страница1/31
Дата21.06.2017
Размер4.33 Mb.

Здравствуйте, сам татарин


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31

УДК 94(470.57) ББК 63.3(2Рос=Баш) А 90
ВВЕДЕНИЕ

Рецензент доктор исторических наук, профессор Р. Г. Буканова

Асфандияров А. 3.

А 90 Кантонное управление в Башкирии (1798-1865 гг.). - Уфа: Китап, 2005. - 256 с: ил.

ISBN 5-295-03586-7

В книге исследуются установление, функционирование и упразднение кан-тонной системы управления в Башкирии, когда башкиры и мишари были пере­ведены из гражданского в военно-казачье сословие, подвергнутое самой жест­кой форме военно-феодальной эксплуатации, но вместе с тем и консолидировав­шее башкирский народ.

УДК 94(470.57) ББК 63.3(2Рос=Баш)

ТП-076/05

ISBN 5-295-03586-7

© А. 3. Асфандияров, 2005

Реформа 1798 г., установившая кантонную систему управления, была важнейшим военно-политическим мероприятием царизма в Башкирии. Она коснулась прежде всего башкирского и мишарского населения. Поэтому эти народы и являются объектом нашего исследования.

Введением кантонов царское правительство превратило башкир и миша­рей в военно-казачье сословие. Это означало изменение не только повиннос­тей населения и всей системы управления, но и других элементов феодально­го государства в условиях пограничной Оренбургской губернии (вооружен­ные силы, полиция, суд и т. д.), с помощью которых оно стремилось силой ох­ранять существовавшие порядки. Кантонная реформа чрезвычайно усилила вооруженные силы путем создания Башкиро-мещерякского войска в крае, служившего опорой власти внутри страны и осуществляющего планы гос­подствующего класса в наступательных и оборонительных войнах. Более то­го, эти новшества, порожденные существующими феодальными отношения­ми, своеобразно сказались на социально-экономической жизни нерусского населения Оренбургского края.

Большой научный интерес представляет исследование вопроса об уста­новлении военно-феодального режима в Башкирии и выяснение особенностей его влияния на политическую и социально-экономическую жизнь нерусских народов края. Тем более, что имеющаяся общая литература по истории Баш­кирии не раскрывает эти моменты.

Изучение политической и социально-экономической истории Башкирии в кантонный период вызывается не только интересами познания прошлого края, но и необходимостью раскрыть политику царизма на юго-восточной ок­раине империи, а именно выяснить какие военно-политические цели ставило царское правительство в отношении Башкирии и Казахстана в первой поло­вине XIX в.

Вместе с тем данная проблема дает возможность проследить процессы укрепления хозяйственных и культурных связей башкирского и русского на­родов, боевой дружбы башкир, мишарей и русских в борьбе против общего врага - иноземных захватчиков, а также совместной службы по охране вос­точных рубежей России.

В дореволюционное время данная тема не стала предметом специально­го исследования, что объясняется попыткой историографии XVIII-XIX вв.

игнорировать социально-экономическую и политическую историю нерус­ских народов.

Одним из первых авторов, обращавшихся в какой-то мере к изучаемому вопросу, был В. М. Черемшанский. В своей известной работе он приводил сведения о численности башкир и мишарей, об их хозяйстве, о местном уп­равлении и суде, однако за очень короткий отрезок времени (1850 г.). Неточ­ны даты присоединения тептярей и бобылей к Башкирскому войску (1850 г. вместо 1855 г.) и начала выплаты жалованья служащим на пограничной ли­нии (1760 г. вместо 1791 г.)1.

Несколько позже была издана книга И. Казанцева, содержащая данные о новом разделении Башкирского войска на кантоны, юрты и попечительст­ва, о временном штате кантонного управления за 1855 г. И. Казанцев верно понимал последствия кантонного управления: «Прежний необузданный и своевольный нрав башкирцев ныне уж смягчился»2. Об изменении соци­альной структуры башкир он приводит некоторые сведения, говорящие о том, что кантонные начальники (феодалы) занимались даже предпринима­тельством, и иные из них по образу жизни, обороту капитала ничем не отли­чались от русских дворян-предпринимателей.

Но многие его выводы ошибочны. Например, односторонне он понимает причину введения кантонного управления (башкиры переведены в военное сословие «по склонности» их к военному делу) и идеализирует хозяйствен­ную политику царизма по отношению к башкирам3. Все это понятно, ибо бы­ло бы странным ожидать другой оценки мероприятий царизма со стороны чи­новника колониальной администрации, каким был И. Казанцев.

