страница2/4
Дата22.01.2019
Размер1.16 Mb.

Средняя /Іубенщина


1   2   3   4
ъ основаніи іга Слѣпо- родѣ въ «княжинѣ», т. е. въ имѣніяхъ Вишневецкихъ, въ пер- вой іголовинѣ ХѴП в. поселка полякомъ Вороной, бѣжавшимъ иотомъ во время возстанія Хмельницкаго въ королевскій городъ Яблоновъ. Вѣроятно дочь его Христина Водюнувна продала посо- локъ игарскому монастырю. Начало села предполагается у пло­тины, у которой, издавна былъ колодязь. Здѣсь ж и в уть козаки: Васильченки, Гришки, Колесники, Кононовскіе, Макаренки, Слип- ченки, Шовкоплясы, и казенные крестьяне: Брыли, Бондаренки, Дереізянки, Дроныкы, Мотричи, Стрильченки, Холодняки и Федо- репки. Казенные крестьяне имѣютъ и свой кутокъ—Казенщину, жилье: Лысенковъ, Прыймачешшвъ, Якуней и др. Сличивъ эти фамиліи съ фамиліями жителей древнихъ владѣній мгарскаго мо- ,пастыря: Мгаремъ, Василыпанкой, Лукой и др., видно, что Во­ронинцы не были колонизованы изъ тѣхъ владѣній. Мѣстныя пре- данія указываюсь, что час.ть крестьянъ переведена изъ слѣпород- скаго монастыря, двѣ семьи изъ выкрестовъ и одна изъ «мандро- вавшихъ» Пріймйнскихъ крестьянъ. Въ дрѵгихъ частяхъ села

Загребельи и Новоселовкѣ или ІІричиниловкѣ—живутъ вѣтви пере'шсленныхъ родовъ и Клюшничешш, а прежде «Собкы якись жыльі, поносылы ихъ». Кромѣ того въ Воронинцахъ живетъ еще нѣсколько крестьянъ бывшаго священника Аронскаго х). Мѣстыая церковь въ честь Рождества пр. Богородицы основана въ 1725 г., а въ 1765 г. перестроена «коштомъ и старатемъ священника "Т. В. Костыріси и козака сѣчи Запорожской Кондрата Горкунш». Отдѣльная колокольня появилась только съ 1796 г. Только въ 1808 г. церковь покрыта желѣзомъ, подъ нее подложенъ фунда­мента и постланъ нолъ, а также устроены притворы 10). Священ­ники были только двухъ фамилій: Костырокъ съ 1725—1740 и Аронскихъ съ 1740—1898 г. Воронинцы средней величины село. Въ концѣ ХѴШ в. въ приходѣ числилось 1200 душъ, въ соро- ковыхъ годахъ XIX в. болѣе 1500, въ семидесятыхъ—около 1900 и теперь—2800. Занятіе жителей теперь земледѣліе, а прежде и небольшое чумачество, бывали валки въ 20—25 во- зовъ. Населеніе средняго роста, хорошо сложено, темнорусое, черты лица довольно тоякія. Моды слѣпородскія: у мужчинъ ровныя. шапки, пояса, выбойчатыя штаны; у женщинъ средней величины головныя повязки, корсетки мережани только у дѣвицъ.

Ближайніій къ западу отъ Воронинецъ хуторокъ называется Макеимовкой, прежде Ларіоновщиной по имени основателя Ила- ріона, по фамиліи неизвѣстнаго. Онъ былъ добрый, и люди ра­ботали себѣ два дня, а ему третій, но однажды у добраго пана соскочила челюсть и никто не могь помочь, только Калайдинскій житель Курило-Сементовскій «допонявъ дило» и ловкимъ ударомъ поставилъ челюсть на мѣсто. За этотъ ударъ получилъ онъ и хуторокъ въ подарокъ, который переименовать въ Максимовку; а когда выдалъ дочь свою за Лацыну, то хуторокъ превратился въ Лацынщину. При Лацынѣ жить людямъ стало хуже, всѣ стали иѣшими, «не було ни одного часу дома робыть», Лацына не садился и за обѣдъ, не наказавъ предварительно кого-нибудь. Часть Мак- симовки. принадлежавшая генералу Остроградскому, находилась въ другомъ положеніи, въ ней люди отбывали тридневу, а жен­щины ничего не отпрядали въ зиму. Генералъ сначала подарил і. крестьянамъ надѣлъ, а затѣмъ продалъ имъ и остальную землю. Всѣхъ жителей Макспмовки, со включеніемъ владѣнія Велички и хуторка Сердюковки, 229, носящихъ фамиліи: Бондаренки, изъ которыхъ приказчикъ Сементовскаго Ярема полновластно распо­ряжался хуторомъ, Будники, Дядовскіе, Литвиненки, Маловѣчки, Турліи, Фуркайлы и Якимки. Послѣдніе родомъ изъ черниговской губ., а часть предыдущих^, изъ с. Калайдинецъ.

