• Радько Зоя Тимофеевна Официальные оппоненты: Антонян Юрий Миранович
  • Баумштейн Антон Борисович
  • ФГБОУ ВПО «Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний»
  • Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат юридических наук, доцент В.Н. Орлов ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
  • Актуальность темы исследования
  • Степень научной разработанности темы исследования.
  • Объект и предмет исследования.
  • Цель и задачи исследования.
  • Нормативно-правовая основа исследования
  • Теоретическую основу исследования
  • Методологической основой исследования
  • Научная новизна исследования
  • Основные выводы и положения, выносимые на защиту
  • Теоретическая значимость исследования
  • Практическая значимость исследования
  • Апробация результатов исследования
  • ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ Во введении
  • В первой главе – «Общая характеристика экологической преступности Северо-востока России»
  • Вторая глава – «Предупреждение экологической преступности »
  • Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК при Минобрнауки РФ для публикации результатов диссертационных исследований
  • Публикации в иных научных изданиях

  • Скачать 315.58 Kb.


    Дата24.08.2018
    Размер315.58 Kb.
    ТипАвтореферат

    Скачать 315.58 Kb.

    Зябликова марина викторовна региональные особенности экологической преступности на северо-востоке россии




    На правах рукописи



    ЗЯБЛИКОВА МАРИНА ВИКТОРОВНА


    РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ПРЕСТУПНОСти на северо-востоке россии

    Специальность: 12.00.08. – уголовное право и криминология;

    уголовно-исполнительное право.

    Автореферат

    диссертации на соискание ученой степени

    кандидата юридических наук


    Москва – 2013

    Работа выполнена на кафедре криминологии и уголовно-исполнительного права ФГБОУ ВПО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)»




    Научный руководитель:


    кандидат юридических наук, доцент, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации,

    Радько Зоя Тимофеевна

    Официальные оппоненты:





    Антонян Юрий Миранович, доктор юридических наук, профессор, ФГКУ «Всероссийский научно-исследовательский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации», главный научный сотрудник
    Баумштейн Антон Борисович, кандидат юридических наук, ФГБОУ ВПО «Московский государственный открытый университет им. В.С. Черномырдина», доцент

    Ведущая организация:



    ФГБОУ ВПО

    «Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний»

    Защита состоится 21 ноября 2013 г. в 14:00 на заседании диссертационного совета Д 212.123.01 при Московском государственном юридическом университете имени О.Е. Кутафина (МГЮА) по адресу: 123995, г. Москва, ул. Садовая - Кудринская, д. 9, зал заседаний диссертационного совета.

    С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), по адресу: 123995, г. Москва, ул. Садовая - Кудринская, д.9.
    Автореферат разослан «___» ___________ 2013 г.



    Ученый секретарь диссертационного совета,

    кандидат юридических наук, доцент В.Н. Орлов


    ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
    Актуальность темы исследования обусловлена возрастающим антропогенным воздействием на окружающую природную среду, продуцирующим ухудшение экологической ситуации в международном масштабе, в России, отдельных регионах, а также необходимостью сохранения природной среды и обеспечения ее защиты для будущих поколений. Природная среда не имеет пространственных границ, нарушение экологического баланса в одном государственно-территориальном образовании с неизбежностью приведет к разрушению целостности биоценозов в другом, даже самом отдаленном. Природа является основой жизни общества, его первоисточником, в связи с чем охрана природы, ее богатств является стратегически важной задачей, объединяющей международное сообщество.

    Сложившаяся в Российской Федерации структура угроз национальной безопасности одной из основных включает – экологическую, в частности, угрозу экологии живых систем и рационального природопользования. В целях обеспечения права каждого человека на благоприятную окружающую среду в Российской Федерации 2013 год объявлен Годом охраны окружающей среды. Негативным антропогенным фактором, имеющим наивысшую общественную опасность, создающим риск нормального существования естественных и модифицированных природных систем, истощения минерально-сырьевой базы, биологических ресурсов является экологическая преступность, выражающаяся в совокупности преступлений, посягающих на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющих или создающих угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда, совершенных на определенной территории за конкретный период времени.

    Статистические данные официальной уголовной статистики указывают на волнообразную динамику развития экологической преступности в России, некоторую ее стабилизацию в последние годы. Так, до 2006 г. отмечался стремительный рост числа экологических преступлений почти в 3 раза по сравнению с 2000 г., в 2007 г. наблюдалось незначительное снижение уровня экологической преступности по сравнению с прошлым годом. Максимум экологических преступлений – 44883 приходится на 2008 г. С 2009 по 2012 годы отмечается снижение преступности в 1,6 раза. Подобные тенденции свойственны экологической преступности Дальнего Востока в целом, однако имеют более негативный характер, проявляющийся в показателях темпов роста, что в целом обусловлено статистическими показателями южных регионов Дальневосточного федерального округа (далее ДВФО).

