страница24/35
Дата14.01.2018
Размер6.16 Mb.
ТипСказка

Русские народные сказки


1   ...   20   21   22   23   24   25   26   27   ...   35

цатью девицами, назваными сестрицами, и сказала - купеческому сыну, что

она его крепко полюбила и приехала с ним повидаться. Тут они и обручи-

лись Царь-девица наказала Ивану - купеческому сыну, чтобы завтра в то же

самое время приезжал он на это место, распростилась с ним и отплыла в

сторону А Иван - купеческий сын воротился домой, поужинал и лег спать.

Мачеха завела его дядьку в свою комнату, напоила пьяным и стала спраши-

вать: не было ли у них чего на охоте? Дядька ей все рассказал. Она, выс-

лушав, дала ему булавку и сказала:

- Завтра, как станут подплывать к вам корабли, воткни эту булавку в

одежу Ивана - купеческого сына.

Дядька обещался исполнить приказ. Поутру встал Иван - купеческий сын

и отправился на охоту. Как скоро увидал дядька плывущие вдали корабли,

тотчас взял и воткнул в его одежу булавочку.

- Ах, как я спать хочу! - сказал купеческий сын. - Послушай, дядька,

я покуда лягу да сосну, а как подплывут корабли, в то время, пожалуйста,

разбуди меня.

- Хорошо! Отчего не разбудить?

Вот приплыли корабли и остановились на якорях; царь-девица послала за

Иваном - купеческим сыном, чтоб скорее к ней пожаловал; но он креп-

ко-крепко спал. Начали его будить, тревожить, толкать, но что ни делали

- не могли разбудить; так и оставили. Царь-девица наказала дядьке, чтобы

Иван - купеческий сын завтра опять сюда же приезжал, и велела подымать

якоря и паруса ставить. Только отплыли корабли, дядька выдернул булавоч-

ку, и Иван - купеческий сын проснулся, вскочил и стал кричать, чтоб

царь-девица назад воротилась. Нет, уж она далеко, не слышит.

Приехал он домой печальный, кручинный. Мачеха привела дядьку в свою

комнату, напоила допьяна, повыспросила все, что было, и приказала завтра

опять воткнуть булавочку.

На другой день Иван - купеческий сын поехал на охоту, опять проспал

все время и не видал царь-девицы; наказала она побывать ему еще один

раз. На другой день собрался он с дядькою на охоту; стали подъезжать и

старому месту; увидали: корабли вдали плывут, дядька тотчас воткнул бу-

лавочку, и Иван - купеческий сын заснул крепким сном. Корабли приплыли,

остановились на якорях; царь-девица послала за своим нареченным женихом,

чтобы к ней на корабль пожаловал. Начали его будить всячески, но что ни

делали - не могли разбудить.

Царь-девица уведала хитрости мачехины, измену дядькину и написала к

Ивану - купеческому сыну, чтобы он дядьке голову отрубил, и если любит

свою невесту, то искал бы ее за тридевять земель, в тридевятом царстве.

Только распустили корабли паруса и поплыли в широкое море, дядька вы-

дернул из одежи Ивана - купеческого сына булавочку, и он проснулся, на-

чал громко кричать да звать царь-девицу; но она была далеко и ничего не

слыхала. Дядька подал ему письмо от царь-девицы; Иван - купеческий сын

прочитал его, выхватил свою саблю острую и срубил злому дядьке голову, а

сам пристал поскорее к берегу, пошел домой, распрощался с отцом и отпра-

вился в путь-дорогу искать тридесятое царство.

Шел он куда глаза глядят, долго ли, коротко ли, скоро сказка сказыва-

ется, да не скоро дело делается, - приходит к избушке; стоит в чистом

поле избушка, на курьих голяшках [39] повертывается. Взошел в избушку, а

там баба-яга - костяная нога.

- Фу-фу! - говорит. - Русского духу слыхом было не слыхать, видом не

видать, а ныне сам пришел. Волей али неволей, добрый молодец?

- Сколько волею, а вдвое неволею! Не знаешь ли, баба-яга, тридесятого

царства?

- Нет, не ведаю! - сказала ягая и велела ему идти к своей середней

сестре: та не знает ли?

Иван - купеческий сын поблагодарил ее и отправился дальше; шел, шел,

близко ли, далеко ли, долго ли, коротко ли, приходит к такой же избушке,

взошел - и тут баба-яга.

