страница18/28
Дата22.01.2019
Размер7.92 Mb.

Рассудителность


1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   28
, не поняв сути. Поэтому, Еп. Феофан попросту исключил все это в своих переводах. Теперь, однако, многие из этих трудов переведены другими переводчиками полностью и начинают публиковаться, и вы можете прочитать о том, какую позу вам принять, сидя на стуле, опустив голову и т.д. И люди начинают подражать написанному чисто внешне. Они начинают думать: “ВОТ ОНО!” И неизбежно, если долго поститься и делать определенные упражнения, с вами начинает что-то происходить. Но это не духовная жизнь. Наоборот, можно быть уверенным, что мы имеем дело с бесовской активностью.

Наставления о духовной жизни святыми отцами Православной Церкви всегда давались в соответствии с уровнем тех, кому они предназначались. "Просто так", "для науки" отцы не писали. Поэтому многие их советы, обращенные к подвижникам высокой созерцательной жизни или даже к тем, которые в древности именовались новоначальными, неприемлемы в полном объеме для современного христианина, духовного младенца, так как могут оказаться непосильными для него, преждевременными и потому крайне вредными. С другой стороны, само разнообразие и неоднозначность этих советов способны ввести в заблуждение и совершенно дезориентировать человека неопытного. Избежать этих опасностей при изучении духовного наследия святых отцов, не зная хотя бы наиболее важных принципов духовной жизни, очень трудно. Но в то же время и без святоотеческого руководства немыслима правильная духовная жизнь. В свете этого - казалось бы, неразрешимого - противоречия и выявляется вся значимость духовного наследия тех отцов, преимущественно ближайших к нам по времени, которые "переложили" предшествующий святоотеческий опыт духовной жизни на язык, доступный современному человеку, малознакомому с этой жизнью и не имеющему, как правило, должного руководителя.

Среди таких святых выделяется святитель Игнатий, подвижник веры, глубоко духовный писатель. Особая ценность его творений заключается в том, что они, являясь плодом не только самого тщательного теоретического изучения отеческого опыта, но и личного его осуществления, дают ищущему спасения современному христианину безукоризненно верный "ключ" к пониманию всего святоотеческого наследия. Из других писателей, близких нам по духу: авва Дорофей, игумен Никон, схиигумен Иоанн («записки валаамского старца»), игумения Арсения.

Каждый избери себе чтение Отцов, соответствующее своему образу жизни. Отшельник путь читает Отцов, соответствующее своему образу жизни; инок живущий в общежитии, - Отцов, написавших наставления для монашеских общежитий; христианин, живущий посреди мира, - святых Отцов, произнесших свои поучения вообще для всего христианства. Каждый, в каком бы звании не был, почерпай обильное наставление в писаниях Отцов.

Иоанн Лествичник: "Удивляться трудам сих святых дело похвальное; ревновать им спасительно; а хотеть вдруг сделаться подражателем их жизни есть дело безрассудное и невозможное" (Слово 4, 42).

«Чтение Св. Писаний не мало может просвещать и собирать ум; ибо они суть глаголы Духа Святого, и всячески вразумляют читающих. Будучи делателем, прочитывай деятельные книги отцов; ибо исполнением сего на деле, чтение прочего делается излишним. Старайся научаться разуму и делу спасения более от трудов, а не из одних книг. Прежде приятия силы духовной не читай книг чуждых правоверия, потому что они исполнены тьмы, и помрачают умы немощных» (Иоанн Лествичник)

«Ибо хотя бы и часто предлагалось повествование о святых предметах (постоянное чтение и слушание св. отцов), однако в душе, жаждущей истинного познания, сытость никогда не породит отвращения; но ежедневно принимая то же как новое и вожделенное, чем чаще будет воспринимать, тем с большим желанием будет слушать или говорить, и от повторения того же скорее получит твердость приобретенного познания, нежели какое-либо отвращение из-за частого собеседования. Это явный знак холодной и гордой души, если спасительные слова, хотя бы они и слишком часто предлагались, принимает небрежно, с отвращением. Ибо сытая душа попирает и сот, а голодной душе все горькое сладко (Притч 27, 7)» (Иоанн Кассиан Римлянин)


«Удивляюсь я также людям, которые, когда видят человека, трудящегося в чтении Святых Писаний и усердно изыскивающего смысл их, постоянно пребывающего в собеседовании с этими и подобными размышлениями на тему сокровенного служения, говорят ему некое весьма грубое слово, безвкусное и безумное, вроде: "Сколько бы ни читал ты и ни трудился, труд <твой> бесполезен". Особенно же <удивляюсь я> тем, которые <говорят что-либо> вроде: "Какой смысл в этих исследованиях, и какая польза для тебя праздно проводить время в изыскании смысла Писания и тому подобного? Делом надо заниматься! Если мы исполняем то, что знаем, нам не нужно целыми днями корпеть над Писаниями и заниматься другими подобными вещами".

Не понимают они, что говорят, и не знают, что именно это - то есть чтобы ум человека был наполнен <мыслью> о божественном домостроительстве и постоянной памятью о нем благодаря восхитительной мысли, посеянной в <уме> чтением <Писания> и поиском его сокровенного смысла - <это самое> и есть настоящее дело и исполнение всех заповедей Господа нашего.

Ибо упражняться только в телесных подвигах - значит идти путем мирян и быть на их уровне. Но тот, у кого память постоянно связана с Господом нашим посредством чтения и молитвы, кто доискивается той цели, к которой <направлены> движения разума, утешение и надежда на сокровенное, кто посредством этого обуздывает ум свой, <дабы не> блуждал среди страстей, а также посредством наслаждения собеседования с Богом - такой <человек> преуспел во всех добродетелях и достиг всецелого совершенства без какого-либо недостатка. Все же прочие, кто - каждый в свою меру - исполняет те или иные добродетели, находятся ниже этого <человека> на пути <исполнения> заповедей.

Мы же возрадуемся и возблагодарим Бога за то, что удостоились хотя бы на малое время возможности избежать болтовни и разговора со страстями, хотя с целью борьбы мы можем быть заняты ими; ибо мы оказываемся хотя бы на один миг благодаря собеседованию с каким-либо прекрасным размышлением превыше борений и размышления о состязаниях <со страстями> и об образах страстей. А без постоянного чтения в безмолвии, без мысли <о Боге>, без поиска сокровенного смысла и без молитвы приобрести это невозможно.



Чтение, конечно же, есть источник и родитель молитвы; оба они к любви Божией переносят нас. И, подобно меду в сотах, изливается в сердце наше сладость <любви этой> постоянно; и ликует душа наша от того вкуса, который изливают в сердце наше сокровенное служение и чтение

Постоянное чтение с прекрасными размышлениями, исследованием и поиском тайн - все это есть прекрасное собеседование с Богом. Кто постоянен в этом, тот придет к всецелой совокупности телесных служений. Многократно благодаря этому <случается>, что даже воспоминание мирских образов не появляется в разуме, особенно у тех, кто читает и размышляет с той целью, чтобы ум их произрастил некую тайну истины по причине постоянного наслаждения великими словами, над которыми размышляют они ночью и днем.