    Северо-восточные субъекты РФ (Камчатский край, Чукотский автономный округ, Магаданская область) имеют собственные уникальные тенденции развития экологической преступности, обусловленные особенностями изолированных во всех отношениях территорий, что требует изучения в целях дополнения теории предупреждения экологической преступности. Криминологический анализ регионального состояния экологической преступности изучен автором на основании данных Камчатского края, Магаданской области за 2000-2012 гг. Состояние экологической преступности в Чукотском автономном округе существенно не влияет на общие показатели экологической преступности Северо-востока России, т.к. удельный вес экологической преступности в общем числе экологических преступлений в Северо-восточном регионе составляет 7% (в ДВФО - 0,8%).

    Базовым условием, формирующим показатели экологической преступности, выступает природная среда, ее характеристика. Дальний Восток, являясь стратегически важным объектом экономического и политического характера, имеет мощный потенциал природно-сырьевого развития. Вместе с тем, непоследовательная государственная политика в отношении Дальнего Востока определила ему роль сырьевого придатка остальной части России. Подобные негативные тенденции особо остро отразились на развитии северных территорий. Магаданская область, Камчатский край располагают богатейшими запасами минерально-сырьевых, водных и биологических ресурсов, привлекающих внимание стран Азиатско-тихоокеанского региона.

    Слабая национальная экономическая интеграция северных регионов, дисбаланс между наличием богатейших природных ресурсов и низким уровнем развития экономической и социальной инфраструктуры, безработица ориентируют сельское население на примитивную эксплуатацию природных ресурсов, часто незаконную, что становится источником существования целых населенных пунктов. Можно с уверенностью констатировать, что в подобных условиях экологическая преступность северных районов приобретает качественные и количественные особенности, отличающие ее от преступности данного вида на Дальнем Востоке, в Российской Федерации.

    В условиях глобализации экологическая преступность, принимая во внимание негативные тенденций сращивания ее с организованной, профессиональной, корыстной, коррупционной преступностью, высокую латентную составляющую, приобретает транснациональный и трансграничный характер, что создает угрозу экологической, экономической, политической безопасности государства.

    Степень научной разработанности темы исследования. В современной отечественной криминологии общие вопросы экологической преступности в Российской Федерации рассматривались в трудах А.И. Алексеева, М.М. Бринчук, О.Л. Дубовик, А.Э. Жалинского, Э.Н. Жевлакова, Е.Г. Клетневой, И.В. Лавыгиной, Н.А. Лопашенко, В.В. Петрова, Б.Б. Тангиева, А.И. Чучаева, В.Е. Эминова и др. Проблемы транснациональной преступности в сфере экологии изучались Л.М. Ахмадеевой, П.Дунмэй, А.П. Камышниковым, Ю.Н. Платоновым и др.

    Вопросы, касающиеся региональных особенностей экологической преступности, освящены в диссертационных исследованиях З.Б. Бахмудова, Я.Б. Дицевич, И.В. Лавыгиной, Ю.А. Страунинг, работе Г.Н. Жеребкина. Криминологической характеристике посягательств на животный мир посвящены исследования Н.И. Браташовой, Ю.С. Гончаровой, Б.Б. Джамаловой, А.И. Исаевой, А.М. Максимова, А.В. Смирнова др.

    Вопросам уголовной ответственности за браконьерство и региональным криминологическим особенностям браконьерства на Дальнем Востоке посвящены работы А.А. Дежурного, С.Е. Каленова, Н.А. Крылова. Охрана животного мира средствами административной ответственности в Магаданской области освещалась в работе С.А. Халчанского.

    Труды перечисленных авторов, несомненно, внесли весомый вклад в изучение отдельных аспектов избранной нами темы, однако следует отметить, что региональная специфика экологической преступности, в том числе северных территорий Дальнего Востока, является недостаточно изученной. В юридической литературе комплексное криминологическое исследование региональных особенностей экологической преступности на примере Северо-востока России до настоящего времени не осуществлялось.



    Объект и предмет исследования. Объект исследования - общественные отношения в сфере развития экологической преступности и ее предупреждения на Северо-востоке России. Предметом исследования являются региональная характеристика экологической преступности Северо-востока России, ее причины, особенности личности экологических преступников, а также состояние предупреждения.

    Цель и задачи исследования. Цель исследования заключается в изучении современного регионального состояния экологической преступности на примере Северо-востока России, выявлении специфики ее детерминации и разработке предложений и рекомендаций, направленных на совершенствование существующей модели предупреждения экологической преступности.

    Поставленная цель достигалась путем решения следующих задач:

    - рассмотреть современные подходы к пониманию экологической преступности, определить понятие и сущность экологической преступности;

    - установить современные тенденции экологической преступности на Северо-востоке России, выявить особенности, отличающие ее от экологической преступности на Дальнем Востоке, в России в целом;

    - определить уголовно-правовую характеристику экологических преступлений;

    - дать криминологическую характеристику личности экологического преступника Северо-востока России, составить его уникальный криминологический портрет;

    - проанализировать детерминанты экологической преступности северных территорий Дальнего Востока;

    - изучить и описать общесоциальную систему предупреждения экологической преступности на территории субъектов Северо-востока России;

    - охарактеризовать специальную (криминологическую) систему предупреждения экологической преступности на примере Северо-востока России;

    - рассмотреть современное состояние планирования экологической преступности;

    - предложить меры по предупреждению экологической преступности в северных регионах Дальнего Востока;

    - разработать Концепцию противодействия основному виду экологической преступности Северо-востока России - незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биоресурсов.



