Скачать 359.72 Kb.


страница1/2
Дата24.04.2018
Размер359.72 Kb.

Скачать 359.72 Kb.

В. Д. Шадриков Мысль, мышление и сознание


  1   2

В.Д. Шадриков

Мысль, мышление и сознание

Через раскрытие структуры мысли и содержания психики показывается, что сознание выступает как функциональная часть, актуализируемая субъектом в целях организации текущей жизнедеятельности. Мышление с его операциями рассматривается как механизм работы с содержанием сознания. Доказывается, что рефлексия включена в мыслительный процесс и нет основания рассматривать ее отдельно от мышления. Показывается, что все познавательные процессы можно разделить на две категории: обеспечивающие психическую деятельность содержанием и выступающие как механизм работы с этим содержанием. Рассматривается связь мышления и ума и на этой основе дается содержательное психологическое толкование операциям: суждения, умозаключения, рассуждения.



Ключевые слова: мысль, сознание, мышление, ум, поведение, структура, рефлексия и рефлексивность, интеллектуальные операции.

Как писал У. Джемс, «элементарным психическим фактом служит не мысль вообще, не «эта или та мысль», но «моя мысль», вообще «мысль, принадлежащая кому-нибудь…» Худшее, что может сделать психолог – это начать истолковывать природы личных сознаний, лишив их индивидуальной ценности» [5. С. 114].

В приведенной цитате содержится два важных для нас положения:


  • во-первых, психолог должен заниматься не сознанием вообще, а личным сознанием, сознанием, принадлежащим конкретному человеку;

  • во-вторых, нельзя истолковать природу личностных сознаний вне личностных мыслей.

Изучению феномена сознания в психологии, философии, социологии, экономике посвящено огромное число работ. В последнее время в России вышли две фундаментальные монографии В.П. Зинченко [6] и А.В. Карпова [8], в которых всесторонне рассмотрена история и настоящее состояние данной проблемы. Это освобождает нас от детального анализа проблемы сознания как таковой.

В целях нашего исследования отметим, что сознание тесно связано с мышлением, сознание определяют как способность человека идеально воспроизводить действительность в мышлении [3. С. 1121].

Сознание тесно связано с содержанием психики, но не тождественно ему. Как было показано нами ранее, мышление входит в реализацию всех психических функций. Умные восприятие, представление и воображение во многом определяют содержание сознания, но не все содержание этих процессов становится достоянием сознания.

Выступая как одна из способностей человека, по нашему определению способностей [17], сознание должно иметь свой материальный субстрат, выступающий механизмом сознания, и включать систему ментальных операций, позволяющих реализовывать сознанию свою функцию. И, главное, что хотелось бы подчеркнуть еще раз, сознание тесно связано с мыслью.

Мы согласны с А.В. Карповым, который пишет, что «проблему сознания неконструктивно решать так сказать «прямо и непосредственно» - предпринимать лобовую атаку на нее. Гораздо более конструктивно делать это, на наш взгляд, опосредованно – через предварительное раскрытие целого ряда иных структур, процессов, образований и др. психики, а также интерпретацию их собственных закономерностей и механизмов как парциальных закономерностей и механизмов самого сознания» [8. С. 11-12].

В нашем случае такой парциальной проблемой является взаимосвязь сознания и мысли. Раскрытие этой взаимосвязи позволит, как мы надеемся, продвинуться в понимании сущности сознания, его качественной определенности (системы качеств, характеризующих сознание), содержания сознания, соотношения содержания сознания и содержания психики в целом, проблемы механизмов сознания и осознания и связанного с этим механизмом рефлексии, проблемы возникновения и развития сознания. Тесно к проблеме сознания примыкает и проблема знания. Как пишет Карпов, «любое знание возможно лишь в его рефлексивном «обрамлении». Поэтому и один из жгучих вопросов: что есть знание? – во многом тождественен вопрос: что есть сознание?. Сознание – это форма и условие существования любого знания, в том числе и научного, в особенности – психологического» [8. С. 5].

