• Любовь к малой Родине – основа духовно-нравственного воспитания личности ребёнка.
  • ВИТИМ – слобода Киренского округа, Иркутской губернии, лежит на левом, возвышенном берегу реки Лены, против устья реки Витима, под 59  26 



  • страница1/7
    Дата29.01.2019
    Размер1.65 Mb.

    Vi региональные образовательные Иннокентьевские чтения


      1   2   3   4   5   6   7

    Муниципальное общеобразовательное учреждение

    «Средняя общеобразовательная школа п. Витим»

    МО «Ленский район» РС (Я)

    VI региональные образовательные Иннокентьевские чтения

    Секция «Для преподавателей образовательных учреждений, дополнительного образования, родителей, представителей государственных структур, епархии, работников культуры, здравоохранения, социальных служб, общественных организаций».

    Тема: Духовно- нравственное воспитание на всех этапах развития личности»

    Выполнил: учитель технологии

    МАОУ СОШ п. Витим.

    Гаврюшов Константин Николаевич
    2017 год.

    Любовь к малой Родине – основа духовно-нравственного воспитания личности ребёнка.
    Духовность — специфическое свойство жизнедеятельности человека, выражающееся в бережном отношении к себе и окружающему миру, формирующее совокупность нематериальных ценностей устойчивых к девальвации, это состояние души, в преобладании высших, духовных и нравственных интересов над материальными, это отрешенность от низменных, грубо чувственных интересов, стремление к внутреннему совершенствованию, высоте духа.
    Стоит только присмотреться к окружающему,

    задуматься над ним – и всё вдруг окажется

    удивительным, загадочным, полным значения.

    и страстно захочется распутать непонятное,

    разведать неизвестное, понять тайное.

    В.Бианки
    Когда-то давно в этом месте глухом

    Первопроходцы построили дом

    Лампу зажгли, и, сказали: «Свети!».

    А поселение назвали - Витим.

    Птичка с тех пор у Витима

    Ласково в песне вопрос задаёт:

    «Видел - Витим, Витим - видел».

    И улетает на дальний лужок…

    Кто-то завёл лошадей, патефон…

    Кто-то ходы рыл под чей-нибудь сток…

    Золото мыли и клали в мешок

    И убивали того, кто пришёл…

    Годы летели, и слава текла:

    «Нет безысходней другого села»

    Так и сейчас вспоминают

    Витим наш – село – назывался Разбой.

    Годы прошли, революции след

    В Витиме остался на множество лет.

    Табличку для нас в том вон месте прибили

    «Здесь проживал Э. Каландарашвили».

    Минуло сто или пусть пятьдесят

    Время как раз оглянуться назад

    Всё подсчитать, подвести под итог!

    Что мог наш народ, а что и не мог.

    Что к юбилею родного посёлка

    Сделали наши мальчишки, девчонки.

    Стали ли мягче тропинки иль жёстки

    Или дороги – «стиральные доски?»

    Стали умнее, добрее ли мэры?

    Или теперь ни кому нет уж веры?

    Кто же имеет всё: мэтры или сэры?

    Тот и имеет, имел кто без меры.
    Раньше по Лене шли пароходы

    «Вон – говорили,- Лапоть идёт».

    Нынче по Лене туда и сюда

    Ходят огромные суда.

    Что изменилось в нынешней жизни?

    Были и есть, места живописны!

    Лес, перелески, пашни и горы,

    Березняки и сосновые боры…

    Нету вкусней, чем наша брусника,

    Наша смородина и голубика.

    В наших лесах есть охотникам дело:

    Есть пока соболь и множество белок,

    Но изменилась с годами природа

    Реже и реже кедрач год от года.

    Скудна и охота. Из наших угодий

    Соболь, гонимый пожаром, уходит…

    Ты – человек. Ты – могуч и велик,

    Что по сравненью с тобою – кулик?

    Ты и болото в минуту осушишь,

    Ты и медведя рогатиной душишь!