    Нормативно-правовая основа исследования представлена действующими нормативно-правовыми актами Российской Федерации, а именно: Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, среди которых особое место занимает Уголовный кодекс Российской Федерации, указами Президента РФ, постановлениями и распоряжениями Правительства РФ, ведомственными приказами, законами, постановлениями законодательных (представительных) органов субъектов РФ, распоряжениями Полномочного представителя Президента РФ в ДВФО, документами стратегического планирования социальных процессов.

    Теоретическую основу исследования составляют научные труды современных российских авторов по криминологии (А.И. Алексеева, Ю.М. Антонян, А.И. Долговой, О.Л. Дубовик, А.Э. Жалинского, С.М. Иншакова, Е.Г. Клетневой, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, И.В. Лавыгиной, Н.А. Лопашенко, И.М. Мацкевича, Е.Е. Понамаревой, Н.А. Селякова, Н.В. Сусловой, Б.Б. Тангиева, В.И. Тарайко, В.Е. Эминова и др.), по уголовному праву (А.В. Бриллиантова, М.И. Веревичевой, В.В. Виноградовой, Э.Н. Жевлакова, А.Г. Князева, Н.А. Лопашенко, Ю.И. Ляпунова, А.М. Плешакова, И.В. Попова, Ю.А. Тимошенко, Г.Н. Хлупиной, В.А. Чугаева, Д.Б. Чуракова, А.И. Чучаева, А.Ф. Шарипкуловой и др.), по экологическому праву (М.М. Бринчук, О.Л. Дубовик, В.В. Петрова, О.С. Колбасова и др.).

    Методологической основой исследования является диалектический метод познания объективной действительности. При проведении исследования комплексно применялись следующие общенаучные и частнонаучные методы познания: гипотеза, системно-структурный, структурно-функциональный, логический, статистический, сравнительный и др., а также социологические методы познания (документальный, экспертные оценки, опрос и др.).

    Эмпирическую базу составили статистические данные Главного информационно-аналитического центра МВД России, информационных центров УМВД Магаданской, Сахалинской областей, Приморского, Камчатского, Хабаровского краев за период с 2000 по 2012 годы. В процессе исследования изучено: 90 уголовных дел по фактам совершения экологических преступлений, совершенных за 2000 - 2012 годы; справки о рассмотрении судами Сахалинской, Магаданской областей, Камчатского, Хабаровского краев уголовных дел об экологических преступлениях; аналитические записки, отчеты территориальных прокуратур, межрайонных природоохранных прокуратур указанных субъектов РФ за 2007-2012 годы; результаты анкетирования 60 нарушителей законодательства о рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов, совершающих противоправные деяния на территории Магаданской области, Камчатского края; результаты анкетирования (интервьюирования) 120 практических работников природоохранных и правоохранительных органов, образовательных учреждений, среди которых: сотрудники Охотского территориального управления Федерального агентства по рыболовству, прокуратуры Магаданской области, г. Магадана, Магаданского филиала Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), Пограничного управления ФСБ России по Магаданской области, Пограничного управления ФСБ России по Камчатскому краю.

    Научная новизна исследования состоит в том, что в нем через призму региональной специфики субъектов Северо-востока России были комплексно рассмотрены, с одной стороны, особенности регионального развития экологической преступности, с другой – основные общероссийские тенденции, оказывающие существенное влияние на формирование региональной экологической преступности.

    Автором был проведен сравнительный анализ тенденций экологической преступности в России и северных субъектах Дальнего Востока, который ранее не был предметом специального научного исследования. Кроме того, правовая и организационная основа предупреждения экологической преступности представлена с учетом принятых Основ государственной политики в области экологического развития Российской Федерации до 2030 года, утвержденных указом Президента РФ от 30 апреля 2012 г., а также постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2012 г. № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования». Основным результатом исследования явилась разработанная автором Концепция противодействия незаконной добыче и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов на Северо-востоке России.



    Основные выводы и положения, выносимые на защиту:

    1. Экологическая преступность представляет собой негативное социально-правовое явление, слагающееся из совокупности преступлений, посягающих на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющих или создающих угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда, совершенных за конкретный период времени на определенной территории. Экологическая преступность в Российской Федерации на современном этапе развития характеризуется следующими типичными признаками: наличие признаков промысла; сращивание с организованной, коррупционной и профессиональной преступностью (криминальный профессионализм); высокая латентность; активное вовлечение иностранных граждан; рост числа преступлений, связанных с нарушением правил обращения с опасными веществами и отходами; доходность и повышение доли криминального бизнеса в данной сфере; расширение нелегального международного рынка сбыта.

