• Эрнест Сетон-Томпсон Снап, история бультерьера 1

  • Скачать 12.43 Mb.


    страница14/42
    Дата09.12.2018
    Размер12.43 Mb.
    ТипУрок

    Скачать 12.43 Mb.

    Усі художні твори зі світової літератури 5 клас cd-rom харків «Видавнича група “Основа”»


    1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   42

    Генріх Гейне Задзвени із глибини…
    Задзвени із глибини Тихої печалі, Мила пісенько весни,—
    Линь все далі й далі!
    Линь, дзвени, знайди той дім, В квітах сад зелений, І троянду перед ним Привітай від мене.
    (Переклад Леоніда Первомайського)



    Эрнест Сетон-Томпсон Снап, история бультерьера
    1
    Я увидел его впервые в сумерках.
    Рано утром я получил телеграмму от своего школьного товари-ща Джека:
    «Посылаю тебе замечательного щенка. Будь вежлив с ним. Не-вежливых он не любит».
    У Джека такой характер, что он мог прислать мне адскую ма-шину или бешеного хорька вместо щенка, поэтому я дожидался посылки с некоторым любопытством. Когда она прибыла, я уви-дел, что на ней написано: «Опасно». Изнутри при малейшем дви-жении доносилось ворчливое повизгиванье. Заглянув в заделан-ное решёткой отверстие, я увидел не тигрёнка, а всего-навсего маленького белого бультерьера. Он старался укусить меня и всё время сварливо рычал. Рычанье его было мне неприятно. Собаки умеют рычать на два лада: низким, грудным голосом — это вежли-вое предупреждение или исполненный достоинства ответ, и гром-ким, высоким ворчаньем — это последнее слово перед нападени-ем. Как любитель собак, я думал, что умею управлять ими. По­ этому, отпустив носильщика, я достал перочинный нож, молоток, топорик, ящик с инструментами, кочергу и сорвал решётку. Ма-ленький бесёнок грозно рычал при каждом ударе молотка и, как только я повернул ящик набок, устремился прямо к моим ногам. Если бы только его лапка не запуталась в проволочной сетке, мне пришлось бы плохо. Я вскочил на стол, где он не мог меня достать, и попытался урезонить его. Я всегда был сторонником разговоров с животными. Я утверждаю, что они улавливают общий смысл на-шей речи и наших намерений, хотя бы даже и не понимая слов. Но этот щенок, по-видимому, считал меня лицемером и презритель-но отнёсся к моим заискиваниям. Сперва он уселся под столом,

    94 Усі художні твори зі світової літератури. 5 клас


    зорко глядя во все стороны, не появится ли пытающаяся спустить-ся нога. Я был вполне уверен, что мог бы привести его к повинове-нию взглядом, но мне никак не удавалось взглянуть ему в глаза, и поэтому я оставался на столе. Я человек хладнокровный. Ведь я представитель фирмы, торгующей железным товаром, а наш брат вообще славится присутствием духа, уступая разве только господам, торгующим готовым платьем.


