страница3/4
Дата22.01.2019
Размер1.16 Mb.

Средняя /Іубенщина


1   2   3   4
СРЕДНЯЯ ЛУБЕІІІДИНА. 531

I

и куры самы»... Вітрочемт» экономическое почоженіе крестьянъ мало улучшилось съ отмѣной крѣпостного права. Они взяли ма­лый надѣлъ и были отрѣзяиы отъ воды, а когда имѣнія Руданов- скихъ достались еврею Лимбергу, то это положеніе еще ухуд­шилось !). «Ниде й сорочкы вымыть,—говорить крестьянки,—жы- дови одробляемъ за воду».

Противъ Сёмаковъ на правомь, крутомъ берегу Слѣпорода стоить' хуторъ Рождествеискій на оффиціальномъ языкѣ, Высокій— на народномъ. Онъ также входилъ въ составь имѣній Боярскихъ, купленъ Рудановскими и отданъ въ приданное, за Рудановскою Ограновичу. Жители, числомъ 231, по фамиліямъ: Безручешш, Кудрявци, Парпуры и т. д. частью мѣстнаго происхожденія, ча­стью приведены изъ с. Чевельчи. При крѣпостномъ правѣ было три крестьянскихъ и одинъ панскій ішуги, люди работали только два дня, но имъ иакидались уроки 22).

На плоской' возвышенности праваго лее берега Слѣпорода тѣснится выровнявшаяся въ одну линію Александровка или Рей- ховка. Только и видны ряды хатъ безъ промежутковъ. Прелгде хуторъ принадлежалъ Боярскимъ и за Александрой Ильяшенко- вой, внукой перваго владѣльца, отданъ въ приданое чернигов­скому дворянину штабъ-ротмистру Рейхъ-Топольницкому 23). Отъ зтихъ супруговъ цроисходятъ оба названія хутора. Населеніе (347 душъ) смѣшанное: 'частью здѣшнее, частью переведенное изъ черниговской губериіи, носить фамиліи: Бедрики, Гончари, Мамлыги, Сеси, Червышни и др. При крѣпостномъ правѣ земля обрабатывалась только двумя крестьянскими плугами, помѣщи- чьяго плуга не было. Па каждую крестьянскую семью отводи­лось по 3 дес. земли и на пару воловъ еще по 3. Въ Алексан- дровкѣ, также какъ и въ Рудановщинѣ, была дань помѣщику: 5 гу­сей, 10 ісурченковъ, яйца, масло и молоко, да вдобавокъ по- мѣщикъ нанималъ людей на сахарные заводы, станціи и отдѣль- иымъ хозяевамъ. «Якъ выйшла воля, ни въ кого ничого не було».

Послѣдній хуторъ при входѣ Слѣпорода въ лубенскій уѣздъ. Асауловщина, разрѣзанъ на двѣ неравный части поперечной улич­кой сажня въ три, составляющей границу двухъ уѣздовъ. Лубен- ская часть меньше, заключается въ выгонѣ и прилегающихъ къ нему хатахъ. «Лубенська часть звется Стара Осауловщына; вона завелась зъ Боярскихъ. Хутиръ бувъ велыкый, малось и церкву, такъ паны розигналы людей, найбилыиъ перевели у Алексан­дровну». При крѣпостночъ правѣ распоряжался А. А. Илья- шенко, женатый на Санковской, а его дочь вышла за Рейхъ- Топольницкаго. Жители, числомъ 215, называются: Ганжи, Дя- ченки, Кулики, Перепелицы, ПІандры и др. Моды всё еще лѵ- бенскія. Пирятинцы зовутъ жителей лубенской Асауловщины ГІавливцями, а тѣ ихъ—попивцями, но смыслъ этихъ прозвищъ утерянъ г).

Въ концѣ описанія средней полосы лубенскаго уѣзда само собой напрашивается сравненіе ея восточной и западной окраины. Обѣ онѣ степныя, но какая разница въ характерѣ этихъ степей! На востокѣ все живетъ, цвѣтетъ, волнуется, на занадѣблѣд- нѣетъ, меркнеть, замираетъ, точно здѣсь не Лубенщина, не Ма­лая Русь даже.

И тамъ степы, и тутъ степы,

Та тутъ не такыи...

А тамъ голубыи,Зеленый, мережаои Нывамы, ланамы, Высокымы могыламы, Темнымы лугамы.