Слѣдующій хуторъ Довжокъ раскинѵтъ также на правомъ берегу Слѣпорода. О старомъ панѣ, имени котораш крестьяне не пазываютъ точно,. сохранились добрыя воспоминанія: «Винъ бувъ ианъ хорошый, жыръ у Москви. Люде тоди жылы, якъ вильни, па оброни и платылы панови дань». По болѣе достовѣрпымь свѣдѣніямъ Довжокъ входилъ въ обширныя владѣнія фамиліи Бо- ярскихъ и нринадлежалъ секундъ-майору Н. И. Боярскому. У него купила хуторъ вдова Шульжевская, при которой люди были на общемъ положеніи панщины. Исполняли тридневу. Въ хуторѣ было два плуга: панскій и крестьянскій. Производя запашку своимъ плугомъ, крестьяне кормились дома, такъ какъ экономія харчей не давала. Дочь Шульжевской вышла за чиновника при­каза общественного призрѣнія Еременка, и, можетъ быть, ему во­зили оброкъ крестьяне, Фамиліи послѣднихъ: Гагары, Нестре- ляи, ІІедорки, по уличному Жалуны, Хавери, изъ черниговской губ. и др.

Вслѣдъ за этими хуторами съ нагорнаго праваго берега Слѣпорода за широкой рѣчной долиной, заросшей камышемъ и греблей, виднѣется небольшое село Лазирки, окаймленное съ трехъ сторонъ мелкой рѣчкой, а съ четвертой—примыкающее къ. степи. Лазирки состоять изъ ряда тѣсно застроенныхъ хатъ в дворовъ, лишешіыхъ всякой растительности, какъ въ Черевкахъ. Дерево здѣсь плохо растетъ и скоро пропадаетъ. Село раздѣлено посрединѣ большой дорогой изъ Полтавы на ІІереяславъ и Кіевъ. Влѣво отъ дороги, на югь, расположены Перервинцы, въ которыхъ живутъ: Бондаренки, Шос.таки, Нестреляи, прозванные Лисицами11), и часть знатнѣйшей мѣстной козачъей фамиліи Нико- лаенковъ, изъ которыхъ М. Д. Николаенко былъ послѣднимъ че- рввковскимъ волостнымъ головой, двадцатипятилѣтнимъ"молодымъ человѣкомъ, нотомъ членомъ и предсѣдателемъ лубенской земской управы. У плотины живутъ Гребляне, бывшіе крестьяне Голен- ковскихъ и Маслова. Вправо отъ дороги, къ сѣверу, расположена Николаевщипа, занятая, кромѣ основного рода Николаенковъ, еще дворянами Иваненками и крестьянами: Нестреляями, Тшценками, Шаповалами, Шовкоплясами и Яровыми. Различныя й"ерсіи о про - исхожденіи села соединены съ именемъ Лазаря. «Лазарь завивъ Лазиркы, Рудь—Рудку, а Ворона—Воронынци». «Сюды на Сли- поридъ зайихавъ якыйсь Лазарь, поселывсь на Николаевщыни, бо тамъ и грунты звалысь Лазаривщына». «Лазирки осажены Ла- зоремъ, изъ йимъ прыйшлы тры симьи изъ Иовстына» 12). За- тѣмъ, по ревизіи 1764 г., они значились въ Яблоновской сотнѣ, при учрежденіи уѣздовъ отнесены къ нирятинскому уѣзду и пе­речислены въ лѵбенскій только съ 1806 г. 13) Да и теперь село ничѣмъ не напоминаетъ Лубенщину и экономически тяготѣетъ къ ІІирятину. На Николаевкѣ стоить церковь св. Николая, узкая, высокая, стариннаго образца, съ крутыми крышами предѣловъ, построенная на новомъ мѣстѣ; старая же была во дворѣ помѣ- щика Боярскаго, на что указываете каменный памятникъ. Время основанія первой церкви неизвѣстно, но что она существовала уже въ началѣ ХѴПІ в., видно по чашѣ, пожертвованной въ