Для ответа на поставленные проблемы обратимся к вопросу: для чего необходима психика? Психика необходима для обеспечения выживания биологического существа, и человека в том числе, и для продолжения вида путем воспроизводства («И сотворил Бог человека … мужчину и женщину … И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею …» [2. Быт. 1:27-28 ).

Психика и позволяет человеку выживать в изменяющимся мире за счет познания биологически ценных свойств-предметов внешнего мира, построения адаптивного поведения с учетом полезных качеств окружающей среды и угроз жизни.

Современные исследования показывают, что такое поведение может быть построено уже в животном мире без привлечения сознания [15]. Поведение строится по схеме: На основе актуальной потребности формируется мотивационное состояние на основе как нервных, так и гуморальных механизмов. Для естественного формирования мотивационного возбуждения необходимо, чтобы соответствующие центры головного мозга получили раздражение вначале нервным, а затем гуморальным путем. Однако в формировании различных мотивационных возбуждений относительное значение нервных и гуморальных факторов различно. Специфическое мотивационное возбуждение, определяемое внутренней потребностью организма, воздействуя на корковые клетки, создает у них особую «химическую» настроенность. В свою очередь, эта настроенность клеток определяет их реакцию на поступающую информацию, благодаря чему осуществляется фильтрация сенсорных сигналов.

От мотивационного возбуждения зависит активное использование и подбор специальных раздражителей внешнего мира, сигнализирующих об объектах, способных удовлетворить исходную потребность организма. Предмет, удовлетворяющий потребность, «жестко не записан», имеются признаки, по которым осуществляется поиск предметов, содержащих эти признаки. Благодаря этому потребность может удовлетворяться за счет разных предметов. Конкретизация предмета, способного удовлетворить актуальную потребность, и будет составлять сущность процесса опредмечивания потребности.

Поведение строится без осознания признаков вещей, необходимых для удовлетворения актуальной потребности. Но это поведение осмысливается, если считать за мысль связь вещи и ее свойства.

Когда же появляется потребность в осознании своего поведения? Один из возможных вариантов объяснения связан с необходимостью передачи индивидуальных сведений от одного субъекта другому, а для этого необходимо осознание сведений индивидуального «сознания». И здесь мы подошли к проблеме индивидуального сознания. Что это такое?

Для дальнейшего понимания текста отметим авторское понимание мысли. Под предметной мыслью будем понимать связь вещи и ее признака (свойства), устанавливаемую субъектом. Мысль рождает мыслящий человек, поэтому мысль всегда носит субъективный характер. Этот процесс субъективации идет по трем направлениям:



  • в мысли опредмечивается потребность мыслящего субъекта;

  • мысль «оборачивается» в нравственные устои субъекта;

  • происходит социо-культурная и ситуативная субъективация мысли.

В силу сказанного структура мысли включает три компонента: содержание, потребности (мотивы) и переживания. В единстве этих трех компонентов мысль выступает как живое знание, как потребностно-эмоционально-содержательная субстанция.

Содержание психики, прежде всего, состоит из предметных мыслей. Эти мысли имеют личностный смысл. В качестве таковых мысли могут осознаваться или не осознаваться. Рассмотрим каждый из этих отдельных вариантов. Эксперименты с ЭРМ показали, что в памяти человека хранятся фреймы отдельных эпизодов из его жизни. Как отмечает Х. Дельгадо, в памяти хранится все, что человек воспринимал. Но далеко не все, что он воспринимал, человек осознает. Об этом же говорят и исследования восприятия и памяти. Осознается только то, что связано с деятельностью, выполняемой человеком, с реализацией его мотивов и целей. Существует не только произвольное, но и непроизвольное запоминание (П.И. Зинченко). Интимные механизмы творческого мышления по большей части не осознаются, осознается только результат. Построение движения осознается только на высших уровнях регулирования (уровни D и C по Н.А. Бернштейну [1 ).