    Итак, я достал сигару и закурил, сидя по-турецки на столе, в то время как маленький деспот дожидался внизу моих ног. За-тем я вынул из кармана телеграмму и перечёл её: «Замечательный щенок. Будь вежлив с ним. Невежливых он не любит». Думаю, что моё хладнокровие успешно заменило в этом случае вежливость, ибо полчаса спустя рычанье затихло. По прошествии часа он уже не бросался на газету, осторожно спущенную со стола для испыта-ния его чувств. Возможно, что раздражение, вызванное клеткой, немного улеглось. А когда я зажёг третью сигару, он проковылял к камину и улёгся там, впрочем, не забывая меня — на это я не мог пожаловаться. Один его глаз всё время следил за мной. Я же следил обоими глазами не за ним, а за его коротким хвостиком. Если бы этот хвост хоть единый раз дёрнулся в сторону, я почув­ ствовал бы, что победил. Но хвостик оставался неподвижным. Я достал книжку и продолжал сидеть на столе до тех пор, пока не затекли ноги и начал гаснуть огонь в камине. К десяти часам стало прохладно, а в половине одиннадцатого огонь совсем потух. Пода-рок моего друга встал на ноги и, позёвывая, потягиваясь, отпра-вился ко мне под кровать, где лежал меховой половик. Легко пе-реступив со стола на буфет и с буфета на камин, я также достиг по­ стели и, без шума раздевшись, ухитрился улечься, не встревожив своего повелителя. Не успел я ещё заснуть, когда услышал лёгкое царапанье и почувствовал, что кто-то ходит по кровати, затем по ногам. Снап*, по-видимому, нашёл, что внизу слишком холодно.
    Он свернулся у меня в ногах очень неудобным для меня образом. Но напрасно было бы пытаться устроиться поуютнее, потому что, едва я пробовал двинуться, он вцеплялся в мою ногу с такой яро­ стью, что только толстое одеяло спасало меня от тяжкого увечья.
    Прошёл целый час, прежде чем мне удалось так расположить ноги, передвигая их каждый раз на волосок, что можно было на-конец уснуть. В течение ночи я несколько раз был разбужен гнев-ным рычаньем щенка — быть может, потому, что осмеливался ше-велить ногой без его разрешения, но, кажется, также и за то, что позволял себе изредка храпеть.

    * От англ. snap — хвать, щёлк.— Прим. переводчика.



    Э. Сетон-Томпсон. Снап, история бультерьера

    95






    Утром я хотел встать раньше Снапа. Видите ли, я назвал его Снапом… Полное его имя было Джинджерснап*. Некоторым со-бакам с трудом приискиваешь кличку, другим же не приходится придумывать клички — они как-то являются сами собой.


    Итак, я хотел встать в семь часов. Снап предпочёл отложить вставанье до восьми, поэтому мы встали в восемь. Он разрешил мне затопить камин и позволил одеться, ни разу не загнав меня на стол. Выходя из комнаты и собираясь завтракать, я заметил:
    — Снап, друг мой, некоторые люди стали бы воспитывать тебя побоями, но мне кажется, что мой план лучше. Теперешние докто-ра рекомендуют систему лечения, которая называется «оставлять без завтрака». Я испробую её на тебе.
    Было жестоко весь день не давать ему еды, но я выдержал ха-рактер. Он расцарапал всю дверь, и мне потом пришлось заново красить её, но зато к вечеру он охотно согласился взять из моих рук немного пищи.
    Не прошло и недели, как мы уже были друзьями. Теперь он спал у меня на кровати, не пытаясь искалечить меня при малей-шем движении. Система лечения, которая называлась «оставлять без завтрака», сделала чудеса, и через три месяца нас нельзя было разлить водой.
    Казалось, чувство страха было ему незнакомо. Когда он встре-чал маленькую собачку, он не обращал на неё никакого внимания, но стоило появиться здоровому псу, как он струной натягивал свой обрубленный хвост и принимался прохаживаться вокруг него, презрительно шаркая задними ногами и поглядывая на небо, на землю, вдаль — куда угодно, за исключением самого незнакомца, отмечая его присутствие только частым рычаньем на высоких но-тах. Если незнакомец не спешил удалиться, начинался бой. После боя незнакомец в большинстве случаев удалялся с особой готовно­ стью. Случалось и Снапу быть побитым, но никакой горький опыт не мог вселить в него и крупицы осторожности.
    Однажды, катаясь в извозчичьей карете во время собачьей вы-ставки, Снап увидел слоноподобного сенбернара на прогулке. Его размеры вызвали восторг щенка, он стремглав ринулся из окна ка-реты и сломал себе ногу.
    У него не было чувства страха. Он не был похож ни на одну из известных мне собак. Например, если случалось мальчику швырнуть в него камнем, он тотчас же пускался бежать, но не от мальчика, а к нему. И если мальчик снова швырял камень, Снап


    • От англ. gingersnap — хрустящий пряник с имбирём.— Прим. пере-


    водчика.
    96 Усі художні твори зі світової літератури. 5 клас

    немедленно разделывался с ним, чем приобрёл всеобщее уважение. Только я и рассыльный нашей конторы умели видеть его хорошие стороны. Только нас двоих он считал достойными своей дружбы. К половине лета Карнеджи, Вандербильдт и Астор*, вместе взя-тые, не могли бы собрать достаточно денег, чтобы купить у меня моего маленького Снапа.