- Фу-фу! - говорит. - Русского духу слыхом было не слыхать, видом не

видать, а ныне сам пришел. Волей али неволей, добрый молодец?

- Сколько волею, а вдвое неволею! Не знаешь ли, где тридесятое

царство?


- Нет, не знаю! - отвечала ягая и велела ему зайти к своей младшей

сестре: та, может, и знает. - Коли она на тебя рассердится да захочет

съесть тебя, ты возьми у ней три трубы и попроси поиграть на них: в пер-

вую трубу негромко играй, в другую погромче, а в третью еще громче.

Иван - купеческий сын поблагодарил ягую и отправился дальше.

Шел-шел, долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли, наконец увидал

избушку - стоит в чистом поле, на курьих голяшках повертывается; взошел

- и тут бабаяга.

- Фу-фу! Русского духу слыхом было не слыхать, видом не видать, а ны-

не сам пришел! - сказала ягая и побежала зубы точить, чтобы съесть нез-

ваного гостя. Иван - купеческий сын выпросил у ней три трубы, в первую

негромко играл, в другую погромче, а в третью еще громче. Вдруг налетели

со всех сторон всякие птицы; прилетела и жар-птица.

- Садись скорей на меня, - сказала жар-птица, - и полетим, куда тебе

надобно; а то баба-яга съест тебя!

Только успел сесть на нее, прибежала баба-яга, схватила жар-птицу за

хвост и выдернула немало перьев. Жар-птица полетела с Иваном - купечес-

ким сыном; долгое время неслась она по поднебесью и прилетела наконец к

широкому морю.

- Ну, Иван - купеческий сын, тридесятое царство за этим морем лежит;

перенесть тебя на ту сторону я не в силах; добирайся туда, как сам зна-

ешь!


Иван - купеческий сын слез с жар-птицы, поблагодарил и пошел по бере-

гу.


Шел-шел - стоит избушка, взошел в нее; повстречала его старая стару-

ха, напоила-накормила и стала спрашивать: куда идет, зачем странствует?

Он рассказал ей, что идет в тридесятое царство, ищет царь-девицу, свою

суженую.


- Ах! - сказала старушка. - Уж она тебя не любит больше; если ты по-

падешься ей на глаза - царь-девица разорвет тебя: любовь ее далеко зап-

рятана!

- Как же достать ее?



- Подожди немножко! У царь-девицы живет дочь моя и сегодня обещалась

побывать ко мне; разве через нее как-нибудь узнаем.

Тут старуха обернула Ивана - купеческого сына булавкою и воткнула в

стену; ввечеру прилетела ее дочь. Мать стала ее спрашивать: не знает ли

она, где любовь царь-девицы запрятана?

- Не знаю, - отозвалась дочь и обещала допытаться про то у самой

царь-девицы. На другой день она опять прилетела и сказала матери:

- На той стороне океана-моря стоит дуб, на дубу сундук, в сундуке за-

яц, в зайце утка, в утке яйцо, а в яйце любовь царь-девицы!

Иван - купеческий сын взял хлеба и отправился на сказанное место: на-

шел дуб, снял с него сундук, из него вынул зайца, из зайца утку, из утки

яйцо и воротился с яичком к старухе. Настали скоро именины старухины;

позвала она к себе в гости царь-девицу с тридцатью иными девицами, ее

назваными сестрицами; это яичко испекла, а Ивана - купеческого сына сря-

дила по-праздничному и спрятала.

Вдруг в полдень прилетают царь-девица и тридцать иных девиц, сели за

стол, стали обедать; после обеда положила старушка всем по простому яич-

ку, а царь-девице то самое, что Иван - купеческий сын добыл. Она съела

его и в ту ж минуту крепко-крепко полюбила Ивана - купеческого сына.

Старуха сейчас его вывела; сколько тут было радостей, сколько веселья!

Уехала царь-девица вместе с женихом - купеческим сыном в свое царство;

обвенчались и стали жить да быть да добро копить.

ХРУСТАЛЬНАЯ ГОРА

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь; у царя бы-

ло три сына.

Вот дети и говорят ему:

- Милостивый государь-батюшка! Благослови нас, мы на охоту поедем.

Отец благословил, и они поехали в разные стороны.

