сужения и конкретизации альтернатив — вплоть до выбора наиболее вероятной на стадии перехода в достоверное суждение о факте. Конкретность решаемой при этом задачи определяется тем, что: а) устанавливается одно условие из всех возможных, б) устанавливаемое условие само по себе достаточно конкретно, так как связано с конкретной ситуацией, с определенными объектами.

    Наряду с методами аналогии и сравнения в диагностическом процессе широко используются методы моделирования, эксперимента, экстраполяции.

    В теории криминалистической идентификации существует четкая классификация объектов на идентифицируемые и идентифицирующие, на искомые и проверяемые. Подобная классификация имеется и в диагностике. Здесь объекты могут быть поделены на диагностируемые и диагностирующие, искомые и проверяемые. Диагностируемым является состояние, свойство объекта, механизм происшествия. Диагностирующими — признаки, отражающие в материальном виде это состояние, свойство, механизм. Искомыми являются ситуативные условия, определяющие динамику события и отраженные в его вещной обстановке. Проверяемыми — предположения (версии) следователя, суда, эксперта, объяснения иных участников процесса (потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, подсудимого).

    Так, назначая экспертизу для решения диагностических задач, следователь, суд всегда действуют в состоянии неопределенности (энтропии)90 в отношении устанавливаемого факта. Степень энтропии может быть различной, в зависимости от полноты (неполноты) зафиксированных условий и сложности ситуации. В любом случае имеющиеся данные позволяют конструировать некоторую версию (общую, частную), требующую проверки (подтверждения или опровержения) с помощью экспертизы. В качестве проверяемого объекта может выступать, например, предположение о динамике ДТП, основанное на анализе следов, оставшихся на месте происшествия и на транспортных средствах. Нередко проверяемым объектом выступает ситуация, изложенная в показаниях кого-либо из участников процесса. В подобных случаях в задачу эксперта входит диагностирование следов, условий их возникновения и определение возможности их образования в том виде, в тех местах и при тех обстоятельствах, как показал допрашиваемый.

    Характерным отличием диагностики от идентификации является то, что при идентификации проверяемый объект всегда существует материально, а при диагностировании этого может и не быть. Например, "место нахождения стрелявшего", фигурирующее в качестве объекта исследования, было как таковое в момент прошлого события, во время выстрела. Этой ситуации к моменту диагностирования уже нет, что обусловливает необходимость реконструкции, моделирования.

    Таким образом, диагностируемый объект — это устанавливаемое условие (предмет, ситуация), а диагностирующие объекты — это материальные носители признаков, отображающих свойства (систему свойств, признаки, комплексы признаков) и воздействие на них определенных условий происшедшего события.

    Методические основы криминалистической диагностики базируются, с одной стороны, на гносеологической сущности процесса диагностирования, с другой — на солидном фундаменте общей методологии криминалистики. В этом плане методологическую основу криминалистической диагностики определяют:

    принципиальная возможность познания объекта, события по его отображению;

    сведения об общих закономерностях возникновения доказательств, включая вещественные, как средств отражения и носителей потенциала криминалистически значимой информации;

    сведения, накопленные криминалистикой о закономерностях возникновения исследуемых ею объектов, их свойствах и признаках;

    сведения о типичных моделях отражения действия (события) с учетом объективных свойств, взаимодействовавших предметов, условий взаимодействия и, при необходимости, свойств личности (физических, психофизиологических и др.);

    владение методиками исследования объектов криминалистической экспертизы и всем арсеналом необходимых методов (аналогией, моделированием, экстраполяцией, анализом, синтезом, экспериментом и др.).

    Приведенные положения отражены в общей методике процесса диагностирования.

    Чаще всего в качестве диагностируемого объекта выступает некая конкретная ситуация, а в качестве диагностирующих — различные виды доказательственной информации: предметной (вещественные доказательства, слепки, копии); вербальной (описания в протоколах следственных действий); графо-аналитической (схемы, планы); наглядно-образной (фото-кино-, видеоизображения). Диагностирование конкретной ситуации является, по сути, интегративным, требующим не только изучения всей вышеназванной информации, но при необходимости и ее пополнения путем отдельных следственных действий (следственный эксперимент, повторный осмотр места происшествия), экспертизы и др.

    При диагностировании результатов действия, а также соотношения фактов, событий одним из главных обстоятельств, требующих тщательного анализа, в том числе и при изучении материалов дела, является механизм91 происшествия. В криминалистической литературе понятие "механизм происшествия" трактуется в двух аспектах: вещественно-энергетическом и структурно-ситуационном. Вещественно-энергетический механизм характеризует происшествие с точки зрения динамических процессов взаимодействия материальных тел (предметов, вещей, объектов). Под структурно-ситуационным понимают стадии течения процесса, переход из одной стадии в другую. Для решения диагностических задач, связанных с изучением механизма происшедшего события, необходимо получить достаточно четкое и достоверное представление о взаимодействовавших объектах, условиях их взаимодействия, стадиях события, его динамике. В ходе диагностирования определяется, каким образом информация о событии распределена по объектам отражающего комплекса (по диагностирующим объектам), какой потенциал информации и о каких признаках ситуации несут те или иные отображения, следы и т. п.

    Особенно важной является оценка достоверности и достаточности информации. При ее дефиците или сомнении в надежности необходимо определить, из каких источников и с помощью каких средств она может быть уточнена, проверена, восполнена. Что касается вариантов ложного отражения, умышленного создания недостоверной информации (инсценировка иного события), то оценка подобных ситуаций представляет, по сути, решение двух диагностических задач: установления факта инсценировки, а затем определения истинного механизма преступления.