    2
    Хотя я не был коммивояжёром, тем не менее моя фирма, в ко-торой я служил, отправила меня осенью в путешествие, и Снап остался вдвоём с квартирной хозяйкой. Они не сошлись характе-рами. Он её презирал, она его боялась, оба они ненавидели друг друга.
    Я был занят сбытом проволоки в северных штатах. Получа­ емые на моё имя письма доставляли мне раз в неделю. В этих пи­ сьмах моя хозяйка постоянно жаловалась мне на Снапа.
    Прибыв в Мендозу, в Северной Дакоте, я нашёл хороший сбыт для проволоки. Разумеется, главные сделки я заключал с крупны-ми торговцами, но я потолкался среди фермеров, чтобы получить от них практические указания, и таким образом познакомился с фермой братьев Пенруф.
    Нельзя побывать в местности, где занимаются скотоводством,


    • не услышать о злодеяниях какого-нибудь лукавого и смертонос-ного волка. Прошло то время, когда волки попадались на отраву. Братья Пенруф, как и все разумные ковбои, отказались от отравы




    • капканов и принялись обучать разного рода собак охоте на вол-ка, надеясь не только избавить окрестности от врагов, но и позаба-виться.

    Гончие собаки оказались слишком добродушными для реши-тельной борьбы, датские доги — чересчур неуклюжими, а борзые не могли преследовать зверя, не видя его. Каждая порода имела какой-нибудь роковой недостаток. Ковбои надеялись добиться толку с помощью смешанной своры, и когда меня пригласили на охоту, я очень забавлялся разнообразием участвовавших в ней собак. Было там немало ублюдков, но встречались также и чисто­ кровные собаки — между прочим, несколько русских волкодавов, стоивших, наверно, уйму денег.


    Гилтон Пенруф, старший из братьев, необычайно гордился ими


    • ожидал от них великих подвигов.

    * Три американских миллиардера.— Прим. переводчика.




    Э. Сетон-Томпсон. Снап, история бультерьера

    97






    — Борзые слишком тонкокожи для волчьей охоты, доги — медленно бегают, но, увидите, полетят клочья, когда вмешаются мои волкодавы.


    Таким образом, борзые предназначались для гона, доги — для резерва, а волкодавы — для генерального сражения. Кроме того, припасено было две-три гончие, которые должны были своим тон-ким чутьём выслеживать зверя, если его потеряют из виду.
    Славное было зрелище, когда мы двинулись в путь между хол-мами в ясный октябрьский день! Воздух был прозрачен и чист, и, несмотря на позднее время года, не было ни снега, ни мороза. Кони ковбоев слегка горячились и раза два показали мне, каким образом они избавляются от своих седоков.
    Мы заметили на равнине два-три серых пятна, которые были, по словам Гилтона, волками или шакалами. Свора понеслась с громким лаем. Но поймать им никого не удалось, хотя они носи-лись до самого вечера. Только одна из борзых догнала волка и, по-лучив рану в плечо, отстала.
    — Мне кажется, Гилт, что от твоих волкодавов мало будет толку,— сказал Гарвин, младший из братьев.— Я готов стоять за маленького чёрного дога против всех остальных, хотя он простой ублюдок.
    — Ничего не пойму! — проворчал Гилтон.— Даже шакалам никогда не удавалось улизнуть от этих борзых, не то что волкам. Гончие — также превосходные — выследят хоть трёхдневный след. А доги могут справиться даже с медведем.
    — Не спорю,— сказал отец,— твои собаки могут гнать, могут выслеживать и могут справиться с медведем, но дело в том, что им неохота связываться с волком. Вся окаянная свора попросту тру-сит. Я много бы дал, чтобы вернуть уплаченные за них деньги.
    Так они толковали, когда я распростился с ними и уехал дальше. Борзые были сильны и быстроноги, но вид волка, очевидно, на-водил ужас на всех собак. У них не хватало духа помериться с ним силами, и невольно воображение переносило меня к бесстрашному щенку, разделявшему мою постель в течение последнего года. Как мне хотелось, чтобы он был здесь! Неуклюжие гиганты получи-
    ли бы руководителя, которого никогда не покидает смелость.
    На следующей моей остановке, в Бароке, я получил с почты па-кет, заключавший два послания от моей хозяйки: первое — с заявле-нием, что «эта подлая собака безобразничает в моей комнате», другое, ещё более пылкое,— с требованием немедленного удаления Снапа.
    «Почему бы не выписать его в Мендозу? — подумал я.— Всего двадцать часов пути. Пенруфы будут рады моему Снапу».
    98 Усі художні твори зі світової літератури. 5 клас