Г! Р И Л О Ж Е Н I Е.

Хозяйственное положеніе населения средней Лубенщины при кргьпостномъ правгь и по отмгьнѣ его.

При всемъ разнообразіи тшовъ, одеждъ, обыкновеній, об- становки и поземельиыхъ отношеній на аространствѣ средней полосы лубенскаго уѣзда, послѣдняя совершенно естественно дѣ- лвдся на три части: 1) открытую восточную равнину до побе­режья Сулы съ ясно выражеянымъ нреобладаніемъ панскихъ вла- дѣній, появившихся между нрочимъ и вслѣдствіе простора мѣст- ности, пригоднаго къ образованію крупной собственности,—и съ совершеннымъ почти отсѵтствіемъ козачьяго населенія; 2) сред- ній участокъ, страну горъ и яровъ, охватывающій лубенскія окрест­ности: побережье Сулы у города, области: Булатца, Вязовка и восточное теченіе Слѣпорода до большой золотоношской до­роги, со включеніемъ д. Остаповки за нею. Участокъ этотъ бла- топріятный крайпе пересѣченной мѣстностью развптію мел- ихъ хозяйствъ, искони былъ настоящимъ козацкимъ мура- вейникомъ, съ почти незамѣтнымъ панскимъ элементомъ. Въ то же время, защищенный топкими болотами, горами, овра­гами отъ вторжепій, средній участокъ давно заселенъ, какъ видно изъ приведенныхъ въ ІІІ-й главѣ фамилій жителей 24), а

глухой характеръ мѣстности содѣйствовалъ въ частяхъ, удален- ныхъ отъ города, наилучшему сохраненію иреданш, поэтическихъ обыкнозеній, обрядовъ, пѣсенъ и старин наго языка. Послѣднюю треть разсматриваемой полосы занимаетъ западная степная окраина, находящаяся, подобно восточной, большею частью въ панскомъ обладаніи, частью въ козачьемъ, съ огроміщмъ численнымъ пре- восходствомъ крестьянскаго сословія надъ прочими. Въ цѣломъ средняя Лубенщина представляется рядомъ дворянскихъ, коза- чьихъ и крестьянскихъ владѣній. Изъ этихъ сословій кореннымъ слѣдуетъ признать козачье, потому что оба другія произошли изъ него; такъ, многія панскія фамиліи тождественны съ козачьими, о многихъ свѣжи еще воспоминанія перехода въ дворянство, о дру- гихъ подобный воспоминанія забылись вслѣдствіе большей дав­ности перехода. Если же и встрѣчаются фамиліи шляхетскаго происхожденія, то, пройдя чрезъ козацгсое горнило еще во время гетманщины, они успѣли окозачиться и войхи въ общую колею. Крестьянство средней Лубенщины появилось различными путями. Большинство, особенно въ центрѣ, образовалось изъ такъ назы- ваемыхъ пидхожихъ (пидходычивъ, пидходцивъ), т. е. изъ добро­вольно поддавшихся панамъ козаковъ со всѣмъ своимъ добромъ: землей и волами для избѣжанія отбыванія воинской и финансо­вой повинностей. На окраинахъ способъ образованія крестьян- скаго сословія былъ отчасти другимъ: здѣсь много крзстьянъ пе­реведено номѣщиками какъ изъ другйхъ уѣздовъ полтавской г.у- •берніи—лохвицкаго, роменс-каго, хорольскаго, миргородскаго. кременчугскаго к пирятинскаго, такъ и изъ губерній кіевскон и черниговской. Къ .ной категоріи можно причислить и кре- -стьянъ, прибывшихъ извнѣ при вольномъ переходѣ. ІІо всѣмі вѣроятіямъ изъ пидхожихъ получились при крѣпостномъ правѣ тяглые, а изъ лереведенныхъ и приставшихъ при вольномъ ие- реходѣііѣшіе крестьяне, хотя, разумѣется, эти разряды не были постоянными и переходъ изъ одного въ другой былъ всегда воз- моженъ. Подъ - тяглыми разумѣлись хозяева, имѣвшіе отъ 1 —6 воловъ и такимъ образомъ сохранявшіе хоть тѣнь самостоятель­ности. Нормой тягла считалась пара воловъ. На содержате во-

