страница13/30
Дата20.01.2019
Размер6.4 Mb.

Тысяча врачей мира против экспериментов на животных


1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   30

Доктор Джеймс Барнет (James Burnet), магистр гуманитарных наук, бакалавр юриспруденции, доктор медицины, R.R.C:P.E., половину ХХ-го века посвятил медицинской практике (он умер в 1957 году), высококвалифицированный медицинский юрист, бывший редактор Medical Times:

«Ничего из того, чему меня учили касательно результатов исследований на животных, не имело ни малейшей ценности при диагностике и лечении заболеваний – скорее, наоборот».


«Исчезновение наших знаний – это то, о чем мы редко упоминаем. Мы самоуверенны на каждом этапе развития. Прочитайте свои лекции 1928 или 1929 года, если они у Вас есть. Поразительно, как мало знали тогдашние “зубры”. Но мы и сейчас так же невежественны, как и раньше. Результатом стремления пополнять свои знания последними данными стал еще больший объем ложной информации. Но только мы не признаемся в этом, даже сами себе» (Lancet, 24 ноября 1956 г., с. 1100).
«…Ни на одно лекарство окончательное заключение о его безопасности для здоровья не выдается на основании экспериментов на животных – препарат передают в клинику и испытывают на людях. Многие и не подозревают, что их используют в качестве подопытных кроликов …» (свидетельство предоставлено доктором В. М. Хоскинсом (W.M. Hoskins), профессором энтомологии, Беркли, Калифорния, цитируется в Our Daily Poison, автор – Леонард Уикенден (Leonard Wickenden), опубликовано в Нью-Йорке, США, 1956 г.).
В своей книге La sperimentazione sugli animali (2 издание, 1956 год) Дженнаро Чиабурри (Gennaro Ciaburri), один из итальянских врачей-антививисекционистов, среди прочего, приводит следующий факт:

«Обычно давление на одно или оба глазных яблока вызывает замедление пульса… Этот симптом обеспечил простор для деятельности вивисекторов. Изучая данный рефлекс, экспериментаторы давили собакам на глаза до тех пор, пока не обнаруживали что сердцебиение замедлилось – так как животное погибло…»


«Знания о гормональной регуляции этих процессов берутся в основном из экспериментальных исследований на различных видах животных. Учитывая, настолько по-разному на них влияет интересующий гормон, глупо предполагать, что реакция человеческой груди и молочной железы какого-либо определенного изучаемого вида будет идентичной» (доктор П. М. Ф. Бишоп (P.M.F. Bishop), The Practitioner, июнь 1956 года, с. 630).
«Испытания на животных показали, что метилпентинол обладает большой активностью, нужной продолжительностью действия, низкой токсичностью… препарат стал причиной одного летального исхода, при этом доза составляла от 4,5 до 6 г. Причиной смерти стала остановка сердца. В связи с этим был поднят вопрос о том, действительно ли метилпентинол так безопасен, как показали эксперименты на животных» (Medical World, март 1956 г., с. 216).
«Не переставая по достоинству ценить широкое лечебное действие современных лекарственных средств, мы вынуждены признать, что существует много инфекций, с которыми они не могут справиться – либо потому, что человек отличается от того вида, который реагировал на какой-то определенный препарат, либо потому что развилась устойчивость; более того, сейчас становятся очевидны токсические эффекты, и в медицинских отчетах описано множество случаев, когда пациенту лечение принесло больше вреда, чем это сделала бы его изначальная инфекция…» (из клинической статьи о современной химиотерапии, ее автор – заведующий отделом химиотерапии Национального института медицинских исследований (National Institute for Medical Research), Medical World, март 1956 г., с. 473).
«Вивисектор отвлекает внимание врача от постели больного и направляет его на изучение каких-то утопических идей, не имеющих никакого отношения к практической медицине» (цитата из книги Дженнаро Чиабурри, доктора медицины, биолога из Болоньи (Италия) «Эксперименты на животных» (La Sperimentazione Animale), 1956 г., 2 издание, с. 177).
«За последние 50 лет ученые, экспериментируя на тысячах животных, нашли 700 способов, чтобы вызвать рак, и ни одного – чтобы его вылечить» (доктор Дж. Ф. Брейлсфорд (J.F. Brailsford), доктор медицины, доктор философии, член Королевского Общества врачей,Birmingham Evening Despatch, 10 января 1956 г.).
«…До сих пор есть люди, которые думают, что крысы научат нас правильно питаться, я же считаю, что они лишь приведут нас к мусорной куче» (доктор Франклин Бикнелл (Franklin Bichnell), доктор медицины, член Королевского Общества врачей, The English Complaint, январь 1956 г.).
«Нетрадиционная хирургия – обычное явление при операциях на желудке, потому что пептическая язва – очень распространенное заболевание, которое из года в год встречается все чаще; а дешевые заявления и расхваливание экспериментов на животных могут делаться по чьей-то просьбе и использоваться для поддержки любой сколь угодно странной теории и любой операции – даже опасной» (сэр Хинейдж Огилви (Heneage Ogilvy), Рыцарь-Командор, доктор медицины, магистр хирургии, член Королевского Общества врачей, Lancet, 21 января 1956 г.).
«Концепция функционирования разных частей гипоталамуса была во многом выстроена в ходе экспериментов на животных, во время которых определенные зоны этого органа стимулировались или разрушались. Результаты таких экспериментов могут оказаться обманчивыми, потому что деструктивное поражение способно вызвать совершенно иное клиническое состояние, чем то, которое возникает из-за раздражения…»

