страница28/35
Дата14.01.2018
Размер6.16 Mb.
ТипСказка

Русские народные сказки


1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   35

казаку полны мешки золота и жемчугу.

Говорит добрый молодец:

- Не надо мне ни злата, ни жемчугу; дай мне на память тот бочоночек,

что в подвале стоит.

- Многого хочешь, брат! Ну, да делать нечего: дочь мне всего дороже!

За нее и бочонка не жаль. Бери.

Казак взял королевский подарок и отправился по белу свету странство-

вать.

Ехал, ехал, попадается ему навстречу древний старичок. Просит старик:



- Накорми меня, добрый молодец!

Казак соскочил с лошади, отвязал бочонок, покатил его вправо - в ту ж

минуту чудный дворец явился. Взошли они оба в расписные палаты и сели за

накрытый стол.

- Эй, слуги мои верные! - закричал казак. - Накормите-напоите моего

гостя.


Не успел вымолвить - несут слуги целого быка и три котла питья. Начал

старик есть да похваливать; съел целого быка, выпил три котла, крякнул и

говорит:

- Маловато, да делать нечего! Спасибо за хлеб и за соль.

Вышли из дворца; казак покатил свой бочонок в левую сторону - и двор-

ца как не бывало.

- Давай поменяемся, - говорит старик казаку, - я тебе меч отдам, а ты

мне бочонок.

- А что толку в мече?

- Да ведь это меч-саморуб: только стоит махнуть - хоть какая будь си-

ла несметная, всю побьет! Вот видишь - лес растет; хочешь, пробу сделаю?

Тут старик вынул свой меч, махнул им и говорит:

- Ступай, меч-саморуб, поруби дремучий лес!

Меч полетел и ну деревья рубить да в сажени класть; порубил и назад к

хозяину воротился. Казак не стал долго раздумывать, отдал старику бочо-

нок, а себе взял меч-саморуб, сел на коня и вздумал к королю вернуться.

А под стольный город того короля подошел сильный неприятель; казак уви-

дал рать-силу несметную, махнул на нее мечом:

- Меч-саморуб! Сослужи-ка службу: поруби войско вражее.

Полетели головы... И часу не прошло, как вражьей силы не стало.

Король выехал казаку навстречу, обнял его, поцеловал и тут же решил

выдать за него замуж прекрасную королевну.

Свадьба была богатая; на той свадьбе и я был, мед пил, по усам текло,

во рту не было.

ВО ЛБУ СОЛНЦЕ, НА ЗАТЫЛКЕ МЕСЯЦ, ПО БОКАМ ЗВЕЗДЫ

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, у него был

сын Иван-царевич - и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об

нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему же-

ланье поглядеть на белый свет; берет он у царя-отца благословенье и поз-

воленье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.

Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец

подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сест-

рицы-красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:

- Если б на мне женился Иван-царевич, я б ему напряла на рубашку тон-

кую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.

Иван-царевич стал прислушиваться.

- А если б меня взял, - сказала средняя, - я б выткала ему кафтан из

серебра, из золота, и сиял бы он как Жар-птица.

- А я ни прясть, ни ткать не умею, - говорила меньшая, - а если бы он

меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солн-

це, а на затылке месяц, по бокам звезды.

Иван-царевич все слышал, все запомнил - вернулся к отцу и стал про-

сить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван-царевич на

меньшей сестре и стал с нею жить-поживать душа в душу; а старшие сестры

стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить.

Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана-царевича родился сын - а

он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с

звездами по бокам, - подали ему просто-напросто котенка. Сильно Иван-ца-

ревич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.

Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее

настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.

Иван-царевич заболел с горя-печали: очень ему хотелось поглядеть на

хорошее детище. Начал ожидать третьего.

В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца.

Иван-царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.

Собралися, съехались люди старшие - нет числа! Судят-рядят, придумы-

вают-пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.

- Нет, - сказал главный судья, - слушайте меня или нет, а моя вот

речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море;

виновата - потонет, права - выплывет.

Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили

в море.


А Иван-царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей

его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.

Там мальчики росли-подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а

она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот

подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и

говорит:


- Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!

Бочка остановилась.

- Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула!

Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на

берег.

- Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не ви-



дишь ни солнца, ни неба, ни травки-муравки. По моему прошенью, когда б

здесь явилась банька!

Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи

затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он венчик и стал теплою во-

дою промывать больные глаза матери.

- По моему прошенью, когда б матушка проглянула!

- Сынок! Я "вижу, вижу, глаза открылись!