    Важную роль при диагностировании играют построение и проверка гипотез (версий). Без конструирования, проверки, уточнения, окончательного принятия гипотезы, вплоть до перехода от нее к достоверному выводу, диагностирование невозможно. Под гипотезой понимают предположение, объясняющее происхождение, существование и сущность фактов, а также причин изучаемого явления на основе уже известных ранее фактов. Как один из способов выяснения фактов и наблюдений (включая опытные данные), гипотеза чаще всего создается по принципу: "То, что мы хотим объяснить, аналогично тому, что мы уже знаем'92. Необходимо отметить, что гипотеза — это не просто предположение, а выражение известной системы знаний, отражающее связь с достоверно установленными фактами.

    Всякая гипотеза должна удовлетворять по меньшей мере трем условиям.

    Во-первых, гипотеза должна быть проверяемой, т. е. следствия, выведенные из нее путем логической дедукции, должны поддаваться опытной проверке и соответствовать результатам опытов, наблюдений и имеющемуся материалу. Для криминалистической диагностики это накопленный следственный опыт, специальные экспертные познания.

    Во-вторых, гипотеза должна обладать достаточной общностью и предсказательной силой, т. е. объяснять не только те явления, из рассмотрения которых она возникла, но и все связанные с ними. Она должна служить основой для вывода о неизвестных еще явлениях (в рассматриваемом случае — диагностируемой ситуации).

    И наконец, в-третьих, гипотеза не должна быть противоречивой. Когда при идентификации формулируется предположение "след оставлен данным объектом — след не оставлен данным объектом", то это не одна противоречивая гипотеза, а две самостоятельные, и каждая может иметь только одно следствие. Так и при диагностировании может быть создано несколько гипотез, отражающих многовариантность условий, каждая из которых не должна быть противоречивой.

    В криминалистике, говоря о значении гипотез (следственных, оперативно-розыскных, судебных, экспертных версий), отмечают их правомерность и необходимость в процессе собирания, исследования и оценки доказательств. Подчеркивают их предположительный характер и цель — объяснить происхождение конкретных фактов или причин, лежащих в основе закономерностей исследуемых явлений. С учетом этого гипотеза при криминалистическом диагностировании должна быть достаточно обоснованной, касаться фактов, имеющих значение для дела, содержать объяснения, проверка которых призвана способствовать установлению истины.

    Разрешение таких сложных задач, как установление события по его результату, динамики и условий события, выявление причинной связи между фактами, не только требует разработки нескольких гипотез, но и заставляет конструировать эти гипотезы различными по объему, в зависимости от степени охвата изучаемого факта (или суммы фактов) и степени детализации гипотезы. Так, на месте происшествия частные гипотезы могут касаться обстоятельств возникновения отдельных следов и их групп, а общая — очередности возникновения всех групп следов или механизма происшествия в целом. Вместе с тем необходимость разработки нескольких гипотез не должна вести к конструированию необоснованных, надуманных, нереалистических гипотез.

    Как отмечалось выше, в структуре всякой гипотезы различают элементы достоверного и предположительного знания. К первым относятся сведения о свойствах и признаках исследуемых объектов, сведения о фактах, ко вторым — предположительное суждение об их сущности, истолкование связи и взаимосвязи фактов, событий. По мере выявления данных связей, установления закономерностей изменений, наступивших в результате определенного действия, предположительное объяснение перерастает в достоверное.

    Построение гипотезы может быть упрощено путем его расчленения на составляющие. Для этого из суммы многообразных фактов рекомендуется выделить два, относящихся друг к другу как причина и следствие. Изучая следствие, надо предположить его непосредственную причину, может быть, несколько причин. Рассматривая другой факт как причину, следует предположить его следствие (несколько следствий). Подобная работа со звеньями причинного ряда существенно облегчает построение гипотезы.

    Гипотеза подвергается постоянной проверке и корректировке. Так, анализ собранной информации, обнаружение в ней ранее не замеченных деталей позволяют уточнить гипотезу или, наоборот, указать на ее несостоятельность. Вместе с тем гипотеза, основанная на изучении ситуации, может позволить усомниться в достоверности сведений, содержащихся в материалах уголовного дела, например показаниях обвиняемого о его действиях в условиях дорожно-транспортного происшествия.

    На сравнительной стадии исследования сконструированная гипотеза сопоставляется с типичными ситуациями. Из сходных ситуаций должна быть выбрана одна, наиболее близкая к исследуемой (диагностируемой). Как бы они ни совпадали по своим признакам и комплексам признаков, исследуемая ситуация всегда отличается от выбранной типичной. Для объяснения отличий на пути к достоверному выводу должны быть объяснены причины расхождений. Как правило, они определяются конкретными особенностями диагностируемой ситуации. В результате проводимой при этом корректировки гипотезы существенно уменьшается энтропия и конструируемая модель ситуации все более приближается к диагностируемой. На заключительном этапе (синтез всех исследуемых сведений) необходимо убедиться в соответствии смоделированной ситуации имеющимся фактическим данным.


    § 3. Экспертные диагностические задачи
    Наиболее разработана в настоящее время часть криминалистической диагностики, которая осуществляется в процессе криминалистических экспертиз. Здесь типичными задачами являются следующие.

    1. Диагностические исследования свойств и состояния объекта при его непосредственном изучении.

    1.1. Исследование свойств объекта, включая его соответствие определенным (заданным, установленным стандартом) характеристикам. Например, является ли объект огнестрельным оружием, может ли быть использовано по назначению данное взрывное устройство.

    1.2. Определение фактического состояния объекта, наличия или отсутствия каких-либо отклонений от его нормальных параметров. Например, исправно ли данное огнестрельное оружие, пригодно ли оно для производства выстрелов.

    1.3. Установление первоначального состояния объекта. Например, какие изменения внесены в первоначальный текст исследуемого документа; подвергался ли изменению номер на кузове транспортного средства, и если подвергался, то каков был его первоначальный вид.

    1.4. Определение причин и условий изменения свойств (состояния) объекта. Например, какова причина разрыва канала ствола охотничьего ружья № ...; каким способом был удален первоначальный текст в документе.

    2. Диагностические исследования свойств и состояния объекта по его отображению.

