страница17/36
Дата14.01.2018
Размер6.1 Mb.
ТипУчебник

В. И. Беликов, Л. П. Крысин Социолингвистика


1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   36

Превращаясь из ребенка во взрослого, человек учится приспосабливать свою речь к целям общения, к социальным и психологическим условиям речи, к тем ролям, которые он исполняет по отношению к окружающим его людям. С достаточно раннего возраста язык усваивается не в "чистом" виде, а в разнообразных коммуникативных формах, включающих ситуативные и ролевые моменты. Недаром даже маленькие дети хорошо понимают, с кем как говорить – ласково, небрежно, капризно, грубо, повелительно и т. д.

Наблюдения показывают, что уже в возрасте трех-четырех лет ребенок владеет элементами ролевого поведения: он начинает использовать языковые средства дифференцированно – в зависимости от того, с кем он говорит (например, с отцом, бабушкой или со сверстниками) и в каких условиях. Так, выбор лексики и весь строй речи в разговоре наедине с кем-либо из членов семьи отличаются от словоупотребления и синтаксических построений в беседах с тем же лицом, но в присутствии постороннего. Однако в целом правила ситуативно-ролевого поведения, выражающегося в речи, осваиваются труднее и в более длительные сроки, чем правила собственно языковые.

Первоначально речь ребенка не всегда ориентирована вовне, она может не быть направленной на реального собеседника. Это как бы речь для себя. Швейцарский психолог Ж. Пиаже показал, что многие трудности в общении между детьми младшего возраста возникают как раз по этой причине: говорящий не заботится о том, чтобы сообщить другим нечто, он просто говорит сам с собой (любопытно, что это явление повторяется в глубокой старости). Такую речь Пиаже назвал эгоцентрической, в отличие от речи социализированной, произносимой для других, ориентированной на собеседника. Под влиянием социального окружения у человека развивается именно этот, второй тип речи, и в дальнейшем он-то и составляет костяк его речевой деятельности. Эгоцентрическая же речь постепенно перестает выражаться вовне, перестает звучать; но это не значит, что она исчезает. Она "перерастает" в речь внутреннюю, непроизносимую.

Толчком и необходимым условием к овладению социализированной речью служит игра. Участвуя в игре, дети могут переходить из одной роли в другую, не учитывая каноны и логику взрослых. Однако именно в игре ребенок начинает усваивать элементы тех ролей, которые играют на его глазах взрослые, прежде всего отец и мать. Поэтому с точки зрения социального и психологического развития игра – такой же важный вид деятельности для ребенка, как работа и другие виды общественного поведения – для взрослых.

Взаимодействуя в игре, дети воспринимают и усваивают то, что психологи называют шаблонами поведения, т. е. наиболее типичные и часто повторяющиеся формы человеческого общения. "Игры важны в социализации, поскольку роли участников специфичны; ясно установлено, что каждый играющий может или не может делать, определены цели взаимодействия и ограничена область личного выбора. Следует отметить, что дети научаются дисциплине и ответственности в группах равных <...> значительно больше, чем дома" – это мнение американского социопсихоло-га Т. Шибутани [Шибутани 1969: 421–422] разделяют и многие другие исследователи.

Процесс социализации, интенсивный в детстве и отрочестве, продолжается и у взрослого человека. Разумеется, он становится менее интенсивным, поскольку основные модели поведения (в том числе и речевого) уже усвоены. Однако подобно тому, как нельзя сказать о ком бы то ни было, что он в совершенстве владеет языком, никто не может быть уверен, что он полностью овладел всей "ситуативной грамматикой", действующей в данном языковом сообществе: попадая в новые для себя условия общения, носитель языка не всегда находит в собственной коммуникативной компетенции те модели поведения, которые наилучшим образом соответствуют данной ситуации (это может быть незнакомая социальная роль, которую вынужден проигрывать человек, неясные для него цели других коммуникантов, психологический дискомфорт и т. п.).

Можно сказать, что социализация каждого человека начинается с его рождения и заканчивается с последним его вздохом.

3.2. Носитель языка в демографической структуре

3.2.1. Демография как дисциплина, вспомогательная

для социолингвистики

"Чистому" лингвисту в большинстве случаев неважно, каково происхождение исследуемых им текстов, социолингвисту же существенны многие характеристики говорящих. Из предыдущего раздела мы знаем, какого рода информация о носителях языка может понадобиться для успешного социолингвистического исследования. Но где ее взять? Работая в малой группе, все необходимые экстралингвистические сведения о ее членах собрать нетрудно. А исследуя языковые особенности достаточно крупного сообщества или какой-либо его социально маркированной части, социолингвист уже будет вынужден отбирать тех индивидов, которые станут объектом его наблюдения. Они должны быть достаточно типичны для всего сообщества. Процесс отбора нужных информантов не прост (об этом подробно говорится в главе 5), но прежде, чем отбирать, надо определить, какого типа информанты будут достаточно адекватно представлять всё выбранное для анализа сообщество.