И. Железнов хотя в целом неприязненно относился к «инородцам», в сво­ей работе приводит отдельные важные сведения о службе, хозяйстве и «домо­строительстве» самарских башкир, причисленных с 1832 г. к Уральскому ка­зачьему войску. Башкиры, называясь казаками и неся наравне с ними военную службу, не пользовались, однако, правами «природных уральцев». Заявляя о том, что «наряд (на службу. -А. А.) башкира не тяготит», автор рисует идил­лию жизни и быта башкир. Военная служба их якобы «...так легка, так немно­госложна, так дешева, что каждый башкир живет» спустя рукава4.

В работе П. Небольсина о башкирах имеются сведения о численности на­селения по каждому кантону за 1849 г. Указано количество юрт, кантонов и т. п. Но имеются и неточности. Например, 2-й башкирский кантон отнесен целиком к оседлым, в то время как, по данным 1846 г., там 46,3 % жителей вело полукочевой образ жизни. 3-й башкирский кантон, по Небольсину, явля­ется кочевым, тогда как там имелось до 40 % оседлых жителей. Подобные

1 Черемшанский В. М. Описание Оренбургской губернии в хозяйственно-статистическом, этнографическом и промышленном отношениях. Уфа, 1859. С. 131, 137.

2 Казанцев И. Описание башкирцев. СПб., 1866. С. 31.

3 Там же. С. 16, 31.

4 Железнов И. Уральцы. Очерк быта уральских казаков. Ч. 1. М., 1858. С. 252, 253.

расхождения можно наблюдать и по 4-9 кантонам1. Поэтому материалы П. Небольсина использовались в сочетании с другими.

В самом конце XIX в. было опубликовано этнографическое и санитарно-антропологическое исследование врача Д. П. Никольского под названием «Башкиры». В первой главе («Краткая история Башкирии и башкир») автор считает, что принудительные меры властей по переводу полукочевых башкир к оседлому образу жизни и земледелию превратились «в какую-то башкир­скую опричнину». Последнее он видит в том, что кантонные начальники «са­модурствовали, бесчинствовали и еще более разоряли население». Нам ка­жется неправомерным сравнение им кантонного управления с опричниной, которые являются продуктами разных исторических эпох. Но тем не менее период кантонного управления, сопровождавшийся усилением военно-фео­дального гнета, автор правильно характеризует как «мрачную эпоху»2. Он справедливо отклоняет официальную версию относительно кантонной ре­формы, считавшую ее благом для башкир.

К неточностям данной главы надо отнести неверную датировку «Положе­ния о башкирах» (1861 г. вместо 1863 г.) и управления Башкирского войска, а также утверждение будто башкиры «уравнивались во всех правах» с прочи­ми крестьянами3.

А. И. Никольский коснулся некоторых моментов кантонного управления в Башкирии. Автор верно выясняет одну из причин введения кантонной сис­темы (ослабление обороны юго-восточной границы из-за Крестьянской вой­ны 1773-1775 гг. и набегов казахов). Но все же автор упускает главную при­чину кантонной реформы в Башкирии - попытку властей «умиротворить» башкир. Он попытался объяснить и мотивы упразднения кантонов (возмож­ность восстания башкир). Имеющийся в этой работе материал о всех казачь­их и регулярных войсках России дает возможность сравнения, в частности, Башкиро-мещерякского войска с другими подобными среди них4.

Линейной службе башкир и мишарей посвящены небольшие работы Ф. М. Старикова и А. Кривощекова. В них на основе устных преданий и письменных источников довольно детально описаны линейные укрепле­ния, способы обнаружения нарушений на границе, сроки службы казаков и башкир, их быт на службе, виды наказаний, а также злоупотребления ко­мендантов и дистаночных начальников* на линии5.

1 Небольсин П. Заметки о башкуртах // Отечественные записки. Т. 73. № 11. СПб., 1850. с- 36; ЦГИА РБ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 4911. Л. 143-143 об.; Д. 4888. Л. 37-38; Д. 2257. Л. 188-189 об.

2 Никольский Д. П. Башкиры. СПб., 1899. С. 12.

3 Там же.

4 Никольский А. И. Столетие Военного министерства. Т. XI. Ч. 1. СПб., 1902. С. 79. Дистаночные начальники - командиры дистанций Оренбургской пограничной линии,

под командованием которых проходили службу башкиры и казаки.