    2.1. Определение степени информативности следа. Например, имеются ли на бутылке следы рук, и если имеются, то пригодны ли они для идентификации; можно ли по имеющимся следам обуви определить рост лица, оставившего эти следы.

    2.2. Установление свойств и состояния объекта в момент возникновения отображения. Например, в каком состоянии находился пишущий в момент выполнения рукописного текста; обладает ли профессиональными навыками лицо, отпечатавшее данный текст на пишущей машинке.

    2.3. Определение причины изменения свойств или состояния объекта. Например, не подвергался ли данный текст травлению, смыванию, исправлению; какова причина слабой выраженности следов от полей нарезов канала ствола на выстреленной пуле.

    3. Исследования механизмов, процессов и действий по результатам (объектам, отображениям).

    3.1. Определение структуры механизма.

    3.1.1. Определение возможности судить о механизме и обстоятельствах события по его результатам (последствиям, отображениям). Например, возможно ли по форме и расположению следов крови на одежде гр. N судить о механизме их возникновения; можно ли по имеющимся следам ходовой части автомобиля ВАЗ-21011, госномер ..., определить режим его движения до наезда на пешехода (осуществлялись ли торможение, маневр и другие действия).

    3.1.2. Определение отдельных этапов (стадий, фрагментов) события. Например, каково, судя по следам ходовой части на дорожном покрытии, было направление движения транспортного средства до момента столкновения; из каких стадий состоял процесс изготовления данных поддельных денежных банкнот и какое требовалось оборудование для реализации каждой из этих стадий.

    3.1.3. Установление механизма события в его динамике. Например, какими частями контактировали транспортные средства в момент их столкновения, как перемещались транспортные средства после этого.

    3.1.4. Установление возможности (невозможности) совершения определенных действий при определенных условиях. Например, возможен ли выстрел из данного охотничьего ружья при его падении на пол с высоты не более метра при условии удара тыльной стороны приклада о поверхность пола.

    3.1.5. Установление соответствия (несоответствия) действий специальным правилам. Например, какие отступления от специальных правил были допущены при изготовлении бланков данного документа.

    3.2. Определение условий (обстановки).

    3.2.1. Определение времени (периода) или хронологической последовательности действия (события). Например, в какой последовательности, судя по следам на месте происшествия, действовал преступник.

    3.2.2. Определение места действия (его локализация, границы), позиции участников. Например, по следам на месте происшествия определить, на какой стороне проезжей части и на каком расстоянии от осевой линии произошло столкновение транспортных средств; где, на улице или в помещении, происходил разговор, записанный на магнитную ленту; каково было взаиморасположение стрелявшего и пострадавшего в момент выстрела.

    3.2.3. Определение иных условий, при которых происходило событие. Например, не изготовлен ли данный рукописный, документ в необычных для пишущего условиях.

    3.3. Определение причинности.

    3.3.1. Определение причины наблюдаемого результата. Например, какова причина неисправности замка, не явилась ли эта неисправность следствием его открывания (попытки открывания) подобранным ключом, отмычкой, иным посторонним предметом.

    3.3.2. Установление причинной связи между действиями и наступившими последствиями. Например, в какой мере действия водителя транспортного средства обусловили возникновение аварийной ситуации; правильны ли утверждения гр. N о том, что изготовленное им взрывное устройство на самом деле являлось его имитацией и заведомо было непригодно для производства взрыва.

    Выводы эксперта могут иметь как самостоятельное значение в качестве промежуточных доказательственных фактов в общей системе доказательств, так и быть использованы следователем для криминалистической диагностики ситуации в целом.

    § 4. Диагностика в работе следователя
    Наиболее существенно элементы криминалистического диагностирования проявляются в построении и проверке следственной версии. "Версия, — по определению И. М. Лузгина, — представляет собой обоснованное предположение относительно события преступления, его отдельных элементов либо о происхождении и связи доказательственных фактов"93. В структуре следственной версии отчетливо просматриваются те же элементы, что и в диагностической гипотезе; построение и проверка версии проходят те же этапы, что и гипотеза при диагностировании.

    Основываясь на определенных данных, следователь формулирует версию как первую стадию создания гипотезы.

    На второй стадии осуществляется анализ версии как предположения о совершенном преступлении, и даются выводы (выведение следствий) из этого предположения. Третья стадия — проверка этих выводов и сопоставление с данными, полученными в результате проведения следственных действий.

    Информационной базой версии принято считать, с одной стороны, фактические обстоятельства, из которых исходит версия, т. е. реальные факты, а с другой — абстракции, выражающие такие юридические понятия, как состав преступления, его элементы, предмет доказывания, т. е. те категории, с которыми предстоит сопрягать эти факты.

    Как было показано ранее, диагностирование криминальной ситуации состоит в основном в исследовании механизма преступления (его подготовки, совершения, сокрытия). С учетом этого приемы и методы криминалистического диагностирования применяются в построении и проверке частных версий, касающихся отдельных элементов состава преступления, в первую очередь его объективной стороны.

    Говоря о построении следственной версии, обычно отмечают, что основой ее являются факты, фактические обстоятельства, собранные по делу. По сути это правильно, но для подлинно научного построения версии (гипотезы), в том "числе на основе принципов диагностирования, этого явно недостаточно. При построении версии необходимо оперировать понятием "признак" как отражением характеристик конкретного преступления. В криминалистической литературе приводились классификации таких признаков94 по различным основаниям.



    1. По содержанию: признаки приготовления к преступлению, его совершения, сокрытия; признаки использования преступных результатов.

    2. По месту проявления: на месте преступления или месте происшествия (если эти места не совпадают); в иных местах; в документах федеральных, муниципальных, коммерческих и других структур; в быту и личной жизни преступников, их связях; содержащиеся в данных о других преступлениях или происшествиях.

    3. По связи с событием преступления: непосредственно указывающие на возможное преступление, опосредованно свидетельствующие о нем, признаки инсценировок и иных способов сокрытия преступления.