Допустим, создатели рекламы хотят выяснить ее эффективность. Считается, что реклама действенна, даже если раздражает. Но всему есть пределы: раздражение может перерасти в отвращение к рекламируемому продукту, а чисто языковая реакция составляет немаловажный компонент спонтанного восприятия рекламного текста.

Вот три текста, составленные на языке, который пока еще не стал литературным: "Cool" – ну просто клёвый журнал! Когда переходишь на жвачки "Wrigley 's ", другие просто не катят; "RC-Кола ": кто не знает – тот отдыхает!

Можно думать, что все они рассчитаны на молодежь, и авторы полагали, что такая форма подачи привлечет покупателей из молодежной среды. В двух первых случаях аудитория выбрана верно: молодежный журнал – молодежи и читать, жуя "Wrigley's". А как быть с безалкогольным напитком? Можно делать единую рекламу на все возрасты, а можно на каждую возрастную группу дать по отдельной рекламе. Но тут следует помнить, что текст не должен превращаться в антирекламу для потенциального покупателя из той группы, на которую данная реклама не рассчитана. А потенциальный потребитель средних лет, проинтерпретировав третью рекламу более привычными ему языковыми средствами как "не знаешь замечательного напитка RC-Кола – заткнись/отвали", делает вывод: "Я, конечно, отдохну от замечательного напитка RC-Кола, но компания, продвигающая его на российском рынке, отдохнет от моих денежек"

[Баранов 1999] [52 Использование отдыхать в таком значении прочно прижилось в современном рекламном узусе; вот уличная реклама зимы 2000/2001 г . Новейший утеплитель Тинсулейт. Зима отдыхает1 Сам глагол – отнюдь не новость для субстандартных кодов русского языка, ср. в тексте, хорошо передающем словоупотребление 1970-х годов. «"Нарезик копченый желаете?" – спросил официант. – "Отдохнешь!" – реагировал Кузин» (С. Довлатов, "Заповедник").]

.

Допустим, имеется задача проверить реакцию на не вполне нормативные единицы катить, отдыхать (в задействованных в рекламе значениях) и клёвый именно среди молодежи, но среди всякой молодежи. Придется выяснять реакцию молодежи разного пола и возраста (вдруг у юношей 14–18 лет она окажется иной, чем у девушек 20–24?), живущих в столицах, областных городах и районных центрах, школьников и студентов, мелких торговцев, банковских служащих и "братков", православных, мусульман, иудаистов, кришнаитов и тех, кто к религии равнодушен.



Какова доля каждой из этих категорий среди молодежи России? Можно предположить, что по полу и годам рождения молодежь делится на равные части (относительно пола это не совсем верно, относительно возраста, как мы увидим ниже, может оказаться совсем неверным), а долю остальных категорий мало кто возьмется угадывать, не зная реальной статистики.

Вот задача совсем иного рода: в многоязычном государстве одно национальное меньшинство насчитывает 100 тыс. человек, другое – 5 тыс.; какой язык имеет больше шансов на выживание? Вообще говоря, от числа носителей судьба языка чаще всего не зависит: если среди 100 тыс. половина не владеет этническим языком, а остальные двуязычны, причем среди них дети школьного возраста составляют 5%, а дошкольников практически нет (такая ситуация совсем не редкость), то язык обречен на вымирание.

Судьбы языка могут определяться самыми разными обстоятельствами; при подготовке социолингвистических прогнозов может оказаться полезной даже статистика по уровню занятости. Если выясняется, что в местах традиционного проживания какого-либо малого народа безработица на порядок выше, чем на соседних территориях, можно прогнозировать значительную эмиграцию носителей языка в иноязычную среду – значит, и снижение шансов на повседневное использование ими родного языка и передачу его детям.