Таким образом, мы видим, что содержание психики больше содержания сознания. В сознании представлена только часть психики, актуальная для разрешения задач, стоящих перед субъектом. В возможностях извлечения новых мыслей из содержания психики заключается одна из причин продуктивности мышления. Будучи частью психики сознание реализуется теми же психическими процессами, что и психика.

Вначале статьи мы отметили, что сознание рассматривается как способность человека идеально воспроизводить действительность в мышлении. В нашем подходе [17] способности связаны с психическими функциями, реализуемыми определенными функциональными системами.

Такое понимание способностей позволяет указать место способностей в структуре психики. Как правило, при определении психики рассматриваются три ее аспекта: свойства высокоорганизованной материи мозга отражать объективный мир, субъективный образ объективного мира и переживания. Сравнивая определения психики и способностей, мы видим, что именно способности реализуют функцию отражения и преобразования действительности в практической и идеальной формах. Способности — одно из базовых качеств психики наряду содержательной стороной, включающей знания об объективном мире переживания. Способности конкретизируют общее свойство мозга отражать объективный мир, относя его к отдельным психическим функциям. Одновременно способности характеризуют индивидуальную мер выраженности этого свойства, отнесенного к конкретной психической функции. Таким образом, способности находят свое место в структуре психики, конкретизируя общее понятие психики как свойства мозг отражать объективный мир, дифференцируя это свойство на конкретные психические функции, внося в него меру индивидуальной выраженности, придавая ему деятельностный характер, ибо мера индивидуальной выраженности способности проявляется в успешности и качественном своеобразии освоения и реализации отдельных психических функций. Способности имеют сложную структуру, отражающую системную организацию мозга, межфункциональные связи и деятельностный характер психических функций.

Сознание как способность будет реализовываться интегрированной, целостной структурой мозга, участвуя в реализации парциальных способностей, связанных с отдельными психическими функциями. Содержанием сознания частично будет интегрированное содержание отдельных психических функций.

Определение способностей как свойств функциональных систем, реализующих отдельные психические функции, позволяет предположить, что о способностях мы можем говорить в отношении не только когнитивных способностей, но и в других случаях, когда психическая функция реализуется функциональной системой. Таким образом, мы можем утверждать, что существуют способности желать, хотеть, переживать. Это согласуется с нашим пониманием мыслей как субстанции, включающей три компонента: содержание, потребности (мотивы) и переживания. Следовательно, сознание будет выступать также как живое знание, как потребностно-эмоционально-содержательная субстанция. Характеризуя сознание через мысли, мы наделяем сознание определенной структурой.

Но в содержании сознания входят не только предметные мысли, получаемые на основе чувственного восприятия. Значительную часть информации мы получаем в виде знаний, прежде всего, через книги. Но и в этом случае понимание знаний возможно только путем включения его во внутренний чувственный мир человека. Это хорошо осознали ведущие педагоги мира, когда сформулировали принцип наглядности. В соответствии с этим принципом в систему обучения таким достаточно абстрактным теоретическим предметам как физика, химия был введен учебный эксперимент, который позволял бы демонстрировать наглядно отдельные теоретические положения, придавая процессу обучения чувственную основу. На это же направлена демонстрация различных гербариев, муляжей, рисунков и графических (образных) моделей.

Наряду с содержательной стороной в структуру сознания будут входить и познавательные действия, с помощью которых это содержание получается и присваивается субъектом. Будем помнить, что мы говорим о личном сознании, сознании конкретного человека.

Важнейшим фактором, позволяющим понять и объяснить личное сознание, является вовлеченность психики в поведение, обеспечивающее выживание человека, в повседневную деятельность. Деятельность всегда побуждается определенным мотивом. Мотив предполагает наличие определенного предмета, способного удовлетворить актуальную потребность. Деятельность всегда направляется определенной целью, а это, в свою очередь, предполагает осознание цели, осознанного принятия решения, осознанного регулирования действий и движений, осознание результата и его отношений с целью. Таким образом, деятельность предполагает ее осознание во всех компонентах, начиная с осознания потребности, вначале в форме хотения, а затем – желания.