Тот, кто ради истины занимается Писаниями, постоянно находится умом на небе и разговаривает с Богом на всякий миг, и помысел его вращается в мыслях о будущем веке. И всегда презирает он мир сей; разум же его размышляет о надежде на грядущее. И в течение всей жизни своей не избирает он делания, труда или служения, которые были бы выше этого.

Даже если у такого человека как все-таки облеченного в плотское естество появляется по временам какая-либо человеческая страсть, она быстро отходит от него, не будучи в силах как-либо повредить ему. И если случится с ним, что он будет действовать как связанный с плотским естеством, без промедления исцеляется он тем, что немедленно отвращается от этого и снова возвращается к своим обычным мыслям - тем, которыми сердце его само постоянно занято. И на высоту собеседования с ними возводится он, и никакого даже малейшего следа или дуновения той страсти не остается в нем» (Исаак Сирин)

Как читать хороших писателей, у которых есть нечто еретическое. Нужно выбирать хорошее. «Ужели не должно читать книг Евагриевых? - Не принимай только таких мнений, а если хочешь, читай там то, что служит к душевной пользе. В Евангельской притче о мреже сказано, что добрыя убо вложиша в сосуды, а злыя извергоша вон (Мф.13:48); так и ты поступай» (Варсануфий Великий)
Игумен Петр Мещеринов.

Отсутствие смирения очень ясно видится из того, что когда неофитствующий читает св. отцов (а он только их и читает, потому что все иное, внешнее, вся культура, социум неофитом отвергаются как греховное, недуховное, неправославное), он «как свое» воспринимает с одной стороны высочайшую меру избранников Божиих - и думает: вот буду подвизаться и увижу Божественный Свет, - с другой стороны, по своей фундаментальности зависимости от внешнего, самое это подвизание - христианский подвиг полагает исключительно в копировании внешних и внутренних форм жизни этих св. отцов. Вообще, отношение неофитствующих к св. отцам заслуживает особенного внимания. Их любимый лозунг - «жизнь по св. отцам» (в скобках замечу, что все равно каждый живет, как ему хочется). Это значит, что мы настолько грешные и недостойные, настолько не можем сами помыслить или почувствовать ничего доброго, что должны всю нашу, и внешнюю, и внутреннюю жизнь выстроить именно по формам, имеющимся у св. отцов. Это именно строевой казарменный подход: все должны жить и мыслить только так и никак иначе.

Но давайте разберем, в чем тут неправость и какая мера должна быть в наших отношениях ко св. отцам. Во-первых, один из величайших св. отцов, Антоний Великий, говорит: «что бы ни делал ты, имей на это свидетельство в Св. Писании» (Дост. ск. §3), - но не в необъятном и, бывает, разноречивом корпусе писаний св. отцов. Св. Писание гораздо более свободно, чем регламентация жизни, запечатленная в монашеских аскетических писаниях. Например, Евангелие дает нам принцип: Трезвитесь, бодрствуйте… да не отягчаются сердца ваши объедением и пьянством и заботами житейскими. У св. отцов - почти чрезмерная мера поста, жестко регламентированная; ясно, что начатки смирения и здравый духовный смысл подскажут нам, что мы на себя ее не можем принять, мы ее не понесем, - в то время как найти свою меру трезвения, бодрствования (т.е. внимания к себе, молитвы), воздержания, каждый из нас может и должен.

Во-вторых: да, мы в самом деле грешные, немощные, падшие, недостойные существа. Это очень существенно и важно, забывать об этом нельзя. Осознание этого - основа необходимого для спасения покаяния, но главное не это, главное, что мы - члены Тела Христова, члены Церкви; главное, что Господь с нами и в нас; и ради этого мы боремся с нашими страстями, с грехом, очищаем наши сердца, - ради того, чтобы быть со Христом, спастись в Нем - не только в будущей жизни, но и уже сейчас, вот в этот момент, предпринимая все усилия через нравственный труд, покаяние, молитву. А Христос каждому из нас открывается лично, не в толпе, и не в строе, даже пусть и святоотеческом, и Дух Святой живет в Церкви и сейчас, и не только св. отцов, живших когда-то, но и всех нас вразумляет, просвещает, освящает, наставляет и помогает каждому из нас, ради того, чтобы быть в сердце человека, этого велящего, ради Себя же. - бороться со своими страстями, своим грехом, исправлять и строить свою жизнь - а не чью-то. Неофитствующая же идеология этот важный пункт в духовной жизни как-то не принимает, может быть из-за боязни личной свободы и ответственности, только в атмосфере которой и возможно Богообщение и нравственная христианская деятельность человека.

Излишне акцентированный, навязчивый, формальный подход к св. отцам-аскетам и непременной обязательности для нас воплощать в жизнь все их советы во всем объеме вступают в противоречие с тем фактом, что Дух Святой и сейчас живет и действует в Церкви, и что Христос не схему устроил из Церкви, а так ее удомостроил, чтобы Его спасение коснулось каждого человека в самых разных, внешних и внутренних ситуациях. Получается интересная вещь: оттолкнувшись от крайней нашей немощности, слабости, никуда-не-годности, - неофитствующие умаляют действие в Церкви Христовой Святого Духа, который-то Один только и может уврачевать, исцелить и спасти нас, немощных, а св. отцов эта точка зрения из наших действительных помощников, ходатаев, образцов жизни, педагогов и учителей превращает в каких-то оракулов, источников цитат, и вырывает пропасть между нами и ими.

Но какова же норма, как нам относиться к св. отцам? Ведь мы верим (собственно на чем и основывается авторитет св. отцов), что они люди духоносные, облагодатствованные в высокой степени; но часто то, что они советуют, не получается у нас, невозможно для нас, не по силам, и, будучи попробованным в исполнении, приносит не плод духовный, а уныние, упадок сил и разочарование.

Вот как решается эта коллизия: св. отцы писали каждый про себя, про свой путь к Богу, про свой опыт стяжания Святого Духа в своей жизненной ситуации. А нам нужно, внимательно изучая их творения, познавать - не формы внешние их жизни, а те принципы, которые облеклись в названные формы, те внутренние расположения, нравственные усилия их душ, которые позволили Духу Святому «прийти и вселитися в них», - и, оставаясь в рамках Св. Предания, и разумно прилагая к себе именно этот внутренний святоотеческий опыт, лично созидать свою жизнь во Христе, теми церковными и отеческими средствами, посредством которых, по слову прп. Серафима, мы успешнее получаем плод Св. Духа.

Напомню еще раз, что есть общие для всех, необходимейшие вещи для этого - Св. Таинства, изучение и воплощение в жизнь Св. Писания, воздержание, доброделание, молитва, принятие догматического и нравственного учения Церкви, церковная дисциплина, - и есть очень широкая область индивидуального приложения к себе многочисленных, более частных норм, установлений, опыта подвижнической жизни, которыми так богата наша Церковь. И это не то, что мы износим суд на св. отцов, не презорство, а как раз именно элемент смирения - осознание своей меры - кто мы, а кто - св. отцы, - они гении духовной жизни, Бахи и Моцарты подвижничества; и нам не «по плечу» их жизнь, мы не понесем их подвигов, мы порой даже не понимаем, что они пишут -хотя думаем, что понимаем (обычно внешне, формально). Нужно разделять их высочайший опыт - потребовавший суровейшего подвижничества - и нашу меру, наши силы, наши возможности, наше устроение, - и восприняв святоотеческие принципы, икать именно свой уровень свой путь, свою меру христианской жизни.