Младший сын ездил, ездил и заплутался; выезжает на поляну, на поляне

лежит палая лошадь, около этой падали собралось много всяких зверей,

птиц, гадов. Поднялся сокол, прилетел к царевичу, сел ему на плечо и го-

ворит:


- Иван-царевич, раздели нам эту лошадь; лежит она здесь тридцать три

года, а мы все спорим, а как поделить - не придумает.

Царевич слез с своего доброго коня и разделил падаль: зверям - кости,

птицам - мясо, кожа - гадам, а голова - муравьям.

- Спасибо, Иван-царевич! - сказал сокол. - За эту услугу можешь ты

обращаться ясным соколом и муравьем всякий раз, как захочешь.

Иван-царевич ударился о сырую землю, сделался соколом, взвился и по-

летел в тридесятое государство; а того государства больше чем наполовину

втянуло в хрустальную гору.

Прилетел прямо во дворец, оборотился добрым молодцем и спрашивает

придворную стражу:

- Не возьмет ли ваш государь меня на службу к себе?

- Отчего не взять такого молодца?

Вот он поступил к тому царю на службу и живет у него неделю, другую и

третью.

Стала просить царевна:



- Государь мой батюшка! Позволь мне с Иваномцаревичем на хрустальной

горе погулять.

Царь позволил. Сели они на добрых коней и поехали. Подъезжают к хрус-

тальной горе, вдруг, откуда ни возьмись, выскочила золотая коза.

Царевич погнал за ней; скакал, скакал, козы не добыл, а воротился на-

зад - и царевны нету! Что делать? Как к царю на глаза показаться?

Нарядился он таким древним старичком, что и признать нельзя; пришел

во дворец и говорит царю:

- Ваше величество! Найми меня стадо пасти.

- Хорошо, будь пастухом; коли прилетит змей о трех головах - дай ему

три коровы, коли о шести головах - дай шесть коров, а коли о двенадцати

головах - то отсчитай двенадцать коров.

Иван-царевич погнал стадо по горам, по долам; вдруг летит с озера

змей о трех головах:

- Эх, Иван-царевич, за какое ты дело взялся? Где бы сражаться доброму

молодцу, а он стадо пасет! Нука, - говорит, - отгони мне трех коров.

- Не жирно ли будет? - отвечает царевич. - Я сам в суточки ем по од-

ной уточке, а ты трех коров захотел... Нет тебе ни одной!

Змей осерчал и вместо трех захватил шесть коров; Иван-царевич тотчас

обернулся ясным соколом, снял у змея три головы и погнал стадо домой.

- Что, дедушка, - спрашивает царь, - прилетал ли трехглавый змей, дал

ли ему трех коров?

- Нет, ваше высочество, ни одной не дал!

На другой день гонит царевич стадо по горам, по долам; прилетает с

озера змей о шести головах и требует шесть коров.

- Ах ты, чудо-юдо обжорливое! Я сам в суточки ем по одной уточке, а

ты чего захотел! Не дам тебе ни единой!

Змей осерчал, вместо шести захватил двенадцать коров: а царевич обра-

тился ясным соколом, бросился на змея и снял у него шесть голов.

Пригнал домой стадо; царь и спрашивает:

- Что, дедушка, прилетал ли шестиглавый змей, много ли мое стадо поу-

бавилось?

- Прилетать-то прилетал, но ничего не взял!

Поздним вечером оборотился Иван-царевич в муравья и сквозь малую тре-

щину заполз в хрустальную гору; смотрит - в хрустальной горе сидит ца-

ревна.


- Здравствуй, - говорит Иван-царевич, - как ты сюда попала?

- Меня унес змей о двенадцати головах; живет он на батюшкином озере.

В том змее сундук таится, в сундуке - заяц, в зайце - утка, в утке -

яичко, в яичке - семечко; коли ты убьешь его да достанешь это семечко, в

те поры можно хрустальную гору извести и меня избавить.

Иван-царевич вылез из той горы, снарядился пастухом и погнал стадо.

Вдруг прилетает змей о двенадцати головах:

- Эх, Иван-царевич! Не за свое ты дело взялся; чем бы тебе, доброму

молодцу, сражаться, а ты стадо пасешь... Ну-ка отсчитай мне двенадцать

коров!