    4. По связи с предметом доказывания: оцениваемые как прямые, как косвенные доказательства (в том числе улики поведения).

    5. По отношению к процессу отражения механизма преступления в окружающей среде: закономерные и случайные, общие и частные, взаимосвязанные и изолированные, специфические и неспецифические, достоверные и относительно достоверные.

    Для построения версии по логическим законам создания и проверки гипотезы должны быть использованы комплексы признаков, особую ценность среди которых имеют признаки закономерные, взаимосвязанные, специфические.

    Обычно построение версии начинается с признаков преступления, наблюдаемых на месте происшествия. Затем эти признаки (как частное) следователь сопоставляет по законам индукции, играющей едва ли не главную роль в диагностировании, с признаками различных типовых ситуаций (общее, целое). Определив наиболее схожую типовую ситуацию, следователь осуществляет обратный процесс (дедукция): от общего он движется теперь к частному — конкретному преступному событию. В этой стадии происходит выявление недостающих признаков, способных полностью раскрыть механизм преступления, выделить то конкретное, что отличает его от типовой ситуации, объяснить вариационность признаков, найти место каждому из них в структуре доказательств.

    Важнейший элемент криминалистической диагностики в работе следователя — установление причинных связей. Установление причинности может быть как целью диагностирования, так и частью этого процесса, промежуточным этапом на пути к познанию события (явления, факта).

    Механизм преступления, познаваемый методами диагностики по его отображению, является одним из объектов криминалистической теории причинности.

    Установление следователем события преступления по его следам (диагностика ситуации) основывается в целом на следующих положениях теории причинности:

    наличие пространственной или временной связи причинности, ее неразрывный характер, представляющийся следователю в виде цепочки событий, находящихся между собой в причинно-следственных отношениях;

    направленность причинной связи от причины к следствию, возможность установления этой связи между двумя известными фактами (причина и следствие) и, наоборот, выяснение того, какие последствия могла вызвать известная, имевшая место причина;

    необратимость причинно-следственной связи, т. е. возможность изучать комплекс вопросов, связанных с установлением причинно-следственных связей, имевших место при совершении преступления в прошлом.

    Обнаруживая следы на месте происшествия, следователь устанавливает причину их возникновения (начало создания версии). От выявления отдельных следов и объяснения причин их возникновения следователь переходит к изучению групп однородных следов (и их причин), затем — к группам разнородных следов (их причин и взаимосвязей), после чего на основе изученных признаков обстановки в целом выдвигает определенную гипотезу (версию) как предположение о преступном событии. В обосновании этого предположения существенную роль играют причинно-следственные связи, установленные в ходе криминалистической диагностики.

    При изучении следов как материальных носителей криминалистически значимой информации следователь устанавливает как возможность, так и обстоятельства совершения (происхождения) определенных действий — на основе анализа двух форм связи: причинной (генетической) и функциональной, производной от первой.

    Первая, выражая связь между причиной и следствием, условием и обусловленным, позволяет устанавливать зависимость сущности явления и наступивших результатов (в том числе имеющихся отображений).

    Вторая, функциональная, позволяет делать вывод о многих факторах, характеризующих эту зависимость: устанавливать время события (конкретный отрезок времени или некоторый временной интервал); расстояние, скорость движения (транспортного средства, человека); силу воздействия (орудия при взломе, транспортных средств при столкновении); определять взаиморасположение объектов на определенный момент и т. д. Таким образом, с помощью функциональной связи познается событие, имевшее место в прошлом. Иными словами, функциональная связь ценна тем, что позволяет раскрывать пространственные, временные, энергетические и другие более частные формы связи.

    Следственная версия, претендующая на роль подлинно обоснованной гипотезы о механизме преступления, должна отражать обе формы связи — и причинную (генетическую), и функциональную.

    Диагностирование механизма преступления по исследуемой материальной обстановке должно быть таким, чтобы на основе изучения элементов этой обстановки и связей между ними в конечном счете было воспроизведено все событие в целом, во всем многообразии фактов, составляющих его. Будучи, по сути, программой исследования, такая методика должна предусматривать определенную последовательность изучения механизма происшествия как структуры: от более простых элементов к более сложным, от изучения самих элементов к изучению связей между ними, от изучения очевидных связей к неявным, многоступенчатым,

    Подобный системно-структурный подход нашел отражение в трактовке такого диагностического понятия, как ситуалогические (ситуационные) исследования места происшествия.

    Диагностическое установление причинных связей осуществляется следователем и при производстве следственного эксперимента, проводящегося для установления возможности совершения некоторых действий в определенных условиях. Эксперимент, подобно диагностической гипотезе, опирается на прошлый опыт, используемый как для принятия решения о нем, так и для выбора тактики его осуществления. Эксперимент позволяет проверять следственную версию, вносить в нее коррективы, отвергать ее как несостоятельную.

    Рассматривая следственный эксперимент с позиции криминалистической диагностики, выделим следующие его характерные черты: проверка предположения о каком-то событии (факте); построение версии, требующей проверки; анализ специфических признаков проверяемого события с целью их воспроизведения; движение от частностей, отдельных опытных действий к общему представлению о целом (т. н. реконструктивная индукция).

    Как всякое диагностическое исследование, следственный эксперимент имеет своей предпосылкой известное упрощение и идеализацию исследуемого объекта. Это позволяет исключить "мешающие" факторы и сконцентрировать все внимание на выделении необходимых, достаточных (в том числе специфических) комплексов признаков. Подобно тому, как при криминалистическом диагностировании необходимо сопоставлять проверяемую ситуацию с набором типичных, при следственном эксперименте также должны быть предусмотрены все варианты возможных изменений условий, чтобы из них выбрать наиболее соответствующий проверяемому. Подобный подход обеспечивает одно из важнейших требований, предъявляемых к следственному эксперименту, — адекватность условий его проведения тем, которые, имели место при совершении преступления.