Ложные старцы (лжестарцы, младостарцы)

Дерево узнается по плодам.

См. также раздел «О выборе духовника».

По «плодам» – по результатам.


Ложные старцы уводят своих чад от истины на страну далече преданиями человеческими, бабьими баснями – см. О лжеучениях, ереси, преданиях, суевериях из Св. Писания.

Мы часто рассматриваем какое-то действие (доброе или злое) без его причин и целей, а потому зачастую вводимся в заблуждение.


Нельзя влюбляться в первого встречного. Первое впечатление может быть обманчиво. Необходимо испытать, рассмотреть, искусить человека.

«Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире» (1Ин. 4.1)

«Таковые лжеапостолы, принимают вид Апостолов Христовых. И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света, а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды» (2Кор.11:13-15)

Есть основной и единственный критерий, по которому можно отличить истинных духовников от ложных: «По плодам их узнаете их» (Мф.7.16) + «Не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды; но конец их будет по делам их» (2Кор.11.15) + «Течет ли из одного отверстия источника сладкая и горькая вода?  12 Не может, братия мои, смоковница приносить маслины или виноградная лоза смоквы. Также и один источник не может изливать соленую и сладкую воду» (Иак.3.11-12) + «Дети Божии и дети диавола узнаются так: всякий, не делающий правды, не есть от Бога, равно и не любящий брата своего» (1Ин.3.10) + «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин.13.35). « Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера,   кротость, воздержание». (Гал.5.22) Основные и главные плоды Св. Духа – смирение, любовь и рассудительность.

Худые плоды – ненависть, осуждение…

«Дерево познается по плоду своему: так и те, которые исповедуют себя христианами, обнаружатся по делам своим» (Игнатий Богоносец)

«Каждого человека сразу же выдает его речь, из его слов открывается, кто живет в его сердце: Христос или антихрист. Поэтому Господь в Своем Евангелии и говорит: “Порождения ехиднины! как вы можете говорить доброе, будучи злы? Ибо от избытка сердца говорят уста. Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое” (Мф.12.34-35)» (Киприан Карфагенский)

Есть такая пословица: «У кого что болит, тот о том и говорит».

Дела – внешняя деятельность человека (слова, поступки, творчество, культура). Дело – плод внутреннего становления мысли, желания. Дело – это форма (нравственность), а внутреннее состояние – дух (духовность), поэтому говорят: Дух творит себе формы.

Бывает и несоответствие. Духовность хорошая, а нравственность плохая – это юродство. И наоборот, духовность плохая, а нравственность хорошая – это лицемерие, фарисейство, «волк в овечьей шкуре», грех прикрытый святостью, гавно в красивой обертке. Поэтому грехом является не только совершение худых дел, но и самомнение при совершении добрых дел.

Как узнать человека? По плодам: по плодам узнается дерево – по словам и речам: у кого что болит, то о том и говорит + «Кто чего-то сильно желает и кто что неослабно любит, о том он и говорит непрестанно, побуждаемый ненасытным стремлением» (Нил Синайский); по поступкам – по внешним поступкам «познается внутренность мысленного дома твоего» (Нил Синайский)

Не может из одного источника течь вода горькая и сладкая – «Течет ли из одного отверстия источника сладкая и горькая вода?  12 Не может, братия мои, смоковница приносить маслины или виноградная лоза смоквы. Также и один источник не может изливать соленую и сладкую воду» (Иак.3.11,12). «Тем, кои не искореняют из сердца злых помыслов, невозможно не обнаруживать их в соответственных злых делах» (Филофей Синайский). Т.е. если человек внешне нравственно безупречен, а духовно ужасен, рано или поздно через слова или дела откроется его внутреннее состояние. Нужно только время – подождать и посмотреть. Фарисея труднее отличить от явного грешника. Но можно.

«Не может добрый источник испускать ручьи нечистыя и вонючия, отдающияся запахом мирским, - ни сердце, вне царствия небеснаго сущее, когда либо источат струи божественной жизни, издающия благоухание мысленнаго мира. Еда ли, говорит св. Иаков, источник от единаго устия источает сладкое и горькое (Иак. 3. 11)? Может ли терновник производить маслины, и маслина желуди? Так ни единый источник сердца не может в одно и тоже время порождать злое и благое помышление. Но, по слову Господа, благий человек от благаго сокровища сердца своего износит благое: и злый человек из злаго сокровища сердца своего износит злое (Лук.6, 45)» (Никита Стифат)

«Ни того, кто, при смиренном виде и одеянии, говорит смиренно, ни тотчас предполагай смиренным в сердце, ни того, кто говорит высоко и высокопарно, не вдруг почитай исполненным надмения и гордости, не испытавши их наперед; но от дел их познай их» (Никита Стифат)

«Плод Духа Святаго есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал.5.22). Плод же противоположнаго духа есть ненависть, малодушие мирское, нестроение душевное, тревожность сердечная, лукавство, любопытное мудрование, безпечность, гнев, неверие, зависть, многоядение, пьянство, бранчивость, осуждение, похоть очес, надмение и гордость. От таковых плодов познавай древо, и сим способом верно будешь ты узнавать, какого духа тот, кто говорит с тобою. Имеешь признаки их и словом Господа еще яснее указанными. Благий человек, говорит Он, от благаго сокровища сердца своего износит благая: лукавый же от лукаваго сокровища сердца своего износит лукавая (Мф. 12, 35). Ибо по древу и плод его… В ком есть и усматриваются плоды Духа Святаго, в тех и Бог обитает. От них и немутный источник Слова с мудростию и разумом, смиреннословящими ли ты слышишь их, или высокая вещающими. В ком же не усматриваются плоды и дары Святаго Духа, а видятся плоды противнаго духа, в тех – мрак неведения Бога, толпа страстей и жилище вражеских духов; смиренноглаголивыми ли и смиренно мудрствующими видятся они тебе, или говорящими о высоких вещах, в одежде заморской и с представительною наружностию» (Никита Стифат)

«Мы никогда не должны удивляться тем, которые стараются изумлять нас необыкновенными действиями, но больше должны смотреть на то, все ли пороки они изгнали из себя, исправили ли свои нравы и таким образом достигли ли совершенства. Если кто перед нами сделает какое-либо знамение, то мы должны хвалить его не за чрезвычайность знамения, но за его добродетель, и обращать внимание не на то, повинуются ли ему демоны, а на то, имеет ли он те свойства любви, какие описаны апостолом (1Кор.13.4-8)» (Иоанн Кассиан Римлянин)