Стариков Ф. М. Исторический очерк присоединения к России Оренбургского края и уча­стия в этом местного казачества. Оренбург, 1891; Кривощеков А. На Оренбургской пограничной линии // Вестник Оренбургского учебного округа. Уфа, 1914. Вып. 1, 2.
В. А. Ефремов правильно отмечает, что конец XVIII в. в истории Уфим­ского края был временем крупных административных и сословных реформ. Но с его утверждением о том, что с этого времени можно считать Уфимский край внутренней областью Российского государства, нельзя согласиться1.

A. Л. Гуляев в своей работе попытался объяснить смысл слова «кантон»; он пишет, что башкиры жили в прекрасной местности, «напоминающей в не­котором роде Швейцарию», что и дало повод одному из администраторов Оренбургского края наименовать башкирские округа кантонами2 (напомним, по-французски кантон - «округ»).

B. Филоненко в монографии «Башкиры» прослеживает историю башкир с древнейших времен до середины XIX в. Описывая процесс перевода баш­кир в военное сословие и введения кантонного управления, он приводит не­которые сведения о линейной службе, обмундировании и вооружении «баш­кирских казаков». Одну из причин упразднения кантонного управления автор правильно видит в противодействии народа «новому строю жизни», но оши­бается, предполагая, что башкирское войско не принесло никакой пользы и не оправдало надежд царского правительства. Период кантонного управле­ния он оценивает как и Д. П. Никольский3.

Наш краткий анализ основных трудов историков XIX - начала XX в. по­казывает, что кантонныи период истории Башкирии был изучен совершенно недостаточно. Никто из перечисленных авторов не ставил перед собой цель охватить проблему в целом. Следует, однако, заметить, что дореволюцион­ные историки все же пытались выяснить некоторые вопросы темы, а также оценить кантонныи период. Но они не написали специальных научных ста­тей, не говоря уже о монографиях.

С 30-х годов XX в. в изучении ряда важных проблем истории края было сделано немало. С того времени началась публикация многотомных «Мате­риалов по истории Башкирской АССР». Тем не менее некоторые вопросы ис­тории Башкирии остаются недостаточно исследованными. К их числу отно­сится история кантонного периода. Лишь в работах, посвященных другим проблемам, а также в общих трудах по истории РБ, в какой-то мере затраги­вается наша тема. Рассмотрим их.

Нельзя не согласиться с Н. А. Чулошниковой, которая в своей статье при­ходит к выводу, что кантонная реформа способствовала изъятию части баш­кирских земель4.

Исследователь истории тамьян-катайских башкир М. Ф. Чурко считает, что кантоны имели лишь «отрицательное значение» в жизни башкир. Автор

1 Ефремов В. А. Из истории Уфимского края // Вестник Оренбургского учебного округа. Уфа, 1914. Вып. 3, 8. С. 123, 310.

2 Гуляев А. Л. Отрывки из прошлого Уральского войска. Уральск, 1859. С. 71.

3 Филоненко В. Башкиры. Уфа, 1915. С. 39, 40, 64, 65, 72.

4 Чулошникова Н. А. Очерк истории башкирского землевладения до издания Указа 1832 г. // Труды Оренбургского общества изучения Киргизского края. Оренбург, 1921. Вып. 1. С. 36.

на основе устных преданий описывает «деятельность» одного из жестоких попечителей южных башкирских кантонов (6-й, 9-й) И. И. Филатова .

Немалое значение для своего времени имел исторический очерк А. Ф. Ря­занова «Оренбургский край». Автор правильно подметил некоторые причины введения кантонного управления (нужда правительства в военной силе, де­шевизна снаряжения башкирских команд)2. Но, характеризуя хозяйство это­го периода, он недооценивает земледельческое хозяйство башкир, утверждая, что они якобы повсюду «предпочитали беспечную жизнь номадов» трудовой жизни оседлого населения3. Рязанов считает тептярей «казачьим военным со­словием», тогда как они занимали промежуточное положение между казачь­им и податным сословиями.

В развитие исторической науки края внесли определенный вклад также и башкирские историки. Г. Фахрутдинов в книге «Башкорт тарихы» (Исто­рия башкир), касаясь причин введения кантонного управления, приходит к выводу, что, потерпев поражение в Крестьянском восстании 1773-1775 гг., «обессиленные башкиры в 1798 г. были взяты под военное управление». Но­вую форму управления он справедливо характеризует: «кантонство» являлось «аппаратом» для угнетения, притеснения, разорения и грабежа башкирского населения с помощью башкирских же чиновников. В последнем он видит осо­бенность колониальной политики царизма в тот период. Хозяйство башкир, отмечает Г. Фахрутдинов, переживало застой4. Но в его работе допущены не­которые неточности. Так, он неверно указывает время упразднения кантонов (1860-1863 гг. вместо 1865 г.). Причины ликвидации кантонов он не выясняет.