Деятельность позволяет осознать значение отдельных мыслей для деятельности и поведения, осознать информационную основу, обеспечивающую организацию деятельности в соответствии с осознанной и принятой целью. Через деятельность отдельные мысли и их совокупность (целостность) приобретают личностный смысл, осознаются как личностные ценности. Субъект осознает не только цель деятельности, но и для чего нужна та или иная деятельность [14. С. 38]. Через осознание деятельности и ее ценности у субъекта формируется представление о ценности субъективной жизни.

Так как осознание отдельных компонентов деятельности осуществляется через осознание мысли, а нами было показано, что существует индивидуальное различие в порождении мысли, то можно предположить, что осознание отдельных компонентов деятельности будет различаться как у одного и того же субъекта, так и у разных субъектов деятельности.

Определенную ясность в понимание сознания вносят теоретические разработки Л.М. Веккера, который показал, что «меха­низм любого психического процесса, в принципе, описывается в той же системе физиологических понятий и на том же общефизиологическом языке, что и механизм любого физического акта жизнедеятельности. Однако, в отличие от всякого другого, собственно физиологического акта.., конечные, итоговые характеристики любого психического про­цесса в общем случае могут быть описаны только в терминах свойств и отношений внешних объектов, физическое существование которых с органом этого психического процесса совершенно не связано и кото­рые составляют его содержание» [4. С. 11]. Таким образом, процессуальная ди­намика механизма и интегральная характеристика результата в психи­ческом акте отнесены к разным предметам: первая — к органу, вторая — к объекту.

«Это парадоксальное воплощение свойств внешнего объекта в со­стояниях другого объекта — органа психического акта, или наоборот, "перевоплощение" собственного "нутра" носителя психики в свойства другого, внешнего по отношению к нему физического тела составляет подлинную исконную специфичность психического процесса» [4. С. 11]. Уни­кальность и таинственность отмеченного свойства проекции определя­ется тем, что здесь в одном объекте-органе воспроизводится место, за­нимаемое другим объектом. Конечные характеристики психического акта всегда отнесены к характеристикам внешнего объекта, в этом зак­лючается сущность предметности психического процесса.

Из данного свойства психического процесса вытекают и другие его характеристики. Во-первых, итоговые параметры психического процесса не могут быть сформулированы на физиологическом языке тех явлений и величин, которые открываются наблюдателю в органе-носителе. Во-вторых, психические процессы недоступны прямому чувственному на­блюдению, своему носителю-субъекту психический процесс открывает свойства объекта, оставляя скрытыми изменения в субстрате, являющем­ся механизмом этого процесса.

«Человек не воспринимает своих восприятий, но ему непосредствен­но открывается предметная картина их объектов. Внешнему же наблю­дателю не открывается ни предметная картина восприятий и мыслей Другого человека, ни их собственно психическая "ткань" или "матери­ал". Непосредственному наблюдателю со стороны доступны именно и только процессы в органе, составляющие механизм психического акта» [4. С. 15]. Именно в этом процессе восприятия, где субъекту непосредственно открывается предметная картина их объектов и заключается природный механизм сознания.



В-третьих, специфической характеристикой психических процессов является их свободная активность. «Эта активность не является однознач­ной равнодействующей физиологических и физических сил, в ней нет жестко предзаданной и фиксированной во всех ее конкретных реализа­циях и деталях программы, и субъект может действовать «на все лады» (И. М. Сеченов) [4. С. 16].

Именно в отмеченной Веккером парадоксальности психического акта и заключается механизм сознания. В процессах восприятия внешний мир раскрывается субъекту в своих свойствах и отношениях, фиксируемых в отдельных мыслях, которым, будучи отнесенными к внешнему, предметному миру (или к самому субъекту) и выступают как содержание сознания. В отмеченной природе психического акта и заключается механизм и содержание сознания. Именно отнесенность к внешнему миру (или к самому себе) является атрибутивной характеристикой сознания. И в этом случае становится понятной характеристика сознания как способности субъекта.