    Элементы криминалистического, диагностирования отчетливо просматриваются и при проведении иных следственных действий: обысков, очных ставок и др. Наблюдение следователя за поведением обыскиваемого, допрашиваемого, его реакциями при допросе должно осуществляться по схеме диагноза: анализ признаков, построение гипотезы, ее проверка.

    С этих же позиций должна -рассматриваться возможность применения инструментальной диагностики эмоционального состояния человека, т. е. использование полиграфа в уголовном процессе при таких следственных действиях, как допрос, обыск, эксперимент и др. В подобных случаях субъективная диагностика эмоционального напряжения по внешне наблюдаемым признакам заменяется объективной фиксацией изменений в функциональной деятельности организма (частота дыхания, пульс, артериальное давление, электропроводимость кожи и т. п.).

    Глава 9. Теории криминалистического прогнозирования и временных связей и отношений
    § 1. Содержание теории криминалистического прогнозирования
    Теория отражения, определяя роль науки в познании объективно существующих закономерностей, служит базой для научного прогнозирования (прогностики). Прогностика как специальная отрасль знаний изучает общие принципы построения методов прогнозирования развития объектов любой природы и закономерности процесса разработки прогнозов. Цели прогностики — создание рабочих методов научного предвидения.

    Под научным предвидением понимается обоснованное предположение о необходимости или вероятности наступления событий, процессов, которые либо еще не произошли, либо существуют, но еще не наблюдаются. Научное предвидение становится возможным при познании объективно действующих закономерностей возникновения и развития предметов, явлений, процессов и фактически является результатом отражения наукой этих закономерностей. Из этого следует, что научное предвидение становится доступным только той науке, которая от изучения явлений перешла к изучению сущности своего предмета, к изучению закономерностей, определяющих явление, т. е. обладает общей теорией. Вот почему определение предмета криминалистики только через приемы и средства расследования и предотвращения преступлений закрывало путь научному прогнозированию. Включение в предмет криминалистики закономерностей,. которые управляют процессом разработки, совершенствования средств и приемов расследования и предотвращения преступлений, а также устанавливают тенденции их развития в будущем, открывает широкое поле деятельности для разработки подлинно научной теории криминалистического прогнозирования, которая может иметь чрезвычайно важное значение для практики борьбы с преступностью.

    Криминалистическое прогнозирование представляет собой один из видов отраслевого прогнозирования, развивающегося на базе общей прогностики. Это процесс, результатом которого является составление прогноза как формы научного предвидения, как системы аргументированных представлений о будущем, как характеристики вероятных направлений развития.

    Результатом этого процесса служит прогноз — вывод о возможном наступлении явлений, процессов, событий, основанный на анализе соответствующих данных. Прогноз характеризует тенденции и закономерности развития прогнозируемого объекта от прошлого к настоящему и от настоящего к будущему.

    Содержание прогноза составляет прогностическая информация, т.е. информация о будущем.

    Следует иметь в виду, что предвидение в сфере явлений, носящих преимущественно общественный характер (а таковым является и криминалистическое прогнозирование), имеет некоторые особенности. Во-первых, здесь следует особо учитывать субъективный фактор, ибо любой общественный процесс осуществляется в результате деятельности людей, наделенных сознанием и волей.

    Во-вторых, научное предвидение явлений общественной жизни опирается на законы-тенденции, поскольку индивиды любого общества действуют со своими целями и практическими интересами. Поэтому оно в первую очередь предсказывает общее направление развития того или иного явления без выяснения его частностей. При этом заметим, что закономерности возникновения, обнаружения, исследования, оценки и использования доказательств, на базе которых должны разрабатываться криминалистические прогнозы, проявляются именно как тенденции.

    Наконец, в-третьих, такое научное предвидение всегда связано с интересами определенных слоев и групп общества, и поэтому они либо содействуют (при совпадении интересов), либо препятствуют осуществлению прогноза.

    Гносеологической основой научного прогнозирования является философская категория причинности, отражающая одну из форм взаимосвязи явлений объективного мира. Следствие, вызываемое к жизни определенной причиной, зависит от условий, в которых развивается эта причинная связь. Такая зависимость может быть необходимой и случайной.

    В случаях, когда зависимость является- необходимой, прогнозирование следствия, вызываемого к жизни воздействием данной причины, приобретает характер достоверного знания. Однако прогнозирование возможно и на основе случайностей, если достигнуто глубокое понимание управляющих этими случайностями законов. Прогнозирование при этом будет носить вероятностный характер, причем если случайность относится к числу тех, в отношении которых выведены определенные статистические закономерности, то такой прогноз для массовых явлений будет достаточно точен. Прогноз исхода отдельного случайного события не может быть подчинен статическому закону, ибо в этой ситуации невозможно применить принцип статического рассмотрения, рассчитанный на массовость.

    Логической основой научного прогнозирования является экстраполяция, т. е. перенесение знаний с одной предметной области на другую, еще не исследованную. Экстраполяция знаний является сущностью таких логических процедур, как индукция, дедукция, аналогия. В значительной степени экстраполяционен и такой метод исследования, как моделирование.

    Применение экстраполяции в целях прогнозирования обусловлено наличием следующих элементов:

    1) исходные данные для прогнозирования — знание о прошлом или настоящем объекте или процессе, его связях с другими объектами или процессами, проявившихся в прошлом или проявляющихся в настоящем;

    2) основание для прогнозирования — знание о необходимых или вероятных направлениях развития объектов или процессов, выступающее в виде 'теоретической системы знаний о закономерностях такого развития;

    3) операции по прогнозированию, под которыми следует понимать процесс переноса знаний, являющихся основой для прогнозирования, на исходные данные для этого процесса и получение прогноза;

    4) оценка прогноза как с точки зрения его достоверности, так и с точки зрения его содержания, т. е. той ситуации, которая может создаться, если прогноз осуществится;

    5) реализация прогноза, т.е. формулирование системы рекомендаций, способствующих и обеспечивающих (в зависимости от цели прогнозирования) осуществление или неосуществление прогноза.