    3
    Следующая моя встреча с Джинджерснапом вовсе не настоль-ко отличалась от первой, как можно было ожидать. Он бросился на меня, притворялся, что хочет укусить, непрерывно ворчал. Но ворчанье было грудное, басистое, а обрубок хвоста усиленно подёр-гивался.
    Пенруфы несколько раз затевали волчью охоту, с тех пор как я жил у них, и были вне себя от неизменных неудач. Собаки по­ чти каждый раз поднимали волка, но никак не могли покончить


    • ним, охотники же ни разу не находились достаточно близко, что-бы узнать, почему они трусят.

    Старый Пенруф был теперь вполне убеждён, что «во всём не-годном сброде нет ни одной собаки, способной потягаться хотя бы




    • кроликом».

    На следующий день мы вышли на заре — те же добрые лоша-ди, те же отличные ездоки, те же большие сизые, жёлтые и рябые собаки. Но, кроме того, с нами была маленькая белая собачка, всё время льнувшая ко мне и знакомившая со своими зубами не толь-ко собак, но и лошадей, когда они осмеливались ко мне прибли-зиться. Кажется, Снап перессорился с каждым человеком, собакой и лошадью по соседству.


    Мы остановились на вершине большого плоскоголового холма. Вдруг Гилтон, осматривавший окрестности в бинокль, воскликнул:
    — Вижу его! Вот он идёт к ручью, Скелл. Должно быть, это шакал.
    Теперь надо было заставить и борзых увидеть добычу. Это не-лёгкое дело, так как они не могут смотреть в бинокль, а равнина покрыта кустарником выше собачьего роста.
    Тогда Гилтон позвал: «Сюда, Дандер!» — и выставил ногу впе-рёд. Одним проворным прыжком Дандер взлетел на седло и стал там, балансируя на лошади, между тем как Гилтон настойчиво по-казывал ему:
    — Вон он, Дандер, смотри! Куси, куси его, там, там!
    Дандер усиленно всмотрелся в точку, указываемую хозяином, затем, должно быть, увидел что-то, ибо с лёгким тявканьем соско-чил на землю и бросился бежать. Другие собаки последовали за ним. Мы поспешили им вслед, однако значительно отставая, так как почва была изрыта оврагами, барсучьими норами, покрыта камнями, кустарником. Слишком быстрая скачка могла окон-читься печально.
    Итак, все мы отстали; я же, человек, непривычный к сед-лу, отстал больше всех. Время от времени мелькали собаки, то

    Э. Сетон-Томпсон. Снап, история бультерьера

    99






    скакавшие по равнине, то слетавшие в овраг, с тем чтобы немед-ленно появиться с другой стороны. Признанным вожаком был борзой Дандер, и, взобравшись на следующий гребень, мы уви-дели всю картину охоты: шакал, летящий вскачь, собаки, бегу-щие на четверть мили сзади, но, видимо, настигавшие его. Когда мы в следующий раз увидели их, шакал был бездыханен, и все собаки сидели вокруг него, исключая двух гончих и Джинджер-снапа.


