страница5/35
Дата14.01.2018
Размер6.16 Mb.
ТипСказка

Русские народные сказки


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35

временем вырвался и пошел версты отсчитывать.

Бросилась дочь к отцу.

- Батюшка, - говорит, - прости! Конь убежал!

Колдун хлопнулся о сырую землю, сделался серым волком и пустился в

погоню: вот близко, вот нагонит... Конь прибежал к реке, ударился оземь,

оборотился ершом - и бултых в воду, а волк за ним щукою... Ерш бежал,

бежал водою, добрался к плотам, где красные девицы белье моют, переки-

нулся золотым кольцом и подкатился купеческой дочери под ноги. Купечес-

кая дочь подхватила колечко и спрятала. А колдун сделался по-прежнему

человеком.

- Отдай, - пристает к ней, - мое золотое кольцо.

- Бери! - говорит девица и бросила кольцо наземь. Как ударилось оно,

в ту же минуту рассыпалось мелкими зернами. Колдун обернулся петухом и

бросился клевать; пока клевал, одно зерно обернулось ястребом, и плохо

пришлось петуху: задрал его ястреб. Тем сказке конец, а мне меду корец.

ВЕЩИЙ МАЛЬЧИК

Жили-были мужик да баба, и стало им по ночам чудиться, будто под печ-

кою огонь горит и кто-то стонет: "Ой, душно! Ой, душно!"

Мужик рассказал про то соседям, а соседи присоветовали ему сходить в

ближний город: там-де живет купец Асон, мастер разгадывать всякий сон.

Вот мужик собрался и пошел в город; шел, шел и остановился на дороге пе-

реночевать у одной бедной вдовы. У вдовы был сын - мальчишка лет пяти;

глянул тот мальчик на мужика и говорит:

- Старичок! Я знаю, куда ты идешь.

- А куда?

- К богатому купцу Асону. Смотри же, станет он тебе сон разгадывать и

попросит половину того, что лежит под печкою, ты ему половины не давай,

давай одну четверть. А коли спросит, кто тебя научил, про меня не сказы-

вай.

На другой день поутру встал мужик и отправился дальше; приходит в го-



род, разыскал Асонов двор и явился к хозяину.

- Что тебе надобно?

- Да вот, господин купец, чудится мне по ночам, будто в моей избушке

под печкою огонь горит и кто-то жалобно стонет: "Ой, душно! Ой, душно!"

Нельзя ли разгадать мой сон?

- Разгадать-то можно, только дашь ли ты мне половину того, что у тебя

под печкою?

- Нет, половины не дам; будет с тебя и четверти. Купец заспорил, да

видит, что мужик стоит на своем крепко, и согласился; призвал рабочих с

топорами, с лопатами и поехал вместе с ними к старику в дом. Приехал и

велел ломать печь; как только печь была сломана, половицы подняты, сей-

час и оказалась глубокая ямища - в косую сажень [7] будет, и вся-то за-

бита серебром да золотом.

Старик обрадовался и принялся делить тот клад на четыре части. А ку-

пец и давай его выспрашивать:

- Кто тебя научил, старичок, давать мне четверть, а не давать полови-

ны?

- Никто не научил, самому в голову пришло.



- Врешь! Не с твоим умом догадаться. Слушай: коли признаешься, кто

тебя научил, так все деньги твои будут, не возьму с тебя и четвертой до-

ли. Мужик подумал-подумал, почесал в затылке и сказал:

- А вот как поедешь домой, увидишь на дороге избушку; в той избушке

живет бедная вдова, и есть у нее сын-малолеток - он самый и научил меня.

Купец тотчас в повозку и погнал лошадей скорой рысью.

Приехал к бедной вдове.

- Позволь, - говорит, - отдохнуть маленько да чайку испить.

- Милости просим!

А сам уселся на лавку, начал чай распивать, а сам все на мальчика

поглядывает. На ту пору прибежал в избу петух, захлопал крыльями и зак-

ричал: "Кукуреку!"

- Экой голосистый какой! - сказал купец. - Хотел бы я знать, про что

ты горланишь?