    2. Экологическая преступность Северо-востока России имеет устойчивую тенденцию к незначительному снижению, доля подобного вида преступности (4,85, 4,09%) в общей массе зарегистрированных преступлений за 2010-2012 годы превышает общероссийский показатель (1,21-1,49%). Динамика экологической преступности волнообразна, в целом зависит от интенсивности нерестового хода лососевых пород рыб.

    3. Экологическая преступность Северо-востока России обусловлена сложившимися противоречиями в государственной политике в отношении северных территорий, излишней идеализацией рыночных отношений в ущерб экологии, активной интеграцией теневой сферы экономики с заинтересованными участниками внешнеэкономической деятельности (особенно странами Азиатско-Тихоокеанского региона), стагнацией и кризисом в рыбопромышленной отрасли, безработицей основной части сельского населения, поспешным и непродуманным вмешательством государства в традиционные виды хозяйствования коренных малочисленных народов Севера, развитым потребительским отношением к природным ресурсам, являющимся источником существования основной части сельского населения Северо-востока России.

    4. Теоретический анализ личности экологического преступника Северо-востока России позволяет составить два портрета экологического преступника:

    1. Бытовой браконьер – это в основной массе мужчина, часто представитель коренных малочисленных народов Севера, постоянно проживающий на территории района, в старшем возрасте (41-50 лет), имеющий достаточно высокий уровень образования, не имеющий постоянного заработка (70,1 %), часто образующий наравне с другими нарушителями простые формы соучастия (группа лиц, группа лиц по предварительному сговору в форме соисполнительства), совершающий преступления по корыстным мотивам (корысть - потребительство), имеющий антропоцентристский тип сознания, выраженную асимметрию в поведении.

    2. Промышленный браконьер - мужчина в зрелом возрасте (31-50 лет), имеющими высокий уровень образования, особенно характерный для лиц, совершающих преступления, предусмотренные ст. 253 УК РФ, наемный рабочий, часто капитан судна, осуществляющий организационно-распорядительные функции в отношении экипажа, для которого характерна выраженная корыстная мотивация с преобладанием корысти – престижа.

    1. К основным задачам, обеспечивающим достижение стратегической цели государственной экологической политики, указанным в Основах государственной политики в области экологического развития Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденным указом Президента РФ от 30 апреля 2012 г., следует отнести предупреждение совершения экологических правонарушений и преступлений. Механизмами реализации указанной задачи являются: усиление ответственности за нарушение законодательства об охране природной среды и природопользовании, обеспечение неотвратимости наказания за экологические преступления и иные правонарушения, осуществление криминологической экспертизы проектов нормативно-правовых актов в области охраны природной среды и природопользования, научного криминологического планирования и прогнозирования состояния экологической преступности; полное возмещение экологического ущерба, причиненного преступлением или иным правонарушением; определение уровня латентной составляющей нарушений в сфере охраны природной среды и природопользования; развитие природоохранной функции в правоохранительных органах.

    2. В основе организационных мер борьбы с экологической преступностью лежат следующие основные задачи: развитие природоохранной функции в правоохранительных органах, усиление координационной деятельности между природоохранными, правоохранительными органами и органами государственной власти и местного самоуправления, ресурсное обеспечение природоохранных органов. Одним из механизмов развития природоохранной функции в правоохранительных органах Северо-востока России является создание Охотоморской бассейновой межрегиональной природоохранной прокуратуры, организованной по бассейновому принципу (акватория Охотского моря), которая позволит осуществлять координацию деятельности Сахалинской межрайонной природоохранной прокуратуры, Камчатской межрайонной природоохранной прокуратуры, Хабаровской межрайонной природоохранной прокуратуры и созданной Магаданской межрайонной природоохранной прокуратуры.

    3. Совершенствование регионального планирования борьбы с экологической преступностью следует проводить по следующим направлениям: комплексное изучение ситуации в области экологической преступности, всесторонний учет продуцирующих ее факторов; развитие практики регионального планирования борьбы с доминирующими видами экологических преступлений и правонарушений; расширение круга субъектов – исполнителей, включающего субъектов ранней профилактики. Автором в диссертационном исследовании предлагается проект Концепции противодействия незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов на Северо-востоке России.

    Теоретическая значимость исследования состоит в том, что его результаты и основанные на них выводы восполняют пробел в системе теоретических взглядов на проблему региональных особенностей экологической преступности, дополняют и конкретизируют современную теорию предупреждения экологической преступности с учетом современных социально-экономических условий.

    Практическая значимость исследования состоит в возможности использования результатов и выводов диссертационного исследования в дальнейшем совершенствовании модели предупреждения экологической преступности, а именно в практической деятельности общих и специальных субъектов предупреждения экологической преступности (в первую очередь субъектов Северо-востока России), в правотворческой деятельности по развитию уголовного и экологического законодательства и практики его применения.

    Сформулированные в диссертации выводы, предложения и рекомендации могут быть применены в процессе преподавания дисциплины «Криминология» и специальных курсов, посвященных углубленному изучению экологической преступности и других видов преступности, имеющих тенденцию к сращиванию с экологической. Кроме того, материалы диссертационного исследования могут представлять интерес для региональных правоохранительных и природоохранных органов, осуществляющих борьбу с экологической преступностью.