В «Очерках по истории Башкирии» Ш. Типеева социально-экономичес­ким отношениям в крае почти не уделено внимания. Подобно Д. П. Николь­скому, автор сближает кантонное управление с опричниной. Последствия кантонного управления он подметил правильно, говоря, что «бедность, нище­та, голод свили себе прочное гнездо среди башкир». Причинами отмены кан­тонного управления явились чрезмерно преувеличенная им опасность для правительства существования отдельного башкирского войска и классовая борьба в башкирском обществе. Кроме того, башкиры якобы были «заподо­зрены в предательстве». Все же эти моменты, отмеченные им, не являлись главными причинами отмены кантонов.

При описании истории башкир кантонного периода он допускает ряд не­точностей в датировке известных законоположений (времени учреждения Духовного собрания мусульман, разделение кантонов «на служащих и ре­зервных»)5. Чувствуется также узость источниковой базы.

1 Чурко М. Ф. Исторический очерк Тамьян-Катайского кантона АБССР. Уфа, 1927. С 10-П.

2 Рязанов А. Ф. Оренбургский край. Исторический очерк. Оренбург, 1928. С. 95.

3 Рязанов А. Ф. Указ. соч. С. 91-92.

4 Фахрутдинов Г. Башкорт тарихы. вфе, 1925. 114-116, 119-120 б.

5 Типеев Ш. Очерки по истории Башкирии. Уфа, 1930. С. 27-29, 69.

В брошюре Р. М. Раимова «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года» (Уфа, 1943) имеется некоторый материал о военной службе баш­кир, в частности, о формировании полков для участия в войне 1812 г. Автор рассказывает о формировании башкирских полков, которых он насчитывает 20 вместо 28. Недостаток источников не позволил Р. М. Раимову проследить боевой путь полков в 1812-1814 гг.

А. Н. Усманов в книге «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года» (Уфа, 1964) более полно освещает вопросы массового участия народов Башкирии в Отечественной войне с Наполеоном. На основе новых источни­ков А. Н. Усманов прослеживает этапы формирования полков и их боевой путь от Москвы до Парижа. Автором описывается также военная служба башкир и мишарей до и после 1812 года.

В своей статье С. Н. Нигматуллин, объясняя подготовку перевода башкир из военного сословия в податное, переоценивает экономические мотивы. Он пишет, что перевод башкир в податное состояние был вызван стремлением царизма разрешить свои финансово-экономические затруднения. Надо заме­тить также, что проект военного губернатора П. К. Эссена был направлен не на уменьшение роли войска, как пишет автор, а на усиление его, в то время как проект П. П. Сухтелена предусматривал обратное. Вне поля зрения авто­ра остались другие проекты, возникшие в 1820-1830 гг.1

С выходом в свет «Очерков по истории Башкирской АССР» (Т. 1. Ч. 2. Уфа, 1959) история башкирского народа получила сравнительное системати­ческое освещение. Однако авторы «Очерков», верно определив цель введения кантонного управления, не выяснили ни причин его установления, ни его сущности. В них кратко освещаются вопросы о переводе башкир к осед­лости, о развитии земледелия и социальном строе общества. В то же время нет должного анализа рассматриваемых проблем.

В многотомной «Истории СССР с древнейших времен до наших дней» (Т. IV. М., 1967) говорится о реформе 1798 г. в Башкирии, которая «усилила оборону Заволжья со стороны казахских степей» и правильно отмечается усиление колониального гнета в период кантонного управления. Опять-таки заметим, что датой отмены кантонного управления назван 1863 г. вместо 1865 г.

В «Истории башкир», написанной в 1960-х годах, А.-З. Валиди обратил свое внимание на интересующий нас вопрос. § 38 этой книги назван «Кан-тонство», где это слово автор назвал латинским, правильно указал крайние даты существования кантонов, их территориальное расположение с указани­ем уездов, количества юрт и семей в каждом из них. В последнем, однако, он ошибся: должно быть количество жителей. В § 39 - «Башкирское войско у Русского правительства» - охарактеризовал вооружение, обмундирование

1 Нигматуллин С. Н. О политике царизма по переводу башкир и мишарей из военного со­словия в податное в 20-30-е годы XIX в. // Из истории Башкирской АССР (сборник статей). Уфа, 1959. С. 169-192.

его воинов, участие их в войне против Наполеона (20 полков) и во взятии Па­рижа, в Крымской войне. Войско было создано по образцу русских казачьих войск. Но оно, по верному суждению автора, постоянно вызывало опасение у правительства, не раз стремившегося к его расформированию1.