- Пожалуй, я тебе скажу, - промолвил мальчик. - Петух вещует, что

придет время - будешь ты в бедности, а я стану владеть твоими богатства-

ми. Напился купец чаю, стал собираться домой и говорит вдове:

- Отдай мне своего сынишку; будет он жить у меня на всем готовом, в

довольстве, в счастии и не узнает, что такое бедность. Да и тебе лучше -

лишняя обуза с рук долой!

Мать подумала, что и в самом деле у купцов жизнь привольнее, благос-

ловила сына и отдала его Асону с рук на руки.

Асон привез мальчика в свой дом и велел идти на кухню; потом позвал

повара и отдал ему такой приказ: убей этого мальчика. Повар воротился на

кухню, взял нож и принялся на бруске точить.

Мальчик залился слезами:

- Дядюшка! Для чего ты нож точишь?

- Хочу барашка колоть.

- Неправда твоя! Ты хочешь меня резать. У повара и нож из рук выва-

лился, жалко ему стало загубить душу человеческую.

- Рад бы, - говорит, - отпустить тебя, да боюсь хозяина.

- Не бойся!

Повар так и сделал - мальчика у себя спрятал. Месяца через два, через

три приснился тамошнему королю такой сон: будто есть у него во дворце

три золотые блюда, прибежали псы и начали из тех блюд лакать.

Задумался король: что такое тот сон значил? Кого ни спрашивал, никто

ему не мог рассудить. Вот и вздумал он послать за Асоном; рассказал ему

свой сон и велел разгадывать, а сроку положил три дня.

- Если в тот срок не отгадаешь, то все твое имение на себя возьму.

Воротился Асон от короля сам не свой; ходит пасмурный да сердитый,

кого ни встретит - всякому затрещину дает; а пуще всех на повара напус-

тился: зачем-де мальчишку со свету сжил? Он бы теперь пригодился мне. На

те речи повар возьми да признайся, что мальчик-то живехонек. Асон тотчас

потребовал его к себе.

- А ну, - говорит, - отгадай мой сон; снилось мне нынешней ночью,

будто есть у меня три золотые блюда и будто из тех блюд псы лакали.

Отвечает ему мальчик:

- Это не тебе снилося, это снилося государю.

- Угадал, молодец! А что значит этот сон?

- Знать-то знаю, да тебе не скажу; вези меня к королю, перед ним ни-

чего не скрою.

Асон приказал заложить коляску, мальчика на запятки поставил и поехал

во дворец; подкатил к высокому крыльцу, вошел в белокаменные палаты и

отдал королю поклон.

- Здравствуй, Асон! Отгадал ли мой сон? - спрашивает король.

- Эх, государь! Твой сон не больно мудрен; не то что я, его малый ре-

бенок рассудить может. Коли хочешь, позови моего мальчика, он тебе все

как по-писаному расскажет.

Король приказал привести мальчика и, как только привели его во дво-

рец, начал про свой сон выспрашивать.

Отвечал мальчик:

- Пусть-ка наперед Асон рассудит, а то вишь он какой! Ничего не ве-

дая, чужим разумом жить хочет.

- Ну, Асон, говори ты прежде. Асон упал на колени и признался, что не

может отгадать королевского сна. Тогда выступил мальчик и сказал королю:

- Государь! Сон твой правдивый: есть у тебя три неверных слуги: хра-

нитель печати, казначей и главный вельможа, задумали они тебя власти ли-

шить. Так оно и было.

Как сказал пятилеток, так и случилося: король отобрал у Асона все его

имение и отдал тому мальчику.

КЛАД

В некоем царстве жил-был старик со старухою в великой бедности. Ни



много, ни мало прошло времени - померла старуха. На дворе зима стояла

лютая, морозная.

Пошел старик по соседям да по знакомым, просит, чтоб пособили ему вы-

рыть для старухи могилу: только и соседи и знакомые, знаючи его великую

бедность, все начисто отказали. Пошел старик к попу, а у них на селе был

поп куды жадный, несовестливый.

- Потрудись, - говорит, - батюшка, старуху похоронить.

- А есть ли у тебя деньги, чем за похороны заплатить? Давай, свет,

вперед!