(The Medical Press, 21 сентября 1955 г., с. 272).


Вот еще один пример, когда последователи нашего «чародея» не могут сказать, что их плохо предупреждали. Это предостережение касается канцерогенной опасности вакцинации от оспы.

Доктор В. Дюперра (B. Duperrat) из больницы Сен-Луи (Saint-Louis Hospital) в Париже писал во французском медицинском журнале Presse Médicate от 12 марта 1955 года: «Вакцинация также провоцирует развитие лейкемии».
«Недавно доктор Харальд Окенс (Harald Okens), профессор анатомии из Университета Копенгагена (University of Copengagen), заявил, что не существует неопровержимых аргументов, которые могли бы оправдать научные эксперименты на собаках. Со своей стороны он категорически запретил подобную деятельность в институте, руководителем которого являлся. По его мнению, законодательный запрет на такие эксперименты принес бы большую пользу» (Dogs Bulletin, февраль 1955).
«Нужно вам сказать, что одно дело – явление на данном организме при нормальных условиях, как в нашем случае, а другое дело – в случаях патологических явлений, а тем более искусственных лабораторных явлений, как, например, раздражениях мозга. Это, конечно, совершенно раз­ные вещи» (Иван Петрович Павлов, Избранное, Издательство литературы на иностранных языках, Москва, 1955, с. 383).
«С одной стороны, мы хорошо знаем, как важен витамин Е для лабораторных животных, с другой стороны, его ценность при лечении заболеваний у человека вызывает большие сомнения…» (The Lancet, 1 октября 1955 г.).
«Давайте не будет обманывать сами себя. Слава морской свинки – это иллюзия» (редакционная статья в The Medical Press от 19 января 1955 г., с. 45).
Уже целое столетие британские хирурги работают исключительно с людьми, потому что, согласно Закону о защите животных от жестокого обращения (Cruelty to Animals Act) 1876 года, проводить эксперименты на животных для получения практических навыков запрещено. И даже сегодня очень трудно не согласиться с сэром В. Хинейджем Огилви (Heneage Ogilvy), доктором медицины, хирургом-консультантом в Больнице Гая (Guy’s Hospital) и Королевском масонском госпитале (Royal Masonic Hospital), написавшим в British Medical Journal (18 декабря 1954 года, с. 1438) такие слова:

«Британская хирургия всегда высоко ценилась, что не лишено оснований, поскольку все особо важные успехи в хирургии были достигнуты именно в этой стране».


После многочисленных примеров британского лицемерия, откровенность их менее сдержанных американских коллег выглядит несколько необычно. Взять хотя бы высказывание профессора Джорджа Уокерлина (George Wakerlin) из Чикагского университета (Chicago University), напечатанное в The National (июнь 1954 года):

«Я не хочу иметь дело ни с чем, связанным со словом «гуманный».