История хозяйства давно интересовала Р. Г. Кузеева. К XIX в. складыва­ются три хозяйственных района в башкирском обществе. В земледельческом районе третья часть башкир занимались хлебопашеством, в земледельческо-скотоводческом - четвертая часть, в скотоводческом - половина башкир2.

Б. X. Юлдашбаев справедливо отмечает как негативные (военно-феодаль­ная регламентация жизни народа, насильственные методы мероприятий воен­ного чиновничества), так и позитивные (консолидация башкир при едином по форме управлении и правовом положении) стороны кантонной системы3.

Авторы «Истории Башкортостана с древнейших времен до 60-х годов XIX в.» (Уфа, 1996) на нескольких страницах рассматривают хозяйство баш­кир на основе известной литературы, три хозяйственные зоны, принудитель­ные меры губернских властей по переводу части башкир к оседлости и зем­леделию. Значительное внимание уделено кантонному управлению, участию народов в войнах и походах России.

История хозяйства и социальных отношений в башкирском обществе в период кантонного управления (о трех хозяйственных районах и о прину­дительном вводе земледелия) нашла освещение в нескольких работах Р. 3. Янгузина4.

Резко отрицательно оценил кантонный период истории края Д. Ж. Вале-ев «как кромешную тьму», указав лишь на некоторые положительные сдвиги в культурной жизни (обучение башкир в специальных и высших школах, раз­витие отдельных жанров фольклора)5.

Автором настоящих строк были написаны следующие статьи: «Введение кантонной системы управления в Башкирии» (в кн. «Из истории Башкирии». Уфа, 1968); «Линейная служба башкир и мишарей в 1798-1865 гг.» (в сб. «Итоговая научная сессия Уфимского ИИЯЛ». Уфа, 1968); «Трудовая повинность башкир и мишарей в 1798-1865 гг.» (в кн. «Конференция моло­дых ученых БФАН СССР». Уфа, 1968); «Участие башкир в войнах и походах России в период кантонного управления» (в кн. «Из истории феодализма и капитализма в Башкирии». Уфа, 1971); Хозяйство башкир в первой полови­не XIX в. (в кн. «Страницы истории Башкирии». Уфа, 1974) и др.

1 Zeki Velidi Togan. Baskurtlarin Tarihi. Ankara, 2003. С 349-354. Текст на турецком и баш­кирском (в переводе А. М. Юлдашбаева) языках.

2 Кузеев Р. Г. Развитие хозяйства башкир в X-XIX вв. // Археология и этнография Башки­рии. Т. 3. Уфа, 1968; Он же. Историческая этнография башкирского народа. Уфа, 1978.

3 Юлдашбаев Б. X. История формирования башкирской нации. Уфа, 1972. С. 167.

4 Янгузин Р. 3. Хозяйство башкир дореволюционной России. Уфа, 1989; Он же. Хозяйство и социальная структура башкирского народа в XVIII-XIX вв. Уфа, 1998.

5 ВалеевД. Ж. История башкирской философской и общественно-политической мысли. Ос­новные тенденции развития. Уфа, 2001. С. 109.


С. Г. Агаджанов в коллективной работе изучил административное уст­ройство окраин России, обратив внимание на формы управления, особо вы­делив «военно-народное управление», куда он включил военные округа, его комендантскую, военно-окружную формы, в т. ч. и кантонную систему в Башкирии1.

Таким образом, история кантонной системы управления в Башкирии (1798-1865 гг.) в какой-то степени привлекала исследователей XIX-XX вв. Некоторых из них интересовала военная служба, быт башкир и мишарей, других - итоги этого военно-феодального гнета. Одни оценивали первую по­ловину XIX в. мрачной эпохой, остальные видели и положительные и отри­цательные ее стороны для башкир. Все это проводилось в общих работах, специально не посвященных этой теме.

А теперь перейдем к характеристике архивных материалов. Большой ин­терес для освещения численности башкирского и мишарского населения, его хозяйства по кантонам, боевой деятельности полков в войнах и походах Рос­сии представляют материалы фондов архивов страны, прежде всего Россий­ского государственного военно-исторического архива (РГВИА). Большой ма­териал по теме содержится в фонде Военно-ученого архива (ВУА), где отло­жились дела всех воинских частей и соединений, в том числе и казачьих пол­ков. Тут имеются сведения об участии башкирских и других казачьих полков в войнах России 1812-1814, 1828-1829 и, наконец, 1853-1856 гг. Недостат­ком этого фонда является отрывочность сведений и отсутствие формулярных списков личного состава полков.