- Жирно будет! Я сам в суточки ем по одной уточке, а ты чего захотел!

Начали они сражаться, и долго ли, коротко ли сражались - Иван-царевич

победил змея о двенадцати головах, разрезал его туловище и на правой

стороне нашел сундук; в сундуке - заяц, в зайце - утка, в утке - яйцо, в

яйце - семечко.

Взял он семечко, зажег и поднес к хрустальной горе - гора скоро рас-

таяла.

Иван-царевич вывел оттуда царевну и привез ее к отцу; отец возрадо-



вался и говорит царевичу:

- Будь ты моим зятем!

Тут их и обвенчали; на той свадьбе и я был, медпиво пил, по бороде

текло, в рот не попало.

КУЗЬМА СКОРОБОГАТЫЙ

Жил-проживал Кузьма один-одинешенек в темном лесу. Ни скинуть, ни на-

деть у него ничего не было, а постлать - и не заводил.

Вот поставил он капкан. Утром пошел посмотреть - попала лисица.

- Ну, лисицу теперь продам, деньги возьму, на то и жениться буду.

Лисица ему говорит:

- Кузьма, отпусти меня, я тебе великое добро доспею, сделаю тебя

Кузьмой Скоробогатым, только ты изжарь мне одну курочку с масличком -

пожирнее. Кузьма согласился. Изжарил курочку. Лиса наелась мясца, побе-

жала в царские заповедные луга и стала на тех заповедных лугах кататься.

- У-у-у! У царя была в гостях, чего хотела - пила и ела, завтра зва-

ли, опять пойду.

Бежит волк и спрашивает:

- Чего, кума, катаешься, лаешь?

- Как мне не кататься, не лаять! У царя была в гостях, чего хотела -

пила и ела, завтра звали, опять пойду.

Волк и просит:

- Лисанька, не сведешь ли меня к царю на обед?

- Станет царь из-за одного тебя беспокоиться. Собирайтесь вы - сорок

волков, тогда поведу вас в гости к царю.

Волк стал по лесу бегать, волков собирать. Собрал сорок волков, при-

вел их к лисице, и лиса повела их к царю.

Пришли к царю, лиса забежала вперед и говорит:

- Царь, добрый человек Кузьма Скоробогатый кланяется тебе сорока вол-

ками.

Царь обрадовался, приказал всех волков загнать в ограду, запереть



накрепко и сам думает: "Богатый человек Кузьма!"

А лисица побежала к Кузьме. Велела изжарить еще одну курочку с мас-

личком - пожирнее, пообедала сытно и пустилась на царские заповедные лу-

га. Катается, валяется по заповедным лугам. Бежит медведь мимо, увидал

лису и говорит:

- Эк ведь, проклятая хвостомеля, как обтрескалась!

А лиса ему:

- У-у-у! У царя была в гостях, чего хотела - пила и ела, завтра зва-

ли, опять пойду.

Медведь стал просить:

- Лиса, не сведешь ли меня к царю на обед?

- Для одного тебя царь и беспокоиться не захочет. Собери сорок черных

медведей - поведу вас в гости к царю.

Медведь побежал в дуброву, собрал сорок черных медведей, привел их к

лисе, и лисица привела их к царю. Сама забежала вперед и говорит:

- Царь, добрый человек Кузьма Скоробогатый кланяется тебе сорока мед-

ведями.

Царь весьма тому обрадовался, приказал загнать медведей и запереть



накрепко. Сам думает: "Вот какой богатый человек Кузьма!"

А лисица опять прибежала к Кузьме. И велела зажарить курочку с петуш-

ком, с масличком - пожирнее. Скушала на здоровье - и давай кататься в

царских заповедных лесах.

Бежит мимо соболь с куницею:

- Эк, лукавая лиса, где так жирно накушалась?

- У-У-у! У Царя была в гостях, чего хотела - пила и ела, завтра зва-

ли, опять пойду.

Соболь и куница стали упрашивать лису:

- Кумушка, своди нас к царю. Мы хоть посмотрим, как пируют.

Лиса им говорит:

- Соберите сорок сороков соболей да куниц - поведу вас к царю.

Согнали соболь и куница сорок сороков соболей и куниц. Лиса привела

их к царю, сама забежала вперед:

- Царь, добрый человек Кузьма Скоробогатый кланяется тебе сорока со-

роками соболей да куниц. Царь не может надивиться богатству Кузьмы Ско-

робогатого. Велел и этих зверей загнать, запереть накрепко.