«Выводы, сделанные в ходе работы с людьми, гораздо более убедительны, чем доводы, полученные с помощью мышей – последние действительно могут вводить в заблуждение, как и произошло при изучении уретана, который оказывал некоторое ингибирующее воздействие на рост опухолей у человека, но имел выраженное, хотя и временное воздействие на людей, страдающих хронической лейкемией» (доктор С. Дж. Лиройд (C. G. Learoyd), хирург, Medical World, август 1954 г., с. 172).
«Мало какие неврологические и, пожалуй, никакие психиатрические нарушения не могут быть адекватно воспроизведены на животных» (обзор, British Medical Journal, 12 июня 1954 г., с. 1364).
«Перенос результатов наблюдений с одного вида на другой редко оправдывает себя. Это касается и переноса наблюдений с подопытных животных на человека» (доктор Карлос Хайнс (Carlos Hines), врач и клинический исследователь компании «Эли Лилли» (Eli Lilly), Indianapolis Star, 16 марта 1954 г.).
«Всегда следует помнить, что результаты экспериментов на животных могут не особой ценности для предсказания действия того или иного вещества на человека…» (доктор Дж. М. Барнс (J. M. Barnes), Всемирная организация здравоохранения (World Health Organization), монография №16, 1954г., с. 45).
«Никакой экспериментатор не может сообщить ни единого факта о человеческом заболевании» (доктор Д. А. Лонг (D. A. Long) из Национального института медицинских исследований (National Institute for Medical Research), Лондон,13 марта 1954 г., с. 532).
«Трудно не согласиться с тем, что переломы и ожоги у собак и у человека – это разные вещи» (доктора Харви С. Аллен (Harvey S. Allen), Джон Л. Белл (John L. Bell) и Шерман В. Дей (Sherman W. Day), Чикаго, Иллинойс, Surgery Gynecology and Obstetrics, том 97, ноябрь 1953 г., с. 541).
«Экспериментаторы игнорируют хорошо известные факты о человеческих заболеваниях – чтобы признать и исправить ошибки, им надо открыть эти факты заново» (доктор Клиффорд Уилсон (Clifford Wilson), Lancet, 19 сентября 1953 г., с. 579).
«Хотя рак легких описан у многих видов, нет такого лабораторного животного, у которого бы опухоли подобные обычной сквамозной или анапластической канциноме бронхов у человека развивались спонтанно…» (доктор Ричард Долл (Richard Doll), British Medical Journal, 5 сентября 1953 г.).
«Невозможно переоценить, как глупо определять действие лекарств с помощью животных. Возьмем случай с хлорамфениколом (хлормицетином). Это лекарство тестировалось на собаках в течение долгого времени, при этом у них обнаруживалась лишь кратковременная анемия, но прием препарата людьми повлек за собой летальные исходы …» (редакционная статья, Medical Review, сентябрь 1953 г.).
«Предположение, что кислота, действующая на нервные окончания в основании язвы, является основной причиной боли при этом заболевании, основано на противоестественных экспериментах, неверной анатомии и ошибочной патологии… У многих пациентов с болезненными язвами нет нервов в их основании, у некоторых нет кислоты, а у некоторых– и язвы…» (доктор В. Дж. Кинселла (V. J. Kinsella), Сидней, Lancet, 22 августа 1953 г., с. 361).