- По моему прошенью, когда б, сударыня матушка, твоего батюшки дворец

да к нам перешел и с садом и с твоими детками.

Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на ве-

точках птички поют, посреди беседка стоит, а в беседке три братца живут.

Мальчик-подкидышек побежал к ним. Вошел, видит - накрыт стол, на столе

три прибора. Возвратился он поскорее домой и говорит:

- Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем мо-

локе.

Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а



сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?

Вдруг комната осветилась - вошли три брата с солнцем, с месяцем, с

звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.

- Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам

об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе при-

няли. Мальчик вышел и повел их к матери. Тут они обнимались, целовались

и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить. Один

раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хле-

бом-солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ива-

на-царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:

- Нищие старцы! Где вы были-побывали, что видали-повидали?

- А мы там были-побывали, то видали-повидали: где прежде был мох да

болото, пень да колода, там теперь дворец - ни в сказке сказать, ни пе-

ром написать, там сад - во всем царстве не сыскать, там люди - в белом

свете не видать! Там мы были-побывали, три родных братца нас угощали: во

лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ни-

ми и любуется на них мать-царевна прекрасная. Выслушал Иван-царевич и

задумался... кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный

меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене "Про-

щай!", полетел во дворец - что ни в сказке сказать, ни пером написать.

Очутился там, глянул на детей, глянул на жену - узнал, и душа его

просветлела!

В это время я там была, мед пила, все видела, всем было весело,

горько только одной старшей сестре.

ИВАН-ЦАРЕВИЧ И БЕЛЫЙ ПОЛЯНИН

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь; у этого

царя было три дочери и один сын, Иван-царевич. Царь состарился и помер,

а корону принял Иван-царевич.

Как узнали про то соседние короли, сейчас собрали несчетные войска и

пошли на него войною. Иван-царевич не знает, как ему быть; приходит к

своим сестрам и спрашивает:

- Любезные мои сестрицы! Что мне делать? Все короли поднялись на меня

войною.

- Ах ты, храбрый воин! Чего убоялся? Как же Белый Полянин воюет с ба-



бой-ягою - золотой ногою, тридцать лет с коня не слезает, роздыху не

знает? А ты, ничего не видя, испугался!

Иван-царевич тотчас оседлал своего доброго коня, надел сбрую ратную,

взял меч-кладенец, копье долгомерное и плетку шелковую и выехал против

неприятеля. Не ясен сокол налетает на стадо гусей, лебедей и на серых

утиц - нападает Иван-царевич на войско вражее; не столько мечом бьет,

сколько конем топчет; перебил все воинство вражее, воротился в город,

лег спать и спал трое суток беспробудным сном. - На четвертые сутки

проснулся, вышел на балкон, глянул в чистое поле - короли больше того

войск собрали и опять под самые стены подступили.

Запечалился царевич, идет к своим сестрам:

- Ах, сестрицы! Что мне делать? Одну силу истребил, другая под горо-

дом стоит, пуще прежнего грозит.

- Какой же ты воин! Сутки воевал да трое суток без просыпа спал. Как

же Белый Полянин воюет с бабой-ягою - золотой ногою, тридцать лет с коня

не слезает, роздыху не знает?

Иван-царевич побежал в белокаменные конюшни, оседлал доброго коня бо-

гатырского, надел сбрую ратную, опоясал меч-кладенец, в одну руку взял

копье долгомерное, в другую - плетку шелковую и выехал против неприяте-

ля.


Не ясен сокол налетает на стадо гусей, лебедей и на серых утиц - на-

падает Иван-царевич на войско вражее; не столько сам бьет, сколько конь

его топчет. Побил рать-силу великую, воротился домой, лег спать и спал

непробудным сном шесть суток.

На седьмые сутки проснулся, вышел на балкон, глянул в чистое поле -

короли больше того войск собрали и опять весь город обступили.

Идет Иван-царевич к сестрам:

- Любезные мои сестрицы! Что мне делать? Две силы истребил, третья

под стенами стоит, еще пуще грозит.

- Ах ты, храбрый воин! Одни сутки воевал да шестеро без просыпа спал.

Как же Белый Полянин воюет с бабой-ягою - золотой ногою, тридцать лет с

коня не слезает, роздыху не знает?

Горько показалось то царевичу; побежал он в белокаменные конюшни,

оседлал своего доброго коня богатырского, надел сбрую ратную, опоясал

меч-кладенец, в одну руку взял копье долгомерное, в другую - плетку шел-

ковую и выехал против неприятеля.