ловъ выдавалось различное количество земли въ разныхъ эконо- міяхъ отъ 25/4 десят. на вола и до 1 Ѵг- а на тяглую семью 5—6 дес. земли. Тяглый не вездѣ имѣлъ безусловное право на своихъ воловъ, иногда онъ долженъ былъ просить у пана разрѣшенія на промѣнъ и продажу. Количество тяглыхъ и пѣшихъ въ разныхъ имѣніяхъ не поддается опредѣлепію: были цѣлые хутора, состояв- 'шіе изъ однихъ тяглыхъ, и другіе, гдѣ всѣ были пѣшими. Одно замѣтно: количество тяглыхъ повсемѣстно уменьшается по мѣрѣ приближенія ко времени освобожденія, и, быть можетъ, одной изъ причинъ, почему великое преобразованіе принесло въ эконо- мическомъ отношеніи не всю предполагавшуюся пользу, создавъ благосостояпіе лишь отдѣльныхъ лицъ. а не всего освобожден- наго класса, было небольшое количество инвентаря у населенія, иначе сказать его экономическая неподготовленность къ веденію самостоятельнаго хозяйства. ІІоложеніе тяглыхъ тѣмъ существенно отличалось отъ положенія пѣшихъ, что для первыхъ только опре- дѣлялись 2—3 дня въ недѣлю для уборки своего хлѣба: три дня, если подушное платилъ крестьянипъ, четыре—если помѣщикъ. ІІѢшіе лее должны были, какъ и повсемѣстно х), въ пору уборки сѣна и хлѣба работать всё время, за что получали треть уро­жая: 3-й, рѣл;е 4-й, преимущественно пшеницы, снопъ, при чемъ урочная работа (косарю накосить 26/г Дес- въ день, а лшецамъ на­лгать 2, накосить и связать вдвоемъ—6 копъ въ такое же время) 'опредѣлялась лишь, какъ исключение: 3—4 дня въ недѣлю опре- дѣлялось пѣшимъ лишь по окончаніи страды. Женская работа чаіце бывала урочной: кромѣ участія къ полевыхъ работахъ и выбиранія пшеницы, толченія проса и сѣмени, дратья перьевъ, женщина должна была спрасть трижды въ годъ по 60 пасомъ конопли, а кое-гдѣ еще )0 фунтовъ рядовины и 10 ф. шерсти.

Какъ крѣпостное состояніе выработалось незамѣтпо движе- ніемъ самой жизни, такъ и экономическія отношенія свободнаго населенія вначалѣ сходны были съ крѣпостными. Обладавшій во­лами, тяглый—по крѣпостной терминологіидѣлалса половинщи- комъ землевладѣльца, пѣшій убиралъ хлѣбъ со снопа. Но въ противоположность заиадно-европейсгсимъ г) прочнымъ, наслѣд- ственнымъ формамъ пользованія чужимъ имуществомъ, выралсав- шимся въ отдачѣ собственнику половины урожая (гпёЬауа^е, сиі- Іиге а тііѴчіік). малорусское половничество постоянно уменьша­лось въ долѣ половинщика, сообразно расширенно хозяйствъ и увеличение населенія. Въ ХѴГІ, ХѴШ и далее въ началѣ XIX в. съеміцикъ давалъ землевладѣльцу лишь десятую копу, десятину, иовидимому начальную, основную форму малорусской испольной системы 2). «За моей намяты,—разсказывалъ Михповскій, старо- жилъ,—10-ту копу давалы хазяину». На глазахъ старолшловъ сс. ІПершневки и Ерковецъ происходила въ теченіе XIX в. та­кая перемѣна: съемщикъ давалъ хозяину 10, потомъ 6, 5, 4, и 3 копы '). Третина держалась дольше друтихъ частей; встрѣчается и теперь, но уже осложненная. Такъ, въ Засульской и части Лѵ- бенской волостей съемщикъ полѵчаетъ еще 27/з урожая, а 7з от­возить хозяину, молотитъ и вѣетъ, но долженъ доплатить 1—1У2 р. и отработать: 2- - 3 дня, или убрать 28/4 дес. хлѣба или поста­вить косаря и подводу съ десятины. Въ другихъ частяхъ Лубен­ской волости и въ Волчковской еще существуетъ половина въ такомъ видѣ- половинщикъ иашетъ, засѣваетъ, убираетъ и сво- зитъ половину урожая хозяину. Въ с. Остаповкѣ половникъ отра- батываетъ день, а въ Александровкѣ—два хозяину съ каждой де­сятины. Но и съ такими осложненіями половничество сохранится не надолго. Съ вздорожаніемъ земли оно невыгодно владѣльцу 2).