«Было установлено, что один из новых антибиотиков, хлорамфеникол, являлся причиной смертельной апластической анемии у людей. Однако тщательное тестирование препарата на собаках не выявило никаких свидетельств подобных нарушений и заболеваний у этих животных» (Bulletin, Истон, Массачусетс, 2 апреля 1953 г.).
«В первых тестах на токсичность мыши использовались благодаря их малому размеру, но какая удача, что у человека в этом отношении больше сходства с мышами, чем с морскими свинками. Если бы испытания проводились исключительно на морских свинках, нам пришлось бы сказать, что пенициллин токсичен, и, возможно, не стоит и далее пытаться преодолевать трудности на пути к производству данного препарата в целях его испытания на людях…» (доктор Хоуард Флори (Howard Florey), лауреат Нобелевской премии, один из первооткрывателей пенициллина. «Успехи в химиотерапии, достигнутые благодаря экспериментам на животных» (“The Advance of Chemotherapy by Animal Experiments”), Conquest, январь 1953 г., с. 12).
«Меня больше волнует не жестокость, а глупость экспериментов на животных... Применять результаты экспериментов на собаках к этиологии и лечению пептической язвы у человека – это так же научно, как основывать курс для молодых мам на исследовании материнского поведения самок кенгуру» (обращение сэра Хинейджа Огилви (Heneage Ogilvy), доктора медицины, хирурга, к Медицинскому обществу города Лидса (Leeds Medical Society) 12 декабря 1952 года, Lancet, 21 марта 1953 г., с. 555).
«Большая часть наших знаний о трансплантации основывается на экспериментах на животных; но реакция последних на аллотрансплантацию, по-видимому, так же отличается от человеческой, как и болезни, от которых они страдают…» (ведущая статья, Lancet, 29 ноября 1952, с. 1058).
«До тех пор, пока исследователь играет с мышами и другими животными, оставаясь в стороне от клиницистов и патологов, онкологические исследования не увенчаются успехом. До настоящего времени здесь были сплошные неудачи, и ситуация, скорее всего, не изменится до тех пор, пока исследования будут идти в том направлении, которое мы считаем совершенно неправильным и обманчивым» (примечания к книгам, Medical Review, ноябрь 1952 г.).
«Мы признаем, что практические вопросы экспериментального исследования рака нас разочаровали. Эти работы дали нам много информации о злокачественных опухолях у низших животных, но на практике выясняется, что для человека она не актуальна» (Medical Officer, 1952 г.).
«Любая работа, которая имеет целью объяснить причину заболевания, его механизм, способ лечения или предупреждения, должна начинаться и заканчиваться наблюдениями за людьми, какими бы ни были промежуточные шаги… Человек во многих отношениях сильно отличается от любых видов, содержащихся в клетках и используемых в смертельных экспериментах, которые может проводить какая угодно дисциплина, но только не клиническая наука» (сэр Джордж Пикеринг (George Pickering), доктор медицины, Лондонский университет (University of London), Lancet, 8 ноября 1952 г., с. 895).
14 октября 1952 года лорд Даудинг (Dowding) в Палате Лордов привел следующую цитату доктора Лудимара Германна (Ludimar Hermann), бывшего профессора физиологии в Университете Цюриха (Zurich University):