В фонде № 414 хранятся «Статистические сведения о Российской импе­рии» и среди них данные по Оренбургскому краю за 1826, 1844, 1846 и 1852 гг. о количестве дворов, деревень, юрт, о численности населения кан­тонов, о состоянии хлебопашества, скотоводства и сенокошения. Аналогич­ные сведения по всем казачьим войскам края облегчают сравнительно-исто­рический анализ.

Из других фондов РГВИА отметим два. В фонде № 410 (дело № 147) имеется докладная записка оренбургского гражданского губернатора на имя императора о необходимости распространения политики военных поселений среди башкир и мишарей. В фонде № 483 - квартирное расписание Башкир­ского войска с подразделением его на попечительства и кантоны на 1863 г.

Основные архивные материалы по теме диссертации хранятся в Цент­ральном Государственном историческом архиве Республики Башкортостан (ЦГИА РБ). Нами использованы фонды оренбургского военного губернатора (№ 2), оренбургского гражданского губернатора (№ 6) и Уфимского намест­нического правления (№ 384).

1 Агаджанов С. Г. Основные черты системы управления национальных окраин России (Опыт сравнительно-исторического анализа) // Национальные окраины Российской империи: становление и развитие системы управления. М.: Славянский диалог, 1998. С. 395-396.

Богатейший материал накоплен в фонде № 2, насчитывающем до 15 тыс. единиц хранения, из которых значительное количество дел изучено нами вы­борочно. Там имеются: ордера, циркулярные предписания военного губерна­тора, рапорта кантонных начальников о состоянии команд, направляемых на службу, описи команд, ежегодные отчеты по кантонам (с 1838 г.), формуляр­ные списки чиновников и служащих по юртам, кантонам, годовые отчеты ко­мандующего Башкиро-мещерякским войском и военного губернатора, стати­стические сведения по кантонам и уездам, прошения и жалобы башкир и ми­шарей.

Фонд № 6 содержит материалы по управлению и хозяйству башкир и ми­шарей. В фонде № 384 хранятся различные по содержанию жалобы башкир и мишарей.

В Государственном архиве Оренбургской области (ГАОО) по теме иссле­дования изучены фонды оренбургского военного губернатора (№ 6), гене­рал-майора И. В. Чернова - члена Оренбургской ученой архивной комиссии (№ 67) и А. В. Попова - председателя Оренбургской ученой архивной комис­сии (№ 168). Фонд № 6 охвачен 20 описями по 1 тыс. единиц хранения каж­дая. Дела фонда изучены нами выборочно. Причем обнаружены материалы, отражающие высокий патриотизм башкирского народа в период Отечествен­ной войны 1812 года. Это - прошения башкир о направлении их доброволь­цами в действующую армию. В делах, касающихся кантонного управления, имеются сведения о линейной службе, об участии башкир в войнах и похо­дах, об их повинностях, о народных волнениях против военно-феодального гнета и об упразднении кантонов.

В Научном архиве Уфимского научного центра РАН (НА УНЦ РАН) хра­нятся сборники копий документов, извлеченные А. П. Чулошниковым из Ле­нинградских архивов (ЛОИИ, ФЦГВИА и др.); нами просмотрены копии официальных документов (отчеты командующего войском и губернаторов), относящихся к вопросам кантонного управления в Башкирии с 1800 по 1863 г.

В книге использованы и опубликованные источники. Большой материал содержится в «Полном собрании законов Российской империи» (Т. 9^Ю из первого собрания, Т. 3-40 из второго; далее: ПСЗ, 2ПСЗ). Большую ценность представляют «Архив Государственного Совета» (Т. 1. СПб., 1869), «Архив графа Игельстрома» («Русский архив», кн. 11, 12, М., 1886), «Отечественная война 1812 года» (Т. XVII, XVIII, СПб., 1911; Т. XIX, 1912), «Материалы по историко-статистическому описанию Оренбургского казачьего войска» (Оренбург, 1904. Вып. V; Оренбург, 1910. Вып. ГХ-Х) и т. д. В советское вре­мя были опубликованы «Материалы по истории Башкирской АССР», из кото­рых нами использованы часть 1 (М.; Л., 1936), Т. Ill (M., 1949), IV (М., 1953), V(M., 1960).

Использованные в книге архивные и опубликованные источники по их характеру можно разделить на акты официального и частного характера, за-

10

11



писки современников событий и путешественников, воспоминания иност­ранцев-очевидцев описываемых событий.