    — Опоздали к пиру! — заметил Гилтон, взглянув на отставших гончих. Затем с гордостью потрепал Дандера: — Всё-таки, как ви-дите, не потребовалось вашего щенка!
    — Скажи пожалуйста, какая смелость: десять больших собак напали на маленького шакала! — насмешливо заметил отец.— По-годи, дай нам встретить волка.
    На следующий день мы снова отправились в путь. Поднявшись на холм, мы увидели движущуюся серую точку.
    Движущаяся белая точка означает антилопу, красная — лисицу, а серая — волка или шакала. Волк это или шакал, определяют по хвосту. Висячий хвост принадлежит шакалу, поднятый кверху — ненавистному волку.
    Как и вчера, Дандеру показали добычу, и он, как и вчера, повёл за собой пеструю стаю — борзых, волкодавов, гончих, догов, буль-терьера и всадников. На миг мы увидели погоню: без сомнения, это был волк, двигавшийся длинными прыжками впереди собак. Почему-то мне показалось, что передовые собаки не так быстро бе-гут, как тогда, когда они гнались за шакалом. Что было дальше, никто не видел. Собаки вернулись обратно одна за другой, а волк исчез.
    Насмешки и попрёки посыпались теперь на собак.
    — Эх! Струсили, попросту струсили! — с отвращением прогово-рил отец.— Свободно могли нагнать его, но чуть только он повер-нул на них, они удрали. Тьфу!
    — А где же он, несравненный, бесстрашный терьер? — спросил Гилтон презрительно.
    — Не знаю,— сказал я.— Вероятнее всего, он и не видел волка. Но если когда-нибудь увидит — бьюсь об заклад, он изберёт победу или смерть.
    В эту ночь вблизи фермы волк зарезал нескольких коров, и мы ещё раз снарядились на охоту.
    Началось приблизительно так же, как накануне. Уже много позже полудня мы увидели серого молодца с поднятым хвостом не дальше как за полмили. Гилтон посадил Дандера на седло.
    100 Усі художні твори зі світової літератури. 5 клас

    Я последовал его примеру и подозвал Снапа. Его лапки были так коротки, что вспрыгнуть на спину лошади он не мог. Наконец он вскарабкался с помощью моей ноги. Я показывал ему волка и по­ вторял «куси, куси!» до тех пор, пока он в конце концов не приме-тил зверя и не бросился со всех ног вдогонку за уже бежавшими борзыми.


    Погоня шла на этот раз не чащей кустарника, вдоль реки, а открытой равниной. Мы поднялись все вместе на плоскогорье


    • увидели погоню как раз в ту минуту, когда Дандер настиг вол-ка и рявкнул­ у него за спиной. Серый повернулся к нему для боя,




    • перед нами предстало славное зрелище. Собаки подбегали по две




    • по три, окружая волка кольцом и лая на него, пока не налетел последним маленький белый пёсик. Этот не стал тратить време-ни на лай, а ринулся прямо к горлу волка, промахнулся, однако успел вцепиться ему в нос. Тогда десять больших собак сомкну-лись над волком, и две минуты спустя он был мёртв. Мы мчались вскачь, чтобы не упустить развязки, и хоть издали, но явственно рассмотрели, что Снап оправдал мою рекомендацию.

    Теперь настал мой черёд похваляться. Снап показал им, как ловят волков, и наконец-то мендозская свора доконала волка без помощи людей.