- Перед тобой нечего греха таить: нет у меня в доме ни единой копей-



ки! Обожди маленько, заработаю - с лихвой заплачу, право слово - запла-

чу!


Поп не захотел и речей стариковых слушать:

- Коли нет денег, не смей и ходить сюда! "Что делать, - думает ста-

рик, - пойду на кладбище, вырою кое-как могилу и похороню сам старуху".

Вот он захватил топор да лопату и пошел на кладбище; пришел и зачал мо-

гилу готовить: срубил сверху мерзлую землю топором, а там и за лопату

взялся, копал-копал и выкопал котелок, глянул - а он полнехонько червон-

цами насыпан, как жар блестят! Крепко старик возрадовался: "Слава тебе

Господи! Будет на что и похоронить и помянуть старуху".

Не стал больше могилу рыть, взял котелок с золотом и понес домой.

Ну, с деньгами знамое дело - все пошло как по маслу! Тотчас нашлись

добрые люди: и могилу вырыли и гроб смастерили; старик послал невестку

купить вина и кушаньев и закусок разных - всего, как должно быть на по-

минках, а сам взял червонец в руку и потащился опять к попу. Только в

двери, а поп на него:

- Сказано тебе толком, старый, чтоб без денег не приходил, а ты опять

лезешь!


- Не серчай, батюшка! - просит его старик. - Вот тебе золотой - похо-

рони мою старуху, век не забуду твоей милости!

Поп взял деньги и не знает, как старика принятьто, где посадить, ка-

кими речами умилить:

- Ну, старичок, будь в надеже, все будет сделано. Старик поклонился и

пошел домой, а поп с попадьею стал про него разговаривать:

- Вишь, старый черт! Говорят: беден, беден! А он золотой отвалил.

Много на своем веку схоронил я именитых покойников, а столько ни от кого

не получал... Собрался поп со всем причетом [8] и похоронил старуху как

следует.


После похорон просит его старик к себе помянуть покойницу. Вот пришли

в избу, сели за стол, и откуда что явилось - и вино-то, и кушанья, и за-

куски разные, всего вдоволь! Гость сидит, за троих обжирается, на чужое

добро зазирается.

Отобедали гости и стали по своим домам расходиться, вот и поп поднял-

ся. Пошел старик его провожать, и только вышли на двор - поп видит, что

со стороны никого больше нету, и начал старика допрашивать:

- Послушай, свет! Покайся мне, не оставляй на душе ни единого греха -

все равно как перед Богом, так и передо мною: отчего так скоро сумел ты

поправиться? Был ты мужик скудный, а теперь на поди, откуда что взялось!

Покайся-ка, свет! Чью загубил ты душу, кого обобрал?

- Что ты, батюшка! Истинною правдою признаюсь тебе: я не крал, не

грабил, не убивал никого; клад сам в руки дался!

И рассказал, как все дело было. Как услышал эти речи поп, ажно зат-

рясся от жадности; воротился домой, ничего не делает - и день и ночь ду-

мает: "Такой ледащий мужичишка, и получил этакую силу денег. Как бы те-

перь ухитриться да отжилить у него котелок с золотом?" Сказал про то по-

падье; стали вдвоем совет держать и присоветовали.

- Слушай, матка! Ведь у нас козел есть?

- Есть.


- Ну, ладно! Дождемся ночи и обработаем дело, как надо.

Вечером поздно притащил поп в избу козла, зарезал и содрал с него

шкуру - со всем, и с рогами и с бородой; тотчас натянул козлиную шкуру

на себя и говорит попадье:

- Бери, матка, иглу с ниткою; закрепи кругом шкуру, чтоб не свали-

лась.


Попадья взяла толстую иглу да суровую нитку и обшила его козлиною

шкурою.


Вот в самую глухую полночь пошел поп прямо к стариковой избе, подошел

под окно и ну стучать да царапаться. Старик услыхал шум, вскочил и спра-

шивает:

- Кто там?



- Черт!..

- Наше место свято! - завопил мужик и начал крест творить да молитвы

читать.