1. Одним из основных источников являются официальные актовые материалы, которые в свою очередь подразделяются на следующие виды:

а) Государственные законы и указы. Основополагающим документом по введению кантонного управления является указ от 10 апреля 1798 г., к ко­торому приложены «Ведомость, показывающая количество башкирского на­рода, обитающего в Пермской и Оренбургской губерниях», список «Башкир­ских кантонных начальников» и «Ордер, данный башкирским и мещерякс-ким кантонным начальникам»1. Указ от 24 сентября 1806 г. «О прекращении самовольных переходов из Оренбургской в другие губернии башкир, о назна­чении им границ в их собственности и о употреблении их на службу»2. В ис­следовании процесса постепенного перевода военных сословий в податное состояние нам помогли Положения: «О присоединении тептярей и бобылей к Башкирскому войску» от 22 февраля 1855 г.3, «О новом разделении Башкир­ского войска на кантоны и юрты, об устройстве управления сим войском и о штате командующего тем войском» от 30 декабря 1855 г.4, Положение о башкирах от 14 мая 1863 г. и Мнение Государственного Совета «О переда­че управления башкирами из военного в гражданское ведомство» от 2 июля

1865 г.5


б) Распоряжения и отношения правительства и правительственных учреждений к должностным лицам. Много документов такого рода про­смотрены нами в делах Департамента Военных Поселений и Управления ир­регулярных войск (с 1858 г.), которым по военной части подчинялось Баш­кирское войско.

в) Донесения, рапорта губернатбров императору и правительству, каса­ющиеся вопросов обороны юго-восточной границы и службы башкир на ли­нии.

г) Ордера, циркулярные предписания военных губернаторов кантон­ным начальникам и рапорта последних первым. В совокупности они отража­ют все стороны жизни и виды службы башкирского и мишарского населения.

Изученные документы показывают, что введение кантонного управления с переводом населения в военное сословие совершилось не сразу, а постепен­но, что реформе 1798 г. предшествовал ряд подготовительных мероприятий. В частности, указу от 10 апреля 1798 г. предшествовал ордер О. А. Игельст-рома от 3 января 1798 г., которым он назначил башкирских чиновников и раз­делил территорию войска на кантоны и т. д.

1 ПСЗ. Т. 25. № 18477.

2 Там же. Т. 29. № 22284.

3 2ПСЗ. Т 30. № 29060.

4Там же. Т. 30. № 30008.

5 Там же. Т. 32. № 39622; Т. 40. № 42282.
д) Проекты преобразования Башкиро-мещерякского войска, составлен­ные военными и гражданскими губернаторами. Появление первых проектов такого рода еще в 20-х годах XIX в. говорит о том, что правительство опаса­лось существования многочисленного по составу этого войска. Нами изуче­ны проекты П.К.Эссена (1817-1830), П. П. Сухтелена (1830-1833), В. А. Перовского (1833-1842, 1851-1857), А. П. Безака (1860-1865), которые отражают противоречивые тенденции их составителей. Некоторые из этих проектов частично использованы другими авторами.

е) Отчеты по кантонам, сводные отчеты по войску и губернии. Дан­ные материалы (они не опубликованы) дают возможность раскрыть хозяйст­венные особенности кантонов, состав и численность населения и т. д. Цен­ность отчетов заключается в их обобщающем характере, недостаток - в позд­нем их возникновении (1839 г.). Совершенно не составлялись или не сохра­нились статистические данные об отраслях хозяйства, касающиеся первой

четверти XIX в.

2. Акты частного характера.

а) Прошения башкир и мишарей представляют большую ценность для раскрытия вопросов социальных отношений. Притеснения чиновников, их злоупотребления властью и «лихоимства» вызывали многочисленные жало­бы в вышестоящие органы управления и власти. Появились и прошения баш­кир и мишарей, выступавших против попыток перевода их в податное состо­яние (20-е годы XIX в.).

б) Купчие, припускные, наемные записи и записи закладной и заем­ной кабалы отражают отношения башкир к припущенникам (купчие, припу­скные записи) и социальные отношения в башкирском обществе (наемные, закладные и заемные записи). Значительная часть этих документов, относя­щихся к концу XVIII в., опубликована в «Материалах по истории Башкирской

АССР» (Т. IV, V).

3. Записки современников событий.

Сюда относятся путевые записки 1769-1770 гг. академиков П. С. Палла-са (данные о башкирах Сибирской дороги) и И. И. Лепехина (о Ногайской и отчасти Сибирской дорогах), а также капитана Н. П. Рычкова (о населении

Казанской дороги).