    В содержание теории криминалистического прогнозирования должны входить:

    1) его понятие и общеметодологические основы;

    2) основные направления;

    3) понятие, содержание и виды исходных данных;

    4) методики;

    5) критерии и методы оценки прогнозов;

    6) пути и формы реализации прогнозов,

    Прогнозирование в криминалистике возможно в двух направлениях.

    Первое — это прогнозирование научных исследований и их результатов. В этом смысле оно равнозначно прогнозированию развития науки вообще. Исходными данными для такого прогнозирования являются сведения о современном состоянии науки и потребностях практики, а основанием — общая теория криминалистики. Объектом прогнозирования могут быть и отдельные научные направления, когда определяется их перспективность, вероятная эффективность, практическая значимость.

    Второе направление — прогнозирование преступности в криминалистическом аспекте этого явления, средств, форм и методов борьбы с нею. Некоторые линии этого направления выглядят следующим образом:


    Исходные данные для прогнозирования

    Содержание прогноза

    Реализация прогноза

    1.а).Данные о существующих способах совершения преступления определенной категории и б) данные о предмете посягательства

    Новый способ совершения преступлений данной категории

    А) Разработка рекомендаций по предотвращению совершения преступлений новым способом и б) разработка рекомендаций по раскрытию преступлений, совершенных новым способом, которые не удалось предотвратить

    2.а)Данные об обстоятельствах, способствовавших совершению преступлений определенной категории и б) данные о предстоящих изменениях условий возможных преступных посягательств

    Новые обстоятельства, которые будут способствовать совершению преступления данной категории

    Разработка рекомендаций с целью недопущения возможности возникновения новых обстоятельств, способствующих преступлению

    3.а)Характеристика применяющихся технико-криминалистических средств и приемов работы с доказательствами и б) данные об эффективности применяющихся технико-криминалистических средств и приемов

    а) Определение на

    правлений совершенствования конкретных технико-криминалистических средств и приемов и б) определение точек

    приложения новых средств и приемов


    а) Разработка рекомендаций по совершенствованию существующих технико-криминалистических средств и приемов и б) разработка заданий

    и технических условий по созданию новых средств и приемов






    4. То же, что и в п. 3 в отношении тактических приемов работы с доказательствами

    5. а) Характеристика

    влияния того или

    иного технического

    средства на тактику

    определенного следственного действия и

    б) данные о новых технических средствах



    Определение тенденции возможного изменения тактики конкретного следственного действия при внедрении новых технических средств

    Разработка рекомендаций тактического и

    организационного характера для ситуации, которая может

    возникнуть при применении новых

    средств


    6. То же, что и в п. 5 при прогнозировании обратного влияния тактики на технику

    7. а) Данные о применении в рамках определенного процессуального действия

    комплекса тактических приемов, не вписывающихся в традиционную тактику

    следственного действия

    б) данные об "эффекте сегодняшнего

    дня", полученном при внедрении НОТ в деятельность следователя, эксперта и т. п.

    (криминалистический аспект вопроса)


    Определение ближайших и отдаленных последствий внедрения НОТ



    Разработка рекомендаций тактического и организационного характера по проведению этого действия как самостоятельного95

    Разработка рекомендаций по созданию благоприятствующих для реализации прогноза условий по наиболее целесообразной системе планирования, расследования, использования технико-криминалистических средств и т. п.



    Как перечисленные, так и иные направления криминалистического прогнозирования во всех случаях должны основываться на определенном анализе и обобщении практики, а некоторые — и на анализе известных статических материалов. Так, криминалистической практике (особенно экспертной) известны многочисленные приемы прогнозирования определенных способов совершения преступлений. Прогнозирование в этих случаях подчиняется следующим правилам.

    Например, в криминалистическом экспертном учреждении накапливаются материалы о взломах сейфов определенной конструкции, которые совершаются одним и тем же способом с использованием конструктивных дефектов замков сейфов. Такие материалы являются исходными данными для прогнозирования. Основанием для прогнозирования в этом случае служит знание закономерной связи между способом совершения преступления и характером предмета преступного посягательства — одной из закономерностей возникновения доказательств. Операция по прогнозированию в этом случае заключается в переносе имеющегося знания о конкретной закономерности на исходные данные и формулировании вывода о том, .что сохранение предмета посягательства в неизмененном виде будет способствовать совершению аналогичных преступлений. На основе прогноза экспертное учреждение формулирует систему рекомендаций, в данном случае обеспечивающих неосуществление прогноза, в числе которых, очевидно, будет фигурировать предложение изменить конструкцию замка.

    Исходные для криминалистического прогнозирования данные неоднородны по своему составу. Они могут быть подразделены следующим образом.

    I. Научные данные:

    положения общей теории криминалистики и частных криминалистических теорий. Так, прогноз способов совершения преступлений базируется на таких положениях учения о способе, как обоснование его детерминированности и повторяемости при сохранении комплекса детерминирующих факторов, данные о которых позволяют создавать модели возможных изменений в способах или новых способов, разрабатывать и осуществлять меры, препятствующие совершению преступления предполагаемыми способами, возникновению и распространению новых способов;

    положения смежных с криминалистикой наук и наук, данные которых используются в криминалистике;

    криминологические прогнозы — общие и частные, объектом которых являются возможные изменения в состоянии, структуре и динамике преступности, а также обстоятельства, способствующие этим изменениям;

    возможности появления новых видов преступлений и исчезновения имеющихся в настоящем факторов и обстоятельств, способных повлиять на это;

    возможность появления новых категорий преступников и т.п.

    II. Статические данные:

    количественная характеристика преступности, ее отдельных видов, ее динамики;

    количественная характеристика качества работы органов, исследующих: уровень раскрываемое™ преступлений — в целом и по видам, количество дел, возвращаемых на дополнительное расследование и причины возврата, применение технико-криминалистических и иных технических средств, производство повторных экспертиз, нагрузку следователей и экспертов и т. д.;

    количественная характеристика криминалистических научных исследований: их стоимость, число занятых работников, степень использования аппаратуры и т.п.