«Не лицами, не внешним видом и не словами характеризуется истина, и не в них почивает Бог, но в сердцах сокрушенных, в духах смиренных и в душах просвещенных Боговедением. Бывает, что иной, как видим, наружно на словах ставит себя ниже других, и пред всяким смиренныя о себе употребляет речения, для уловления похвалы человеческой, внутри будучи полон самомнения, лукавства, зависти и злопамятства против ближняго. Бывает напротив, что иной, как видим, наружно высокомудрыми словами ратует за правду, и возстает против лжи, или преступления божественных законов, на одну только при сем взирая истину, и внутри полон будучи скромности, смирения и любви к ближнему, хотя иногда хвалится о Господе, подражая Павлу, который, хваляся о Господе, говорил: похвалюся в немощех моих (2 Кор. 12, 9). Бог смотрит не на наружность того, что мы говорим или делаем, но на душевное расположение и цель, с какою или делаем что из видимых дел, или говорим о чем из вещей мысленных» (Никита Стифат)

По этому критерию и следует отличать людей. «И пусть никто не отговаривается, что не знает таковых, говоря: "Как могу я распознать их? И я человек, а никто из людей не знает, что кроется у другого на душе, кроме духа, живущего в нем". Никто не бери этого изречения в благословный предлог, ибо, если бы невозможно было распознавать таковых, Господь не дал бы такой заповеди: внемлите от лживых пророк, то есть берегитеся от лжеучителей, иже приходят к вам во одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы, и не приложил бы вслед за сим: от плод их познаете их (Мф.7:15-16)… По плодам этим мы очень хорошо можем потом распознавать, какие учители суть истинные, святые и праведные учители, и какие не таковы, а лишь притворяются таковыми» (Симеон Новый Богослов)

«Много ходит волков в одежде овечьей; одежду овец имеют они, но не имеют их копыт и зубов. Будучи покрыты кожей кроткого животного и наружностью обольщая простых людей, они испускают из челюстей своих гибельный яд нечестия. Итак, нужна нам благодать Божественная, мысль бодрая и очи осмотрительные, чтобы по неведению не съесть вместо пшеницы плевел и не потерпеть нам вреда, чтобы не попасть на волка, приняв его за овцу, и чтобы не сделаться пищей злотворного диавола, приняв его за благодетельного Ангела» (Кирилл Иерусалимский)

«Нельзя судить о человеке с первого взгляда, как мы судим о картине или статуе, а нужно проникнуть в глубины его души. Достоинства обычно окутаны покровом скромности, недостатки прикрыты маской лицемерия; только немногие сердцеведы умеют сразу постичь характер ближнего, ибо и совершенная добродетель, и закоренелый порок обнаруживают себя лишь постепенно, да и то под давлением обстоятельств» (Лабрюйер)

«Действия людей – лучшие переводчики их мыслей» (Локк)
Хороший духовник обретается при правильной духовной жизни.

Но для того, чтобы распознавать этих лжеучителей, мы сами должны хотя бы немного вести духовную жизнь, бороться со страстями. Иначе, по своей неопытности мы сами создадим и изберем лжеучителя. Симеон Новый Богослов говорит, что «как древо познается по плоду его, так и человек, что он за человек, познается из слов его, но познается, впрочем, это от тех, у которых самих здравы ум и чувства душевные». Если и мы будем духовно больны, то таких же больных и выберем себе.



Ведь почему народ тянется к таким лжестарцам? А все дело в том, что каков народ, таков и старец. Народ, не образованный, неопытный духовно, воспринимающий религию что-то вроде магии, сам создает, предъизбирает себе старцев.

Симеон Новый Богослов отвечает так на это вопрос: «Они (народ), будучи омрачены тьмою своих страстей, похотей и пожеланий, и, ходя в сей тьме, как в глубокой ночи, на таких же и учителей попадают. И естественно. Потому что властитель тьмы имеет, конечно, у себя учеников и слуг таких, которые ходят в сей тьме; на них-то попадают подобные же им и принимают их с радостию, находя их по мыслям себе, и учатся у них тому же, что сами наперед предъизбрали и что порешили делать на пагубу себе. Итак, те, которые желают избежать таковых (лжеучителей), как завещает Апостол, должны для сего удаляться от дел тьмы, ибо пока кто порабощен таким делам и ходит во тьме, дотоле не может он избежать таких учителей и не может прийти на свет учителей истинных. И если хочешь улучить истинного учителя, мужа святого и духовного, не рассчитывай, что можешь узнать его сам собою, своим рассмотрением, потому что это невозможно. Но прежде всего другого, как я сказал уже, подвизайся в добрых делах, в милостынях, в пощении, молитве и молении непрестанном, да будет тебе помощником и содействователем в этом Бог… Внимательные легко могут распознавать добрых и злых. А невнимательные не только других людей, но и самих себя не знают. Кто не знает самого себя и своего состояния, как может познать другого и страсти его? Как можно, чтоб слепой мог рассмотреть другого и познать, слепой он или видящий?»


Младостарчество.

«Серьезной проблемой остается так называемое “младостарчество” — явление, связанное не с возрастом священнослужителя, а с отсутствием у него трезвого и мудрого подхода к духовнической практике. 28 декабря 1998 года Священный Синод принял весьма важное определение по данному вопросу, давшее оценку некоторым искажениям церковной традиции, встречающимся у отдельных духовников» (Патриарх Алексий II) В миру, если появляется "монастырский" принцип духовничества, то получается следующая картина: около приходского священника формируется группа духовных чад; решение всех вопросов личной и деловой жизни зависит всецело от последней инстанции – благословения или запрещения духовного отца. Он, как заботливый сват, подбирает молодежи будущих супруг и супругов, будущим студентам сам подсказывает, в какие следует поступать ВУЗы, может заставить уйти с работы, характер которой покажется ему "не христианским", может настоять на разводе или принятии пострига, может запретить прихожанам вкушать пищу зарубежного производства (кока-колу, рис, кофе и т.д.) или украшать елку на Новый год. Таким образом, формируется внутрицерковная группировка с культом личности священника, настроенная враждебно и подозрительно ко всему окружающему их: к светской культуре, к другим верующим и священникам, к власти и даже архиереям, обвинятся в преступном сговоре с масонами и "экуменистами" каждый второй (если не просто каждый) епископ. Структура таких группировок – чисто сектантская с тревожным эсхатологическим настроением, все жизненные процессы им кажутся апостасийными (как пример: «антикодовики»), только своей общине они приписывают возможность спасения. Постоянная беготня к духовнику-лжестарцу "за благословением" есть следствие духовной незрелости и той самой инфантильности, благодаря которой многие люди уходят в православные секты. Да и симптоматика лжестарческой общины и тоталитарной секты очень похожа.

Как свидетельствовал в 1987 году митрополит Антоний Сурожский, "подчас молодые люди, выходящие из богословских школ, воображают, будто рукоположение наделило их и умом, и опытностью, и "различением духов", и делаются тем, что в аскетической литературе называли "младостарцами"; то есть, не обладая еще духовной зрелостью, не обладая еще даже тем знанием, которое дает просто личный опыт, они думают, что их научили всему, что может им помочь взять кающегося грешника за руку и повести от земли на небо. Молодой священник начинает руководить своими духовыми детьми "указами": этого ты не делай; это ты делай; такую-то литературу не читай; в церковь ходи; отбивай поклоны: И в результате получается некая карикатура духовной жизни у его жертв, которые делают все, что, может быть, и делали подвижники, - но те-то делали это из духовного опыта, а не потому что они дрессированные животные. А для духовника - катастрофа. Старцем можно быть только по благодати Божией, это харизматическое явление, это дар; и научиться быть старцем нельзя, так же как нельзя выбрать своим путем гениальность (Митрополит Антоний Сурожский. О встрече. СПб., 1994. С.244).