Уборка нѣшими чужого хлѣба складывалась и у крѣпост- ного и у свободного населенія по одному образцу; такъ, въ нѣ- которыхъ хуторахъ и при крѣпостномъ правѣ козаки допускались на нанскоѳ поле зажинать за снопъ. Въ иачалѣ такой споит., йри- ходящійся на долю рабочаго, былъ 3-й. Онъ показанъ у Коро- новскаго3); затѣмъ въ лубенской и Черевковской волости дер­жался нѣкоторое время 3-—4 снопъ, но уже на харчахъ рабо­чаго и съ отработкомъ по востребованію: пахать, сѣять, возить и прясть, однимъ словомъ работать съ весны до возовицы. Потомъ въ лубенской, засульской и волчковской волостяхъ былъ 4-й снопъ съ отработкомъ 2—5 дней на харчахъ рабочаго и 10—20

  • на хозяйских !), или съ отработкомъ отъ начала жатвы до конца но востребованно. Четвертый снонъ скоро перешелъ въ пятый, сохранивінійся безъ отработка лишь въ Вязовкѣ, въ другихъ мѣ- стахъ 5 снопъ соединенъ съ отработкомъ въ 1 — 5 дней отъ де­сятины или 5 —15 дней вообще; 5 — 6 х) и одинъ послѣдній соединяются также съ отработкомъ въ 1—2 дня и лишь по- слѣдующіе 7--12 и выше пока еще не соединены съ отработками. Система заработковъ доказываете, кажется, какъ недостаточность платежныхъ средствъ населенія, такъ и недостатокъ капитала у хо- зяевъ, и поэтому обоюдное стремленіе расчитаться трѵдомъ, въ неопредѣлепной его формѣ—отработокъ по востребованію, весьма близкимъ къ крѣпостному, отбываемому только не за треть урожая, а за меньшую часть, и не панамъ, аболѣе зажиточнымъ козакамъ. частью наѣзжимъ изъ другихъ уѣздовъ, отпущенникамъ и т. д.

И сѣнокосы часто убираютъ съ части: прежде съ половины, нотомъ съ третьей копны 29); теперь только болотистый сѣнокосъ, осоку, да отаву соглашаются хозяева отдавать на такихъ усло- віях'ъ, степное лее сѣно и мелкое лучное отдается съ 5—8 ко- пицъ, принимая* во вниманіе и урожай травы. Очеретъ лшутъ серпами или сбиваютъ короткими косами и остатками послѣднихъ (скисками) худшій съ половины, лучшій съ третьяго куля30).

Сѣно и хлѣбъ свозятъ съ полей и луговъ, какъ въ жатву по нраздникамъ, такъ особенно съ 15 августа по 8 сентября (межъ пречыстымы) и до Покровы. ГІоловникъ обязапъ свезть своими волами прежде хозяину, потомъ себѣ; снимающіе за снопъ также свозятъ прежде хозяину, потомъ себѣ, но хозяйской «ху­добою».

Молотьба свезеннаго хлѣба производится различно: носред- ствомъ молотниковъ, получающихъ за свой трудъ 4—5 мѣру (ко­робку) прежде, 812 теперь, смотря по тому, на чьихъ кормахъ молотникъ, но во всякомъ случаѣ хозяину насыпается коробка гладко (ущерть), а молотниісу—съ верхомъ. Другой способъ мо­лотьбы—конною молотилкой, за которую уплачивалось прежде 7 руб., теперь 2гІ2—5 руб. въ день, или обыкновенными поден­щиками, или съ примѣненіемъ къ новымъ обстоятельствамъ ста­рой формы коопераціи—толоки, для чего собирается 12—20 душъ родичей и сосѣдей, безплатно, поочередно къ каждому хозяину съ 4—6 лошадьми или парой воловъ и четырьмя лошадьми. Иногда примѣняется смѣшанный способъ молотьбы: озимую пше­ницу и всѣ ярины молотятъ машиной, кромѣ гречки; послѣднюю, также рожь, сбиваютъ цѣпами для предохраненія отъ порчи нѣж- наго гречневаго зерна, и съ цѣлью получить ржаную солому, годную для кровли.

В. Милорадовичъ.См. Кіев. Ст. 1903, № 11.