- Слушай, старик! - говорит поп. - От меня хоть молись, хоть крес-



тись, не избавишься; отдай-ка лучше мой котелок с деньгами; не то я с

тобой разделаюсь! Ишь, я над твоим горем сжалился, клад тебе показал -

думал: немного возьмешь на похороны, а ты все целиком и заграбил!

Глянул старик в окно - торчат козлиные рога с бородою: как есть не-

чистый! "Ну его совсем и с деньгами-то! - думает старик. - Наперед того

без денег жил, и опосля без них проживу!" Достал котелок с золотом, вы-

нес на улицу, бросил наземь, а сам в избу поскорее. Поп подхватил котел

с деньгами и припустил домой. Воротился.

- Ну, - говорит, - деньги в наших руках! На, матка, спрячь подальше

да бери острый нож, режь нитки да снимай с меня козлиную шкуру, пока

никто не видал.

Попадья взяла нож, стала было по шву нитки резать - как польется

кровь, как заорет он:

- Матка! Больно, не режь! Матка! Больно, не режь!

Начнет она пороть в ином месте - то же самое!

Кругом к телу приросла козлиная шкура. Уж чего они ни делали, чего ни

пробовали, и деньги старику назад отнесли - нет, ничего не помогло; так

и осталась на попе козлиная шкура. Знамо, Господь покарал за великую

жадность!

ПЕТУШОК - ЗОЛОТОЙ ГРЕБЕШОК И ЖЕРНОВЦЫ [9]

Жил да был себе старик со старухою, бедныебедные! Хлеба-то у них не

было; вот они поехали в лес, набрали желудей, привезли домой и начали

есть. Долго ли, коротко ли они ели, только старуха уронила один желудь в

подполье. Пустил желудь росток и в небольшое время дорос до полу. Стару-

ха заприметила и говорит:

- Старик! Надобно пол-то прорубить; пускай дуб растет выше; как вы-

растет, не станем в лес за желудями ездить, станем в избе рвать.

Старик прорубил пол; деревцо росло, росло и выросло до потолка. Ста-

рик разобрал и потолок, а после и крышу снял. Деревцо все растет да рас-

тет и доросло до самого неба. Не стало у старика со старухой желудей,

взял он мешок и полез на дуб.

Лез-лез и взобрался на небо. Ходил, ходил, по небу, увидал: сидит ко-

четок - золотой гребешок, масляна головка, и стоят жерновцы. Старик дол-

го не думал, захватил с собою и кочетка и жерновцы и спустился в избу.

Спустился и говорит:

- Как нам, старуха, быть, что нам есть? - Постой, - молвила старуха,

- я попробую жерновцы.

Взяла жерновцы и стала молоть; ан блин да пирог, блин да пирог! Что

ни повернет - все блин да пирог!.. И накормила старика. Ехал мимо ка-

кой-то боярин и заехал к старику со старушкой в хату.

- Нет ли, - спрашивает, - чего-нибудь поесть?

Старуха говорит:

- Чего тебе, родимый, дать поесть, разве блинков? Взяла жерновцы и

намолола: нападали блинки да пирожки. Приезжий поел и говорит:

- Продай мне, бабушка, твои жерновцы.

- Нет, - говорит старушка, - продать нельзя. Он взял да и украл у ней

жерновцы. Как увидали старик со старухою, что украдены жерновцы, стали

горе горевать.

- Постой, - говорит кочеток - золотой гребешок, - я полечу, догоню!

Прилетел он к боярским хоромам, сел на ворота и кричит:

- Кукареку! Боярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые! Бо-

ярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые!

Как услыхал боярин, сейчас приказывает:

- Эй, малый! Возьми, брось его в воду.

Поймали кочетка, бросили в колодезь; он и стал приговаривать:

- Носик, носик, пей воду! Ротик, ротик, пей воду!

- и выпил всю воду. Выпил всю воду и полетел к боярским хоромам;

уселся на балкон и опять кричит:

- Кукареку! Боярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые! Бо-

ярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые!

Боярин велел повару бросить его в горячую печь. Поймали кочетка, бро-

сили в горячую печь - прямо в огонь; он и стал приговаривать:

- Носик, носик, лей воду! Ротик, ротик, лей воду!