 Подлинный старец, прежде всего благодаря высокой духовности, бережно относится к каждому конкретному человеку. В силу своей опытности и благодатного дара он раскрывает образ Божий в человеке теми средствами, которые созвучны его духовному устроению и возрасту. Отдельные же современные "старцы" (а вернее их будет называть "младостарцами"), не обладая духовным рассуждением, налагают на воцерковляющихся неудобоносимые бремена (Лк. 11:46), применяют в своей пастырской деятельности штампы, губительные для духовной жизни, необоснованно применяют к мирянам, по большей части духовно еще не окрепшим, формы духовного руководства, уместные только в монашестве.

Нередко в доказательство преданности себе они требуют от приходящих к ним продать их скудное имущество, в результате чего те, лишившись имущества и жилья, попадают в абсолютную зависимость от такого пастыря. Столь превратное толкование слов Спасителя: все, что имеешь, продай... и... следуй за Мною (Лк. 18:22) больше согласуется с практикой современных тоталитарных сект, наводнивших Россию в последние годы, чем с духом Евангельских заветов.

Нездоровая зависимость новообращенных от личности младостарца порождает искаженные формы приходской жизни. Люди идут в церковь, чтобы встретиться со "своим батюшкой", а не со Христом, чтобы поговорить со знакомыми, а не для молитвенного общения с Полнотой Церкви. Характерная для воцерковляющихся ущербность церковного сознания, в котором не находится места понятию о соборности и вселенскости Церкви, поддерживается такими пастырями, внушающими своим чадам, что спасение возможно лишь в пределах их общины, и для утверждения в этом осуждающими других священнослужителей, тем самым отталкивая людей от них. Это ведет к самоизоляции подобных общин от других приходов, от епископа и, в конечном счете, от Церкви.

«Берегитесь, братья мои, священники! Берегитесь, не принимайте на себя роль, которая не соответствует вашему духовному возрасту, будьте просты! Будьте просто священниками - это уже так много!» (Антоний Сурожский).

Нельзя смешивать понятия духовничества и старчества. В наше время очень хорошая древняя традиция, к сожалению, получила болезненное развитие. В Оптиной пустыни, в других известных монастырях существовала эта традиция. Насельник монастыря каждый день приходил к старцу и открывал ему все свои помыслы. Старец давал ему совет, потому что он как духовно опытный человек видел, к чему может привести тот или иной помысел. Что же происходит сейчас? Молодые, а то и пожилые священники, искажая древнюю монастырскую практику, начинают заниматься духовничеством по своему произволу, требуют себе беспрекословного послушания. Сначала у них бывает достаточно много приверженцев, а потом они остаются одни, потому что народ видит, что странные советы, которые дает такой батюшка, часто идут вразрез с объективными обстоятельствами жизни человека. Ведь духовник очень многое может: он может консолидировать какие-то общественные силы, и наоборот; может создать, а может и разрушить семью.



«Ясно совершенно, что каждому человеку, который желает жить духовной жизнью, необходимо духовное руководство, т. е. необходимо общение с духовником, с пастырем, как говорят теперь, с духовным отцом, т. е. нужно, чтобы у каждого была возможность побеседовать, открыть свою душу, независимо от того, есть ли тяжкие грехи. Хоть человек и не согрешил, но какие-то искушения мучают его. Может быть, ему не под силу что-то, может быть, есть какие-то вопросы о том, как устроить свою жизнь. Нужно, чтобы он мог побеседовать. И из среды активных христиан, тех, кто желает жить духовной жизнью, возникает требование к духовнику, чтобы была такая возможность духовного руководства, как бы по образу монастырскому. И сами духовные чада начинают своих духовников представлять в образе таких духовников монастырских, наделять их монастырскими полномочиями. И частенько теперь возникает проблема — кто же такой духовник, каким он может быть, и каким он должен быть, и как к нему нужно относиться. Вот эта проблема, для нас важная, и должна быть, как мне кажется, последней темой в беседе о покаянии. Что такое пастырь? Пастырство — это ношение на себе образа Христа; каждый пастырь получает этот образ. Он совершает свое служение по образу Первопастыря, Господа Иисуса Христа. Как пастырь он перед овцами должен ходить, должен вести их за собой и показывать им пример. Насильно воспитывать своих духовных чад пастырь не может. Он не может ими властвовать, как, скажем, отец властвует над своими детьми, пока они малолетние. У нас, у пастырей нет такой власти. Пастырь властвует только над теми, кто себя добровольно предал в его власть. Поэтому он должен, прежде всего, воспитывать примером, примером своей жизни, сам идти по этому пути. Он должен быть молитвенным, должен быть духовным, должен быть тружеником на ниве Христовой. Должен иметь чистое сердце. Это все очевидно, тут ничего нового не скажешь. Но даже если пастырь имеет такое доброе устроение и добрые устремления, это еще не значит, что он может быть духовником. Он может, конечно, совершить Таинство покаяния. Что это значит? Он может помолиться, принять исповедь и прочитать разрешительную молитву. Это он может сделать, как он может совершать и все другие таинства, благословенные священнику, кроме таинства рукоположения. Но может ли он быть духовным руководителем? Может ли он быть духовником или духовным отцом? Вот вопрос. Если он молод, то молодость — это несомненное препятствие для такого служения. Просто трудно молодому человеку довериться, не чувствуется в нем опыта, не чувствуется еще в нем знания жизни. Если даже он очень хороший, может быть, можно ему даже поисповедоваться — в этом смысле ему довериться можно. Может ли он быть пастырем, т. е. руководить в духовном возрастании, если сам только встал на путь духовного служения, духовного делания. Когда в древности Церковь решала эти вопросы, на служение духовническое благословлялись только пожилые, опытные священники. Молодые священники не могли быть духовниками» (прот. В.Воробьев)

Подобными же "старцами" распространяется и практика заключения браков, при которой благословение на совместную жизнь преподается людям малознакомым или вообще незнакомым друг с другом. Часто это соединяется с внушением неправославного взгляда на это Таинство, при котором смысл брака усматривается исключительно в рождении детей. Такой взгляд совершенно не согласуется со святоотеческим пониманием Таинства Брака как школы возрастания в христианской любви, как таинственного единения духа, души и тела супругов. Такое младостарческое толкование брака сужает полноту духовной жизни, возможную в христианской семье, сводит ее до проявления одного человеческого естества. Оно мешает созиданию домашних церквей, в чем, по мысли одного современного апологета, для Русской Церкви и заключается ее будущее: "Научатся ее члены создавать домашние церкви - будет существовать Русская Церковь, не сумеют - Русская Церковь иссякнет" (Протоиерей Глеб Каледа. Домашняя Церковь. М., 1997. С. 12).