Не ясен сокол налетает на стадо гусей, лебедей и на серых утиц - на-

падает Иван-царевич на войско вражее; не столько сам бьет, сколько конь

его топчет. Побил рать-силу великую, воротился домой, лег спать и спал

непробудным сном девять суток.

На десятые сутки проснулся, призвал всех министров и сенаторов:

- Господа мои министры и сенаторы! Вздумал я в чужие страны ехать, на

Белого Полянина посмотреть; прошу вас судить и рядить, все дела разби-

рать по правде.

Затем попрощался с сестрами, сел на коня и поехал в путь-дорогу.

Долго ли, коротко ли - заехал он в темный лес; видит - избушка стоит,

а в той избушке стар человек живет. Иван-царевич зашел к нему:

- Здравствуй, дедушка!

- Здравствуй, русский царевич! Куда идешь?

- Ищу Белого Полянина, не знаешь ли, где он?

- Сам не ведаю, а вот подожди, соберу своих верных слуг и спрошу у

них.


Старик выступил на крылечко, заиграл в серебряную трубу - и вдруг на-

чали к нему со всех сторон птицы слетаться. Налетело их видимо-невидимо,

черной тучею все небо покрыли.

Крикнул стар человек громким голосом, свистнул молодецким посвистом:

- Слуги мои верные, птицы перелетные! Не видали ль, не слыхали ль че-

го про Белого Полянина?

- Нет, видом не видали, слыхом не слыхали!

- Ну, Иван-царевич, - говорит стар человек, - ступай теперь к моему

старшему брату - может, он тебе скажет. На, возьми клубочек, пусти перед

собою: куда клубочек покатится, туда и коня направляй. Иван-царевич сел

на своего доброго коня, покатил клубочек и поехал вслед за ним, а лес

все темней да темней.

Приезжает царевич к избушке, входит в двери; в избушке старик сидит -

седой как лунь.

- Здравствуй, дедушка!

- Здравствуй, русский царевич! Куда путь держишь?

- Ищу Белого Полянина, не знаешь ли, где он?

- А вот погоди, соберу своих верных слуг и спрошу у них.

Старик выступил на крылечко, заиграл в серебряную трубу - и вдруг

собрались к нему со всех сторон разные звери. Крикнул им громким голо-

сом, свистнул молодецким посвистом:

- Слуги мои верные, звери порыскучие! Не видали ль, не слыхали ль че-

го про Белого Полянина?

- Нет, - отвечают звери, - видом не видали, слыхом не слыхали.

- А ну, рассчитайтесь промеж себя: может, не все пришли.

Звери рассчитались - нет кривой волчицы. Старик послал искать ее;

тотчас побежали гонцы и привели ее.

- Сказывай, кривая волчица, не знаешь ли ты Белого Полянина?

- Как мне его не знать, коли я при нем завсегда живу: он войска поби-

вает, а я мертвым трупом питаюсь.

- Где же он теперь?

- В чистом поле на большом кургане, в шатре спит. Воевал он с ба-

бою-ягою - золотой ногою, а после бою залег на двенадцать суток спать.

- Проводи туда Ивана-царевича. Волчица побежала, а вслед за нею пос-

какал царевич.

Приезжает он к большому кургану, входит в шатер - Белый Полянин креп-

ким сном почивает.

"Вот сестры мои говорили, что Белый Полянин без роздыху воюет, а он

на двенадцать суток спать залег! Не заснуть ли и мне пока?" Подумал-по-

думал Иванцаревич и лег с ним рядом.

Тут прилетела в шатер малая птичка, вьется у самого изголовья и гово-

рит таковые слова:

- Встань-пробудись, Белый Полянин, и предай злой смерти Ивана-цареви-

ча: не то встанет - сам тебя убьет!

Иван-царевич вскочил, выгнал птичку из шатра и опять лег возле Белого

Полянина. Не успел заснуть, как прилетает другая птичка, вьется у изго-

ловья и говорит:

- Встань-пробудись, Белый Полянин, и предай злой смерти Ивана-цареви-

ча: не то встанет - сам тебя убьет!

Иван-царевич вскочил, выгнал птичку из шатра и опять лег на то же

место. Вслед за тем прилетает третья птичка, вьется у изголовья и гово-

рит:


- Встань-пробудись, Белый Полянин, и предай злой смерти Ивана-цареви-

ча: не то встанет - сам тебя убьет!

Иван-царевич вскочил, выгнал птичку из шатра вон, а сам лег и крепко

заснул.