    Апробация результатов исследования осуществлялась автором в ходе их неоднократного обсуждения на заседании кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), на заседаниях кафедры уголовно-правовых дисциплин Магаданского филиала Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), а также в ходе проведения учебных занятий по криминологии со студентами МФ Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). Выводы и предложения сообщались в докладах и обсуждались на региональных и международных конференциях, форумах и симпозиумах: Молодежном научном симпозиуме «Современные научные исследования на Дальнем Востоке» (г. Южно-Сахалинск, 4-7 октября 2011 г.), IV Межрегиональной конференции молодых ученых «Научная молодежь – Северо-Востоку России» (г. Магадан, 24-25 мая 2012 г.), Межрегиональном форуме «Международное сотрудничество молодых ученых: северное измерение», посвященный 300-летнему юбилею М.В. Ломоносова (г. Архангельск, 22-23 ноября 2011 г.), II Международной заочной научно-практической конференции «Актуальные проблемы охраны природы и рационального природопользования» (г. Чебоксары, апрель 2011 г.), III Международной научно-практической конференции «2020: молодые смотрят в будущее» (Таллинн, 18-19 мая 2012 г.), XIII Международной научно-практической конференции «Правовая политика: вызовы современности» (г. Москва, 27-29 ноября 2012 г.).

    Проект Концепции противодействия незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов предложен на рассмотрение в Прокуратуру Магаданской области, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Магаданской области, Охотское территориальное управление Росрыболовства, Пограничное управление ФСБ России по Магаданской области. Автором получены рецензии на представленный проект.



    Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих семь параграфов, заключения, библиографического списка, приложения.
    ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
    Во введении обосновывается актуальность темы диссертационной работы; определяются цель, задачи, объект и предмет исследования; излагаются методологическая, теоретическая и эмпирическая основы исследования; аргументируется его научная новизна; формулируются положения, выносимые на защиту; обосновывается теоретическая и практическая значимость работы; приводятся сведения об апробации результатов исследования.

    В первой главе – «Общая характеристика экологической преступности Северо-востока России» определяются основные криминологические особенности экологической преступности на Северо-востоке России, дана уголовно-правовая характеристика экологических преступлений, личности экологического преступника, причин и условий, формирующих экологическую преступность Северо-востока России.

    В первом параграфе «Понятие и тенденции экологической преступности на Северо-востоке России» предлагается авторское определение «экологическая преступность», детально исследуются качественные и количественные характеристики экологической преступности Северо-востока России (Камчатский край, Магаданская область). Дефиниция «экологическая преступность» не нашла своего унифицированного толкования, что обусловлено отсутствием единой позиции ученых относительно круга общественных отношений, которым причиняется вред или создается угроза причинения вреда при совершении экологического преступления. Авторы акцентируют внимание на объектах уголовно-правовой охраны, тем самым отграничивая экологическую преступность как негативное социально-правовое явление от других видов преступности, в первую очередь, корыстной и экономической.

    Под экологической преступностью понимается негативное социально-правовое явление, слагающееся из совокупности преступлений, посягающих на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющих или создающих угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда, совершенных за конкретный период времени на определенной территории.

    Изучение уровня экологической преступности в регионе (4,85, 4,09%) свидетельствует о повышенном относительно общероссийского показателя (1,21, 1,49%) количестве регистрируемых преступных посягательств в общем количестве зарегистрированных преступлений за 2010-2012 гг. Фактический уровень экологической преступности в регионе можно представить с учетом латентной преступности, которая составляет 95-100%. Динамика региональной экологической преступности, изученная за 2000-2012 гг., волнообразна, в целом намечается незначительное снижение количества зарегистрированных экологических преступлений в последние годы. Всплески регистрации преступлений устойчиво отмечаются в годы интенсивного нерестового хода лососевых пород рыб, в виду существенного преобладания (до 84 %) в структуре экологической преступности Северо-востока России преступлений, предусмотренных ст. 256 УК РФ.

    В структуре региональной преступности Северо-востока России можно выделить ряд перманентно совершаемых посягательств: нарушение законодательства РФ о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне РФ (ст. 253 УК РФ), незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ), незаконная охота (ст. 258 УК РФ), незаконная рубка лесных насаждений (ст. 260 УК РФ), уничтожение или повреждение лесных насаждений (ст. 261 УК РФ). Автором проводится криминологический анализ доминирующих преступлений, обосновывается природоресурсная направленность экологической преступности, ориентированная, в основном, на незаконную добычу водных биоресурсов, исследуются виды и способы трансграничного браконьерства, аргументируется вероятность совершения на территории Магаданской области преступления, предусмотренного ст. 255 УК РФ.

    Во втором параграфе «Уголовно-правовая характеристика экологических преступлений» предлагается авторская дефиниция «экологическое преступление», определяются особенности элементов и признаков составов экологических преступлений. Отдельное внимание уделено характеристике составов, предусмотренных ст. ст. 253, 256 УК РФ.