    Будь, человек, добродушней к медведям,

    Будь милосердней к родным и соседям.

    В наших руках сохранить чистой Лену,

    И, не исчезнуть из общей вселенной.

    Разным бывает Отечества дым…

    Пусть хорошеет, растёт наш Витим.

    Будет в посёлке пусть чистое небо,

    Пусть закрома переполнятся хлебом.

    Будет в посёлке пусть много людей,

    А люди потомкам откроют музей.

    Как потомки – то узнают, про Витим, и про людей?

    Мамы, папы, бабы, деды,

    Для потомства своего

    Не оставили и следа от истории его.

    Плохо значит дело нынче: «У Витима нет друзей»

    Если некому заложить первый камень под музей…

    От родителей и бабок узнают про Громов дом.

    Говорят: «Была часовня с медным в куполе крестом»

    Говорят: «Ходы под ними. А начало – у реки»

    Жил Витим селом – «Разбоем»,

    И прославился навек.

    Поменял «Разбой» - застоем всемогущий человек.

    И ничто не оценили: ни строений, ни земли…

    Всё куда-то растащили, поломали и сожгли.

    Но мы любим наш Витим, рассказать о нём хотим.

    Как вы знали от народа век от века, год от года.


    Это стихотворение Шуруповой Валентины Сергеевны. Я его переписал без исправлений, как оно было написано её рукой на неаккуратно вырванном тетрадном листочке. Да, явно написано не профессиональным поэтом, да, рифма не очень… Но, согласитесь, берёт за душу. Или, может это крик души старожила Витима, который разменял 9 десяток? Какой же он наш Витим? Чем же он знаменит? Да, прежде всего тем, что это самый старинный населённый пункт наше республики Саха (Якутия). Не верите? Попробуйте доказать, что это не так.

    В книге «Иркутск и Иркутская губерния с очерком прочих губерний и областей Сибири» (Иркутск, 1870, ст.55) написано, что в районе Витима люди начали селиться с 1621 года. Витим, получается, старше Якутска (1632 год) и Олёкминска (1635 год). На всём протяжении своей истории Витим территориально подчинялся то Якутску, то Иркутску. С 1922 года он входит в состав Якутии и таким образом, его можно назвать древнейшим населённым пунктом республики. (Москвитин С.В., М82., Витимская слобода: Летопись старинного села – Ленск; 2009).

    ВИТИМ – слобода Киренского округа, Иркутской губернии, лежит на левом, возвышенном берегу реки Лены, против устья реки Витима, под 59 26 северной широты, в 607 футах над уровнем моря. Селение существовало уже в 1621 году, под названием Витимскаго зимовья. Раскинувшись по берегу реки почти на две версты, Витим имеет крестьянскаго населения до 250 душ и до 100 дворов, но с точностью цифра населения Витима неизвестна и сильно колеблется по временам года, завися от наплыва рабочих на золотые промыслы. Это – наиболее оживлённое селение на реке Лене; имеет торговый оборот до 80000 рублей и более в год; товары доставляются сюда не через Иркутск, а Илимским волоком, что удешевляет значительно их доставку. В слободе деревянная церковь, приходское училище, покой для больных, 2 трактира, а вблизи селения кожевенный завод. Крестьяне занимаются отбыванием почтовой гоньбы, перевозкой тяжестей на промысла; хлебопашество и огородничество ничтожны. В 5 верстах от слободы находится пристань «Виски», принадлежащая Сибирякову и К.

    См. П. Крапоткинъ, «Витимъ село» («Сибирск. Вестн.», 1867 г., №10).

    Далеко не каждому селению на земле отмеряно историей так щедро, как Витиму. За 396 лет сво­его существования он видел раскольников и рудознатцев, бурлаков и во­ротил-золотопромышленников, дека­бристов и большевиков. Здесь стал­кивались интересы самых разных лю­дей, вольно или невольно оставляв­ших свой след в памяти народа. Одни были славны тем, что строили лаба­зы, кабаки и дома. Другие метили жизнь дикими разгулами. Третьи, оказавшиеся в северной глуши не по своей воле, помнились тем, что за­нимались врачеванием и просвети­тельством.