И залил весь жар в печи. Вспорхнул, влетел в боярскую горницу и опять

кричит:

- Кукареку! Боярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые! Бо-



ярин, боярин, отдай наши жерновцы золотые, голубые!

В то же самое время боярин гостей принимал. Гости услыхали, что кри-

чит кочеток и тотчас же побежали вон из дому. Хозяин бросился догонять

их а кочеток - золотой гребешок подхватил жерновцы и улетел с ними к

старику и старухе.

СЕМЬ СИМЕОНОВ

Жил-был старик со старухой. Пришел час: мужик помер. Остались у него

семь сыновейблизнецов, что по прозванию семь Симеонов. Вот они растут да

растут, все один в одного и лицом и статью, и каждое утро выходят пахать

землю все семеро.

Случилось так, что тою стороной ехал царь: видит с дороги, что далеко

в поле пашут землю как на барщине - так много народу! - а ему ведомо,

что в той стороне нет барской земли.

Вот посылает царь своего конюшего [10] узнать, что за люди такие па-

шут, какого роду и звания, барские или царские, дворовые ли какие, или

наемные?


Приходит к ним конюший, спрашивает:

- Что вы за люди такие есть, какого роду звания?

Отвечают ему:

- А мы такие люди, мать родила нас семь Симеонов, а пашем мы землю

отцову и дедину.

Воротился конюший и рассказал царю все, как слышал. Удивляется царь.

- Такого чуда не слыхивал я! - говорит он и тут же посылает сказать

семи Симеонам, что он ждет их к себе в терем на услуги и посылки.

Собрались все семеро и приходят в царские палаты, становятся в ряд.

- Ну, - говорит царь, - отвечайте: к какому мастерству кто способен,

какое ремесло знаете?

Выходит старший.

- Я, - говорит, - могу сковать железный столб саженей [11] в двадцать

вышиною.


- А я, - говорит второй, - могу установить его в землю.

- А я, - говорит третий, - могу взлезть на него и осмотреть кругом

далеко-далеко все, что по белому свету творится.

- А я, - говорит четвертый, - могу срубить корабль, что ходит по мо-

рю, как по суху.

- А я, - говорит пятый, - могу торговать разными товарами по чужим

землям.

- А я, - говорит шестой, - могу с кораблем, людьми и товарами нырнуть



в море, плавать под водою и вынырнуть где надо.

- А я - вор, - говорит седьмой, - могу добыть, что приглядится иль

полюбится.

- Такого ремесла я не терплю в своем царстве-государстве, - ответил

сердито царь последнему, седьмому Симеону, - и даю тебе три дни сроку

выбираться из моей земли куда тебе любо; а всем другим шестерым Симеонам

приказываю остаться здесь.

Пригорюнился седьмой Симеон: не знает, как ему быть и что делать.

А царю была по сердцу красавица царевна, что живет за горами, за мо-

рями. Вот бояре, воеводы царские и вспомнили, что седьмой Симеон, мол,

пригодится и, может быть, сумеет привезти чудную царевну, и стали они

просить царя оставить Симеона. Подумал царь и позволил ему остаться. Вот

на другой день царь собрал бояр своих и воевод и весь народ, приказывает

семи Симеонам показать свое уменье.

Старший Симеон, недолго мешкая, сковал железный столб в двадцать са-

жен вышиною. Царь приказывает своим людям уставить железный столб в зем-

лю, но как ни бился народ, не мог его установить. Тогда приказал царь

второму Симеону установить железный столб в землю. Симеон второй, недол-

го думая, поднял и упер столб в землю.

Затем Симеон третий взлез на этот столб, сел на маковку и стал гля-

деть кругом далече, как и что творится по белу свету; и видит синие мо-

ря, на них, как пятна, реют корабли, видит села, города, народа тьму, но

не примечает той чудной царевны, что полюбилась царю. И стал пуще гля-

деть во все виды и вдруг заприметил: у окна в далеком тереме сидит кра-

савица царевна, румяна, белолица и тонкокожа: видно, как мозги перелива-

ются по косточкам.

- Видишь? - кричит ему царь.

- Вижу.