"Вот, - думает, - беда, какой богач Кузьма!"

На другой день лисица опять прибегает к царю:

- Царь, добрый человек Кузьма Скоробогатый приказал тебе кланяться и

просит ведро с обручами - мерять серебряные деньги. Свои-то ведра у него

золотом заняты.

Царь без отказу дал лисе ведро с обручами. Лиса прибежала к Кузьме и

велела мерять ведрами песок, чтобы высветлить у ведра бочок.

Как высветлило у ведра бочок, лиса заткнула за обруча сколько-то мел-

ких денежек и понесла назад царю.

Принесла и стала сватать у него прекрасную царевну за Кузьму Скоро

богатого.

Царь видит - денег много у Кузьмы: за обруча западали, он и не заме-

тил. Царь не отказывает, велит Кузьме изготовиться и приезжать.

Поехал Кузьма к царю. А лисица вперед забежала и подговорила работни-

ков подпилить мостик.

Кузьма только что въехал на мостик - он вместе с ним и рушился в во-

ду.


Лисица стала кричать:

- Ахти! Пропал Кузьма Скоробогатый!

Царь услыхал и тотчас послал людей перехватить Кузьму. Вот они перех-

ватили его, а лиса кричит:

- Ахти! Надо Кузьме одежу дать - какую получше.

Царь дал Кузьме свою одежу праздничную. Приехал Кузьма к царю. А у

царя ни пива варить, ни вина курить - все готово.

Обвенчался Кузьма с царевной и живет у царя неделю, живет другую.

- Ну, - говорит царь, - поедем теперь, любезный зять, к тебе в гости.

Кузьме делать нечего, надо собираться. Запрягли лошадей и поехали. А

лисица отправилась вперед. Видит - пастухи стерегут стадо овец, она их

спрашивает:

- Пастухи, пастухи! Чье стадо пасете?

- Змея Горыныча.

- Сказывайте, что это стадо Кузьмы Скоробогатого, а то едут царь

Огонь и царица Молоньица: коли не скажете им, что это стадо Кузьмы Ско-

робогатого, они вас всех и с овцами-то сожгут и спалят!

Пастухи видят, что дело неминучее, и обещали сказывать про Кузьму

Скоробогатого, как лиса научила. А лиса пустилась вперед. Видит - другие

пастухи стерегут коров.

- Пастухи, пастухи! Чье стадо пасете?

- Змея Горыныча.

- Сказывайте, что это стадо Кузьмы Скоробогатого, а то едут царь

Огонь и царица Молоньица: они вас всех с коровами сожгут и спалят, коли

станете поминать Змея Горыныча!

Пастухи согласились. Лиса опять побежала вперед. Добегает до конского

табуна Змея Горыныча, велит пастухам сказывать, что это табун Кузьмы

Скоробогатого.

- А то едут царь Огонь да царица Молоньица: они всех вас с конями

сожгут и спалят!

И эти пастухи согласились. Лиса бежит вперед. Прибегает к Змею Горы-

нычу прямо в белокаменные палаты:

- Здравствуй, Змей Горыныч!

- Что скажешь, лисанька?

- Ну, Змей Горыныч, теперь тебе надо скоро-наскоро прятаться. Едет

грозный царь Огонь да царица Молоньица, все жгут и палят. Стада твои с

пастухами прижгли и спалили. Я не стала мешкать - пустилась к тебе ска-

зать, что сама чуть от дыма не задохлась. Змей Горыныч закручинился:

- Ах, лисанька, куда же я подеваюсь?

- Есть в твоем саду старый заповедный дуб, середина вся повыгнила;

беги, схоронись в дупле пока царь Огонь с царицей Молоньицей мимо не

проедут. Змей Горыныч со страху спрятался в это дупло, как лиса научила.

Кузьма Скоробогатый едет себе да едет с царем да с женой-царевнои.

Доезжают они до овечьего стада. Царевна спрашивает:

- Пастушки, чье стадо пасете?

- Кузьмы Скоробогатого. Царь тому и рад:

- Ну, любезный зять, много же у тебя овец!

Едут дальше, доезжают до коровьего стада.

- Пастушки, чье стадо пасете?