    Было два обстоятельства, несколько омрачивших торжество победы: во-первых, это был молодой волк, почти волчонок. Вот по-чему он сдуру бросился бежать по равнине. А во-вторых, Снап был ранен — у него была глубокая царапина на плече.
    Когда мы с торжеством двинулись в обратный путь, я заметил, что он прихрамывает.
    — Сюда! — крикнул я.— Сюда, Снап!
    Он раза два попытался вскочить на седло, но не мог. — Дайте мне его сюда, Гилтон,— попросил я.
    — Благодарю покорно. Можете сами возиться со своей грему-чей змеёй,— ответил Гилтон, так как всем теперь было известно, что связываться со Снапом небезопасно.
    — Сюда, Снап, бери! — сказал я, протягивая ему хлыст.
    Он ухватился за него зубами, и таким образом я поднял его на седло и доставил домой. Я ухаживал за ним, как за ребёнком. Он показал этим ковбоям, кого не хватает в их своре. У гончих пре-красные носы, у борзых быстрые ноги, волкодавы и доги — сила-чи, но все они ничего не стоят, потому что мужество есть только у бультерьера. В этот день ковбои разрешили волчий вопрос, что вы увидите сами, если побываете в Мендозе, ибо в каждой из мест-ных свор теперь имеется свой бультерьер.

    Э. Сетон-Томпсон. Снап, история бультерьера

    101








    4
    На следующий день была годовщина появления у меня Снапа. Погода стояла ясная, солнечная. Снега ещё не было. Ковбои сно-ва собрались на волчью охоту. Ко всеобщему разочарованию, рана Снапа не заживала. Он спал, по обыкновению, у меня в ногах, и на одеяле оставались следы крови. Он, конечно, не мог участвовать в травле. Решили отправиться без него. Его заманили в амбар и за-перли там. Затем мы отправились в путь. Все отчего-то предчув­ ствовали недоброе. Я знал, что без моей собаки мы потерпим не-удачу, но не воображал, как она будет велика.
    Мы забрались уже далеко, блуждая среди холмов, как вдруг, мелькая в кустарнике, примчался за нами вдогонку белый мячик. Минуту спустя к моей лошади подбежал Снап, ворча и помахивая обрубком хвоста. Я не мог отправить его обратно, так как он ни за что не послушался бы. Рана его имела скверный вид. Подозвав его, я протянул ему хлыст и поднял на седло, «Здесь,— подумал я,— ты просидишь до возвращения домой». Но не тут-то было. Крик Гил-тона «ату, ату!» известил нас, что он увидел волка. Дандер и Райл, его соперник, оба бросились вперёд, столкнулись и упали вместе, растянувшись на земле. Между тем Снап, зорко приглядываясь, высмотрел волка, и не успел я оглянуться, как он уже соскочил с седла, и понёсся зигзагами, вверх, вниз, над кустарником, под кустарником, прямо на врага. В течение нескольких минут он вёл за собой всю свору. Недолго, конечно. Большие борзые увидели движущуюся точку, и по равнине вытянулась длинная цепь собак. Травля обещала быть интересной, так как волк был совсем недале-ко и собаки мчались во всю прыть.
    — Они свернули в Медвежий овраг! — крикнул Гарвин.— За мной! Мы можем выйти им наперерез!
    Итак, мы повернули обратно и быстро поскакали по северно-му склону холма, в то время как погоня, по-видимому, двигалась вдоль южного склона.
    Мы поднялись на гребень и готовились уже спуститься, когда Гилтон крикнул:
    — Он здесь! Мы наткнулись прямо на него.
    Гилтон соскочил с лошади, бросил поводья и побежал вперёд. Я сделал то же. Навстречу нам по открытой поляне, перевалива-ясь, бежал большой волк. Голова его была опущена, хвост вытя-нут по прямой линии, а в пятидесяти шагах за ним мчался Дандер, несясь, как ястреб над землёй, вдвое быстрее, чем волк. Минуту спустя борзой пёс настиг его и рявкнул, но попятился, как только волк повернулся к нему. Они находились теперь как раз под нами,
    102 Усі художні твори зі світової літератури. 5 клас

    не дальше как в пятидесяти футах. Гарвин достал револьвер, но Гилтон, к несчастью, остановил его:


    — Нет, нет! Посмотрим, что будет.
    Через мгновение примчалась вторая борзая, затем одна за дру-гой и остальные собаки. Каждая неслась, горя яростью и жаждой крови, готовая тут же разорвать серого на части. Но каждая по­ очерёдно отступала в сторону и принималась лаять на безопасном расстоянии. Минуты две погодя подоспели и русские волкода-вы — славные, красивые псы. Издали они, без сомнения, желали ринуться прямо на старого волка. Но бесстрашный его вид, мус-кулистая шея, смертоносные челюсти устрашили их задолго до встречи с ним, и они также примкнули к общему кругу, в то вре-мя как затравленный бандит поворачивался то в одну сторону, то в другую, готовый сразиться с каждой из них и со всеми вместе.
    Вот появились и доги, грузные твари, каждая такого же веса, как волк. Их тяжёлое дыхание переходило в угрожающий хрип, по мере того как они надвигались, готовые разорвать вол-ка в клочья. Но как только они увидели его вблизи — угрюмого, бесстрашного, с мощными челюстями, с неутомимыми лапами, готового умереть, если надо, но уверенного в том, что умрёт не он один,— эти большие доги, все трое, почувствовали, подобно остальным­, внезапный прилив застенчивости: да, да, они бросят-ся на него немного погодя, не сейчас, а как только переведут дух. Волка они, конечно, не боятся. Голоса их звучали отвагой. Они хорошо знали, что несдобровать первому, кто сунется, но это всё равно, только не сейчас. Они ещё немного полают, чтобы подбод-рить себя.
    В то время как десять больших псов праздно метались вокруг безмолвного зверя, в дальнем кустарнике послышался шорох. За-тем скачками пронёсся белоснежный резиновый мячик, вскоре превратившийся в маленького бультерьера. Снап, медленно бегу-щий и самый маленький из своры, примчался, тяжело дыша — так тяжело, что, казалось, он задыхается, и подлетел прямо к кольцу вокруг хищника, с которым никто не дерзал сразиться. Заколебал-ся ли он? Ни на мгновение. Сквозь кольцо лающих собак он бро-сился напролом к старому деспоту холмов, целясь прямо в глотку. И волк ударил его с размаху своими двадцатью клыками. Однако малыш бросился на него вторично, и что произошло тогда, трудно сказать. Собаки смешались. Мне почудилось, что я увидел, как ма-ленький белый пёс вцепился в нос волка, на которого сейчас напа-ла вся свора. Мы не могли помочь собакам, но они и не нуждались в нас. У них был вожак несокрушимой смелости, и когда битва

    Э. Сетон-Томпсон. Снап, история бультерьера

    103






    наконец закончилась, перед нами на земле лежали волк — могу-чий гигант — и вцепившаяся в его нос маленькая белая собачка.


    Мы стояли вокруг, готовые вмешаться, но лишённые возмож-ности это сделать. Наконец всё было кончено: волк был мёртв. Я окликнул Снапа, но он не двинулся. Я наклонился к нему.
    — Снап, Снап, всё кончено, ты убил его! — Но пёсик был не-подвижен. Теперь только увидел я две глубокие раны на его теле. Я попытался приподнять его: — Пусти, старина: всё кончено!
    Он слабо заворчал и отпустил волка.
    Грубые скотоводы стояли вокруг него на коленях, и старый Пенруф пробормотал дрогнувшим голосом:
    — Лучше бы у меня пропало двадцать быков!
    Я взял Снапа на руки, назвал его по имени и погладил по голо-ве. Он слегка заворчал, как видно, на прощание, лизнул мне руку и умолк навсегда.
    Печально возвращались мы домой. С нами была шкура чудо-вищного волка, но она не могла нас утешить. Мы похоронили не-устрашимого Снапа на холме за фермой. Я слышал при этом, как стоящий рядом Пенруф пробормотал:
    — Вот это действительно храбрец! Без храбрости в нашем деле недалеко уйдёшь.
    (Перевод Николая Чуковского)
    1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   42

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Усі художні твори зі світової літератури 5 клас cd-rom харків «Видавнича група “Основа”»

    Скачать 12.43 Mb.