- Слезай же поскорее вниз и доставай царевну, как там знаешь, чтоб

была мне во что бы ни стало!

Собрались все семеро Симеонов, срубили корабль, нагрузили его всяким

товаром, и все вместе поплыли морем доставать царевну по-за сизыми гора-

ми, по-за синими морями.

Едут, едут между небом и землей, пристают к неведомому острову у

пристани.

А Симеон меньшой взял с собою в путь сибирского кота ученого, что мо-

жет по цепи ходить, вещи подавать, разны немецки штучки выкидывать.

И вышел меньшой Симеон с своим котом с сибирским, идет по острову, а

братьев просит не сходить на землю, пока он сам не придет назад.

Идет по острову, приходит в город и на площади пред царевниным тере-

мом забавляется с котом ученым и сибирским: приказывает ему вещи пода-

вать, через плетку скакать, немецкие штуки выкидывать. На ту пору царев-

на сидела у окна и завидела неведомого зверя, какого у них нет и не во-

дилось отродясь. Тотчас же посылает прислужницу свою узнать, что за

зверь такой и продажный али нет. Слушает Симеон красную молодку, царев-

нину прислужницу, и говорит:

- Зверь мой - кот сибирский, а продавать - не продаю ни за какие

деньги, а коли крепко кому он полюбится, тому подарить - подарю.

Так и рассказала прислужница своей царевне, а царевна снова подсылает

свою молодку к Симеону-вору.

- Крепко, мол, зверь твой полюбился?

Пошел Симеон во терем царевнин и принес ей в дар кота своего сибирс-

кого; просит только за это пожить в ее тереме три дни и отведать царско-

го хлебасоли, да еще прибавил:

- Научить тебя, прекрасная царевна, как играться и забавляться с не-

ведомым зверем, с сибирским котом?

Царевна позволила, и Симеон остался ночевать в царском тереме.

Пошла весть по палатам, что у царевны завелся дивный неведомый зверь;

собирались все: и царь, и царица, и царевичи, и царевны, и бояре, и вое-

воды, - все глядят, любуются не налюбуются на веселого зверя, ученого

кота. Все желают достать и себе такого и просят царевну; но царевна не

слушает никого, не дарит никому своего сибирского кота, гладит его по

шерсти шелковой, забавляется с ним день и ночь, а Симеона приказывает

поить и угощать вволю, чтоб ему было хорошо.

Благодарит Симеон за хлеб-соль, за угощенье и за ласки и на третий

день просит царевну пожаловать к нему на корабль, поглядеть на уст-

ройство его и на разных зверей, что привез он с собою.

Царевна спросилась у батюшки-царя и вечерком с прислужницами и

няньками пошла смотреть корабль Симеона и зверей его, виданных и неви-

данных, ведомых и неведомых.

Приходит, у берега поджидает ее Симеон меньшой и просит царевну не

прогневаться и оставить на земле нянек и прислужниц, а самое пожаловать

на корабль:

- Там много зверей разных и красивых; какой тебе полюбится, тот и

твой! А всех одарить, кому что полюбится, - и нянек, и прислужниц - не

можем. Царевна согласна и приказывает нянькам да прислужницам подождать

ее на берегу, а сама идет за Симеоном на корабль глядеть дива дивные,

зверей чудных.

Как взошла - корабль и отплыл, и пошел гулять по синему морю.

Царь ждет не дождется царевны. Приходят няньки и прислужницы, плачут-

ся, рассказывая свое горе. И распалился гневом царь, приказывает сейчас

же устроить погоню.

Снарядили корабль, и погнался царский корабль за царевной. Чуть мреет

далече - плывет корабль Симеонов и не ведает, что за ним царская погоня

летит - не плывет! Вот уж близко!

Как увидали семь Симеонов, что погоня уж близко - вот-вот догонит! -

нырнули и с царевной и с кораблем. Долго плыли под водой и поднялись на-

верх тогда, как близко стало до родной земли. А царская погоня плавала

три дня, три ночи; ничего не нашла, с тем и возвратилась.

Приезжают семь Симеонов с прекрасной царевной домой, глядь - на бере-

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Русские народные сказки