В «Записках Д. Б. Мертваго» 1760-1824 гг. (М., 1867) излагаются преды­стория и причины образования Оренбургского Духовного собрания мусуль­ман в Уфе, автором проекта которого он являлся. Проект был представлен О. А. Игельстромом правительству для утверждения.

По периодам правления сменяющихся военных губернаторов составлены «Записки генерал-майора И. В. Чернова»1, активно участвовавшего в прове­дении в жизнь колониальной политики царского правительства в Башкирии.

1 Записки генерал-майора И. В. Чернова // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Оренбург, 1907. Вып. XVIII.

13

12



Он служил в канцелярии Башкиро-мещерякского войска, затем являлся на­чальником 1-го башкирского кантона в Оренбургском уезде, и, наконец, по­печителем кантонов. «Записки» Чернова ценны тем, что они опираются как на архивные источники, так и на личные наблюдения.

Ряд сведений о деятельности военно-судной комиссии в кантонный пери­од, когда господствовала палочная система, имеется в «Записках Н. Г. Залесо-ва»1, работавшего аудитором этой комиссии и ставшего впоследствии членом Военного Совета.

В воспоминаниях М. К. Захарьина (Якунина) и Н. П. Иванова2 имеются данные о неудачном Хивинском походе В. А. Перовского и об участии в нем башкирских команд.

Донской казак П. Чуйкевич составил свои записи об участии башкирских полков в войне против Франции в 1806-1807 гг.3

Используя ценный фактический материал, содержащийся в приведенной выше литературе, мы не забываем, что она написана не с лояльных к народам края позиций. Большой интерес вызывают «Воспоминания башкирского ка­зака зауряд-хорунжего Гусмана Ишмухаметова», содержащие сведения о сро­ках линейной службы, о походе его 11-го полка «в Молдавскую службу», о некоторых повинностях башкир4.

4. Записки иностранцев - очевидцев описываемых событий.

Это прежде всего «Краткие замечания о свойстве и составе Русской ар­мии...» (Лондон, 1810) английского офицера Роберта Вильсона, наблюдавше­го боевые действия русских войск в войне против Франции в 1806-1807 гг. Он описывает и боевые действия башкирских полков, давая высокую оценку храбрости и бесстрашию уральских конников.

Нами использован также рукописный перевод с немецкого на русский язык книги Ф. Г. Мюллера «О исследовании в странах Урала и Кавказа в ис­торическом, географическом и этнографическом отношениях», который хра­нится в ГАОО и содержит сведения об отраслях хозяйства башкир5.

Как видно, в книге использованы разнообразные источники. По данной теме имеется большой архивный и опубликованный материал. Но не все во­просы проблемы равномерно обеспечены источниками. Много сведений со­хранилось, например, по вопросам военной службы башкир, о повинностях. А по другим проблемам (отрасли хозяйства, социальные отношения у баш­кир и мишарей и т. п.) очень мало материалов. В целом, дошедшие до нас ис-

1 Записки Н. Г. Залесова // Русская старина. №№ 4, 5. 1903.

2 Захарьин (Якунин) М. К. Граф В. А. Перовский и его зимний поход в Хиву. СПб., 1901; Хи­винская экспедиция 1839-1840 гг. Очерки и воспоминания очевидца. Практические советы отъ­езжающим в степи Н. П. Иванова. СПб., 1873.

3 Чуйкевич П. Подвиги казаков в Пруссии. СПб., 1810.

4 Газета «Йэшлек» от 11 мая 2004. Текст опубликован М. Надыргуловым.

5 ГАОО. Ф. 168. Оп. 1. Д. 63.

14

точники позволяют выяснить основные проблемы темы, понять сущность и значение кантонной реформы в истории края.



Данная работа ставит цель - проследить историю кантонной системы уп­равления в Башкирии. Для ее достижения выдвигаются следующие задачи: 1) выяснить причины ее установления; 2) показать ее сущность; 3) охаракте-оизовать все военно-феодальные повинности населения с оценкой каждой из ее форм- 4) показать влияние кантонного управления на хозяйство, социаль­ный строй и быт башкир и мишарей; 5) выяснить причины отмены кантонно­го управления и дать оценку всей этой системе.

Карты (форзац I, приложения 1,3), схема управления Башкиро-мещеряк-ским (с 1855 г. Башкирским) войском (форзац II) по просьбе автора в 1968 г. составлены В Д. Таичем. Карты-схемы о войне 1812 года составлены авто­ром (см его книгу «Любезные вы мои...» Уфа: Китап, 1992. Форзацы I, II).


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31

Коьрта
Контакты

    Главная страница


Здравствуйте, сам татарин