Количественный состав населения изучает демография. Но для демографии это лишь исходный материал, являющийся основой всестороннего анализа процесса воспроизводства населения [53 Точнее, демография изучает "закономерности и социальную обусловленность рождаемости, смертности, брачности и прекращения брака, воспроизводства супружеских пар и семей, воспроизводства населения в целом как единства этих процессов; она исследует изменения возрастно-половой, брачной и семейной структур населения, взаимосвязь демографических процессов и структур, а также закономерности изменения общей численности населения и семей как результата взаимодействия этих явлений. Демография разрабатывает методы описания анализа и прогноза демографических процессов и демографических структур" [ДЭС 1985' 118]]

. Эту науку интересуют как общие закономерности протекания демографических процессов, "так и особенности проявления этих закономерностей в конкретных населениях в определенных условиях места и времени" [ДЭС 1985: 118]. Последнее уточнение показывает, что демография в принципе может поставлять социолингвистике неоценимую информацию: ведь "конкретными населениями" могут быть и носители конкретных языков или каких-либо социально значимых разновидностей языка. (Заметим, что иллюстрируемое последней цитатой использование существительного население во множественном числе – яркий маркер профессионального словоупотребления демографов, которые, как и представители любого профессионального сообщества, вполне заслуживают специального внимания социолингвистов.)

Демография подходит к человечеству с совершенно иных позиций, чем социология. Если для социолога индивиды прежде всего члены общества, то для демографа они являются элементарными единицами народонаселения. Большинство группировок народонаселения суть сугубо номинальные, статистические общности (городское население; занятое население; нетрудоспособное население; женщины, родившие пять и более детей; мужчины, никогда не состоявшие в браке; лица, выехавшие из данной местности в течение последнего календарного года; лица, умершие от несчастных случаев, отравлений и травм; домохозяйки с одним ребенком в возрасте до 16 лет и т. п.) [54 В демографической литературе группировки такого рода могут называться группами; социологического смысла в этот термин, конечно, не вкладывается.]

.

На первый взгляд, все это не имеет никакого отношения к социолингвистике, для нее нужны лишь данные о языковом составе общества. Но существует обширная статистика, привязывающая разнообразную демографическую информацию к территориям, этнический и языковой состав которых известен. Реже можно найти подобные сведения, привязанные к этническим группам (к языковому составу, к сожалению, почти никогда), а это уже сильно помогает в работе социолингвиста. Кроме того, для любых прогнозов в отношении языковой ситуации и других социолингвистических процессов на определенной территории необходимо знать все демографические характеристики как самой территории, так и регионов, связанных с ней миграционными процессами. Чтобы правильно воспользоваться информацией такого рода, надо помнить, что собиралась она для целей, не связанных с социолингвистикой, и поэтому обращаться с ней следует осторожно. Между тем социолингвисты довольно часто неверно интерпретируют даже данные переписей о владении языками, о чем подробнее будет сказано ниже.



Работая с демографическими данными, необходимо в точности знать, как и для каких целей они были получены, нужно понимать, что разнообразные демографические показатели представляют собой сложный взаимосвязанный комплекс. В последующих разделах мы и расскажем об основных особенностях демографических данных.

3.2.2. Источники демографической информации

Наиболее точную демографическую информацию дают переписи населения. Они проходят по разным программам. Обычно фиксируются гражданство, пол, возраст, время проживания в данной местности, уровень образования, состояние в браке, наличие детей. Во многих странах выясняются также этническая, языковая, религиозная принадлежность, жилищные условия, род занятий, уровень дохода и под. Иногда собираются данные о предыдущих местах жительства, стране рождения и стране эмиграции, характере имеющегося имущества, расе, сословной или классовой принадлежности, грамотности на разных языках, наличии физических недостатков, участии в войнах и др. Переписные листы заполняются либо переписчиками (как у нас в стране), либо самими опрашиваемыми; иногда практикуется перепись по почте.

Современные переписи проводятся по состоянию на конкретную дату; в большинстве стран фиксируется не только определенный день, но даже час, к которому приурочиваются собранные данные (в СССР - полночь накануне дня переписи). Имея в виду последующую разработку полученных материалов, казалось бы, следовало проводить перепись по состоянию либо на 1 июля (и получить среднегодовые результаты), либо на 1 января (и получить результаты на начало года). Однако лето - время повышения миграций населения, а проведение переписи в новогодние праздники соопряжено с организационными сложностями. Первая всеобщая перепись в России проводилась по состоянию на "раннее утро" 28 января (9 февраля нового стиля) 1897 г., перепись СССР 1926 г. - по состоянию на 17 декабря; последующие переписи происходили в будний день после окончаения школьных каникул и до начала студенческих: в 1939, 1979,1989 гг. - 17 января, в 1959 и 1970 гг. -15 января [55 В труднодоступных районах перепись проводится ранее намеченной даты.]