    Анализ изученной литературы определил отсутствие единообразного толкования понятия «экологическое преступление». Автор приходит к выводу, что указанная проблема обусловлена двумя причинами: отсутствием единой позиции относительно объекта, предмета экологического преступления и бланкетным характером диспозиций статей главы 26 УК РФ. Синтез норм природоохранного законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 указывает на безосновательное расширение объекта экологического преступления до «окружающей природной среды».

    Под экологическим преступлением следует понимать предусмотренное уголовным законом общественно опасное виновно совершенное деяние, посягающее на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющие или создающие угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда.

    Спецификой объективной стороны экологических преступлений является ее бланкетный характер, предусматривающий необходимость обращения к нормам экологического законодательства для уяснения сущности преступления, а также большое количество оценочных понятий, используемых законодателем при конструировании норм. Пленум Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 г. № 26 указывает абстрактные критерии определения «крупного ущерба» при незаконной добыче водных биоресурсов, что порождает отсутствие единообразной практики. Правоохранительные органы субъектов РФ вынуждены самостоятельно формировать практику привлечения к уголовной ответственности путем издания совместных региональных актов толкования права.

    Действующие нормы предусматривают для отграничения ч. 2, ст. 253 и ст. 256 УК РФ два критерия: цель рыболовства, наличие разрешения на вылов (добычу). Анализ уголовных дел, возбужденных по ч.2, ст. 253 УК РФ, свидетельствует о вменении данного состава только при разработке биологических ресурсов. Вместе с тем, синтез природоресурсного и уголовного законодательства указывает на вменение указанного признака при наличии признаков добычи (вылова) без соответствующего разрешения. Диссертант солидарен с позицией Ляшевой Ю.С., Яворского А.В., предлагающих объединить ч. 2, ст. 253 и ст. 256 УК РФ.

    Третий параграф «Личность экологического преступника» посвящен выявлению основных характеристик личности экологического преступника Северо-востока России. На территории Северо-востока России (Камчатский край, Магаданская область) за 2005-2012 гг. 97% экологических преступлений совершено мужчинами. На основе данных анкетирования нарушителей и анализа уголовных дел противоправные действия совершаются женщинами - исполнителями только в группе мужчин, в среднем от 5 до 10 раз в год с целью личного потребления незаконно добытой рыбы (77%), качественного преобразования собственной жизни (26%), из азарта (3%). Возраст лиц, совершающих экологические преступления, преимущественно составляет 31-50 лет, причем наибольшее количество экологических преступлений (29,5%) совершены мужчинами от 41 до 50 лет. Автором на основе статистических данных обосновывается положение о том, что личность экологического преступника Северо-востока России имеет тенденцию к старению. Уровень образования лиц, совершающих экологические преступления в регионе, достаточно высок, что не специфично для экологической преступности. Данные о социальном положении экологических преступников определяют, что подавляющее большинство - лица без постоянного источника дохода (70,1 %).

    Изучение потребностно - мотивационной сферы экопреступника позволяет выделить следующие основные мотивы, лежащие в основе преступного поведения: социально-экономические, легкомысленно-безответственные. У экологических преступников фиксируется антропоцентристский тип сознания, выражающийся в твердой позиции о центральной роли человека, доминанте его потребностей, основной функции природной окружающей среды как источника блага для удовлетворения приоритетных потребностей.

    На основе социально-демографических, социально-ролевых (функциональных), психологических особенностей экологического преступника Северо-востока России и анализа научной литературы автором предложено два криминологических портрета лиц, совершающих бытовое и промышленное браконьерство на Северо-востоке России.

    Четвертый параграф «Причины и условия экологической преступности» характеризует основные криминологические детерминанты, формирующие экологическую преступность Северо-востока России. Экономические противоречия являются базовыми в причинном комплексе экологической преступности. Экономика региона характеризуется слабой степенью деверсификации, интеграции и инновационности, имеет ярко выраженную ресурсную направленность при низкой степени переработки природных ресурсов. Подобные факторы определяют Северо-восток России, как регион повышенного риска, связанного с опасностью уничтожения природных экосистем в зонах повышенной концентрации экономической активности. Активная внешняя интеграция экономики Дальнего Востока в экономику стран Азиатско-Тихоокеанского региона (Корею, Китай, Японию) порождает спрос у иностранных государств на незаконно добытые в РФ природные ресурсы и их компоненты.

    Причины экологической преступности, связанной с незаконным завладением природными ресурсами, во многом обусловлены наличием негативных явлений и процессов в правовой, организационной сфере использования и охраны природных ресурсов, групповом сознании. К основным детерминантам правового характера относятся: отсутствие четкого разграничения предмета ведения между РФ и субъектами в области природоохранного законодательства, что продуцирует издание не соответствующих федеральному законодательству правовых актов; несовершенство налогового, валютного, таможенного законодательства, направленного на излишне идеализированные рыночные отношения; неэффективность практики привлечения к ответственности за экологические правонарушения, преступления. Детерминантами в организационной сфере выступают: бессистемность и хаотичность преобразований природоохранных органов, отсутствие концептуальной модели государственного управления в данной сфере, низкое кадровое и профессиональное обеспечение природоохранных и правоохранительных органов, коррупция.