Перед декабрьским постановлением (1998г.) было сделано заявление Синода, в котором подчеркивалась святость семейных отношений. Это делалось в связи с участившимися случаями ухода в монастырь супругов по распоряжению их духовника. Это вещи недопустимые. Духовник не может или одному, или обоим супругам благословить уход в монастырь и требовать развода. Брак законен, признан обществом и Церковью, даже если и не освящен ею, на это я хотел бы обратить особое внимание. Некоторые так называемые младостарцы требуют развода, если один из супругов не желает венчаться. Семья в таком случае распадается, все заканчивается трагедией. Иногда духовники требуют переезда из одного города в другой с продажей имущества, что также недопустимо. Смысл духовничества - облегчить жизнь человека, избавить его от греха, быть свидетелем покаяния и направить его на путь истинный, но не вмешиваться в семейную жизнь человека.

Необходимо указать священникам, несущим духовническое служение, на недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к следующим действиям и решениям: принятию монашества; несению какого-либо церковного послушания; внесению каких-либо пожертвований; вступлению в брак; разводу или отказу от вступления в брак, за исключением случаев, когда брак невозможен по каноническим причинам; отказу от супружеской жизни в браке; отказу от воинского служения; отказу от участия в выборах или от исполнения иных гражданских обязанностей; отказу от получения медицинской помощи; отказу от получения образования; трудоустройству или перемене места работы; изменению местожительства. Беспрекословное послушание, на котором основывается отношение послушника к старцу в монастырях, не может в полной мере применяться в приходской практике во взаимоотношениях между священником и его паствой. Недопустимо для пастырей вмешиваться в вопросы, связанные с выбором жениха или невесты кем-либо из их пасомых, за исключением случаев, когда пасомые просят конкретного совета. Принятие монашества является делом личного выбора христианина и не может совершиться «по послушанию» тому или иному духовнику. (Определения Священного Синода 1998 г.)

«Советы духовника не должны противоречить Священному Писанию, Священному Преданию, учению святых отцов и каноническим установлениям Православной Церкви: в случае же расхождения таковых советов с указанными установлениями предпочтение должно отдаваться последним» (Определения Священного Синода 1998 г.)

«В русской Церкви каждый рукоположенный священник уже и духовник, такая ситуация сложилась из-за огромных пространств России и небольшого количества храмов. А в Греции, и не только там, молодые священники не исповедуют, а только - опытные, получившие на это особое благословение епархиального архиерея. Такая традиция Церкви идет издавна: в требниках написано, что исповедовать может только тот, кто имеет на исповедь архиерейскую грамоту. Появилось в духовной жизни такое явление, как младостарчество, когда священник, не имеющий своего личного духовного опыта ни молитвы, ни аскезы, начинает выполнять какие-то старческие функции, то есть духовно руководить людьми, абсолютно во всем направляя их жизнь, требуя от чада стопроцентного послушания, какой-то особенной исповеди. Но в ответ на свои требования послушания, или покаяния, или какого-то духовного отклика, сам от себя дать чаще всего ничего не может. Он начинает властвовать над приходом, над душами людей, что является страшным искажением духовной жизни. Нельзя сказать, что это отдельные редкие явления. Некоторая духовная неопытность свойственна всем живущим в миру священникам, которые сейчас становятся на служение и принимают исповедь. Хочешь - не хочешь, но тебя спрашивают о чем-то, спрашивают благословения, духовного совета. Священнику, действительно, в каком-то смысле навязывают несвойственную ему функцию глубокого духовного руководства теми людьми, которых он чаще всего не знает, которых он себе в духовные чада не выбирал, и которые к нему пришли совершенно случайным образом

Конечно, когда священнику лет двадцать пять, и он только что рукоположен, он не может быть духовным отцом пока еще никому, в принципе не имеет права руководить чьей-то духовной жизнью, брать на себя ответственность за другого человека. Поэтому от священника требуется очень большое смирение и честность, чтобы ответить приходящему на исповедь, - не знаю, не умею, не могу, не готов. На вопрос, а как, батюшка, мне быть, что мне делать, он совершенно спокойно может развести руками и сказать, - не знаю. Это право священника - не знать, и требовать от него всепокрывающего благодатного знания воли Божией или самого человека невозможно» (свящ. А. Уминский)

Вот забавный отзыв об одном монашествующем клирике:

— Он не столько прозорливый, сколько озорливый, и не столько прозорливый, сколько прожорливый
Характериситка лжестарцев.

1. Приводят чад не ко Христу, а к себе.

Принцип духовника – «Христу должно расти, а мне умаляться» (Ин.3.30). Пастырю надо не господствовать над наследием Божиим, но подавать пример стаду (1Пет.5.3)

Приводя к себе, духовник вокруг себя образует некую группу, похожую на секту, которая ни с кем не общается и обогтворяет своего «батюшку». «Я разумею то, что у вас говорят: "я Павлов"; "я Аполлосов"; "я Кифин"; "а я Христов".  13 Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» (1Кор.1.12-13)

"Всякий духовный наставник должен быть только слугою Жениха небесного, должен приводить души к Нему [Христу], а не к себе... Наставник пусть, подобно великому и смиренному Крестителю, стоит в стороне, признает себя за ничто, радуется своему умалению пред учениками, которое служит признаком их духовного преуспеяния... Совет и послушание чисты и угодны Богу только до тех пор, пока они не осквернены пристрастием. Охранитесь от пристрастия к наставникам. Многие не остереглись и впали вместе с наставниками в сеть диаволу... Пристрастие делает любимого человека кумиром: от приносимых этому кумиру жертв с гневом отвращается Бог... И теряется напрасно жизнь, погибают добрые дела. И ты, наставник, охранись от начинания греховного! Не замени для души, к тебе прибегшей, собою Бога. Последуй примеру святого Предтечи" (Игнатий Брянчанинов).

"Если же руководитель начнет искать послушания себе, а не Богу, - не достоин он быть руководителем ближнего! - Он не слуга Божий! - Слуга диавола, его орудие, есть сеть! "Не делайтесь рабами человеков" (1Кор. 7, 23), - завещает Апостол". (Игнатий Брянчанинов)

«Часто духовник приводит к себе, а не ко Христу. Это ошибка, нельзя так делать, чтобы люди шли к тебе как к личности, ради тебя, потому что ты обаятельный человек. Бывает такая ошибка у священников, если на это не обращают внимания. Священник должен очень чётко, даже строго отсекать такие стремления, когда “прилипают” к нему душевно. Но по этому вопросу очень много написано. Бывает, что незамужние женщины могут искать в духовнике восполнения своей “неполно­ценности”, восполнения того, чего у них нет — допустим, нет семьи, нет мужа, и они ищут в духовнике такого человека, который может восполнить этот пробел, и получаются не совсем здоровые отношения. Поэтому из-за таких отношений потом обижаются на духовника, что он прошёл мимо, начинают истерики закатывать: “вы не обратили на меня внимания… вы со мной невнимательны”; бывают нездоровые разговоры. Это не должно иметь места. Духовник — это руководитель к Богу, только к Богу, только ко Христу. Вот это задача духовника; не к себе приводить, а именно ко Христу. Если этого не будет, то это ложный путь, это может на прелесть навести, душу завести не в ту сторону. Это очень тонкий вопрос, особенно в общении с женским полом. Бывает, возникают нездоровые отношения. Но не обязательно; это просто надо иметь в виду. А бывают явно очень трезвые и хорошие отношения. Так что это вопрос тонкий и деликатный; и роль священника очень ответственна» (протоиерей Николай Ведерников)