- Кузьмы Скоробогатого.

- Ну, любезный зять, много же у тебя коров!

Едут они дальше; пастухи лошадей пасут.

- Чей табун?

- Кузьмы Скоробогатого.

- Ну, любезный зятюшка, много же у тебя коней!

Вот приехали ко дворцу Змея Горыныча.

Лиса встречает гостей, низко кланяется, вводит их в палаты белокамен-

ные, сажает их за столы дубовые, за скатерти браные...

Стали они пировать, пить-есть и веселиться. Пируют день, пируют дру-

гой, пируют они неделю. Лиса и говорит Кузьме:

- Ну, Кузьма! Перестань гулять - надо дело исправлять. Ступай с царем

в зеленый сад; в том саду стоит старый дуб, а в том дубе сидит Змей Го-

рыныч, он от вас спрятался. Расстреляй дуб на мелкие части. Кузьма пошел

с царем в зеленый сад. Увидели они старый заповедный дуб, и стали они в

тот дуб стрелять. Тут Змею Горынычу и смерть пришла. Кузьма Скоробогатый

стал жить-поживать с женой-царевной в палатах белокаменных и лисаньку

всякий день угощать курочкой.

ВОЛШЕБНЫЕ ЯГОДЫ

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь да царев-

на. И росла у них дочь-красавица. Отец с матерью в ней души не чаяли,

холили и берегли царевну пуще глаза.

Как-то раз пришло в тот город чужеземное судно. Сбежался народ на

пристань. Хозяин судна, торговый гость, показывает разные редкости и ди-

ковинки, каких никто еще не видывал.

Докатилась молва и до царевнина терема. Захотелось царевне взглянуть

на заморские диковины. Стала она просить родителей - Отпустите меня пог-

лядеть на заморский корабль!

Царь с царицей ее отпустили, мамкам да нянькам строго-настрого прика-

зали:

- Берегите царевну! Если кто обиду нанесет - вы в ответе.



Отправилась царевна с мамками-няньками. Пришли на пристань,а

навстречу спешит сам чужеземный купец и говорит:

- Прекрасная царевна, зайди на корабль! Там у меня кот-баюн, он песни

поет и сказки рассказывает, там гусли-самогуды и скатерть-самобранка.

Этих редкостей я никому не показывал - для тебя берег!

Хочется царевне пойти и боязно вместе с тем:

- Ну, как что неладное выйдет?". А купец неотступно зовет:

- Что по нраву придет, все велю во дворец отнести в подарок тебе!

Не удержалась царевна и велела мамкам-нянькам на пристани ждать, а

сама с торговым гостем поднялась на палубу. Привел ее хозяин в богатую

каюту:

- Посиди тут, прекрасная царевна, а я пойду диковины принесу.



Вышел на палубу, запер дверь крепко-накрепко и дал команду:

- Отдать концы!

А на корабле этого приказа только ждали. Быстро подняли паруса - и

побежало судно в море. Мамки-няньки крик-вопль подняли, мечутся по прис-

тани, плачут, а судно все дальше и дальше уходит. Дали знать во дворец.

Прибежали царь с царицей, а судно уж из виду скрылось. Что тут делать?

Царевна убивается, а царь приказал мамок-нянек под стражу взять. Потом

велел клич кликнуть:

- Кто отыщет царевну, того женю на ней и при жизни полцарства отпишу,

а после моей смерти все царство зятю достанется!

Охотников много сыскалось. По всему белу свету царевну искали, нигде

не нашли.

В ту пору служил в солдатах Иван, крестьянский сын. Пришел ему черед

в караул идти, царский заповедный сад стеречь. Стоит солдат под деревом,

не спит. В самую полночь прилетели два ворона, сели на то дерево, где

солдат стоял, и заговорили по-человечески. Один ворон промолвил:

- У здешнего царя единственная дочь потерялась. Три года искали - не

нашли.


Другой в ответ:

- Ну, это дело нехитрое! Коли ехать прямо по морю на полдень, попа-

дешь в царство Немал-Человека. От похитил царевну и держит у себя. Хочет

выдать замуж за своего племянника, Змея Горыныча. Найти царевну легко,

да живому оттуда не выбраться. Никому еще не удавалось одолеть Немал-Че-

1   ...   20   21   22   23   24   25   26   27   ...   35

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Русские народные сказки