    Браконьерство, доминирующее в структуре экологической преступности, обусловлено сложившимися противоречиями в государственной политике в отношении северных территорий, активной интеграцией теневой сферы экономики с заинтересованными участниками внешнеэкономической деятельности, безработицей основной части населения региона, поспешным и непродуманным вмешательством государства в традиционные виды хозяйствования коренных малочисленных народов Севера.

    Вторая глава – «Предупреждение экологической преступности» посвящена характеристике современного состояния общесоциального и специального (криминологического) предупреждения экологической преступности, основным направлениям развития регионального предупреждения экологической преступности на Северо-востоке России и криминологическому планированию борьбы с экологической преступностью на Северо-востоке России.

    В первом параграфе «Общесоциальное предупреждение экологической преступности» исследуется меры национального и регионального уровня, направленные на предупреждение экологической преступности, предложены основные направления общесоциальной превенции, рассмотренные через призму особенностей Северо-востока России.

    Центральное место в системе предупреждения экологической преступности занимают меры экономического характера. С учетом региональной специфики автором выделены основные профилактические направления: активная национальная интеграция экономик северных территорий, снижение административных барьеров для внутренней интеграции, модернизация экономики с ориентацией на глубокую переработку природных ресурсов (минерально-сырьевых, биологических), улучшение инвестиционного климата, трансформация существующей системы гарантий и компенсаций для северян по мере формирования системы государственных и социальных стандартов, развитие конкурентоспособной рыбной отрасли, аквакультуры, традиционных видов хозяйствования коренных малочисленных народов Севера.

    Основные направления предупреждения экологической коррупции, безусловно, охватываются мерами борьбы с коррупционной преступностью в целом. Однако, в связи с наличием определенных особенностей, превентивные меры необходимо проводить по следующим направлениям: систематизация экологического, в том числе природоресурсного законодательства; ужесточение уголовного законодательства за совершение экологического преступления с использованием своего служебного положения; уменьшение количества коррупционных фактов (оценочных понятий, возможности субъективных решений при разрешительных процедурах), унификации понятийного аппарата; проведение антикоррупционных экспертиз природоохранного и природоресурсного законодательства; выявление коррупционных схем с участием сотрудников правоохранительных и природоохранных органов, непосредственно выявляющих и пресекающих экологические правонарушения и преступления; улучшение социально-экономического климата работников природоохранных и правоохранительных органов, особенно осуществляющих непосредственное выявление преступлений и иных правонарушений, разрешительные процедуры; координация деятельности правоохранительных органов антикоррупционной направленности и природоохранных структур.

    В политической сфере превентивные меры заключаются в выработке унифицированной государственной политики приоритетной охраны окружающей среды на основе концепции устойчивого развития. К основным задачам, обеспечивающим достижение стратегической цели государственной экологической политики, указанным в Основах государственной политики в области экологического развития Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденным указом Президента РФ от 30 апреля 2012 г., следует отнести предупреждение совершения экологических правонарушений и преступлений. Механизмы реализации указанной задачи вынесены автором на защиту.

    Второй параграф «Специальное (криминологическое) предупреждение экологической преступности» посвящен характеристике современного состояния криминологической профилактики экологической преступности с учетом особенностей Северо-востока России, определению основных направлений совершенствования.

    Специальными (криминологическими) мерами экономического характера являются механизмы, направленные на ликвидацию каналов сбыта природных ресурсов и продукции из них; усиление досмотрового контроля в портах; выявление фактов сбыта перерабатывающему предприятию незаконно добытых природных ресурсов; организация рейдов по общим и специализированным точкам продаж снастей; проведение профилактических мероприятий на всех видах транспорта следующих из регионов, являющихся основными районами добычи; организация профилактических мероприятий на предприятиях, осуществляющих промышленное и прибрежное рыболовство, рыбоводных заводах; усиление контроля над реализацией лимитных карточек коренных малочисленных народов Севера; выявление фактов производства, хранения, перевозки в целях сбыта или сбыта продукции из биоресурсов, не отвечающих требованиям безопасности.

    Одной из превентивных мер правового характера является совершенствование природоресурсного законодательства, а именно законодательства о рыболовстве и охране водных биологических ресурсов. Автором предлагается ужесточение правил при осуществлении прибрежного рыболовства путем включения в договоры о закреплении за пользователями долей прибрежных квот условия об обязательном выполнении требований о доставке и выгрузке уловов в места доставки. При невыполнении обязательных условий прибрежного рыболовства рассматривать вопрос о расторжении договора о закреплении за пользователями долей прибрежных квот.