1705 г. писаремъ М. Троцкимъ. Имъ же въ званіи бунчуковаго товарища «надано» въ церковь евангеліе. Самая же церковь пе­рестроена въ 1782 г. помѣщикомъ И. М. Боярскимъ *). Такимъ образомъ къ устроенію церкви приложили стараніе обѣ мѣстныя древнія фамиліи. Троцкіе, какъ можно заключить изъ словъ Я. Маркевича, котораго сестра Олеся была замужемъ за Троцкимъ, «пріехалемъ до Лазурокъ села Троцкой»—жили нѣкогда въ са- момъ селѣ, впослѣдствіи имѣли только землю въ лазорскихъ да- чахъ и йоспоминаній о нихъ не сохранилось. Имѣнія Боярскихъ были гораздо значительнѣе: «Коло Лазирокъ усе Боярщына»,— говорить крестьяне, — маіоръ Иванъ Боярскій бувъ крывый и его водылы дви дивкы». У него была своя, пѣвчая«капелія» 14). Имѣніе пошло въ приданное за дочерьми. На вдовѣ Боярскаго былъ женатъ владѣлецъ Богодаровки Санковскій, имѣвшій и въ Лазоркахъ хозяйство. Лазирки небольшое село (771 душа), на одну треть козачье. Жители средняго роста, худощавы, легко сло­жены, черты лица правильныя, лица овальныя, волосы и глаза свѣтлѣе, чѣмъ у смежныхъ жителей нирятинскаго уѣзда. Моды Лубенскія: у мужчинъ одежды короче пирятинскихъ, застеги­ваются крючками, а не пуговицами, какъ въ пирятинскомъ у. ІІредпочитаютъ черный цвѣтъ, штаны покупныхъ матерій (ісрамни), поясовъ никогда не носятъ. чѣмъ и отличаются отъ другихъ лу- бенцевъ. Очипки у женщинъ небольшіе, круглые, повязки съ

кланономъ и маленькими рожками; начосы и мычки видны изъ подъ платка. Въ пирятинскомъ у. повязки выше и острѣе, впе­реди платокъ «гулею». Лазирскія молодицы уже чаще носятъ ка­поры. Разноцвѣтные корсеты сзади «до клепокъ», пышно рас­шиты на груди; ■ литнячки же только черныя андреяновыя. Ко- жушанки съ стоячимъ воротникомъ и съ хвостомъ къ спинѣ, у таліи мережка; въ пирятинскомъ же уѣздѣ кожушанки съ пеле­риной (баранкой). Мѣстный весильный ритуалъ тождественъ съсѣверно-лубенскимъ; святочнаго маскарада (мелашш) нѣтъ. Земля'15) около Лазорокъ «золотая», тучный черноземъ 16), тѣмъ не менѣе это одинъ изъ печальнѣйшихъ и бѣднѣйшихъ уголковъ лубен- скаго уѣзда. Козачество, кромѣ Николаенковъ. мелкое; крестьян­ство окрестныхъ хуторовъ еще въ болѣе бѣдственномъ положеніи. «Нема села скупійшаго на землю якъ Лазирки». А между тѣмъ населеніе исключительно земледѣльческое; ремесло, кустарное производство не существуютъ, одно подспорье—заработки 17).

Лазирщ окружены владѣльческими хуторами. Ближайшій къ селу съ востока—Величкитгь, нѣкогда Квитницкаго, переиме­нованный по выходѣ замужъ дочери Квитницкаго за В. К. Ве- личка. При Квитницкомъ крестьяне: Каблученки, Кочіи, Кочер- женки (всѣхъ 195 душъ) были тяглыми, потомъ спѣшились, и обращеніе съ ними стачо суровымъ. «Якъ объявлена воля, то люде подумалы, шо на свитъ народылысь».

Рядомъ хуторъ Филонивъ, потомковъ бывшаго въ 1795 г, сотеннаго атамана Григорія Филоненка-Бородича, населенный крестьянами: Безгубенками, изъ Оробьевъ, Гонками, Клепачен- ками, Крикуненками и ІІаламаренками, всего 162 души. Ста- ]>икъ Филоненко былъ хорошій хозяинъ, вель простой образь жизни, содержалъ мѣстную почтовую станцію, у него было 2—4 плуга экономическихъ и одинъ крестьянскій.