«Реальная цель вивисекции – это научный прогресс, а не польза для медицины. Ни один настоящий исследователь не думает о практическом применении своей работы. Наука может существовать и без этого оправдания, которым она все еще вынуждена защищать себя в Англии».


«Я не буду обсуждать исследования, проводившиеся для выявления причин пептической язвы, потому что они ведут в никуда. Большая часть работы выполнялась на животных, а у них пептической язвы не бывает» (сэр Хинейдж Огилви (Heneage Ogilvy), хирург, Nursing Mirror, 21 октября 1952 г.).
«Свидетельства, полученные в ходе экспериментов, могут приводить к опасным заблуждениям, потому что, как выразился один хирург, выполняющий операции на желудке, «не все наши пациенты ведут себя точно так же, как собаки» (аннотация, Lancet, 20 сентября 1952 г., с. 572).
«Вакцины из мозговой ткани животных, содержащие либо убитые вирусы, либо смесь убитых и живых, могут защитить животных, но при парентеральном введении являются потенциально опасными для человека. Дать проглотить живые вирусы животному – это одно, сделать то же самое по отношению к человеку – совершенно другое» (ведущая статья, British Medical Journal, 6 сентября 1952 года, с. 551).
«Имеются предупреждения о том, что не следует безоговорочно применять к человеку выводы, сделанные в ходе экспериментов на животных. Ни один из сильных канцерогенов не вызывает рака у обезьян» (обзор, Lancet, 9 августа 1952 г., с. 274).
«Ваготомия сомнительна в том смысле, что любая процедура, основанная главным образом на экспериментах на животных, часто бывает сомнительной» (сэр Хинейдж Огилви (Heneage Ogilvy), хирург, British Medical Journal, 9 августа 1952 г., с. 302).
«В реакциях матки разных видов животных на гормоны гипофиза были выявлены важные отличия, это же касается in vivo и in vitro экспериментов. Таким образом, при использовании подобных данных в любых предположениях относительно того, как лекарство будет действовать на женскую матку, необходимо быть очень осторожным» (из выступления проф. Г. Х. Белла (G. H. Bell) на 13-м Британском конгрессе по акушерству и гинекологии (13th British Congress of Obstetrics and Gyneacology): British Medical Journal от 2 августа 1952 г., с. 281).
«Когда в 1929 году Форссман (Forssman) путем многократной катетеризации сердца на самом себе показал, что эта процедура не только возможна, но и не сопровождается явной опасностью, в сердечно-сосудистых исследованиях началась новая эра» (Practitioner, июль 1952 г., с. 40).
«Начиная с 1917 года, открытие гормонов яичников, эстрогена и прогестерона, а позже – гонадотропина аденогипофиза, предоставило большой простор для деятельности в области физиологии. Удивительное воздействие всех четырех гормонов на мелких лабораторных животных дало большие надежды на то, что они будут полезны в акушерстве и, особенно, в гинекологии. Но этим надеждам было не суждено сбыться» (доктор Алек Бурне (Alec Bourne), хирург, Medical World, 13 июня 1952 г., с. 400).
«Мне трудно переоценить ошибки, возникающие вследствие непосредственного переноса результатов экспериментов с гормонами с животных на человека» (из свидетельства Дона Карлоса Хайнса (Don Carlos Hines), доктора медицины, перед Комитетом Делани в Палате Представителей (Delaney Committee of the House of Representatives), 31 января 1952 г.).
«Невозможно отрицать, что организованные исследования, направленные на выявление причин развития рака, провалились. Во всех цивилизованных странах мира бесчисленное количество ученых всех степеней неутомимо трудятся во всевозможных заведениях и лабораториях, используют неисчислимые человеко-часы, незаменимые материалы и миллионы фунтов стерлингов – но люди от этого получают до боли мало пользы… Многие наши величайшие открытия были сделаны не в результате бесконечных экспериментов, а благодаря процессу естественного мышления» (статья «Истоки рака» (Ab Ovo Cancer), Medical World, 25 января 1952 г., с. 576).

«Монография Томаса Аддисона (Thomas Addison) 1855 года начинается словами: «Вряд ли можно поспорить с тем, что в настоящий момент о функциях надпочечников и их роли в системе организма не известно почти ничего или совсем ничего». Эти слова, как и многое из его работ, актуальны и по сей день. Мы накопили массу фактов, но все еще мало что можем сказать об организме» (доктор Ф. С. Янг (F.C. Young), профессор биохимии, Кембриджский университет, British Medical Journal, 29 декабря 1951 г., с. 1541).


«Нет никаких оснований предполагать, что какая-либо экспериментальная операция позволяет изучить естественную функцию коры головного мозга. Экспериментатор нарушает нормальное функционирование – т.е. вызывает то, что клиницисты называют симптомом – но мы не можем допустить, что симптом – это то же самое, что и нормальная функция или процесс. Несмотря на это, предполагается, что посредством нескольких поколений стимуляторов коры головного мозга необходимая информация была получена, и это является основной причиной, по которой мы до сих пор не можем придти к единому мнению относительно контроля целенаправленных движений корой головного мозга» (доктор Ф. М. Р. Уолш (F. M. R. Walshe), Lancet, от 17 ноября 1951 г., с.898).
«Значительная часть работы подразумевает добавление в течение длительного времени в корм подопытным животным тестовых веществ, но результаты таких испытаний применимы только к тем животным, которые в них использовались – как правило, это крысы» (ведущая статья, British Medical Journal, 13 октября 1951 г., с. 897).
3 июля в Лондоне в Фонде СИБА (CIBA Foundation) профессор Хуссей (Houssay) сделал доклад о работе своей группы, которая занималась выяснением того, как половые гормоны влияют на частоту возникновения и тяжесть экспериментального диабета у крыс; но прежде всего он предупредил своих слушателей, чтобы они не относили полученные результаты к другим животным или людям» (аннотация в Lancet, 14 июля 1951 г., с. 70).
«Результаты, полученные экспериментальным путем на таких животных (морских свинках), конечно же, не следует относить к человеческому ревматизму, потому что проведение таких аналогий в прошлом часто приводило к ошибкам» (ведущая статья, British Medical Journal, 7 июля 1951 г., с. 37).
«К сожалению, желудочно-кишечный тракт человека очень отличается от пищеварительного тракта животных, и результаты новой операции по поводу желудочного заболевания не могут быть предсказаны посредством оперирования собак» (редакторская статья, Lancet, 5 мая 1951, с. 1003).