«Последствия легкомысленного вручения своей души кому попало бывают плачевными, а порой и трагическими: бесстрашные иеромонахи, мотивируя свои действия предсказаниями мифических старцев о последних временах, когда якобы именно из монастырей все пойдут в ад, выманивают покорных дурочек из обителей, селят на собственных квартирах или невесть на какие средства приобретенных усадьбах в качестве бесплатной рабской силы и наслаждаются ссорами, сценами ревности и драками в честь хозяина и господина; иногда, для подтверждения своей абсолютной власти, выдают невольниц замуж за таких же зомби, а иногда, воспитывая отсечение воли, и худшее творят, о чем срамно есть и глаголати» (монахиня N.)

«Не доложить бремя на ближнего – не беда, а если переложить – ближний может повредиться неисцельно, на всю жизнь сделаться ни к чему неспособным». (Игнатий Брянчанинов)
2. Игра, комедия, притворство, экстраординарность, «необыкновенность», привлечение к себе внимания.

«Необыкновенность» - вот что привлекает людей. Если батюшка как-то необыкновенно себя ведет, значит он необыкновенный. А необыкновенный – значит святой.

«Душепагубное актерство и печальнейшая комедия – старцы, которые принимают на себя роль древних Старцев, не имея их духовных дарований. Да ведают, что самое их намерение, самые мысли и понятия их о великом иноческом делании – послушании – ложные… они - результат самообольщение и бесовская прелесть, которая не может не дать соответствующего себе плода в наставляемом ими. Страшное дело — принять, по самомнению и самовольно, на себя обязанности, которые можно исполнять только по велению Святого Духа и действием Духа; страшное дело — представлять себя сосудом Святого Духа, между тем, как общение с сатаною еще не расторгнуто и сосуд не перестает оскверняться действием сатаны! Ужасно такое лицемерство и лицедейство! Гибельно оно для себя и для ближнего, преступно пред Богом, богохульно» (Игнатий Брянчанинов)

«Избираются нами в руководители преимущественно те наставники, которых мир провозгласил святыми, и которые находятся или в глубине прелести, или в глубине неведения» (Игнатий Брянчанинов)

«Тщеславие и самомнение любят учить и наставлять. Они не заботятся о достоинстве своего совета! Они не помышляют, что могут нанести ближнему неисцельную язву нелепым советом, который принимается неопытным новоначальным с безотчетливою доверчивостью, с плотским и кровяным разгорячением! Им нужен успех, какого бы ни был качества этот успех, какое бы ни было его начало! Им нужно произвести впечатление на новоначального и нравственно подчинить его себе! Им нужна похвала человеческая! Им нужно прослыть святыми, разумными, прозорливыми старцами, учителями! Им нужно напитать свое ненасытное тщеславие, свою гордыню!» (О жительстве по совету – Игнатий Брянчанинов).

«Когда увидишь, что кто-либо делает такие дела, заботливо ищет славы человеческой и беззаботно преступает заповеди Божии, чтоб угодить людям, то знай, что это прелестник, а не истинный учитель» (Симеон Новый Богослов)

«Иные люди высокое имеют о себе мнение (которого куда бы лучше было им не иметь) и почитают себя подобными древним святым и богоносным отцам нашим по ведению, делам и совершенству, будто стяжавшие такую же благодать Святого Духа, какой сподобились и те, - между тем как выставляют себя такими только на словах, без дел, прельщены будучи духом самомнения и тщеславия» (Симеон Новый Богослов)

Симеон Новый Богослов говорит: «Притворяющихся добродетельными и иными являющихся по внешнему виду, иными же бывающих по внутреннему человеку, - исполненных иной раз всякой неправды, полных зависти, рвения и зловония сластей чувственных, - многие почитают, как бесстрастных и святых, имея неочищенным око души (чтоб познать их прямо) и не в состоянии будучи познать их по плодам их; а тех, которые живут в благоговеинстве, добродетели и простоте сердца, и суть воистину святы, не отличают от прочих людей, мимоходят их с небрежением и вменяют ни во что. Говоруна и показливого такие почитают более учительным и духовным; а молчаливого и блюдущегося от празднословия почитают дикарем, необразованным и безгласным».

«Но когда старец будет представляться духоносным, не будучи таковым, станет показывать себя знающим волю Божию по какому-то откровению свыше, на самом же деле он руководствуется собственным разумом, и когда ученик вынуждается верить при этом, что самые слова и веления старца исходят от Самого Христа, в таком случае — это есть подмена и фальшь» (Архимандрит Лазарь Абашидзе)

«Старцем» сейчас стать легко. Обычно чем радикальнее и строже священник, чем больше он требует послушания к себе и особенно чем громче он ругает священноначалие – тем быстрее он будет провозглашен «старцем». А если при этом он еще поддерживает какие-то эсхатологические ожидания и рассказывает о «видениях», занимается самочинной отчиткой, раздает экстраординарные советы, то провозглашение его «старцем» обеспечено. Как говорил о. Никон (Воробьев), «мне легко стать старцем, стоит лишь раза два проползти на коленях вокруг храма, начать раздавать просфорки, сопровождая их странными высказываниями – и готово».



«Часто за святого мир (это те люди в Церкви, которые не очищают себя от страстей) принимает внешнего подвижника, который не ест, не пьет, не спит, зимою ходит в одной рясе, носит вериги, видит видения, всех учит и обличает с дерзкой наглостью. Мир высоко ценит телесные подвиги и лишения, не разбирая того, правильно ли употребляются они или нет. Мир особенно уважает то, что действует удачно на телесные чувства, это мир принимает за добродетели, за святость. Мир любит то, что льстит ему и угождает». (Игнатий Брянчанинов). Итак, мир обычно принимает за «старца» того, кто находится в прелести. Действительно сбываются слова ап. Павла: «Будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням» (2Тим.4.3-4). Сегодня только стоит произнести выражение «Старцы сказали», как у многих отключается разум и остаются одни эмоции.