    В основе организационных мер борьбы с экологической преступностью лежат следующие основные задачи: развитие природоохранной функции в правоохранительных органах, усиление координационной деятельности между природоохранными, правоохранительными органами и органами государственной власти и местного самоуправления, ресурсное обеспечение природоохранных органов. Развитие природоохранной функции в правоохранительных органах осуществляется путем создания специализированных государственных формирований, основной целью которых является предупреждение, выявление, пресечение экологических преступлений, административных правонарушений и привлечение виновных к юридической ответственности, а также осуществление надзора за соблюдением природоохранного законодательства и своевременное применение мер прокурорского реагирования. Для решения вышеуказанной задачи автором предлагается создание Охотоморской бассейновой межрегиональной природоохранной прокуратуры, организованной по бассейновому принципу (акватория Охотского моря), которая позволит осуществлять координацию деятельности Сахалинской межрайонной природоохранной прокуратуры, Камчатской межрайонной природоохранной прокуратуры, Хабаровской межрайонной природоохранной прокуратуры и созданной Магаданской межрайонной природоохранной прокуратуры.

    В третьем параграфе «Современное состояние планирования мероприятий по предупреждению экологической преступности на Северо-востоке России» автором проведен анализ опыта планирования мероприятий по профилактике экологической преступности на международном, национальном и региональном уровне.

    Международное планирование борьбы с незаконной добычей водных биоресурсов осуществляется по линии организации Объединенных Наций. Координирующей международной организацией является Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН. Автором проведен анализ действующих актов международного криминологического планирования: Кодекса ведения ответственного рыболовства, Международного плана действий по предупреждению, сдерживанию и ликвидации незаконного, нерегистрируемого и нерегулируемого рыбного промысла, Соглашения о мерах государства-порта по предупреждению, сдерживанию и ликвидации незаконного, нерегистрируемого и нерегулируемого рыбного промысла.

    Анализ опыта криминологического планирования по пресечению незаконного оборота природных ресурсов на региональном уровне позволяет сделать следующие выводы: при разработке региональных планов предупреждения экологической преступности центральными объектами воздействия выступают детерминанты, носящие правовой и организационный характер; неверное отношение планирующих и руководящих инстанций к природным богатствам сводится к планированию их добычи, оставляя вне поля зрения вопросы воспроизводства природных ресурсов; при разработке региональных, местных планов предупреждения преступности не достаточное внимание уделяется предупреждению региональных особенностей развития преступности, в том числе экологической; на региональном уровне практически не принимаются планы, посвященные профилактике экологической преступности; круг субъектов предупредительной деятельности сужается до правоохранительных, контролирующих органов федеральной и региональной власти; мероприятия по пресечению посягательств на окружающую природную среду носят фрагментарный характер, абстрактным образом отражены в актах планирования; финансирование подобной деятельности осуществляется по остаточному принципу.

    Применительно к региональному планированию борьбы с экологической преступностью следует выделить несколько направлений совершенствования: необходимость комплексного изучения ситуации в области экологической преступности, всестороннего учета продуцирующих ее факторов; развитие практики регионального планирования борьбы с доминирующими видами экологических преступлений и правонарушений; расширение круга субъектов – исполнителей, включающего субъектов ранней профилактики: СМИ, образовательные и научные учреждения, общественные объединения и организации.

    В заключении кратко изложены основные результаты, полученные в процессе исследования, сформулированы обобщения и определены возможности практического использования предложенных рекомендаций.

    В приложении к диссертации помещены материалы, отражающие статистические данные и иллюстрирующие теоретические положения, бланки анкет для экспертов и нарушителей законодательства. Кроме того, приложение включает проект концепции противодействия незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов на Северо-востоке России.

    Основные положения диссертационного исследования изложены в четырех опубликованных автором научных работах, в том числе две в изданиях, рекомендованных ВАК при Минобрнауки РФ общим объемом 2,1 печатных листа.



    Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК при Минобрнауки РФ для публикации результатов диссертационных исследований:

          1. Зябликова, М.В. Некоторые уголовно-правовые меры борьбы с незаконной добычей водных биоресурсов / М.В. Зябликова // Актуальные проблемы российского права. – 2011. - № 3 (20). – С. 191 – 201 . – 0,51 п. л.

          2. Зябликова, М.В. Современное состояние планирования мероприятий по предупреждению экологической преступности в Дальневосточном федеральном округе / М.В. Зябликова // Человек: преступление и наказание. – 2011. - № 4 (75). – С. 86-89. – 0,49 п. л.

    Публикации в иных научных изданиях:

                1. Зябликова, М.В. Особенности личности экологического преступника в Магаданской области / М.В. Зябликова // Сборник научных трудов. – М.: РИПО ИГУМО и ИТ. 2011. – Вып. 15. – С. 67-74. – 0, 48 п.л.

                2. Зябликова, М.В. Современное состояние экологической преступности в Магаданской области / М.В. Зябликова // Научная молодежь Северо-востоку России : Матер. IV Межрегион. науч.-практ. конф. мол. уч., приуроченной к 35-летнему юбилею Музея естественной истории СВКНИИ ДВО РАН (Магадан, 24-25 мая 2012 г.) / Рос. акад. наук, Дальневост. отд-ние, Сев.-Вост. комплекс. НИИ. – Магадан : ООО «Новая полиграфия», 2012. – Вып. 4. – С. 94 – 98. – 0, 53 п. л.

    Коьрта
    Контакты

        Главная страница


    Зябликова марина викторовна региональные особенности экологической преступности на северо-востоке россии

    Скачать 315.58 Kb.