Рядомъ расположенъ и третій хуторокъ Димнивщына, со­стояний изъ холма—Покотунивщыны и Загребелья. Прежде опт.

иринадлежалъ Фесенку, уроженцу зиньковскаго уѣзда, женатому на дочери помѣщика хорольскаго уѣзда Бузиновской. За лѣнь и домосѣдство Фесенки прозваны дамными (т. е. домашними), от­куда и названіе хутора. Крестьяне подошли частью изъ сс. Та- рандинець и Савинѳцъ. Ихъ теперь 252 души, носящихъ фами- ліи: Бурхацкихъ, Качіивъ, Копотунивъ, по уличному ІІокоту- н'ивъ, Ставицкихъ и Якубъ. ІІотомъ хуторъ перешелъ во владѣ- ніе Волковицкаго. Въ старину у пана былъ 1 плугъ, и у кре- стьянъ по 2—4 пары воловъ у каждаго, такихъ, «що й до рогъ не достанешъ» х).

Самые значительные хутора Лазорской волости расположены къ западу, по направленію къ пирятинскому у., на землях]», прежде цринадлежавшихъ Боярскимъ. За плотиной на горкѣ, съ которой открываются всѣ Лазорки, видна обширная усадьба съ вѣковьіми итальянскими тополями, прежде принадлежавшая Ру- дановскимъ; около нея по обѣимъ сторонамъ дороги построенъ хуторъ, посившій разпыя названія: Слободы, Рудановщины, Пав­ловки. Хуторъ этотъ купленъ былъ у Боярскихъ проживавшей вь Москвѣ помѣщицей Анной Рудановской 18); перенесень на новое мѣсто 19) и заселенъ частью изъ московской губ., частью изъ с. Сухоносовки, а частью и прежними крестьянами, всего теперь 321 душа, фамиліи которыхъ: ‘ Вшшиченки, Гетьманы, Геты, Дов- гали, Ластовецкіе, ІІолонскіе, Шапурины, Яковлевы и др. Въ старину здѣсь было большое хозяйство, но и тогда уже, повиди- мому, обремененное долгами. Такъ, однажды казна хотѣла аре­стовать мериносовъ, но крестьяне будто бы угнали ихъ. Былъ табунъ, главный жеребець котораго погибъ чрезъ упрямство пана. «Такый бувъ жеребець. то якъ побачыть чужу конячку, то и задавыть. Выпустылы табунъ и панъ выйшовъ старый, Иванъ. А вовкъ выйшовъ зъ ярка. Люде кажуть: «Ото, пане, вовкъ». Панъ крычыть: «Не трогай!» А жеребець пиднявъ голову, хо- тивъ вовка понюхать, вовкъ его за шію и задавывъ. Потимъ ставь вовкъ землю рыгать». Кромѣ лошадей было паръ 10 во- ловъ, 25—30 красныхъ коровъ и 100 головъ шпанки.

На лѣвомъ берегу служенной долины Слѣиорода, тонкой, кочковатой съ опасными трясинами (опарями) расположен!, дру­гой хуторъ того лее владѣльца(ломаки или Павловщина, насе­ленный крестьянами (192-мя душами) съ тѣми же фамиліями, что и въ Рудановщинѣ: Войтенками, Заиарами, Оболонскими и др. При крѣпостномъ правѣ у крестьянъ было 2 плуга и обыкно­венная триднева, но существовала и особая натуральная подать, совершенно неизвѣстная въ Восточной окраивіѣ лубенскаго у., а встрѣчавшаяся въ Самборѣ, Прилукскаго полка *), въ подоль­ской губерніи 20), Галиціи, Буковинѣ и на Украинѣ при поль- скомъ владычествѣ 21); именно: крестьяне должны были отдавать патіу половину ежегоднаго приплода: гусятъ, утятъ и цыплятъ, никакъ не менѣе десятка, также по десятку яицъ къ «Велыкодшо и Риздву». Неудивительно, что народъ чутко прислушивался ко всякимъ толкамъ о волѣ; такъ, въ 1859 г. мужья, бросивъ женъ и дѣтей, потянулись толпами на югъ въ Бессарабію за какой то настоящею волею. Наконецъ вышла и настоящая воля.

«Выйпхавъ Снитыпській Андреевъ и вычытавъ волю. ІІанъ и пани заплакалы и сказалы людямъ: «Кушайте теперъ и яйця
1   2   3   4

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Средняя /Іубенщина