«Искание духовных людей вполне естественно и понятно. Но когда это искание превращается в мифотворчество, когда старцев создают не редко из очень сомнительных священнослужителей, или когда некоторые духовники начинают изображать из себя старцев, тогда происходит беда. О них святитель Игнатий сказал очень сильно и точно: «Те старцы, которые принимают на себя роль [старца]... (употребим это неприятное слово)... в сущности, не что иное, как душепагубное актерство и печальнейшая комедия. Старцы, которые принимают на себя роль древних святых Старцев, не имея их духовных дарований, да ведают, что самое их намерение, самые мысли и понятия их о великом иноческом делании — послушании, суть ложные, что самый их образ мыслей, их разум, их знание суть самообольщение и бесовская прелесть...». К сожалению, народ это плохо понимает. Ему подавай старца, конечно, прозорливого, чудотворца, целителя, и на кого укажут к тому без рассуждения, как овцы бегут. Отсюда и происходят многие бедствия как духовного, так даже и бытового характера. Я встречался с некоторыми людьми, которые, поверив лжестарцу, потерпели полную жизненную катастрофу. Старец, пользуясь своей моральной властью, буквально приказывает, извините, «благословляет» приходящим совершать такие решительные шаги, которые губят их и тело, и душу. «Благословляет» переезжать, бросать хорошие должности, ввергая семью в нищету, приводя к распаду семейных отношений. «Благословляет» продать квартиру, имущество и поступить в монастырь, а когда через год из монастыря ее отчисляют, старец вместо помощи говорит ей: нужно было иметь голову на плечах, теперь иди, куда хочешь. Знаю семью, в которой старец «благословил» матери, имеющей молодых дочерей и сына, определить всех в монастыри. Сын стал иеромонахом, а затем через 3 года женился. Подобное же произошло с дочерьми, только одна их четырех осталась монахиней, прочие, пожив в монастыре, повыходили замуж. Почему говорю об этом? Прежде всего, чтобы показать, до какой степени безрассудной доверчивости простых верующих и духовной слепоты и моральной нечувствительности самих «старцев» можно дойти: видя катастрофические последствия этих благословений, продолжать верить им и давать их. Ведь ясно, что прозорливый не мог благословлять на поступок, ведущий к снятию сана и лишению монашества. А если не прозорливый, и продолжает толкать на подобные поступки, то каков же нравственный уровень (или психическое состояние) этого «старца»?! На этот-то серьезный вопрос и отвечает святитель Игнатий: «Тщеславие и самомнение любят учить и наставлять. Они не заботятся о достоинстве своего совета! Они не помышляют, что могут нанести ближнему неисцельную язву нелепым советом, который принимается неопытным новоначальным с безотчетливой доверчивостью, с плотским и кровяным разгорячением! Им нужен успех, какого бы ни был качества этот успех, какое бы ни было его начало! Им нужно произвести впечатление на новоначального и нравственно подчинить его себе! Им нужна похвала человеческая! Им нужно прослыть святыми, разумными, прозорливыми старцами, учителями! Им нужно напитать свое ненасытное тщеславие, свою гордыню!» (Осипов)
Лжестарец считает себя старцем.

Истинный сатрец не считает себя старцем! «Об авва Макарии рассказывали: если к нему приходил брат с благоговением, как к старцу святому и великому, он ничего не говорил с ним. Если же кто из братий спрашивал его, будто без всякого уважения к нему, тому он с радостью отвечал, о чем бы тот не спрашивал его» (Патерик). Сейчас же наоборот. Лжестарцы требуют к себе уважения, должного благоговейного отношения. А древние истинные старцы и за сарцев себя не считали, и другим не давали делать тоже.


3. Лжестарец любит приказывать.

Отдание приказов – признак гордыни.

Бегите от таких старцев, которые приказывают направо и налево.
4. Учительство, будучи сам не научен и не имея Св. Духа.

Лжестарцы учат других, не научив себя. Подробнее см. в разделе «Об учительстве».

«На берегу реки видел я человека, который увяз по колена в грязи. Некоторые пришли подать ему помощь, и погрузили его по самую шею» (Добротолюбие, т.1)

Не должно брать на себя ответственность за воспитание другого, пока ты сам хоть немножко не очистишься от страстей. «Если ты немоществуешь страстями, остерегись позволять кому либо открывать тебе страстные помыслы свои, как верному; ибо такое дело — пагуба для души твоей» (авва Исайя)

Симеон Новый Богослов говорит: «Внемлите себе, братия мои, чтоб не случилось и с вами того, что, тогда как думаете, что вы - с Богом и имеете общение с Ним, потом окажется, что вы вне, отдалены от Него, по той причине, что не зрите в настоящей жизни света Его. Тот, кто думает, что имеет в себе все добродетели (если это возможно), но не имеет света Всесвятого Духа, не может ни видеть хорошо и как подобает дела свои, ни вполне удостовериться, что они угодны Богу; не может также он других руководить и указывать им, в чем для них воля Божия; недостоин он и принимать чужие помыслы и исповедовать других, пока не стяжет света Святого Духа, который бы светил внутри его. Христос Господь говорит: ходите, дондеже свет имате, да тма вас не имеет; и ходяй во тме не весть, камо идет (Ин.12:35). Итак, если тот, кто ходит во тме, сам не знает, куда идти, то как может он другим указывать дорогу?

Но что сказать мне тем, которые любят быть славными и именитыми, состоят иереями, игуменами, учителями и духовниками, желают принимать чужие помыслы и говорят, что достойны того, чтоб иметь власть вязать и решить, - когда вижу, что они ничего не знают, что необходимо в порядке жизни по Богу, и других тому не учат и не вводят их в свет ведения, чтоб они знали и разумели, что необходимо требуется для спасения их? Что другое скажу кроме того, что говорит Христос законникам: горе вам, законникам, яко взясте ключ разумения; сами не внидосте, и входящим возбранисте (Лк.11:52)

Некоторые из вас сидят спокойно и беззаботно, так как совесть не обличает вас за то, что, не получив Духа Святого, думаете, будто вы - духоносцы, и течете несмысленно - принимаете чужие помыслы, исповедуете других, делаетесь, как не следовало бы, иереями, духовниками, игуменами, восхищаете священство с презорством и бесстрашием и употребляете бесчисленные способы и хитрости, чтоб завладеть митрополиями, епископствами и игуменствами, чтоб пасти народ Господень».

Правильно пишет Игнатий Брянчанинов о духе нынешнего времени, когда оставляют святых отцов и следуют по учениям ласкающих слух: «Направление по учению святых отцов в наше время не терпимо. Не терпят оттого, что чужды ему, не знают его, не изучали его, нисколько не занялись им. Ненависть к Святому Духу является от принятия противного духа... »

«Но «надлежит тебе прежде самому просветиться истинным светом,— обращается к духовному наставнику святой Симеон Новый Богослов,— а после того вводить и других в сей свет; надлежит тебе прежде самому получить христианскую свободу, а потом берись руководить к ней и других; ибо совершенно бессмыслен и буй есть тот, кто, будучи сам рабом, берется освобождать сорабов своих, восхищая власть господина своего»9. «…Тот, кто сам еще не родился, или родился, но еще дитя есть, т<о> е<сть> не достиг еще совершенства, тому… как возможно быть отцом других? <…> И тому, кто не соделался сыном Света, с чувством и сознанием того, с опытным удостоверением и духовным созерцанием, тому как возможно знать и видеть Отца светов? И как возможно ему руководить других к Свету, или научить их, что есть Свет, который пришел в мир, чтоб просвещать сидящих во тьме? Сам он слеп и не видит, как же может он показать путь другим? Кто не видит света, тот всеконечно ходит во тьме, спотыкается непрестанно и имеет нужду в путеводителе: как же путеводить ему других? И если станет он путеводить их, то наверное будет для них виновником пагубы. Ибо Господь говорит:

1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   28

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Рассудителность