    III. Данные практики:

    информация о новых способах совершения преступлений, о новых разновидностях преступных посягательств, о новых видах предмета посягательства;

    данные о причинах и условиях организационного и технического характера, способствовавших совершению преступлений;

    данные о предполагаемом возникновении обстоятельств, которые могут стать причинами или условиями, способствующими совершению преступлений;

    данные о недостатках и достоинствах средств и методов судебного исследования;

    информация о возникших на практике новых средствах и приемах судебного исследования.

    Этот перечень является примерным. Следует к тому же заметить, что, строго говоря, использование этих данных требует научного анализа, обобщения и систематизации.

    Методики криминалистического прогнозирования. Определяющим компонентом методики является применяемый метод или система методов разработки прогноза. В криминалистике к числу наиболее распространенных специальных методов прогнозирования относят экстраполяцию, моделирование и экспертные оценки.

    Весьма ограниченна в настоящее время возможность применить метод моделирования, в том числе математические методы, так как подавляющее большинство сведений, которые могут являться исходными данными для прогнозирования, относится к области так называемой несчитанной статистики, т. е. является информацией о таких явлениях и процессах, которые статистическим учетом не охватываются. Это, естественно, будет отражаться на точности криминалистических прогнозов, которые на данном этапе развития науки в большинстве случаев будут предположениями, а не категорическими утверждениями. Однако даже и в таком качестве они, несомненно, весьма полезны, ибо позволят вносить известные коррективы в складывающиеся направления развития как науки, так и практики.

    Учитывая сказанное, следует признать, что наиболее предпочтительным представляется метод экспертных оценок.

    Следует различать научные криминалистические прогнозы и практическое, эмпирическое предвидение. Эмпирическое предвидение, осуществляемое в повседневной работе следователями, оперативными сотрудниками, экспертами, базируется на их личном профессиональном опыте, характеристике следственной ситуации, данных о личности проходящих по делу граждан и т.п. и преследует цель решения "сиюминутной" задачи: предвидеть поведение подследственного на очередном допросе или его действия по уклонению от ареста, возможность изменения показаний свидетелем и т.д. Это не научный прогноз, поскольку такое предвидение основывается на иных исходных данных, формируется не по научной методике и может быть даже чисто интуитивным.

    Эмпирическое предвидение — это прогноз, осуществляемый в условиях реальной, конкретной практики, в чисто практических целях и реализуемый в условиях конкретного времени применительно к конкретным людям, их поведению и поступкам, к конкретным материальным объектам, явлениям, процессам. Объектами эмпирического предвидения выступают:

    1) участники процесса доказывания — свидетели, потерпевшие, подозреваемые, обвиняемые, сведущие лица, понятые: их поведение, действия; акты противодействия расследованию со стороны заинтересованных в исходе дела лиц; выводы и заключения сведущих лиц;

    2) материальные объекты — вещественные доказательства, документы, иные объекты, в том числе живые лица и трупы, объекты неизвестной природы: их местонахождение, природа, качества — устойчивость и неизменяемость, скорость изменений и результат изменений — естественных, искусственных;

    3) результаты следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, последствия использования этих результатов в доказывании по конкретному, делу; возможности минимизации тактического риска и негативных результатов; результаты тактических комбинаций; отдаленные последствия негативных результатов;

    4) принимаемые процессуальные и тактические решения следователя, руководителя следственного аппарата, прокурора, суда, оперативного работника, их результаты.

    Этот перечень носит примерный характер, конкретные условия расследования, доказывания могут повлечь его расширение.

    Условия и цели эмпирического предвидения обусловливают специфику его оснований и пути реализации прогностических гипотез. Основаниями эмпирического предвидения служат:

    а) научные криминалистические прогнозы, содержащие обобщенные представления о типичном развитии объектов, явлений, к числу которых относится конкретный объект, явление;

    б) криминалистическая характеристика данного рода, вида преступлений, содержащая указание на личность вероятного преступника, служащая базовой моделью для выбора объекта эмпирического предвидения;

    в) профессиональный опыт — коллективный и личный, позволяющий находить и использовать по аналогии решения, в прошлом увенчавшиеся успехом;

    г) базовые знания в области криминалистики, психологии, теории рефлексии и пр.;

    д) интуиция следователя.

    Эмпирическое предвидение позволяет внести необходимые коррективы в принятые к проверке следственные версии, в план расследования в части перечня и последовательности следственных действий и намечаемых оперативно-розыскных мероприятий, в пути реализации данных, полученных оперативным путем, и, самое главное, выбрать те тактические приемы, которые, как предвидит следователь, дадут наибольший

    § 2. Криминалистическая теория временных связей и отношений 127

    эффект. Эмпирическое предвидение — необходимый компонент действий следователя в условиях неопределенности.

    В криминалистическом прогнозировании отчетливо проявляется и эвристическая функция общей теории криминалистики, разработка которой делает возможной прогностическую экстраполяцию знаний.