    У колыбели поселка стояли ссыль­ные московские стрельцы. Приглядев место у слияния Витима и Лены, они обосновали здесь небольшое зи­мовье. Из поколения в поколение их потомки передавали самобытные че­рты стрелецкой жизни, отличались смекалкой и храбростью.

    С приходом переселенцев из цент­ральной России на берегах Лены на­чали развиваться земледелие, куз­нечное дело, другие ремесла. Русские люди завоевывали доверие местного населения своей доброжелательно­стью, трудолюбием, искренним жела­нием жить добрыми соседями. Яку­ты, тунгусы, эвены учились землепа­шеству, оседлости, умению лечить бо­лезни. Переселенцы, в свою очередь, узнавали здешние обычаи, привыкали к таежному быту, начинали осваивать богатства северного края. К концу XVII века на Лене, не считая Якутска, находилось пять русских деревень.

    Следующее столетие больших пе­ремен в жизнь Приленья не принес­ло. Изредка появлялись тут экспеди­ции, занимавшиеся поиском полезных ископаемых. Их усилия, как правило, увенчивались успехом. Побывал в Витиме еще безвестный тогда студент С. Крашенинников, который в 1736 году обследовал и описал месторож­дения слюды. Но о том, чтобы здеш­ние богатейшие недра использовать на благо государству, в ближайшей перспективе не предполагали. Слишком глухо было вокруг, слишком далеко находились фабрики и заводы.

    А вот купцов, промышляющих лю­дей такое положение устраивало. Ни­что не мешало им добывать здесь пушнину или скупать ее за бесценок у местного населения. Взамен связок с драгоценными соболями охотникам предлагались порох, дробь, рыболов­ные снасти, мука и, конечно же, спирт. Пьяный тунгус отдавал за спирт все, что имел. И если после хмельной драки оставался жив, вновь уходил на промысел — без муки, без сахара, без спичек.

    Витим в ту пору жил, как и все русские селения, на Лене. Здесь появилась церковь, получившая назва­ние Спасской. Население занималось охотой и рыбным промыслом, земле­пашеством. Когда был проложен Иркутско-Якутский почтовый тракт, не­мало мужчин ушло в извоз. В середине XIX века писатель И. А. Гонча­ров, возвращаясь из кругосветного пу­тешествия по Лене, писал: «Витим — слобода с церковью Преображения, приходским училищем, ямщики все грамотные, кроме извоза, они занимаются ловлей зверей, зайцев. Тулу­пы у всех заячьи, как у нас с вами бараньи... Охотой они начинают за­ниматься лет с четырнадцати. По Ле­не живут все русские поселенцы и, кроме того, много якутов. Оттого рус­ские говорят по-якутски даже между собой».



    Многим тогда казалось странным утверждение писателя о поголовной грамотности среди ямщиков. В дей­ствительности же ничего странного в этом не было. С самого начала стан­ки почтового тракта заселялись гра­мотными людьми. Кроме того, сказы­валось влияние ссылавшихся в Витим декабристов, их просветительская де­ятельность.

    Трудно сказать, какой была бы дальнейшая судьба Витима, если бы не открытие Бодайбинских золо­тых россыпей. В русский Клондайк хлынули тысячи людей, одержимые одной мыслью: разбогатеть. Все гру­зы на прииски шли по Лене, потом по Витиму. И не было лучшего места для их перевалки, для сбора стара­тельских артелей, для отправки их домой, чем у слияния двух рек. В Витиме начали быстро строиться ла­базы, лавки, кабаки, жилые особня­ки. Появился тут публичный дом, винные запасы накапливались в объ­емистых складах.