Парадоксальным является и то положение, сложившееся в психологии, что проблема сознания рассматривается в отрыве от предметности восприятия мышления, как следствие, в отрыве от предметных мыслей.

Говоря об осознании своей деятельности, важно выяснить, в каких психических процессах происходит это осознание. И здесь мы подходим к таким понятиям как рефлексия и рефлексивность. В свою очередь, рассматривая рефлексию, мы встаем перед проблемой отношений рефлексии и мышления. Остановимся кратко на этих вопросах.



Рефлексия (лат. reflexes – обращение назад) – термин, означающий отражение, а также исследование познавательного акта. В различных философских системах термин «рефлексия» имел и имеет различное содержание. «Локк считал рефлексию источником особого знания, когда наблюдение направляется на внутреннее действие сознания, тогда как ощущение имеет своим предметом внешние вещи. Для Лейбница рефлексия не что иное, как внимание к тому, что в нас происходит. По Юнгу, идеи – это рефлексия над впечатлениями, получаемыми извне» (Философский словарь, 2006, с. 410). Н. Зубовский [7] рефлексию описывал как способности, приобретающие материал для познания, обозначаемые как «чувство внутреннего».

При всех различиях общим в понимании рефлексии является то, что она характеризует направленность на внутренний мир в различных его качествах и проявлениях. Это могут быть и эмоциональные состояния, и переживания, и явления совести, и действия сознания.

Важно подчеркнуть, что рефлексия характеризуется теми же способностями, что и способности познания объективного мира, но они приобретают специфические черты, определяемые предметом познания, т. е. субъектом самопознания. Рефлексивность тогда рассматривается как качество личности, характеризующее направленность познания на себя, имеющие меру выраженности.

Для дальнейшего анализа рефлексии и рефлексивности уместно обратиться к работам С. Л. Рубинштейна 1940-х годов. Исследуя психологическую природу мыслительных процессов, он писал: «Всякий мыслительный процесс является по своему внутреннему строению действием или актом деятельности, направленным на разрешение определенной задачи. Задача эта заключает в себе цель для мыслительной деятельности индивида, соотнесенную с условиями, которыми она задана» [11. С. 317].

Анализируя процесс мышления, Рубинштейн выделяет следующие моменты:


  • Нельзя анализировать мышление в отрыве от мыслящего субъекта. «Мыслит не „чистая“ мысль, а живой человек». В мыслительный процесс вовлечена личность.

  • Всякий мыслительный процесс является по своему внутреннему строению действием или актом действия, направленным на разрешение определенной задачи. В структуре этого действия Рубинштейн выделял: потребности и поступки человека, цель (заключенную в задаче), условия (которыми задается задача).

  • «Весь мыслительный процесс в целом представляется сознательно регулируемой операцией», точнее было бы сказать – операциями, так как мыслительный процесс определяется системой интеллектуальных операций (Шадриков В.Д.).

  • Сознательность мыслительного процесса обеспечивается проверкой, критикой и контролем. «Осознание стоящей перед мышлением задачи (точнее было бы сказать: стоящей перед субъектом задачи, которая разрешается в мыслительном процессе. – В. Ш.) определяет все течение мыслительного процесса. Он совершается как система сознательно регулируемых интеллектуальных операций. Мышление соотносит, сопоставляет каждую мысль, возникающую в процессе мышления, с задачей, на разрешение которой направлен мыслительный процесс и ее условиями» [11. С. 318].

Необходимо подчеркнуть, что в мышлении в первую очередь порождаются мысли, с которыми далее работает субъект, опять же в процессах мышления. Мышление работает с мыслями.

Изучая процесс мышления и разрешения проблемы, С. Л. Рубинштейн писал: «Поставленная проблема во всем многообразии своих объективных свойств и принципов включается во все новые связи и в силу этого выступает во все новых свойствах и качествах, которые фиксируются в новых понятиях; из проблемы, таким образом, как бы «вычерпывается» все новое содержание, она как бы поворачивается каждый раз своей новой стороной, в ней выявляются все новые свойства» [12. С. 98].