    § 2. Криминалистическая теория временных связей и отношений
    Предметом этой частной криминалистической теории служат закономерности отражения хода времени материальными объектами и сознанием живых лиц (как носителями криминалистически значимой информации) и возможности превращения этих отражений в доказательственную информацию при расследовании преступлений, объектом же — соотношение связей между уже установленными двумя или более временными характеристиками исследуемого события. Объект выражает взаимосвязи во времени любых событий, фактов, явлений. Такой подход позволяет собрать фрагментарные, казалось бы, разрозненные изменения, зафиксировавшие в себе течение времени, в одно целое, доказав тем самым принадлежность ряда событий к одной хронологической шкале, или же, наоборот, удостовериться в простом, случайном совпадении этих событий, явлений, фактов во времени. Основные понятия этой теории:

    момент времени — точка отсчета при определении его основных свойств: длительности и последовательности (понятие характеризует нахождение в пространстве объекта либо степень его изменения, а также отражение взаимодействия в сознании человека);

    временной интервал — характеристика события, явления с точки зрения его длительности (к этому понятию примыкает понятие "скорость" — характеристика равномерного движения тела, равная отношению пройденного пути к промежутку времени);

    временные отношения — характеристика событий, явлений в аспекте их последовательности, взаимосвязи, т. е. хронология их возникновения, развития и исчезновения. В рамках временных отношений различают два вида связи — синхроническую и полихроническую: синхроническая связь характерна для отношений сосуществования, полихроническая — для причинно-следственных отношений;

    фактор времени — обобщенная характеристика его влияния на изменение объектов, событий, явлений;

    след времени — такое изменение в живой и неживой природе, которое отражает момент времени, длительность и последовательность протекания определенных процессов, явлений или их фаз, периодов;

    криминалистический аспект времени — характеристика преступной деятельности с позиции существования ее во времени — от преступного замысла до сокрытия следов преступления.

    Основные понятия рассматриваемой теории позволяют выявить направления ее реализации:



    1. установление моментов времени, характеризующих фазы развития преступной деятельности, вплоть до совершения преступления — существенного элемента предмета доказывания;

    2) разделение во времени момента завершения преступной деятельности и момента сокрытия ее следов в целях различения субъекта совершения преступления и субъекта его сокрытия и определения таким образом круга причастных к преступлению лиц;

    3) установление полихронической связи, подтверждающей причинно-следственные отношения, имеющие значение для дела;

    4) выявление связи временных отношений при доказывании;

    5) выявление следов времени, свидетельствующих о наличии инсценировки события преступления или подтверждающих событие преступления, как элемент предмета доказывания;

    6) использование следов времени для проверки алиби, установления мотивов преступления, как элемент предмета доказывания;

    7) установление временных отношений, подтверждающих виновную связь субъекта с событием преступления, характеризующих виновность субъекта преступления, как элемент предмета доказывания.

    Возможны и иные варианты использования временных отношений при доказывании.

    Но криминалистический аспект времени не исчерпывается хронологией преступной деятельности. Он должен включать в себя и временную характеристику процесса доказывания, процесса выявления, раскрытия и расследования преступления.

    Применительно к процессу доказывания криминалистический аспект времени означает:

    а) зафиксированные моменты времени обнаружения признаков совершенного преступления и принятия предписанных законом процессуальных решений (возбуждения уголовного дела, привлечения в качестве обвиняемого, приостановления производства по делу и др.);

    б) выдвижение версий о полихронических связях обстоятельств дела, о хронологии преступной деятельности;

    в) определение очередности и последовательности действий по выявлению, исследованию и фиксации следов времени и содержащейся в них доказательственной информации;

    г) определение длительности планируемых действий при составлении плана расследования;

    д) установление момента времени в причинно-следственных связях с целью определения обстоятельств, способствовавших преступлению.

    Разработка теории временных связей и отношений еще только началась, однако формулирование ее концептуальных основ и определение базовых понятий позволяет считать, что она уже вышла за рамки отдельной теоретической концепции и может быть с полным правом включена в систему частных криминалистических теорий, переживающих этап своего становления.

    Литература
    Раздел I. История и методология криминалистики
    Ко всем главам:

    Белкин Р. С. Курс криминалистики. В 3-х т. Т. 1, 2. М., 1997. Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы.

    Общая и частные теории. М., 1987,



    Белкин Р. С. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997. Криминалистика. Учебник для вузов МВД РФ. Т. I. M., 1995. Криминалистика. Учебник для юридических вузов / Под ред. проф.

    Н. П. Яблокова. М., 1995.

    Криминалистика. Учебник для юридических вузов / Под ред. проф.

    Т.А. Седовой, проф. А.А. Эксархопуло. СПб., 1995.



    К главе 1:

    Белкин Р. С., Винберг А. И. История советской криминалистики. М., 1982; 1983.

    Криминалистическая экспертиза: возникновение, становление и тенденции развития / Под ред. проф. В. П. Лаврова. М., 1994.



    Крылов И. Ф. .Очерки истории криминалистики и криминалистической экспертизы. Л., 1975.

    Миронов А. И. Возникновение и развитие криминалистических подразделений органов внутренних дел. М., 1979.

    Винберг А. М. Роль учения Е. Ф. Буринского в формировании отечественной криминалистики. Волгоград, 1981.

    К главе 2:

    Белкин Р. С. Курс криминалистики. Т. I. М., 1997. Васильев А. Н., Яблоков Н. П. Предмет, система и теоретические основы криминалистики. М., 1984.

    Селиванов Н. А. Советская криминалистика: система понятий. М., 1982.

    К главам 3-—6:

    Белкин Р. С. Курс криминалистики. Т. I. М., 1997.

    Белкин Р. С. Общая теория советской криминалистики. Саратов, 1986. Белкин Р. С., Винберг А. И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М., 1973.

    Лузгин И. М. Методологические проблемы расследования. М., 1973.

    К главе 7:

    Колдин В. Я. Идентификация при расследовании преступлений. М., 1978. Колмаков В. П. Идентификационные действия следователя. М., 1977. Потапов С. М. Введение в криминалистику. М., 1946.

    К главе 8:

    Корухов Ю. Г. Понятие и сущность криминалистической диагностики. М., 1984.

    Корухов Ю. Г. Криминалистическая диагностика. М., 1998.

    К главе 9:

    Горшенин Л. Г. Основы теории криминалистического прогнозирования. М., 1993.

    Мешков В. М. Основы криминалистической теории временных связей. М., 1994.

    Раздел II

    КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА И ТЕХНОЛОГИЯ
    1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   55

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Р. С. Белкина Издательство норма (Издательская группа норма—инфра • М) Москва, 2000 Аверьянова Т. В., Белкин Р. С., Корухов Ю. Г., Российская Е. Р. Криминалистика