Таким образом, число лиц определенного возраста, выявленных переписью, близко, но не идентично числу лиц соответствующего года рождения: те, кто попали в категорию 30-летних по переписи 1989 г., родились с 17 января 1958 г. по 16 января 1959 г.; предыдущей переписью все они были зафиксированы как 20-летние, а в 1959 г. подавляющее большинство из них попали в категорию лиц до одного года, но те, кто родились 15 и 16 января 1959 г., вообще не были учтены. Ниже, оперируя данными по возрасту, мы для простоты будем пренебрегать небольшим отклонением давты переписи от начала года и условно принимать 30-летнжих по переписи 1989 г. за родившихся в 1958 календарном году.

Переписи проходит в течение нескольких дней, не только в местах постоянного проживания населения, но в гостиницах, больницах, поездах дальнего следования, на вокзалах, в аэропортах и других местах временного проживания. По месту жительства переписываются те, кто живет там постоянно (включая отсутствующих в данный момент, оказавшихся на работе, в гостях, в дороге или же в командировке, в отпуске и т. п.) или временно.

Все временно отсутствующие (в СССР на срок до 6 мес.) относягятся кпостоянному населению. Другую категорию образует наличное население (те, кто на момент переписи реально находились на территории соответствующего населенного пункта, включая и временно там проживающих). Теоретически при аккуратном полном учете всего населения обе эти категории должны совпасть, но только в том случае, если перепись одновременно идет во в с е х местах, где могут находиться люди. Согласно переписям, наличное население, как правило, превышает постоянное; обратное положение часто характерно для сельской местности. В 1989 г. это превышение по СССР составило 988 тыс. человек [56 Поскольку мужчины более склонны к миграциям, превышение наличного мужского населения над постоянным составляло 0,50% (среди женщин – 0,21%).].

Вся последующая обработка результатов ведется либо в отношении наличного населения (в СССР так обрабатывались переписи 1959 и 1970 гг.), либо в отношении постоянного (так обрабатывались переписи 1979 и 1989 гг.).

Во всех предыдущих переписях число иностранцев (а большинство из них нельзя отнести к постоянному населению) было невелико; теперь же в России присутствует большое количество строительных рабочих с Украины, из Белоруссии, Молдавии, азербайджанцев, занимающихся оптовой и розничной торговлей, и т. п. Если разработка предстоящей переписи России будет вестись с ориентацией на постоянное население, то, например, в Москве численность некоторых этнических групп окажется заниженной в несколько раз.

Поскольку сведения о временно отсутствующих записываются с чужих слов, то все данные (в частности, важные для социолингвистического исследования сведения о родном языке и другом языке, которым человек свободно владеет) могут не отражать личного мнения переписываемого. Искажения будут тем сильнее, чем больше лиц окажется переписанными заочно. Характер традиционной занятости у некоторых народов сопряжен с регулярным временным отсутствием в местах постоянного проживания; таковы народы Севера, занимающиеся выпасом оленей или охотой. Именно для этих быстро ассимилирующихся в языковом отношении народов особенно важно иметь по возможности точные данные о родном языке, но вероятность их искажения оказывается велика.

В последнее время возник еще один регион, где временно отсутствует значительная часть мужского населения, – Северный Кавказ; тут высокий уровень безработицы ведет к трудовым миграциям. Впрочем, язык здесь сохраняется хорошо, и сведения, полученные с чужих слов, обычно сравнительно достоверны.

Ответы на некоторые вопросы переписи унифицируются по предварительно подготовленной программе. Так, в СССР заранее готовились словари национальностей и языков, по которым в дальнейшем велась разработка национального состава (переписью зафиксированы: в 1926 г. – 194 народности, в 1939 г. - 97, в 1959 г. - 126, в 1970 г. -122, в 1979 г. - 123, в 1989 г. - 128). Это не всегда означает, что неучитываемые народы и языки попадают в категорию "прочие"; часто проводится "укрупнение" одних народов за счет других. Так, в большинстве переписей СССР многие народы аваро-андо-цезской подгруппы включались в состав аварцев, памирские народы – в состав таджиков, энцы – в состав ненцев, хиналугцы – в состав азербайджанцев и т. п. [57 Частично унификация происходила и на стадии публикации, иногда в ущерб здравому смыслу. Для большинства евреев СССР этническим языком служил идиш, но кроме них существуют бухарские (среднеазиатские) евреи (с этническим таджикским языком), горские евреи (с этническим татским) и грузинские евреи (с этническим грузинским). Сохранность этнического языка в качестве родного у всех этих групп разная, по переписи 1989 г. она составляла, соответственно, 11,1, 65,1, 75,8 и 90,9%. В публикациях (кроме 1926 и 1989 гг.) все эти группы объединялись, и указывалась искусственная цифра, указывающая число тех из них, кто "считает родным языком язык своей национальности"; на 1989 г. она составила бы 14,2%.]