Пришла пора - пробудился Белый Полянин, смотрит - рядом с ним незнамо

какой богатырь лежит; схватился за острый меч и хотел было предать его

злой смерти, да удержался вовремя. "Нет, - думает, - он наехал на меня

на сонного, а меча не хотел кровавить; не честь, не хвала и мне, доброму

молодцу, загубить его! Сонный что мертвый! Лучше разбужу его". Разбудил

Ивана-царевича и спрашивает:

- Добрый ли, худой ли человек? Говори, как тебя по имени зовут и за-

чем сюда заехал?

- Зовут меня Иваном-царевичем, а приехал на тебя посмотреть, твоей

силы попытать.

- Больно смел ты, царевич! Без спросу в шатер вошел, выспался, можно

тебя за то смерти предать!

- Эх, Белый Полянин! Не перескочил через ров, да хвастаешь; подожди -

может, спотыкнешься! У тебя две руки, да и меня мать не с одной родила.

Сели они на своих богатырских коней, съехались и ударились, да так

сильно, что их копья вдребезги разлетелись, а добрые кони на колени по-

падали. Иван-царевич вышиб из седла Белого Полянина и занес над ним ост-

рый меч. Взмолился ему Белый Полянин:

- Не дай смерти, дай мне живот [41]! Назовусь твоим меньшим братом,

вместо отца почитать буду. Иван-царевич взял его за руку, поднял с зем-

ли, поцеловал в уста и назвал своим меньшим братом.

- Слышал я, брат, что ты тридцать лет с бабойягою - золотою ногою во-

юешь. За что у вас война?

- Есть у нее полонянка-красавица, хочу добыть да жениться.

- Ну, - сказал царевич, - коли дружбу водить, так в беде помогать!

Поедем воевать вместе.

Сели на коней, выехали в чистое поле; баба-яга - золотая нога выста-

вила рать-силу несметную. То не ясные соколы налетают на стадо голубиное

- напускаются сильномогучие богатыри на войско вражее! Не столько мечами

рубят, сколько конями топчут; прирубили, притоптали целые тысячи.

Баба-яга наутек бросилась, а Иван-царевич за ней вдогонку. Совсем бы-

ло нагонять стал - как вдруг прибежала она к глубокой пропасти, подняла

чугунную доску и скрылась под землею.

Иван-царевич и Белый Полянин накупили быков многое множество, начали

их бить, кожи снимать да ремни резать; из тех ремней канат свили - да

такой длинный, что один конец здесь, а другой на тот свет достанет.

Говорит царевич Белому Полянину:

- Опускай меня скорей в пропасть, да назад каната не вытаскивай, а

жди: как я за канат дерну, тогда и тащи!

Белый Полянин опустил его в пропасть на самое дно. Иван-царевич ос-

мотрелся кругом и пошел искать бабу-ягу.

Шел, шел, смотрит - за решеткой портные сидят.

- Что вы делаете?

- А вот что, Иван-царевич: сидим да войско шьем для бабы-яги - золо-

той ноги.

- Как же вы шьете?

- Известно как: что кольнешь иглою, то и казак с пикою, на лошадь са-

дится, в строй становится и идет войной на Белого Полянина.

- Эх, братцы! Скоро вы делаете, да не крепко; становитесь-ка в ряд, я

вас научу, как крепче шить. Они тотчас выстроились в один ряд, а

Иван-царевич как махнет мечом, так и полетели головы. Побил портных и

пошел дальше.

Шел, шел, смотрит - за решеткою сапожники сидят.

- Что вы тут делаете?

- Сидим войско готовим для бабы-яги - золотой ноги.

- Как же вы, братцы, войско готовите?

- А вот как: что шилом кольнем, то и солдат с ружьем, на коня садит-

ся, в строй становится и идет войной на Белого Полянина.

- Эх, ребята! Скоро вы делаете, да не споро. Становитесь-ка в ряд, я

вас получше научу.

Вот они стали в ряд. Иван-царевич махнул мечом, и полетели головы.

Побил сапожников - и опять в дорогу.

Долго ли, коротко ли - добрался он до большого города; в том городе

царские терема выстроены, в тех теремах сидит девица красоты неописан-

ной. Увидала она в окно добра молодца, зазвала к себе, расспросила, куда

и зачем идет.

Он ей сказал, что ищет бабу-ягу - золотую ногу.

- Ах, Иван-царевич, ведь это меня ищет Белый Полянин, а баба-яга те-

перь спит непробудным сном, залегла на двенадцать суток.

Иван-царевич пошел к бабе-яге - золотой ноге, застал ее сонную, уда-

рил мечом и отрубил ей голову. Голова покатилась и промолвила:

- Бей еще, Иван-царевич!