Каждый поворот предмета и вычерпывание соответствующего содержания есть новая мысль. Именно состав этих мыслей и характеризует содержание предмета. В этих процессах порождается содержание психики. Несомненно, что содержание психики обогащается и за счет усвоения понятий, но сами понятия усваиваются продуктивно, когда они связаны с чувственными данными.

Обеспечивая содержательную основу действию или поступку, мышление работает с содержанием психики, которое может как осознаваться, так и не осознаваться. Работа с содержанием осуществляется с помощью интеллектуальных операций. И этот процесс мышления характеризуется, по Рубинштейну, мотивами, целями, процессами программирования и принятия решений (работой с различными схемами), проверкой и контролем.

Можно с уверенностью утверждать, что мышление, как деятельность, реализуется функциональной психологической системой деятельности (по В. Д. Шадрикову).

«Сознательность мысли, – отмечал С. Л. Рубинштейн, – проявляется в своеобразной ее привилегии: только в мыслительном процессе возможна ошибка; только мыслящий человек может ошибаться» [11. С. 318]. Благодаря рефлексии эта ошибка осознается и в деятельность вносятся коррективы, с учетом которых мыслительная задача в конечном счете разрешается или субъект отказывается от решения задачи, признавая ее неразрешимой для себя в настоящее время.

Приведенный выше анализ психологической природы мыслительного процесса показывает, что мышление включает осознание мыслительного процесса в операциях выбора интеллектуальных действий, соотнесенных с условием задачи, а также в действиях проверки и контроля. Иными словами, мыслительный процесс включает и рефлексию самого себя. Убрав из мыслительного процесса рефлексию, мы разрушим мыслительный процесс, так что вряд ли есть основания рассматривать рефлексию как самостоятельный процесс в отрыве от процесса мышления.

Мышление не осмысливает само себя (это не мышление о мышлении), мышление выступает как мыслительная функция мыслящего субъекта, разрешающего значимую для него задачу (проблему). Субъект, организуя свою мыслительную деятельность, осознает (рефлексирует) ход решения задачи, руководствуясь представлением о результате. Но так как задача разрешается мышлением (процессом мышления), то он осознает ход мысли, связанной с решением задачи. Как отмечал В.О. Ключевский, сознание есть умение пользоваться знанием.

Организации хода своих мыслей и контролю за ними в соответствии с условиями задачи можно научиться. Это прекрасно иллюстрируют занятия математикой – этому учат на уроках математики. Обобщенное умение отслеживать свои действия (умственные и практические) и анализировать их правильность переходят в качество личности. Таким образом, если ранее мы констатировали, что нельзя рефлексию вырвать из целостного мыслительного процесса, то теперь можно утверждать, что может существовать такое качество личности (благоприобретенное) как рефлексивность.

Рефлексивность как качество личности будет способствовать успешному выполнению любой деятельности, направляя мыслительный процесс, организуя его и управляя им. Личность через свое качество рефлексивности будет управлять решением задачи, течением своих мыслей.

Рефлексия осуществляется теми же психическими процессами, что и познание внешнего мира, но обращены эти процессы на самого себя. Все дело в этой обращенности. Вопрос заключается в том, что лежит в основе этой обращенности, каков ее механизм. Является ли эта обращенность механизмом обратной связи или это специфический механизм?

И так же, как познание и знание осуществляются на основе взаимодействия субъекта с объектом (предметом) познания, так же и познание себя должно осуществляться на основе взаимодействия человека с самим собой. Но тогда позволительно и необходимо поставить вопрос: а в чем же тогда должно заключаться это взаимодействие? Как и любое взаимодействие, процесс познания себя должен иметь мотив, который задает вектор познания: я хочу узнать свои способности, свои личностные качества, мотивацию своих поступков, цель, способы познания, программу и т.д.