2) Старѣйіііій мѣстный священникъ подписывался: попъ Ѳеодоръ Одинецъ.

  1. Мѣстные Сабадаши ростомъ и болѣе евѣтлымъ цвѣтомъ во­лосъ похожи на Литвяковскихъ однофамильцевъ (Снѣт. Стар. 11, 20, 23), хотя родства между ними нѣтъ.

1) Вѣроятно шутливъ, шутъ.

1) Другая вѣтвь Пріймъ носитъ названіе Индутныхъ, можетъ быть отъ слова индукта.

1) Отдельно живетъ семья козака Игнатенка въ х. Колошинѣ. Вокругъ села могилы: Засувайлова и дви Цюрлови. «Тамъ впадына, таке, якъ лбхъ бувъ». Также: Величкина, Лыськови и Негодына; степь Гончаривщына, ярки: Садки, Загонъ, Мочаря и прудъ Язивець.

».) ІЬ.

3) Павловскій. Кіев. Ст. 1902 г., IX, Док. 103.

1) Окою Димного есть три могилы: Гаврышыха, «тамъ була ]'ав- рылова нывка», Макарыха и Хоружа. Затѣмъ, къ сѣверу отъ Лазо- рокъ, не доѣзжая Пирятинской дороги, есть еще хуторки: Ламахив- щына у крутой безымяной балки, населенный крестьянами Лама- хами и Ковбами, прежде принадлежавшей Пѣщансісому, и х. Анто- ненкивъ, жилье Бутовъ у Ііоваліиві,, выходцевъ изъ Гонцовъ и Та- рандинецъ.

!) Лазаревскій. Придукск. нолкъ въ Кіев. Стар. 1901, VII, УШ, Прилож. 290.

!) Сб. хоз. стат. IV, луб. у. 233.

!) Еще Плиній младшій думалъ поднять благосостояніе мелкихъ собственникомъ половничествомъ («Прогр. и регр. въ истор.» Руг. Мысль 1900 г., ѴД, 153). Затѣмъ оно было распространенно въ Итн- ліи въ XIII, XIV' в., и теперь еще сохранилось въ Тосканѣ, и во Франціи въ Берри. (М. Ковалевскій. Развит, нар. хоз. въ зап. Евр. 95 и 135. «Соломен, шляпа» въ Рус. Мыс. 1899 г. IX, 172).

!) И по Чубинскому (Очер. нар. юрид. обыч. УІ. 64, 74. и Очер. юрид. понят, въ Малор. 1869, 31) съемщикъ отдавалъ 4, 3, потомъ половину.

х) И по Чубинскому (Ш, 522, и VI, 73, также Очер. юрид. нон.. 30, 31) первоначальный 3—-4 снопъ перешелъ въ 5—6.

1)Истор; очер. Полт. Луб., 99.

2)Часть йхъ образовала въ степи хуторъ въ 50 дворовъ. Уро­чища кругомъ села: Байстрюки, Бридъ, Бушывчыха, Казаны, Лейбиха, Переволочня и Тарануха.

3) Между книгами встрѣчается цвѣтная Тріодь съ «предмовой», обращенной къ черниговскому и всего сѣвера архіепископу Лазарю Барановичу «кіевской митрополіи администраторовѣ».

4См. мое «Житье бытье лубенск. крест. Одежда». Въ Кіев. Стар. 1902 г., X, 67, 68, 71.

5)Воспоминаніе о вольномъ переходѣ. Томъ 83,—Декабрь, 1903.

6)Въ Кіев. Стар.. 1801 г., Ѵ'Ш, 67, 69, и ХП, 142.

7)А. Лазаревскій. Историческ. очер. 76, 83, 84, 90. Памятная книжка, 1888 г., 37. У Пріймъ свой домъ въ Лубнахъ. Въ 1764 г. Андрей Прійма былъ сотеннымъ писаремъ Миргородскаго полка (А. Грановскій. Полт. епар., 385).

8у) Михновекихъ иереселенцевъ: Гирмана, Гребыша, Драгана н Шолудывого.

9) Истор. Очер. 99’.—Петръ Ворона былъ въ 1660 г. судьей, въ 1672 г. Яблоновскимъ сотникомъ; онъ же присутствовалъ при из­браны Самойловича (ІЬ. 75. Лѣт. Велич. П, 317. Максимовичъ. Соб.
1   2   3   4

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Средняя /Іубенщина