«Локализация (localization) – это искусственный атрибут мозга, присвоенный ему наблюдателем… Мозг и его обычный владелец ничего не знают об этом свойстве, и оно не имеет абсолютно никакого значения для человека и его поведения. Исключение составляют те, для кого локализация представляет интерес как объект изучения. В широком смысле слова локализация – это такая абстракция, которая способна уводить нас все дальше и дальше от реальности» (доктор Уильям Гуди (William Goody), помощник врача в Национальной больнице (National Hospital) и консультирующий невролог в больнице при Университетском колледже (University College Hospital). Lancet, 17 марта 1951 г., с. 627).


«Годы идут, а заболеваемость раком растет. Поиск причин и сегодня дает очень скудные результаты. Во многом это связано с тем, что онкологические исследования проводились и до сих пор проводятся на лабораторных животных… Мы считаем, что до тех пор, пока ученые не станут опираться на практику, оставив испытателей онкологических лабораторий горевать из-за неудач, реального прогресса не будет» (“Cancer, an Abstract Review”, Medical Review, февраль 1951г.).
«С помощью экспериментов на животных было трудно предсказать, насколько сильно и с какой вероятностью мышечный релаксант будет влиять на дыхательную деятельность человека… Определение продолжительности воздействия лекарств на человека с помощью лабораторных экспериментов сопровождается точно такими же трудностями» (доктор Х.О. Колльер (H.O.Collier), главный фармацевт компании «Ален энд Хенберис лимитед» (Allen and Hanburys, Ltd.), British Medical Journal, 17 февраля 1951 г., с. 353).
«Характерные реакции при лейкемии были обнаружены исключительно в результате клинических наблюдений. Различные виды данного заболевания у мышей и крыс довольно плохо поддавались лечению уретаном, и, если бы все внимание было сосредоточено только на животных, замечательное действие этого препарата на человека, возможно, не было бы открыто, что иллюстрирует риски, которыми сопровождается подобная работа» (профессор Александр Хэддоу (Alexander Haddow), British Medical Journal, 2 декабря 1950 г., с. 1272).
«Таким образом, понятно, что нет оправдания тому, кто определяет относительную эффективность эстрогенов для человека на основании результатов исследований на животных» (доктора П. М. Ф. Бишоп (P.M.F. Bishop), Н. А. Ричардс (N.A. Richards), М. Б. Аделаид (M. B. Adelaide) и Нил Смит (Neal Smith), Lancet, 6 мая 1950 г., с. 850).
«Возможно, практика на собаках действительно делает человека хорошим ветеринаром, если вашей семье нужен именно такой специалист».

Так писал доктор Уильям Хелд (William Held), всемирно известный чикагский врач, один из многих великих медиков, считавших, что практика вивисекции направляет медицину по опасному, ошибочному пути.


«Когда эстроген впервые стал доступен для применения в клинической практике, чрезмерный энтузиазм, возникший по этому поводу, был понятен … Если верить красиво оформленным брошюрам, которые дают врачу советы в каждом письме, то, к сожалению, создается иллюзия безопасности, как будто эстроген не имеет ни противопоказаний, ни побочных эффектов» (доктора Роберт А. Кимбрау (Robert A. Kimbrough) и С. Лайон Израел (S. Lion Israel), Journal of the American Medical Association, том 138, 25 декабря 1949 г., с.1216).
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   30

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Тысяча врачей мира против экспериментов на животных