    Работа в Бодайбо была сезонной. После того, как наступали замороз­ки, старатели получали расчет. Администрация приисков отвозила их до Витима, а отсюда они должны бы­ли добирайся за свой счет. Транспорта не хватало, люди надолго осе­дали в селе, пускались в загулы. Приискателей принимал каждый дом, их поили, обстирывали, обирали. За золото можно было получить все. Витимские крестьяне на эти доходы обстраивались, кормились, держали скот. В народе их называли «ленскими дворянами».

    Долгое время шли споры, имел ли в виду наш край В. Шишков, работая над своим знаменитым романом «Угрюм-река». Сегодня со всей определенностью можно утверждать, что именно Витим выведен писателем под названием села Разбой. Весьма убедительны в этом плане слова исследователя творчества В. Шишкова литературоведа Н. Еселева: «В селе Витимском Шишков уви­дел избы-притоны, в которых оби­рали дочиста старателей, а затем за­хмелевших, обобранных гуляк спус­кали через специальные люки прямо в Лену. Такая же судьба постигла и Фильку Шкворня из «Угрюм-реки».

    В апреле 1912 года через Витим в мир ушла телеграмма о трагичес­ких событиях на Надежнинском прииске — Ленском расстреле. Разбираться в причинах приехала комис­сия из Петербурга — чиновники, сле­дователи, адвокаты. Был среди них и будущий глава Временного прави­тельства России А. Ф. Керенский. Добиралась комиссия через Витим.

    Неисчислимы страницы 396-летней истории Витима. При всей своей индивидуальности они, тем не менее, во многом отображают общность в развитии нашего государства. Как и везде, жили здесь и бе­дные, и богатые, как и всюду, были ошибки при создании колхозов. Не минула витимцев гражданская война, не обошли село похоронки Великой Отечественной.

    Особая веха истории - это ссыль­ные. Четверо декабристов были сос­ланы в Витим, и все четверо нашли здесь последнее пристанище. Места захоронений Краснокутского, Нази­мова, Загорецкого известны. Где по­коится прах Заикина — мы не зна­ем. Старое витимское кладбище на­ходилось близ церкви, но самоубийц, утопленников и государственных пре­ступников хоронили за кладбищен­ской оградой, без отпевания.

    Глубокий след в жизни волости оставила деятельность ссыльных витимских марксистов. Большевистская организация была создана там С. И. Новосадским еще в 1911 году. Ссыль­ные руководили забастовками рабо­чих почт и телеграфа, ямщиков, су­довых экипажей. Был в их числе и близкий соратник В. И. Ленина, член партии с 1887 года Н. А. Алексеев. Одно время он работал председате­лем Витимского ревкома и Совета депутатов, а впоследствии стал пер­вым директором Института марксиз­ма-ленинизма при ЦК КПСС.

    Немного позднее, в 1917 - 1918 гг., когда на Лену и Витим пришло большевистское движение, поселок не остался в стороне а, напротив, во многом определил исход борьбы с белогвардейцами. К примеру, телеграфисты, которые практически все были большевиками, всячески препятствовали передаче царских, а затем и колчаковских сообщений в Якутск и обратно. В Витиме был сформирован отряд красноармейцев, к которому присоединились бодайбинские добровольцы, красноармейцы с верховьев Лены. Объединенный отряд численностью 500 человек на нескольких пароходах начал движение на Якутск с целью установления Советской власти на Лене. Однако из-за недостаточной организации и отсутствия боевых навыков, из-за саботажа, внутренних противоречий цель не была достигнута.

    Но уже на следующий год борьба возобновилась с новой силой, и теперь терпели поражение колчаковцы, каппелевцы и другие отряды белогвардейцев. Надо отдать должное руководителям молодой Советской власти, которые правильно оценили стратегическое узловое расположение

    п. Витим, его роль в работе транспорта и развитии золотодобывающих артелей Бодайбо.

      1   2   3   4   5   6   7

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Vi региональные образовательные Иннокентьевские чтения