Указанные различия в перечне вопросов и методике проведения и обработки результатов переписей делают очевидной неполную сопоставимость их данных и в разных государствах, и в одной стране в разные годы.

Наряду с переписями населения во многих европейских странах с середины XX столетия проходили так называемые микропереписи – выборочные демографические обследования небольшой (1–10%), но представительной для всей страны части населения. В России в ходе микропереписи 1994 г. перед опрашиваемыми ставились и социолингвистические по своей сути вопросы, призванные выявить степень двуязычия (каким языком пользуются при общении в семье, в школе, на работе). Подробнее о полученных результатах будет сказано в главе 6 в связи с описанием методики выборочных обследований.

Кроме переписей важным источником демографической информации служит текущий учет так называемых демографических событий: рождений, смертей, регистрации и расторжения браков. У нас в стране эта статистика ведется органами, регистрирующими соответствующие события (в городах – органами ЗАГС, в сельской местности– органами исполнительной власти). Существует также текущая статистика миграций, но в отношении внутренних миграций (в пределах страны) она малодостоверна.

В советский период данные отраслевой статистики позволяли достаточно хорошо учитывать структуру работающего населения по роду занятий. Через соответствующие органы велся учет пенсионеров, школьников, студентов и других категорий населения. Современная текущая статистика в России распределяет занятое население по предприятиям и организациям различных форм собственности (государственные и муниципальные; частный сектор; общественные организации и фонды; совместные предприятия; предприятия смешанной формы собственности), но она часто отстает от быстро меняющейся социальной реальности и заведомо неполна. Регистрация некоторых социальных категорий (безработных, беженцев, вынужденных переселенцев и т. п.) сопряжена с предоставлением им каких-то льгот и материальных благ, поэтому тормозится искусственно.

Материалы переписей и текущей статистики по стране в целом и по регионам публикуются в центральных изданиях. Более подробные данные можно получить в региональных изданиях, разнообразные неопубликованные сведения доступны в республиканских и областных статистических управлениях. Надо сказать, что социолингвисты недостаточно оперативно пользуются такого рода информацией, предпочитая во многих случаях собственные каналы получения аналогичных сведений, а это ведет к потере времени и сил.

3.2.3. Основные демографические показатели

3.2.3.1. Половозрастная структура

Как уже говорилось в предыдущих главах, возраст и пол являются лингвистически значимыми биосоциальными факторами: представители разных поколений характеризуются неодинаковым использованием средств языка, разными предпочтениями в оценках языковых фактов и т. п., а различия людей по биологическому полу сказываются в их речевых склонностях и неприятиях. Поэтому понятно, что статистика соотношения разных в возрастном и половом отношении групп говорящих имеет существенное значение в конкретных социолингвистических исследованиях.

Данные о возрастной структуре населения обычно привязываются к информации о распределении его по полу: в разных возрастных группах соотношение мужчин и женщин различается. Соотношение родившихся мальчиков и девочек составляет в различных популяциях от 104 до 107; этот показатель принято называть вторичным соотношением численности полов [58 Первичным называется соотношение численности мужских и женских зародышей при оплодотворении; оно колеблется в пределах 125–130 к 100.]. Достоверные сведения об этнических различиях в этой области отсутствуют, но имеются данные, что при повторных родах вероятность рождения мальчика снижается. Кроме того, начиная с Первой мировой войны, стало известно, что в первые послевоенные годы происходит подскок в рождении мальчиков [59 В 1918 г. во Франции соотношение полов составило 107,6, а в Германии 107,7; довоенные показатели составляли 105-106.]. Биологически обусловленная смертность у мужчин выше во всех возрастах, но так называемый порядок вымирания (распределение по возрасту смерти) зависит от многочисленных разнонаправленных факторов, поэтому повсеместное (за редкими исключениями) преобладание женщин достигается лишь в возрастах старше 60 лет. Для стран Европы, Северной Америки, Австралии в целом характерно преобладание женщин (но в Ирландии и Исландии больше мужчин) [60 В Австралии до 1980-х годов преобладали мужчины, поскольку их всегда было больше среди иммигрантов, составляющих и до сих пор заметный процент населения страны.], женщины преобладают и в "черной" Африке (кроме Эфиопии), страны Латинской Америки сильно различаются (в Мексике и Венесуэле больше мужчин, в Бразилии и Аргентине – женщин), в странах Азии и Северной Африки, за некоторыми исключениями (например, Индонезия, Япония), преобладают мужчины.

1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   36

Коьрта
Контакты

    Главная страница


В. И. Беликов, Л. П. Крысин Социолингвистика