Я могу это сделать с помощью определенных тестов. Но что в данном случае будут представлять собой эти тесты? Они должны будут представлять собой стандартизированные виды деятельности, которые, по предположению их создателей, позволяют на основе результатов выполнения тестов сделать заключение о своих сущностных качествах, которые я стремлюсь узнать. Таким образом, речь идет о познании некоторых сущностей, которые непосредственно не наблюдаются. Они не наблюдаются как внешним наблюдателем, так и самим субъектом. Значит, и внешний наблюдатель, который хочет познать меня (как предмет познания), и я сам, который хочет познать себя (как предмет самопознания), находимся в одинаковой ситуации. И значит, чтобы познать себя, я должен обратиться к результатам своей деятельности и поведения. Чтобы познать себя, я должен обратиться к анализу результатов своего поведения и деятельности. Таким образом, субъект в целях познания себя включает себя в деятельность, в которой предположительно должны проявиться определенные качества, и по результатам этой деятельности (поведения) он делает заключение о своих качествах. Следовательно, в акте рефлексии присутствуют два момента:


  • целенаправленное включение себя в деятельность;

  • анализ результатов с позиции их обусловленности своими сущностными качествами.

Целенаправленное включение, в свою очередь, предполагает:

  • мотивацию познания себя;

  • знание о сущностных качествах, которые определяют поведение;

  • знания о видах жизнедеятельностных актов, в которых могут проявиться познаваемые сущностные качества самого себя.

Таким образом, мы видим, что механизм обратной связи является составной частью механизма рефлексии. Детерминантой самопознания является мотивация самопознания. Весь процесс самопознания пронизан процессами принятия решений, на основе определенных знаний, определяющих результаты жизнедеятельности.

Проведенный анализ показывает необходимость различать рефлексию и рефлексивность. Рефлексия как процесс познания себя и рефлексивность как качество личности не являются идентичными понятиями. Рефлексивность – качество личности, определяющее рефлексию как процесс. При этом в рефлексии как познании себя следует выделять личностную рефлексию и деятельностную рефлексию. Личностная рефлексия направлена на познание себя в своих сущностных качествах как субъекта социального поведения, деятельностная рефлексия направлена на отражение своей психической деятельности, реализующей цели предметно-практической и теоретической деятельности. Несомненно, что эти две формы рефлексии взаимосвязаны в реальной жизнедеятельности человека.

Изучение рефлексии и рефлексивности выступают как две самостоятельные задачи, требующие своей методологии и теоретического понимания. В совокупности с субъектностью, субъективностью и индивидуальностью эти категории позволяют осмыслить важнейшие детерминанты трудового поведения, его направленность и эффективность.

Познание себя осуществляется теми же психологическими процессами, что и познание внешнего мира, но предмет познания существенно отличается и способности, реализующие это познание, будут приобретать оперативную специфику (по Д.А. Ошанину).

Рефлексивность определяется направленностью процессов познания на себя в действиях, поступках, созерцании.

Критериальные оценки этой направленности связаны с:



  • наличием критериев правильности действий;

  • наличием критериев правильности поступка;

  • оценкой познавательных способностей (интеллекта);

  • показателями направленности на самооценку

Показатель рефлексивности как качество человека определяет, насколько он способен отражать предмет рефлексии. С учетом многообразия предмета рефлексии можнопредположить, что рефлексивность будет характеризоваться парциальностью и полиметричностью. Ее качественная и количественная характеристики будут определяться предметом рефлексии.

Для различных видов деятельности и разных возрастов она будет различаться субъектными качествами [18; 19]. Парциальность рефлексивности будет заключаться в том, что у одного и того же субъекта деятельности рефлексивность будет иметь различную меру выраженности по отношению к различным видам деятельности (поступкам) и действиям, конструктам деятельности.



В свою очередь качества, через которые будет реализовываться рефлексивность будут не тождественными для различных видов рефлексии. Поэтому выделенные в модели качества рефлексивности можно рассматривать как базовые, свойственные для различных видов рефлексии. Модель рефлексивности представлена на рис. 1.

  1   2

Коьрта
Контакты

    Главная страница


В. Д. Шадриков Мысль, мышление и сознание

Скачать 359.72 Kb.