- Богатырский удар и один хорош! - отвечал царевич, воротился в тере-

ма к красной девице, сел с ней за столы дубовые, за скатерти браные. На-

елся-напился и стал ее спрашивать:

- Есть ли в свете краше тебя?

- Ах, Иван-царевич! Что я за красавица! Вот как за тридевять земель,

в тридесятом царстве живет у царя-змея королевна, так та подлинно красо-

та несказанная.

Иван-царевич взял красную девицу за белую руку, привел к тому месту,

где канат висел, и подал знак Белому Полянину. Тот ухватился за канат и

давай тянуть; тянул, тянул и вытащил царевича с красной девицей.

- Здравствуй, Белый Полянин, - сказал Иван-царевич, - вот тебе невес-

та, живи, веселись, ни о чем не крушись! А я в змеиное царство поеду.

Сел на своего богатырского коня, попрощался с Белым Полянином и его

невестою и поскакал за тридевять земель.

Долго ли, коротко ли, низко ли, высоко ли - скоро сказка сказывается,

да не скоро дело делается - приехал он в царство змеиное, убил ца-

ря-змея, освободил из неволи прекрасную королевну и женился на ней; пос-

ле того воротился домой и стал с молодой женою жить-поживать да добра

наживать.

БУЛАТ-МОЛОДЕЦ

Жил-был царь, у него был один сын. Когда царевич был мал, то мамки и

няньки его прибаюкивали:

- Баю-баю, Иван-царевич! Вырастешь большой, найдешь себе невесту: за

тридевять земель, в тридесятом государстве сидит в башне Василиса Кир-

битьевна - из косточки в косточку мозжечок переливается. Минуло царевичу

пятнадцать лет, стал у отца проситься поехать поискать свою невесту.

- Куда ты поедешь? Ты еще слишком мал!

- Нет, батюшка! Когда я мал был, мамки и няньки меня прибаюкивали и

сказывали, где живет моя невеста; а теперь я поеду ее разыскивать.

Отец благословил его и дал знать по всем государствам, что сын его

Иван-царевич поехал за невестою. Вот приезжает царевич в один город, от-

дал убрать свою лошадь, а сам пошел по улицам погулять. Идет и видит -

на площади человека кнутом наказывают.

- За что, - спрашивает, - вы его кнутом бьете?

- А за то, - говорят, - что задолжал он одному именитому купцу десять

тысяч да в срок не выплатил; а кто его выкупит, у того Кощей Бессмертный

жену унесет.

- Вот царевич подумал-подумал и прочь пошел. Подгулял по городу, вы-

ходит опять на площадь, а того человека все бьют; жалко стало Ивану-ца-

ревичу, и решился он его выкупить. "У меня, - думает, - жены нету; от-

нять у меня некого".

Заплатил десять тысяч и пошел домой; вдруг бежит за ним тот самый че-

ловек, которого он выкупил, и кричит ему:

- Спасибо, Иван-царевич! Если б ты меня не выкупил, ввек бы не достал

своей невесты. А теперь я помогу; купи мне скорее лошадь и седло!

Царевич купил ему и лошадь и седло и спрашивает:

- А как твое имя?

- Меня зовут Булат-молодец. Сели они на коней и поехали в путь-доро-

гу; как только приехали в тридесятое государство, говорит Булат-молодец:

- Ну, Иван-царевич, прикажи купить да нажарить кур, уток, гусей -

чтоб всего было довольно! А я пойду твою невесту доставать. Да смотри:

всякий раз, как я забегу к тебе, ты режь у любой птицы правое крылышко и

подавай на тарелочке.

Пошел Булат-молодец прямо к высокой башне, где сидела Василиса Кир-

битьевна; бросил полегоньку камушком и сломил у башни золоченый верх.

Прибегает к Ивану-царевичу, говорит ему:

- Что ты спишь? Подавай курицу.

Тот отрезал правое крылышко и подал на тарелочке. Булат-молодец взял

тарелочку, побежал к башне и закричал:

- Здравствуйте, Василиса Кирбитьевна! Иван-царевич приказал кланяться

и просил меня отдать вам эту курочку.

Она испугалась, сидит - ничего не говорит; а он сам за нее отвечает:

- Здравствуй, Булат-молодец! Здоров ли Иван-царевич? - Слава Богу

здоров!..

Прибегает Булат-молодец к Ивану-царевичу.

- Что сидишь? - говорит. - Подавай утку. Тот отрезал правое крылышко,

подал на тарелочке. Булат взял тарелочку и понес к башне.

1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   35

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Русские народные сказки